Путь к тебе

Исо вышел из мастерской, воздух был слегка прохладным, но не освежающим. Он опирался на шершавые перила, вглядываясь в пыльную дорогу, которая терялась где-то за горизонтом. Два часа назад дядя Амирум вернулся с регистрации брака, в его глазах читалась усталость, но они светились счастьем, наконец-то доверенный ему Омером Кочари парень – счастлив! - Адиль и Эсме зарегистрировали брак, Исо! Они взяли девочек с собой, Чакыра с Микой и поехали куда-то. Сказали, что у них дело есть, но скоро вернутся. Вроде бы все было в порядке. Но… Исо нервничал. Нервничал так, как не нервничал никогда. Причина его беспокойства была в словах Адиля, сказанных ему позапрошлой ночью, когда тот появился в мастерской, где его связанного держала Фадиме. Два дня назад Ночь хны закончилась час назад, Исо пытался сидя заснуть, отключится, но это у него никак не выходило. Адиль бесшумно зашел в мастерскую, он был бледен и напряжен. Он молча развязал Исо и начал наворачивать круги по мастерской, дожидаясь пока Исо разомнется и переключит внимание от своих затекших конечностей на него. - Я не буду вмешиваться в ваши разборки с Фадиме, Исо, – начал он, как только увидел, что Исо вопросительно на него уставился. – И мстить тебе я не собираюсь. Ты меньше всех виновен. Месть тебе – это дело Фадиме, её право. Исо тогда кивнул, понимая. Он прекрасно понимал Фадиме. Он причинил ей боль, глубокую, кровоточащую рану. И теперь Фадиме пыталась выместить эту боль на нем. На том, кто эту боль и причинил. Он не обижался. Если ей становилось легче, если это помогало ей справиться с тем, что он ей сделал, то он был только рад. Ему было больно смотреть на то, как страдает его дорогая жена. Он видел эту боль в ее глазах, в каждом ее движении, в каждом слове. И он готов был принять все, что она ему уготовила, лишь бы она нашла хоть какое-то успокоение и облегчение. Но слова Адиля не закончились на этом. Они были лишь прелюдией к чему-то гораздо более мрачному. - Тимур Волков вышел на свободу, – произнес Адиль, и в его голосе прозвучала нотка обреченности. – И он начал посылать мне золотые слитки. Отсчитывая, сколько мне осталось жить. Исо почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он не знал ничего о Тимуре Волкове, но прекрасно помнил, с каким ужасом говорила о нем Фадиме. Жестокий, безжалостный человек, с огромными связями по всей Европе и чье имя было синонимом хаоса. - Пришло уже три слитка, – продолжил Адиль, его взгляд был устремлен куда-то в пустоту. – Когда придет пятый, моя жизнь оборвется. Три слитка. Два осталось. Исо сжал кулаки. Он чувствовал, как тревога сжимает его сердце. Адиль и Эсме уехали с девочками. Они должны были вернуться. Но время шло, а их все не было. И каждый новый круг минутной стрелки казался ему еще одним шагом к неизбежному. Он думал о Фадиме. О той боли, что причинил ей. О том, как он хотел бы ее исцелить. Но теперь к этой боли добавился новый, леденящий страх. Страх за Фадиме. Страх за Адиля. Страх за Эсме и Элени. Страх за то, что может произойти, если Волков решит ускорить свой мрачный отсчет. Исо поднял голову, вглядываясь в даль. Дорога была пуста. Только ветер шелестел в листве деревьев, словно нашептывая ему о грядущих бедах. Он ждал. Ждал вестей. Ждал возвращения. Ждал чего угодно, лишь бы эта гнетущая тишина наконец прервалась. Но пока была только эта пустая дорога и нарастающее в груди предчувствие беды. Боковым зрением он заметил какое-то движение и повернул голову, чтобы посмотреть, что его отвлекает. В метре от него стоял Эюпхан. Стоял и сверлил взглядом, от которого у Исо зачесались кулаки. - Тебя мне тут только не хватало, – процедил Исо сквозь зубы, не