Дневник Ландо Норриса.

1 июня. Ну вот и всё. Школа кончилась. Экзамены сданы. Странное чувство. Я думал, будет легче, думал, что когда прозвенит последний звонок, я почувствую что-то вроде облегчения. Тишину в голове. Но нет. Вместо тишины — вакуум. Мне семнадцать. В ноябре будет 18. Какая разница. Лето обещает быть жарким и душным, как всегда в нашем городе. Все мои одноклассники сейчас, наверное, празднуют. Они куда-то пошли, может быть, в парк, или в кафе, или ещё куда-нибудь. Меня никто не звал. И я даже не обижаюсь. Честно. Я привык. Учился я, если честно, отвратительно. Не потому что я тупой, нет. Просто я перестал видеть в этом смысл где-то классе в восьмом. Зачем учить формулы, которые никогда не пригодятся? Зачем читать книги про мертвых писателей? Зачем доказывать теоремы? Чтобы потом, как все, поступить в какой-то унылый вуз, найти работу, которая будет бесить, и жить серой мышью до самой смерти? Нет уж. Спасибо. Я даже на результат экзамена смотреть не собираюсь. Нет смысла, как всегда, наверно - средненько. Я знаю, что я редкостный неудачник. У меня нет друзей. Нет подруги. Есть мама, которая смотрит на меня с такой смесью разочарования и усталости, что я предпочитаю не попадаться ей на глаза. Есть отец, который ушел, когда мне было десять. С тех пор я его не видел. И мне, если честно, плевать. Я решил, что это будет моё последнее лето. Звучит пафосно, да? Как в дешевом романе. Но это так. Я поставил себе дедлайн. 31 августа. Последний день лета. После этого… ну, я просто больше не хочу. Я не хочу просыпаться, не хочу видеть это серое небо, не хочу делать вид, что мне есть ради чего жить. Я устал. Я так устал, что это чувство стало физическим. Оно сидит у меня в груди, как камень, и давит на ребра, когда я дышу. Поэтому я решил вести дневник. Глупо, наверное. Писать о том, чего уже не будет. Но мне почему-то кажется, что это правильно. Хочется оставить после себя что-то, кроме пустого места за партой. Хочется, чтобы хоть кто-то понял, что творилось у меня в голове. Даже если этот «кто-то» — я сам, перечитывающий это через месяц. Сегодня я ничего не делал. Вообще. Проснулся в час дня. Лежал, смотрел в потолок. Потом встал, поел макароны, которые разогрел в микроволновке. Мама была на работе. Включил телевизор, полистал каналы. Везде одно и то же — какие-то дурацкие шоу, сериалы про любовь. Мне всё это казалось таким далеким и ненужным. Как будто я смотрю на жизнь через грязное стекло. Я ее вижу, но не чувствую. Вечером я вышел на балкон. На улице было тепло. Я смотрел на людей внизу. Мальчишки гоняли мяч, девчонки сидели на лавочке и смеялись. Они жили. Они дышали. У них были планы на завтра, на следующую неделю, на всю жизнь. А у меня — только дата в календаре. В моей голове пронеслась мысль: «А что, если бы я был одним из них?» Но я тут же отогнал её. Я слишком хорошо знаю себя. Я не умею быть с людьми. Я не умею смеяться так, как они. Я не умею быть частью чего-то. Когда стемнело, я лёг спать. Но не мог уснуть до трёх часов. Я лежал и смотрел на свет фонаря, проникающий сквозь щель в шторах. И думал о том, что буду писать завтра. О чём? О том же, о чём сегодня. О пустоте.