Нежные лепестки Сакуры

У Наруто в холодильнике, в лучших традициях всех холостых парней, нормальной еды не было. Я нашла там пачку молока и четыре яблока. – Давай сходим позавтракать в кафе, – смущенно попросил Наруто, – Я практически не ем дома. – Если честно, я не голодная, мне просто было интересно, – честно призналась я. – Любопытно, как ты живешь. Наруто смущенно улыбнулся. Он внимательно наблюдал за моими перемещениями по его дому, и слова не говоря о том, что это несколько бестактно. Да и рассматривать было нечего. Более-менее обжитой выглядела вторая спальня, в которой Наруто устроил свою мастерскую фуин. Бардака, впрочем, и там не было, но это меня не удивило. Несмотря на внешнюю безалаберность, он всегда был тем еще чистюлей. Это не брезгливость и не педантизм, он просто не любит бардак. Книги на его полках стояли не особо аккуратно, но сгруппированы были по темам. Все пустые свитки были свалены не особо ровной кучкой в специальном ящике. Все кисточки стояли в стаканчике. – Как долго ты работал над контролем, который нужен для фуин? – спросила я, теперь ходя по этой комнате, – Раньше, насколько я помню, у тебя с этим были большие проблемы. Наруто прислонился к косяку двери и не спускал с меня глаз. – Заниматься я начал сразу, как покинул Коноху. Если честно, первое время с Джирайей было сложно, он не особо часто меня тренировал тогда. А занятия по контролю чакры мне были знакомы. Они отвлекали. Получаться началось где-то через полгода. Полностью стабилизировал контроль чуть меньше двух лет назад. Я восхищенно цокнула. Для меня "контроль чакры" – это что-то не особо понятное. И нет, не потому что попаданка. Просто Сакура родилась с ярко выраженным талантом, она никогда не понимала одноклассников, которые страдали из-за неспособности тонко контролировать чакру. Но статистика безжалостна: лишь у половины шиноби нет проблем с контролем чакры, у пяти процентов, как и у меня, есть талант к этому, остальные сорок пять процентов вынужденны либо мириться с недоступностью некоторых техник, либо с огромными потерями чакры в процессе, либо долго и муторно тренироваться. Тен-Тен, например, забила на тонкий контроль. Но Наруто не сдался. С другой стороны – быть ниндзя можно и без этого тонкого контроля, а вот мастеру фуин он просто необходим. – Молодец, – похвалила я его. – По некоторым отголоскам я поняла, что в фуин ты превзошел Джирайю. – Превзойти его было несложно, – ответил Наруто, – Он считается одним из лучших знатоков этого направления в деревне, но это никогда не было его специализацией. Он продолжал на меня смотреть, я продолжила ходить по комнате. Мне хотелось что-то понять о Наруто из обстановке… но не получалось. Обстановку дома, скорее всего, выбирали Узумаки, они подготовили дом к его приезду. Личных вещей на виду он не держал. То, что он не разбрасывает вещи по углам и хорошо смывает за собой в туалете, я знала еще со времен миссий генинов. При этом его внимание и даже некоторое недоумение становилось все более осязаемым. Я повернулась к нему и решила выложить все карты на стол. – Ты мне нравишься. Это произошло как-то быстро, я начала понимать это сразу после твоего возвращения. Но я все больше осознаю, что почти тебя не знаю. Казалось, что знаю, но… сейчас сомневаюсь. – Ты тоже сильно изменилась. – Но почти уверена, что тебе не составит труда многое узнать обо мне, просто перекинувшись парой слов с людьми, которые общались со мной последние полгода… Возможно, ты уже и так все знаешь. А я… я в растерянности. – И поэтому ты ходишь по дому и пытаешься найти компромат? Ты же понимаешь, что все, что хотя бы немного тянуло на секретную информацию, я бы закатал в свиток и спрятал в сейф? – с заметно иронией спросил он. – А, так есть, что скрывать? Я чуть наклонила голову, рассматривая его с любопытством. – А мы можем вернуться в гостиную… или спальню? Раз ты не спешишь от меня сбегать, я хотел бы посидеть рядом. Можешь задавать мне любые вопросы, – с улыбкой сказал Наруто, но немного покраснел к концу фразы. Смотря на этого смущающегося молодого парня, даже не верилось, что он был со мной ночью. Как небо и земля. – Посидеть рядом? – спросила я, подходя ближе к нему, – Это как? Он мне не ответил, вместо