отрываясь от перил, пытаясь игнорировать этот навязчивый взгляд. Эюпхан шагнул ближе. - Чего тебе надо, сладкий? – Исо даже не пытался скрыть свое раздражение. - Документы, Фуртуна. Подписанные. На развод с Фадиме. Я сам отвезу их Фериде. Внутри Исо всё взбесилось. Огнем ударило в виски, сжало грудь тисками. Этот ублюдок – тот самый, что положил глаз на его жену, чуть не убил её, пытаясь убить его, потом шантажировал их, выкручивал руки, загонял в угол, - теперь стоял здесь, наглый и требовательный, словно имел право дышать с ним одним воздухом. - Какие документы? – Исо медленно повернулся, вложив в лицо маску искреннего непонимания. – Ты о чем, Эюпхан? Моя жена мне никаких документов не давала. Глаза Эюпхана сузились. Он шагнул ещё ближе. - Не ври мне. Я слышал, как Фадиме говорила с Эсме и Фериде о разводе, что она отдала тебе документы на подпись. - Подслушивать не хорошо, Эюпхан. Разве тебя этому в детстве не научили? – усмехнулся Исо, но внутри всё напряглось до звона. - Где они? – голос Эюпхана взлетел на октаву выше. – Ты спрятал их? Думаешь, если зажмешь бумаги, она останется с тобой? Ты ей жизнь сломал! Она ненавидит тебя! Исо чувствовал, как внутри лава гнева просто переполняется. Каждое слово Эюпхана било по открытым нервам, по всем тем ранам, что и так кровоточили. - Ничего я не прятал! – рявкнул он, срываясь. – Потому что нечего прятать! Нет никаких документов! - Ты не имеешь права! – Эюпхан ткнул пальцем ему в грудь. – Она хочет развода! - Между мужем и женой бывает всякое! – Исо сбил его руку, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь до грохота в ушах. – Они ссорятся, мирятся, снова ссорятся – это жизнь! Но это не твоё дело, понял? Фадиме – моя жена! МОЯ! Жена Исмаила Фуртуна! И я никуда не денусь, слышишь? Никуда! Он шагнул вперёд, сокращая расстояние до опасного. Между ними оставался лишь воздух, наэлектризованный до хруста. - Пора уже смириться, сладкий. Она любит меня. Она выбрала меня. И будет выбирать снова и снова. Эюпхан побелел. Его челюсть сжалась так, что желваки заходили под кожей. - Ты пожалеешь, - выдохнул он еле слышно. Исо улыбнулся, опасной, ледяной улыбкой. - Я уже жалею. Что вообще тебя на складе тогда не прикончил. Но что поделать, это жизнь. Мы не всегда можем получить то, что хотим. Исо развернулся, не давая Эюпхану возможности ответить. Каждый шаг назад в мастерскую отдавался гулким эхом в его голове, заглушая даже шелест ветра. Он бросил взгляд на печь. Там, среди тлеющих углей, догорали последние клочки бумаги. Документы на развод. Те самые, что Фадиме, в порыве гнева и отчаяния, бросила ему, словно проклятие. И он, не раздумывая, отправил их в печь, к остаткам её свадебного платья, наряда для хны, бусинами, которые она с такой яростью кинула в огонь. Символ того, что их история закончилась. Но для Исо ничего не было закончено. Он знал Фадиме. Знал, как бушуют в ней страсти, как легко эмоции захлестывают её, заставляя принимать решения, о которых она потом будет жалеть. Ей нужно время. Время, чтобы успокоиться, чтобы эмоции утихли, чтобы она начала рационально мыслить, а не под влиянием момента. А он будет рядом. Будет ждать. Будет добиваться её прощения. Будет делать всё, чтобы вернуть её любовь. Если она захочет развод, он его даст, но только когда она успокоится. - Исо!!!! – встревоженный голос дяди Амирума нарушил тишину. Исо тут же выскочил из мастерской, сердце забилось в бешеном ритме. Внизу, дядя Амирум в панике бежал от своего дома к машине. Он был бледный как полотно, его голос дрожал от ужаса. - Исо! Исо, сынок! – кричал он, увидев младшего Фуртуна. – На них напали! Адиль звонил... Он больше ничего не сказал, только