Скорость сближения

Они ненавидели друг друга с первой встречи. Чимин считал Чонгука наглым мальчишкой, который влез в команду только благодаря связям, а Чонгук видел в Чимине высокомерного корейца, который думает, что мир вращается вокруг него. На брифингах они спорили до хрипоты, в боксах игнорировали, на пресс-конференциях язвили друг другу. Команда уже перестала надеяться, что они когда-нибудь поладят. Но Сингапур всё изменил. Дождь лил стеной, когда Чимин вышел из медицинского центра. Гонка закончилась три часа назад, он финишировал пятым - неплохо, но он мог быть выше, на десятом повороте его занесло и он влетел в барьер. Машина разбита, команда зла, а он чувствовал себя полным идиотом. Пак шёл по коридору отеля, сжимая в руках лёд, приложенный к ушибленному плечу, парень хотел только одного - забыться, поэтому он свернул в бар. Чонгук уже был там, сидел за столиком в углу с бокалом виски, смотрел на дождь. Чимин хотел развернуться и уйти, но Чон его заметил. - Чимин - в его голосе не было злости. Только усталость. - Иди сюда. Чимин хотел отказаться, но ноги сами понесли его к столику, он сел напротив и посмотрел на Чонгука. Тот выглядел так же паршиво, как и он сам - растрёпанный, бледный, с тёмными кругами под глазами. - Ты как? - спросил Чон, кивая на его плечо. - Жить буду -Чимин усмехнулся. - А ты? Второе место не радует? - Я мог быть первым - Чонгук отпил глоток. - Если бы не этот чёртов дождь. - Всегда вини дождь - Чимин покачал головой. - А что мне винить? - Чонгук посмотрел на него - Себя? За то, что я не справился с машиной? Это не моя вина, что резина не держала. - Всегда можно найти оправдание - Чимин пожал плечами и поморщился от боли. Чонгук посмотрел на его плечо. - Тебе нужно в номер, отдыхать. - Спасибо, мамочка - огрызнулся Чимин - Я сам разберусь. Чонгук усмехнулся. - Ты всегда такой колючий, когда проигрываешь? - Я не проиграл - Чимин повысил голос - Я финишировал пятым. Это не проигрыш. - Для тебя это проигрыш - сказал Чонгук, и в его голосе была странная мягкость - Ты всегда хочешь быть первым, как и я, поэтому мы и не ладим. Чимин замер, он смотрел на Чонгука и чувствовал, как напряжение между ними начинает меняться. - Мы не ладим, потому что ты думаешь, что ты лучше меня. - А ты думаешь, что ты лучше меня - парировал Чонгук - Мы оба думаем одно и то же, поэтому мы ссоримся. Чимин смотрел на него, чувствуя, как алкоголь начинает размягчать его раздражение и сделал ещё пару глотков. - Мы должны найти способ работать вместе, иначе команда развалится. - Я знаю - Чонгук кивнул. Дальше они пили молча, дождь барабанил по стеклу, и в этой тишине напряжение между ними растворялось, Чимин посмотрел на него, алкоголь ударил в голову, делая всё более размытым и тёплым. - Я устал. Я устал ненавидеть тебя. Чон смотрел на него, и в его взгляде было что-то новое. Что-то, чего Чимин никогда раньше не видел. - Я тоже устал. Я устал сражаться с тобой. Они сидели молча, глядя друг на друга, внезапно Чимин почувствовал, как его рука сама тянется к Чонгуку, он коснулся его пальцев, лежащих на столе, и замер. Чонгук посмотрел на его руку, потом ему в глаза. - Что ты делаешь? - спросил он, но в его голосе не было возмущения, только удивление. - Я не знаю - прошептал Чимин - Но я не могу остановиться. Чонгук медленно перевернул руку, переплетая их пальцы. Кожа к коже и это было как удар током. - Ты пьян - сказал Чонгук, но не убрал руку. - Немного - согласился Чимин. Чонгук смотрел на него, и в его глазах горело что-то тёмное, голодное. Он поднялся и потянул Чимина за собой. - Идём. Пак последовал за ним, чувствуя, как его сердце колотится в груди, парни вышли из бара, прошли через холл, вошли в лифт, в лифте Чонгук прижал его к стене и впился в его губы. Грубо, требовательно, собственнически. Это был не поцелуй врагов, это был поцелуй людей, которые устали сражаться. Двери открылись, и младший потащил напарника по коридору. Номер был огромным - панорамные окна, вид на залив, огромная кровать, Чонгук закрыл дверь и повернулся к Чимину. Они стояли друг напротив друга и воздух между ними вибрировал от напряжения. Чонгук шагнул к нему и поцеловал снова - мягче, нежнее. Его руки скользнули по чужой спине, и тот почувствовал, как его тело начинает гореть. - Раздевайся - скомандовал Чонгук, отстраняясь. Чимин начал медленно расстёгивать рубашку. Пальцы дрожали, и он надеялся, что Чонгук не заметит, но жест не остался незамеченным. Чонгук посмотрел на дрожащие руки Чимина, на его сжатые челюсти, на