Решения Кью или восстановление темпоральной линии.

Сад Пространственно-временная метка Поверхность Вормира, внутренняя область энергетического поля. XXIII век. Кирк, Лира, Стив и Спок идут сквозь время к святилищу. Они шагнули сквозь мерцающую стену, и мир вокруг изменился. Первое, что почувствовала Лира, — тепло. Не сухой жар пустыни, а мягкое, ласковое тепло, как в летний день на Земле. Второе — запах. Вместо пыли и камня воздух наполнился ароматом травы и цветов. Третье — звук. Где-то вдалеке пела птица. Она остановилась, оглядываясь. Вокруг них простиралась зелень. Мягкая трава, кустарники с мелкими белыми цветами, редкие деревья с широкими кронами, которые давали тень. Небо над ними было уже не серым, а бледно-голубым, и в нём медленно плыли облака. — Что это? — спросил Стив, опуская щит. — Это… не то, что мы видели снаружи, — ответил Кирк. — Это и есть Вормир, — сказал Спок, изучая показания трикодера. — Или, по крайней мере, его внутренняя часть. То, что мы видели снаружи — лишь оболочка. Разрушенная, безжизненная. А здесь… Он обвёл рукой зелень. — Здесь планета сохранила свою первоначальную форму. — Как это возможно? — спросил Кирк. — Энергетическое поле, через которое мы прошли, не просто замедляет время. Оно защищает эту территорию от разрушительной среды. Снаружи — радиация, пылевые бури, высокие температуры. Внутри — нормальные условия для жизни. С каждым слоем, который мы проходим, защита усиливается. — Значит, это не ловушка, — сказала Лира. — Не только, — ответил Спок. — Это ещё и барьер. Чем ближе к святилищу, тем более благоприятная среда. Словно планета создавала условия, чтобы те, кто идёт к Камню, могли выжить. — Или чтобы мы не сбежали, — сказал Стив. Они двинулись вперёд. Трава мягко шуршала под ногами. Где-то в кустах мелькнула маленькая ящерица с переливающейся зелёной кожей. Она посмотрела на них, затем исчезла в зарослях. — Это не просто растительность, — сказал Спок. — Я фиксирую биоразнообразие. Мелкие животные, насекомые. Экосистема. — Кто-то создал это, — тихо сказала Лира. — Не просто защитил. Создал. — Для кого? — спросил Кирк. — Для тех, кто идёт к Камню, — ответила она. — Для тех, кто готов принести жертву. Они прошли ещё несколько десятков метров, и перед ними возникла вторая мерцающая стена. За ней было ещё зелёнее. Деревья становились выше, их кроны смыкались, образуя тенистый коридор. В воздухе пахло влажной землёй и цветами. Где-то журчала вода. Они двинулись дальше, проходя один слой за другим. Ландшафт менялся. Всё больше зелени, всё больше жизни — до тех пор, пока они не оказались в настоящем райском саду. И здесь, у подножия горы, стояло святилище. Вход в него охраняла фигура. Человек в длинном чёрном плаще. Его лицо было красным, лишённым кожи — черепом. Он стоял неподвижно, глядя на приближающихся. Красный Череп. Стив шагнул вперёд, поднимая щит. — Шмидт. Красный Череп не двинулся с места. Его голос был тихим, почти уставшим: — Капитан Роджерс. Я знал, что ты придёшь. Я ждал тебя. — Что ты здесь делаешь? — спросил Стив. Красный Череп медленно поднял руку и указал на святилище за своей спиной. — Я хранитель, — сказал он. — Камня Души. Я здесь уже десять тысяч лет. — Десять тысяч лет? — переспросил Кирк. — Но ты… — Тессеракт перенёс меня сюда, — ответил Красный Череп. — В тот момент, когда я коснулся его на самолёте. Я думал, что получу власть. Я думал, что Тессеракт подчинится мне. Но он перенёс меня на Вормир. И я стал слугой Камня Души. — Как это произошло? — спросил Стив. Красный Череп опустил голову. — Я хотел его взять, — сказал он. — Камень Души. Я думал, что смогу получить его силу. Что она сделает меня непобедимым. Но Камень требует жертвы. Самой дорогой. Того, кого любишь. Он посмотрел на Стива. — У меня не было такой жертвы. Я никого не любил. Я не мог заплатить цену. И Камень отверг меня. Но он не уничтожил меня. Он сделал меня хранителем. Вечным стражем этого места. Я не могу покинуть его. Я не могу умереть. Я не могу ничего изменить. — Ты стал слугой камня, — сказала Лира. — Да, — ответил Красный Череп. — Я направляю тех, кто ищет Камень. Я объясняю им цену. И я смотрю, как они делают свой выбор. Одни уходят. Другие