парень по контракту

— Улыбнись.  — Нет. — Йоичи, улыбнись. — Нет.  —…  — Я сейчас выплесну этот кофе тебе в лицо. — Отлично! Будет выглядеть как сцена из романтической драмы. Будто ты узнал об измене!  Исаги сжал стакан так сильно, что крышка жалобно хрустнула. Напротив него сидел Кайзер, довольно расслабленный. Он развалился в кресле так, будто это не он был главной причиной всех бед Исаги за последние две недели.  А за окном кафе стояли два человека с камерами. Точнее, делали вид, что случайно стоят. Очень случайно. Настолько случайно, что один из них уже минут десять не менял позу. Исаги заметил это почти сразу. Кайзер заметил это еще раньше. — Этот справа даже объектив не прячет, — удрученно выдал Йоичи, тяжко вздыхая. Он отвел взгляд в сторону, чтобы не видеть ни назойливых папарацци, ни Кайзера. Стакан с кофе опустился на деревянную поверхность столика.  — Думаю, они хотят фотографию.  — Капитан очевидность.  — Думаю, им нужна фотография, где мы выглядим близкими. Исаги медленно поднял глаза на собеседника:  — Если ты сейчас протянешь ко мне руку, я ее сломаю.  Но от таких слов ухмылка Кайзера стала только шире:  — Видишь? Именно поэтому рейтинги зашкаливают.  Исаги прикрыл глаза. Ему казалось, что вся его жизнь свернула не туда в тот самый момент, когда он поставил подпись на том проклятом контракте. Сначала все выглядело довольно безобидно — после очередного громкого турнира спонсоры хотели продать образ «легендарных соперников». Но маркетологи пошли дальше. Они мечтали продать историю о невероятной связи между двумя футбольными гениями. После крупного турнира медиа буквально сходили с ума по противостоянию Кайзера и Исаги. Рекламщики в курсе, что спортивное соперничество продается не так хорошо как эмоциональная связь. Проблема в том, что камеры любят их перепалки. Они постоянно ругаются, каждая ссора становится вирусной. Каждый язвительный комментарий собирает миллионы просмотров. После турнира на них навалилось столько рекламы, интервью и предложений, что агенты едва успевали разбирать заявки. Исаги тогда был занят тренировками, уставший, измученный и совершенно не настроенный читать сто страниц юридического текста.  — Стандартная рекламная кампания, — заверили его. — Ничего особенного. Просто несколько совместных мероприятий.  Никто почему-то не удосужился уточнить, что "совместные мероприятия" означают практически постоянное присутствие Кайзера в его жизни — совместные появления на публике, интервью, съемки в рекламе, ужины.  Вчера менеджер вообще спросил, смогут ли они опубликовать фото из аэропорта, где они якобы случайно летят одним рейсом. Они действительно летели одним рейсом. Потому что агентство купило им места рядом. Исаги до сих пор не мог решить, считать это издевательством или преступлением.  Агентство реально хотело продавать образ "особенной связи".  — Ты опять задумался, — издевающийся тон Кайзера вырвал его из мыслей.  — Пытаюсь понять, как мне удалось согласиться на это.  — Потому что ты не читал контракт.  — Заткнись.  — Ты то-о-очно не читал контракт.  — Заткнись, умоляю.  — Я знаю, потому что на двадцать третьей странице есть пункт, запрещающий участникам устраивать драки на совместных мероприятиях.  Исаги застыл:  — Что?  — Что?  — Такой пункт существует?!  — Разумеется, — Кайзер расплылся в самодовольной ухмылке, а потом поднес чашку к губам.  — Почему ты вообще его читал?!  — Потому что мне было интересно, насколько далеко они готовы зайти ради денег, — он отпил кофе и поставил чашку обратно на блюдце.  — И?  — Намного дальше, чем я ожидал. В этот момент за окном блеснула вспышка. Потом еще одна. Потом еще. Кайзер даже не повернул головы. Будто только этого и ждал:  — О.  — Что?  — Кажется, мы только что стали главной новостью завтрашнего утра.  — Схерали?  — Потому что сейчас ты смотришь только на меня, — в небесно-голубых радужках молнией пронесся недобрый блеск.  Йоичи нахмурился. А потом до него дошло, что все эти минуты… Все эти чертовы минуты он действительно смотрел только на Кайзера. Так быстро улыбка не сходила с его лица.  — Не смотри на меня так, — недовольно пробубнил он.    — Как именно? — поиздевался Кайзер.  — Вот так! — О-о-очень подробное описание, — протянул он. И в ту же секунду в него полетело меню, но он успешно увернулся. Рефлексы, мать его. — Поосторожнее, мы ведь на сВиДаНиИ. Драки под запретом, помнишь? Исаги раздраженно вздохнул и снова взглянул в окно. Снаружи один из фотографов как раз делал вид, что рассматривает витрину соседнего магазина. Очень убедительно. Особенно учитывая, что объектив камеры все еще был направлен в их сторону.  — Мне кажется, это незаконно.  — Что именно?  — Буквально все!  Кайзер тихо рассмеялся. Исаги раздражал этот смех. Потому что обычно после него происходило что-нибудь ужасное.  — Кстати.  Вот. Началось.  — Что?  — Нам нужно сделать еще одну фотографию.  — Нет.  — Да.  — Нет. — Да.  — Нет.  — Йоичи, не упрямься.  — Нет.  Кайзер вытащил телефон, и Исаги сразу почувствовал опасность. По спине пробежали мурашки. Ладони вспотели.  — Не смей, — огрызнулся он.  — С чего бы это?  — Потому что я знаю это лицо.  — Какое лицо? "Тако-о-ое", любитель подробных описаний? — снова передразнил Кайзер. — Лицо человека, который собирается испортить мне жизнь! — Это очень обидно, Йоичи, — посмеялся Михаэль. Он ловко выудил телефон из кармана и открыл приложение камеры.  — Но очень правдиво. — Агентство просило контент, ничего не могу с этим поделать.  — Пусть сами себе делают контент.  — Мы и есть контент.  — Прекрати так говорить.  — Это ведь жесто-о-окая правда.  — И звучит отвратительно. Бесит.  — А может мне нравится тебя бесить.  Конечно. Исаги даже не удивился такому заявлению. Он скрестил руки на груди и закатил глаза:  — Фоткай уже.  — Ого, так не терпится?  — Ты же все равно не отстанешь.  — А ты догадливый, — Кайзер встал с кресла и придвинулся ближе. Слишком близко. И это заставило Исаги мгновенно напрячься, — Нормально сядь. — Я нормально сижу, а вот ты буквально вторгаешься в мое личное пространство!  — С того самого дня, как ты подписал контракт, у тебя не существует опции «личное пространство». Для фотографии нужно выглядеть естественно.  — Ничего естественного здесь нет. — Согласен. Обычно ты выглядишь более раздраженным, — Кайзер вытянул руку так, чтобы сделать совместное селфи. Он даже немного приобнял Йоичи свободной рукой. — Тебе что, нравится? Щелк. Фотография была сделана. Потом еще одна. И еще.  — Хватит.  — Последняя. Исаги рефлекторно потянулся к телефону, собираясь проверить результат. Но это оказалось большой ошибкой. Потому что в этот момент их головы оказались слишком близко. Практически соприкоснулись. Вспышка профессиональной камеры за окном вспыхнула мгновенно. Оба услышали щелчок затвора. Наступила короткая пауза.  — О, нет…  Кайзер посмотрел в сторону окна, потом обратно на Исаги, потом снова в окно: — О-о, да-а.  — Кайзер.  — Завтра интернет взорвется.  — Кайзер.  — Возможно, даже сегодня.  — Кайзер.  — Думаю, нас уже обсуждают.  — Кайзер!  — Что? Исаги уронил голову на стол, ладонями вцепился к собственные волосы, желая вырвать их в порыве гнева. Мысленно он проклинал день, когда поставил ту роковую подпись. Ему казалось, что агентство по ошибке наняло двух футболистов, а не любовную пару каких-нибудь актеров.  — Не понимаю, почему ты так переживаешь, — голос Михаэля прозвучал на удивление спокойно.  Исаги повернул голову и даже через чур жалобно взглянул на собеседника:  — Потому что это ненормально...   — Это работа.  — Это идиотизм.  — Это высокооплачиваемый идиотизм!  — Но все еще идиотизм.  На это Кайзер только пожал плечами и убрал телефон обратно в карман. На несколько секунд между ними повисла непривычная тишина. Настолько непривычная, что Исаги почти сразу насторожился. Кайзер редко молчал. Особенно рядом с ним.  — Что? — впервые за долгое время Йоичи начал разговор первым.  — Ничего.  — Что за «ничего»?  Кайзер покрутил чужой стакан в руках и впервые за весь день отвел взгляд. Странно. Очень странно.  — Забавно. Раньше мне приходилось искать причины проводить с тобой время. Матчи. Тренировки, — он говорил так легко и непринужденно, будто в этом не было ничего необычного. Уголки губ едва дрогнули. — А теперь мне просто присылают расписание. Исаги замер, а сердце почему-то сбилось с ритма. Совсем ненадолго — на секунду, не больше. И почему-то именно в этот момент он понял, что следующие три месяца будут намного хуже, чем он предполагал. Потому что проблема была уже не в контракте. Проблема была в том, что Кайзер, похоже, наслаждался каждой минутой происходящего. И самой неприятной мыслью оказалось то, что сам Йоичи постепенно начинал к этому привыкать.