панику в глазах, которую тот тщетно пытался скрыть, он видел, как старший закусывает губу, как его дыхание становится прерывистым. Пак пытался выглядеть уверенным, в его позе была бравада, но Чон видел, как напряжены его плечи, как он сжимает кулаки, как его взгляд мечется по комнате, не решаясь остановиться на нём. Что-то изменилось во взгляде младшего. Удивление, потом понимание, потом что-то тёмное и собственническое. Он не сказал ни слова, не спросил, просто шагнул ближе и взял руки Чимина в свои. Чон медленно расстегнул оставшиеся пуговицы, снял с него рубашку. Его пальцы скользили по коже Чимина, и он чувствовал, как тот дрожит под его прикосновениями, пилот наклонился и поцеловал его плечо - туда, где был ушиб. Нежно, мягко. Чимин выдохнул, чувствуя, как его тело расслабляется от этого прикосновения. Чонгук опустился на колени и помог старшему снять брюки, затем боксёры. Он смотрел на него снизу вверх, и в его взгляде не было насмешки. Только желание и что-то ещё - собственническая гордость. Он знал, знал, что будет первым. Чон поднялся и начал раздеваться сам. Быстро, без лишних движений. Он снял футболку, джинсы, боксёры, Пак смотрел на его тело - идеальное, накачанное, с татуировками на руке и груди, и чувствовал, как его уверенность тает. Чонгук был красив, опасно красив, его член стоял твёрдый, напряжённый, готовый, и при виде этого у Чимина перехватило дыхание. Но младший не дал ему времени на раздумья, он подхватил Чимина на руки и перенёс на кровать. Тот упал на спину, глядя, как Чонгук нависает над ним. Чонгук начал целовать его тело. Шею, ключицы, грудь, живот. Медленно, чувственно, покрывая поцелуями каждый сантиметр, он проводил языком по коже, оставляя влажные дорожки, прикусывал, засасывал, оставляя розовые следы на светлой коже парня. Пак стонал, выгибался, чувствуя, как его тело плавится от этих прикосновений. Чонгук спустился к его соскам, взял один в рот, обводя языком, покусывая, втягивая. Чимин вскрикнул, вцепляясь в его волосы, чувствуя, как его член дёргается, становясь влажным от предэякулята. - Чонгук... - выдохнул он. Чонгук поднял голову, посмотрел на него с тёмным, голодным взглядом. На его губах играла довольная улыбка, он знал, что Чимин уже на грани, что он дрожит от одного только его прикосновения. Он опустился ниже, оставляя поцелуи на животе Чимина, обводя языком пупок, спускаясь всё ниже. Чимин смотрел на него, чувствуя, как его сердце колотится в горле. Чонгук взял его член в рот и старший закричал, вцепляясь в его волосы. Чон двигался ритмично, заглатывая его всё глубже, обводя языком головку, сжимая губами. Он был медленным, мучительно медленным, заставляя Чимина чувствовать каждое движение, Пак стонал, выгибался, чувствуя, как приближается разрядка. - Чонгук, я сейчас... - выдохнул он. Чонгук оторвался с мокрым звуком, и Чимин застонал от потери, его член был влажным, блестящим от слюны, пульсирующим от возбуждения. - Не сейчас - голос младшего был низким, хриплым - Я хочу, чтобы ты кончил, когда я буду внутри тебя. Он потянулся к тумбочке за смазкой. Открыл тюбик, выдавил щедрую порцию на пальцы, второй пилот смотрел на его руки, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха и желания. Чонгук коснулся входа прохладными, скользкими пальцами, Чи вздрогнул, закусив губу. Младший наклонился и поцеловал его, отвлекая, и в этот момент первый палец проник внутрь, медленно, осторожно, сантиметр за сантиметром. Чимин сжался, чувствуя странное, непривычное давление, Чонгук замер, давая ему привыкнуть. Он целовал его, шептал что-то тихое, тёплое, и Чимин чувствовал, как его тело начинает расслабляться. - Хорошо? - Да... - выдохнул Чимин - Продолжай. Чонгук добавил второй палец, он двигал ими внутри, изгибая, растягивая, и Чимин чувствовал, как его тело открывается, как поддаётся этой ласк, младший целовал его без остановки - в губы, в шею, в плечи, отвлекая от непривычных ощущений. - Смотри на меня - сказал Чонгук, и его голос был настойчивым - Только на меня. Чимин посмотрел в его глаза - тёмные, горящие, полные желания. Он утонул в этом взгляде, забывая о страхе, актив добавил третий палец, растягивая его шире, и Пак застонал, чувствуя, как его тело привыкает к этому ощущению. Чонгук двигал пальцами внутри, изгибая их, ища ту самую точку, и когда он нашёл, Чимин вскрикнул, выгибаясь дугой, чувствуя, как волны удовольствия разливаются по телу. - Там... - прошептал он - Боже, ещё. Чонгук нажал снова, и старший застонал громко, откровенно, чувствуя, как