Дневник Ландо Норриса.

30 августа. Я проснулся сегодня с чувством, которого никогда раньше не испытывал. Это было не просто утро — это было утро перед днём, который изменит всё. Завтра я скажу ему правду. Завтра я признаюсь ему в любви. Завтра я перестану быть тем, кем был всё это лето — человеком, который планировал умереть. Я закрыл глаза и вспомнил нашу первую встречу. У книжного магазина. Я врезался в него, его бумаги упали на асфальт. Я поднимал их, дрожащими руками, и не мог отдать ему последний лист. Я смотрел на него и забывал, как дышать. Тогда я не знал, что это будет началом всего. Что этот человек станет моим смыслом жизни. Я сел на кровати и посмотрел на свои рисунки. Я встал и подошёл к стене. Я провёл пальцами по каждому рисунку. По его глазам, по его улыбке, по его волосам. Я знал каждую линию, каждый изгиб. Я знал его лицо лучше, чем своё. Я улыбнулся и прошептал: — Завтра я скажу тебе всё. Сегодня я решил не выходить из дома. Я хотел провести этот день наедине с собой. Подумать. Вспомнить. Подготовиться. Я сел за стол, открыл дневник и взял ручку. Это будет моя последняя запись. Последняя перед тем, как я скажу ему правду. Последняя в этом дневнике, который я вёл всё лето. Дневнике человека, который собирался умереть, но нашёл причину жить. Я глубоко вздохнул и начал писать. Слова лились сами собой, как вода из переполненного сосуда. ______________________________________________ 30 августа. Я не знаю, с чего начать. Наверное, с самого начала. С 1 июня. С того дня, когда я открыл этот дневник и написал, что это будет моё последнее лето. Я был пустым. Я был сломанным. Я не видел смысла в том, чтобы просыпаться каждое утро. Я смотрел на мир через грязное стекло. Я чувствовал только пустоту. Я не хотел жить. Я планировал умереть 31 августа. Я даже выбрал место — старый мост через реку. Я думал о том, как холодная вода сомкнётся надо мной, как я перестану дышать, как всё закончится. Я думал об этом так часто, что это стало привычкой. Я почти смирился с этим. Но потом я встретил его. Я врезался в него у книжного магазина. Его бумаги упали на асфальт. Я помог собрать их. А потом я посмотрел на него. На его тёмные карие глаза, на его русые волосы, на его улыбку. И я забыл, как дышать. Я забыл, что я планировал умереть. Я забыл всё. В тот момент я не знал, что он станет моим спасением. Что он подарит мне лето, которое изменит мою жизнь. Что он покажет мне, что жить стоит. С тех пор прошло почти три месяца. Три месяца, которые я провёл с ним. Мы гуляли по городу, ели мороженое, пили лимонад, смотрели фильмы. Он рассказывал мне о своих сёстрах, о своей бабушке, о своих студенческих годах. Он смеялся, и его смех отзывался во мне эхом. Он смотрел на меня, и я чувствовал, что я не один. Что я кому-то нужен. Он не знает, что я врал. Я врал о том, что у меня есть друзья. Я врал о том, что у меня есть будущее. Я врал о том, что я счастлив. Потому что я боялся, что если он узнает правду, уйдёт. Он поймёт, что я никчёмный, одинокий, сломанный человек, и уйдёт. Но теперь я не хочу врать больше. Я хочу сказать ему правду. Всю правду. Я хочу сказать ему, что я люблю его. Я люблю его так сильно, что это пугает меня. Я люблю его больше, чем я когда-либо любил кого-либо. Я люблю его больше, чем я люблю свою жизнь. Потому что он показал мне, что жизнь может быть другой. Он показал мне, что я могу быть счастливым. Он показал мне, что я могу дышать. Я хочу сказать ему, что я планировал умереть. 31 августа. Я должен был умереть завтра. Но я не хочу умирать. Я хочу жить. Я хочу жить ради его. Я хочу видеть его глаза каждое утро. Я хочу слышать его смех каждый день. Я хочу быть рядом с ним. Всегда. Я хочу сказать ему, что он спас меня. Он не знал этого. Он просто был собой. Он был добрым, смешным, настоящим. Он подарил мне своё время, своё внимание, свою дружбу. Он подарил мне надежду. И я благодарен тебе за это. Больше, чем я могу выразить словами. Он сказал, что у него тоже есть что сказать мне. Я не знаю, что это. Может, он тоже хочет сказать мне что-то важное. Может, он тоже чувствуешь то же, что и я. А может, что-то другое. Я не знаю. Но я готов. Я готов к любому ответу. Потому что я больше не боюсь. Я больше не боюсь жить. Я больше не боюсь любить. Я больше не боюсь быть собой. Это лето изменило меня. Он изменил меня. Я больше не тот парень, который сидел на подоконнике и считал дни до смерти. Я — человек, который хочет жить. Который хочет любить. Который хочет быть счастливым. Я не знаю, что будет завтра. Я не знаю, скажу ли я ему всё так, как хочу. Я не знаю, каким будет его ответ. Но я знаю одно: я больше не буду жалеть о том, что не сказал. Я скажу ему всё. Потому что либо завтра, либо никогда. Я благодарен ему за это лето. За каждый день, за каждую минуту, за каждую секунду. Я запомню его навсегда. Даже если завтра он скажет мне, что мы не можем быть вместе. Даже если он уйдёт. Я запомню его. Его глаза, его улыбку, его смех. Я запомню всё. Спасибо, что был. Спасибо, что ты есть. Спасибо, что ты спас меня. Я люблю тебя, Оскар. Я люблю тебя. ______________________________________________ Я закрыл дневник и положил ручку на обложку. Я смотрел на эту потёртую, исписанную тетрадь, которая стала моим убежищем всё это лето. Три месяца назад он был для меня исповедью обречённого. Теперь он стал историей спасения. Историей о том, как один человек перевернул мою жизнь. Я провёл рукой по обложке. Это была последняя запись. Последняя страница, которую я исписал в этом дневнике. Больше я не открою его. Потому что завтра я перестану быть тем, кто прячется за бумагой. Я стану тем, кто говорит вслух. Я встал и подошёл к окну. Солнце садилось за горизонт. Небо было розовым и оранжевым. Как в тот вечер, когда мы стояли на мосту, и я смотрел на него, а не на закат. — Завтра, — прошептал я. — Завтра я скажу тебе всё. Я подошёл к кровати и лёг. Я закрыл глаза и представил его лицо. Его глаза. Его улыбку. Я чувствовал, как внутри меня растёт тепло. Не страх, не боль. А надежда. Я уснул с улыбкой. Завтра будет новый день. И я не боюсь его. Я готов. ______________________________________________ Дневник закрыт. Последняя запись сделана 30 августа. Ландо больше никогда не откроет его.