этого резко сократил расстояние между нами, поднял меня на руки и принес в гостиную. Дом маленький, так что на все у него ушло менее минуты. Я даже возмутиться нормально не успела. – Примерно вот так, – радостно сказал Наруто, садясь на диван со мной на руках. – Ну… по всей видимости, я только узнала, что ты очень тактильный. – А ты не знала этого раньше? – усмехнулся он. – Я всегда был таким. Просто раньше… Он снова смущенно замолчал. Раньше я не позволяла ему меня трогать, все верно. – Я считаю нужным уточнить, – серьезно сказал Наруто, – Это ведь… мы теперь встречаемся? И он так посмотрел на меня, что уже я смутилась. Нет, вопрос-то логичный, если учесть количество шиноби, которые просто спят друг с другом. Но природная вредность и желание смутить его не позволили мне дать простой ответ. – Не знаю… ты мне еще не предлагал. Какой возмущенный у него был взгляд! Загляденье просто. Я не выдержала, расхохоталась. – Ты согласишься стать моей девушкой? – спросил Наруто, тоже улыбаясь. – Соглашусь, – не стала я издеваться над ним еще больше. – Но тебе придется ответить на некоторые вопросы. – Хорошо. – Они будут неловкими. – Я готов. Я прикусила губу, в уме подбирая слова. Честно говоря, даже спрашивать было неловко, но если не узнаю – изведу себя предположения. – У тебя это точно не было первым опытом… – Но я был очень удивлен, что для тебя – да… учитывая твою вчерашнюю смелость, – с улыбкой перебил меня Наруто. – Я понимаю, что ты хочешь спросить. Я три года путешествовал с человеком, для которого секс – один из важнейших аспектов жизни. Иногда мы ночевали в борделях. Так что я свою гипотетическую невинность потерял через несколько месяцев после того, как ушел из Конохи, и это я еще долго продержался. Я надеюсь, я не навредил тебе вчера? Мне бывает сложно сдерживаться… – К счастью, я ирьенин, – не стала врать я. – Больно мне не было, а все ненужное я свела сразу, еще до появления синяков. Наруто разом погрустнел, стал выглядеть виноватым. Я не стала ничего ему говорить, просто легонько поцеловала в кончик носа. Настроение было кокетливым. Что немудрено, после ночи хорошего секса-то. – Я должен признаться, – сдавленно сказал Наруто, – Ты меня сейчас провоцируешь… – Да? – с наигранным удивлением спросила я. – А я и не думала… – У всех Узумаки высокое либидо, – внезапно выдал этот скромняжка, – Проблем с самоконтролем у нас нет… у меня в том числе… но сейчас… Я немного удивленно на него уставилась. Внезапно вспомнилось, каким напряженным он был, пока я вчера ерзала, устраиваясь спать. Высокое либидо. Проще говоря, он бы с удовольствием повторил все еще разок… учитывая возраст и выносливость шиноби – пару десятков раз… – У меня пока нет таких знаний о себе, – с хитрой улыбкой ответила я. – Но, думаю, ты поможешь мне разобраться. Он мученически прикрыл глаза. Нет, ну прелесть просто, а не парень. Как итог – никакие больше вопросы мы друг другу не задавали, занялись сексом на диване, а потом Наруто снова понес меня отмокать в ванной. Я пыталась протестовать, но это сложно, когда твой новоявленный парень выше тебя на голову и заметно сильнее физически. Не бить же по нему чакрой… прошлая Сакура, впрочем, частенько это делала. . К Цунаде нам нужно было прийти к часу, но мне пришлось уйти раньше. И причина была… крайне смущающей. Я в этот момент отмокала в ванной с Наруто, потешаясь над тем, как мило он краснеет от такой близости, а тут посреди ванной комнаты, на полу, появилась Кацую. Я вскрикнула от неожиданности, а потом стыдливо прикрыла то, что гипотетически может быть видно над бортиком ванны. – Цунаде-сама просила Сакуру-чан зайти в резиденцию пораньше, – вежливо сказала эта часть Кацую. Она была достаточно крупной, с кошку или даже чуть больше. По слизню сложно понять, что он думает о ситуации, свидетелем которой стал, но мне было очень стыдно. И я не сомневалась, что Кацую доложит Цунаде, где, с кем и в каком виде она застала ученицу хокаге. Сказать Цунаде все равно пришлось бы, но лучше такие вещи сообщать самостоятельно… а не через призывных животных. Но приказы хокаге не обсуждаются. И да, это был приказ, просто Кацую всегда говорит очень уважительно и осторожно. Так что мне пришлось выбираться из ванны, одеваться и