его член пульсирует, как предэякулят стекает по животу, он был готов, он хотел большего. - Я готов, пожалуйста... Чон вынул пальцы, и Пак почувствовал пустоту, пилот натянул презерватив, щедро смазал себя, приставил головку к растянутому, влажному входу и замер. Он посмотрел в чужие глаза и увидел там страх, смешанный с желанием, Чимин дрожал, его губы были прикушены, а в глазах стояли слёзы. Чонгук наклонился и поцеловал его — мягко, долго, глубоко, он целовал его так, будто хотел сказать всё, что не мог сказать словами. Чимин ответил, чувствуя, как его тело расслабляется в этом поцелуе. А потом Чонгук вошёл в него. Медленно, невероятно медленно, дюйм за дюймом, Чимин чувствовал, как его тело растягивается, как его заполняют, как становятся единым целым. Было больно - острая, режущая боль, от которой он закричал, вцепляясь в чужие плечи, его тело выгнулось, пальцы впились в кожу, оставляя красные следы, слёзы покатились по его щекам, и он не мог их остановить. Чонгук замер, полностью внутри него, и дал ему время привыкнуть, целовал его лицо, слизывал слёзы, шептал что-то тёплое, что-то тихое. - Я здесь. Ты справляешься. Ты так хорошо справляешься. Пак дышал, чувствуя, как боль начинает уходить, оставляя место чему-то другому. Чему-то глубокому, тёплому, наполняющему. На губах Чонгука появилась довольная, собственническая улыбка, он знал, что был первым и это наполняло его гордостью. - Двигайся... Младший повиновался, сначала медленно, плавно, но Чимин обхватил его бёдра ногами, притягивая ближе, вбивая в себя глубже. - Быстрее - выдохнул он -Я хочу чувствовать тебя всего... Чонгук ускорился. Он вбивался в него, заполняя его до основания, и каждый толчок отдавался в теле Чимина электрическим разрядом, нижний чувствовал каждое движение - как член Чонгука скользит внутри него, как его головка касается простаты, как их тела сталкиваются, как кожа прилипает к коже от пота. Он был громким. Он кричал, выгибался, вцеплялся ногтями в спину Чонгука, оставляя кровавые полосы, он не мог молчать - каждое движение Чонгука вырывало из него стон, крик, умоляющее слово. Младший целовал его без остановки. В губы, в шею, в плечи, в грудь, каждый поцелуй был собственническим, жадным, голодным, он вгрызался в его губы, покусывал, втягивал его язык. Он чувствовал, как Чимин дрожит под ним, как его тело откликается на каждое движение. -Ты мой - рычал Чонгук, вбиваясь в него снова и снова - Ты понял? Ты - мой. Только мой. - Да! Твой ! Чон наклонился и поцеловал его - жёстко, собственнически, вкладывая в этот поцелуй всю свою страсть. Он наслаждался этим моментом. Наслаждался тем, что Чимин - его. Что он первый. Что этот прекрасный, взрослый, непокорный гонщик сейчас под ним, дрожит и кричит от удовольствия, которое доставляет только он. - Я сейчас - выдохнул Чонгук, ускоряясь до предела - Чимин... - Да - закричал Чимин, чувствуя, как его тело сжимается вокруг Чонгука - Да! Чимин кончил с громким, протяжным криком, выгибаясь дугой. Его сперма покрыла живот и грудь, он чувствовал, как его тело взрывается удовольствием, как дрожь проходит по всему телу, в тот же миг Чонгук зарычал, уткнувшись лицом в чужую шею, и кончил следом, сотрясаясь в финальных толчках, заполняя его собой. Они лежали, сплетённые, мокрые, дрожащие. Чонгук обнимал Чимина, целовал его в висок, в губы, в мокрые от слёз щёки. - Ты плакал - сказал младший и в его голосе была мягкая улыбка. - Я счастлив, я не знал, что так бывает. Чонгук прижал его к себе крепче, обхватывая руками, притягивая к своей груди, он не спрашивал, не говорил о том, что понял, он просто держал старшего, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с сердцем Чимина. На его лице застыла самодовольная, собственническая улыбка. Чимин был его. Теперь и навсегда. Пак закрыл глаза, чувствуя, как страх уходит, оставляя только тепло и покой, за окном шумел дождь, и в этой тишине он понял, что они больше не враги, они были чем-то новым. Чонгук провёл пальцем по его спине, вырисовывая узоры на влажной коже, пассив вздрогнул и поднял на него глаза. Чонгук смотрел на него с улыбкой - тёплой, почти нежной, но с той же собственнической ноткой. - Спи, завтра будет новый день... Чимин кивнул и прижался к нему, он чувствовал, как его тело расслабляется, как усталость берёт своё, закрыл глаза и позволил себе утонуть в этом тепле - в руках человека, который совсем недавно был его врагом, а теперь стал его первым. Он не знал, что будет завтра. Но сейчас ему было хорошо. И этого было достаточно.