остаются. Третьи — приносят жертву и получают Камень. — И что потом? — спросил Кирк. — Потом они становятся теми, кем должны были стать, — ответил Красный Череп. — Камень Души не даёт власти. Он даёт понимание. Он открывает то, что скрыто. Он связывает тебя с теми, кого ты любишь. Но чтобы получить его, ты должен заплатить. Он посмотрел на Лиру. — Ты знаешь цену, — сказал он. — Ты чувствуешь её. — Я знаю, — ответила Лира. — Ты можешь попытаться взять Камень, — продолжил Красный Череп. — Ты можешь коснуться его. Но если у тебя нет того, что он требует, ты станешь таким, как я. Вечным стражем. Вечным заключённым. Ты не умрёшь, но ты не будешь жить. — А если есть? — спросил Стив. Красный Череп перевёл взгляд на него. — Если есть, — сказал он, — она получит Камень. И он изменит её. Навсегда. — Как изменил тебя? — спросила Лира. Красный Череп усмехнулся — если это можно было назвать усмешкой. — Я не изменился, — сказал он. — Я просто… остановился. Моё время остановилось. Я стал частью этого места. И я буду здесь, пока не придёт тот, кто сможет меня заменить. Он сделал шаг в сторону, открывая проход в святилище. — Камень ждёт тебя, Лира. Ты можешь войти. Ты можешь попытаться. Но помни: если у тебя нет того, что он требует, ты не выйдешь обратно. Лира стояла неподвижно, глядя на тёмный проём святилища. Внутри пульсировал оранжевый свет. — Я должна войти, — сказала она. — Мы идём с тобой, — сказал Кирк. — Нет, — ответила Лира. — Это мой путь. Мой выбор. Я должна сделать это сама. Она сделала шаг вперёд. Стив хотел её остановить, но Кирк положил руку ему на плечо. — Она права, — сказал он. — Мы должны дать ей возможность выбрать. Стив замер. Он смотрел, как Лира исчезает в темноте святилища, как оранжевый свет окутывает её фигуру. Его рука сжимала щит. В груди росло напряжение — не как у солдата, а как у человека, который не может просто стоять и смотреть. — Я не могу остаться здесь, — сказал он. Кирк повернулся к нему. — Стив… — Я знаю, что она сказала, — перебил Стив. — Я знаю, что это её выбор. Но я не могу просто стоять здесь и ждать. Если она заплатит цену… я должен быть рядом. Чтобы разделить это. Чтобы помочь. Чтобы попытаться найти другой путь. Он шагнул вперёд. — Если она не сможет коснуться Камня… если она застрянет там, как Шмидт… я должен быть там. Кирк не стал его останавливать. — Тогда иди, — сказал он. — Мы будем здесь. Мы будем ждать. Стив кивнул и вошёл в святилище. Темнота приняла его. Оранжевый свет пульсировал в центре зала, и там, у пьедестала, стояла Лира. Её рука была протянута к Камню, но она не касалась его. Она ждала. — Я знала, что ты придёшь, — сказала она, не оборачиваясь. — Я не мог остаться, — ответил Стив, подходя ближе. — Это слишком большой риск. Если Камень потребует жертвы… — Я знаю, что он потребует, — ответила Лира. — Я чувствую это. Я должна отдать то, что люблю. Самого дорогого. — Тогда почему ты не касаешься его? Лира повернулась к нему. Её глаза были полны слёз, но она не плакала. — Потому что я не знаю, готова ли я, — сказала она. — Я не знаю, смогу ли я отдать это. И я не знаю, что будет, если я сделаю это. — Тогда позволь мне попытаться, — сказал Стив. — Позволь мне коснуться его. — Нет, — сказала Лира. — Это моя ноша. Моя кровь. Моя память. Камень ждёт меня, Стив. Не тебя. — Тогда мы сделаем это вместе, — сказал он. — Ты коснёшься его, а я буду рядом. Что бы ни случилось — ты не будешь одна. Лира посмотрела на него долгим взглядом. Потом медленно кивнула. — Хорошо, — сказала она. — Вместе. Она протянула руку к Камню. И коснулась его. Оранжевый свет ударил в потолок, заполняя всё вокруг. Пульс камня стал быстрее, сильнее, и Лира почувствовала, как её сознание начинает расширяться, как память Лирин просыпается в ней, как реальность вокруг неё начинает меняться. Стив стоял рядом, готовый поддержать её, если она упадёт. Он видел, как оранжевый свет течёт по её руке, как её тело начинает светиться изнутри, как её глаза становятся глубже — старше — мудрее. — Я вижу, — прошептала она. — Я вижу всё. — Что ты видишь? — спросил он. — Лирин. Она здесь. Она ждала меня. Она ждала этот момент. И она знает, что я готова. Она улыбнулась сквозь слёзы. — Я готова.