идти в резиденцию. Наруто вышел из дома со мной, но до самой резиденции провожать не стал, ушел по своим делам. Это и к лучшему – есть время подумать. Подумать мне нужно вовсе не о том, что произошло ночью, хотя я, кажется, перепутала волка с щенком лабрадора. Дело именно в том, что у Наруто словно даже не двойное дно, а тройное. И он мне немного… приврал. Или как это по-мужски называется? Рассказал полуправду? Что мы имеем? Парню еще нет девятнадцати, он три года бродил по миру со своим наставником, который пишет порно-рассказы и бухает, но при этом остается джоунином с самым большим числом выполненных миссий. В путешествии Джирайя уже около двадцати лет, он ушел "набираться вдохновения" еще до того, как Наруто родился. Но из числа шиноби листа он не был исключен. Логично предположить, что его поиск вдохновения – это прикрытие, на самом деле он как-то получает распоряжения из Конохи и по-прежнему выполняет миссии. Повлияло ли присутствие Наруто на эти миссии? В аниме казалось, что они реально просто шлялись по миру, но здесь… Точно нет. Уж если они уже натыкались на членов Акацуки, преследовали их и пытались спасти джинчурики, – они точно не только вдохновения искали. Добавляем к этому следующую деталь. То, как Наруто ведет себя в постели и после. Реальная девятнадцатилетняя Сакура с нулевым опытом просто могла бы подумать, что он заботливый сам по себе и получил кое-какой опыт в публичных домах. Но… куртизанки учили его делать куннилингус? Я уж молчу про то, что он в принципе был очень осторожен. Я по своей прошлой жизни помню, что даже среди взрослых парней бывает очень сложно найти того, кто в постели не просто целует и двигает бедрами, а тут такое – в девятнадцать лет, без опыта серьезных отношений. И вот как раз в том, что опыта в отношениях у него нет, я уверена. Он теряется и стесняется как раз в каких-то обыденно-бытовых вещах, которые быстро становятся нормой для партнеров. Лично у меня возникает только один вывод: кто-то его учил. После окончания Академии можно подать заявку (тайно), что ты хочешь изучать сикидо, буквально "Путь чувственности". В классическом понимании, это что-то вроде советов по поведению в постели, но у ниндзя это искусство шпионажа. Направление это не такое уж востребованное, обычно его выбирают шиноби с малым запасом чакры и слабым контролем, но оно существует, пожалуй, в каждой деревне. И это бы многое объясняло в поведении Наруто, к слову. Но сам ли он захотел учиться, или его Джирайя так развлекал, я не знаю. В принципе, эти сомнения не так уж важны. Ну учили его этим заниматься – и что? Мне же больше повезло, с ним работали профессионалы. Просто есть множество моментов, которые заставляют меня задумать о том, что Наруто здесь какой-то уж слишком неправильный. Некоторые отличия от канона объяснимы тем, что в этого Наруто воспитывали Узумаки. Здесь он никогда не был худшим студентом в Академии, хотя всегда ненавидел теорию. Он давно разбирается в фуин, потому что его учили этому с самого детства. Он хорошо выглядит, чистоплотен и воспитан, потому что рос в семье, пусть и приемной. Но все же в Академии и сразу после он был немного другим. Более шумный, меньше слушал старших, чаще препирался. Говорит он по-прежнему громко. Чувство юмора у него тоже своеобразное, но меня это не пугает. Ну ржет он как конь над тупыми шутками, но в восемнадцать лет это скорее норма. Он по-прежнему любит спорить, постоянные соревнования Майто Гая и Рок Ли вызывают у него такой блеск в глаза, будто ему пять лет и он увидел на витрине игрушечный грузовик своей мечты. Вроде бы он все тот же… Но все же очень сильно изменился. Он гораздо более осторожный, теперь он анализирует информацию, а не несется на врага с расенганом наперевес. Уважительно относится к Цунаде и Какаши, чаще слушает, а не болтает без умолку, много занимается самостоятельно. Можно подумать, что он просто повзрослел, конечно… Но больше похоже на то, что за эти три года с небольшим он пережил нечто, что стало причиной таких кардинальных изменений. Одними тренировками такого не достичь, как мне кажется. Но что с этим делать, я не знаю. Его чувства ко мне кажутся искренними, вроде бы мне он ничем угрожать не может. Да и… кажется, я влюбилась.