скинул адрес и сказал, чтобы я с собой взял тебя. Исо уже слышал обрывки слов, но слова дяди Амирума, произнесенные с такой отчаянной тревогой, врезались в память. "Адиль... напали...". Он быстро забежал в мастерскую, вытащил оружие из тайника, о котором ему сказал Адиль и не теряя ни минуты помчался к дяде Амируму. Около машины уже стоял Эюпхан, его лицо искажено злобой и какой-то болезненной решимостью. Он спорил с отцом, пытаясь настоять на своем. - Я поеду! – кричал Эюпхан, его голос срывался. – Я должен быть там! - Эюпхан, ты же не можешь! – пытался вразумить его отец, указывая на перевязанную руку. – Со сломанной рукой ты там точно не поможешь. Это опасно! Исо проигнорировал их спор. Его мысли были заняты другим. Фадиме. Она была там. И это было единственное, что имело значение. -Дядя, – обратился он к Амируму, его голос был спокоен, но в нем звучала сталь. – Телефон. Мне нужен телефон. Дядя Амирум, не раздумывая, протянул ему свой смартфон. Исо быстро нашел в контактах Адиля, но звонок не проходил. -Нет сети, – пробормотал он, чувствуя, как нарастает тревога. Тогда он зашел в сообщения и посмотрел, куда надо ехать. - Где мой пикап? – спросил он, оглядываясь. Он не знал, куда его перепарковали после всех событий. - Фадиме его куда-то припарковала – ответил дядя Амирум. – Когда готовили территорию для ночи хны. Исо кивнул. Это было неважно. Главное – добраться до точки, которую скинул Адиль. - Я поеду на машине жены, – сказал он, уже направляясь к ее машине, припаркованной неподалеку. Он открыл дверь машины Фадиме, сел за руль. Ключи были в замке зажигания. Он завел двигатель и рев мотора заглушил все остальные звуки. Он выехал на дорогу, оставляя позади суету и споры. Дядя Амирум вместе с Эюпханом следовали за ним. Исо мчался, не разбирая дороги, мысленно делая себе пометку купить жене машину помощнее. В голове проносились обрывки воспоминаний: смех Фадиме, ее гнев, ее слезы и теперь – страх за нее. Дорога к карьеру была извилистой и опасной, особенно в надвигающихся сумерках. Машина Фадиме, хоть и была надежной, не была предназначена для таких скоростей. Исо чувствовал, как колеса скользят по гравию, как машина кренится на поворотах. Но он не мог замедлиться. Каждая секунда была на счету. Он издалека заметил пикап Адиля, брошенный на обочине перед мостом. Недалеко от машины стояли две женские фигуры, обнимающиеся так, словно пытались удержать друг друга от падения в бездну. Сам Адиль метался по мосту, его движения были хаотичны, словно он пытался отбиться от невидимого врага. Сердце Исо екнуло. Он еще не понимал, кто из девушек обнимается, но всё его нутро кричало, что это не Фадиме. Ее осанка, ее силуэт – он мог бы узнать даже в полной темноте, даже если бы земля разверзлась между ними. Этот холодный, пронизывающий страх, который он ощущал с момента крика дяди Амирума, теперь сгустился до предела. Машина взвизгнула тормозами и Исо уже бежал, не чувствуя ног. Это были Эсме и Элени, мать и дочь. Обе были в слезах, их плечи дрожали от рыданий. Эсме, увидев Исо, подняла голову. Ее глаза, полные отчаяния, встретились с его. Она не произнесла ни слова, но ее взгляд был красноречивее любых слов. В нем читалась мольба, просьба о помощи и указание – идти к Адилю. Исо кивнул, понимая. Он оставил их, чувствуя, как тяжесть мира давит на его плечи. Он направился к мосту, где метался Адиль. Каждый шаг казался ему вечностью. Он видел, как Адиль что-то кричит, размахивает руками, но слова терялись в шуме ветра. Когда Исо приблизился, он увидел, что Адиль держит в руке что-то блестящее. Золотой слиток. Пятый. - Брат Адиль, - позвал он, и голос его прозвучал чужим, надтреснутым. Адиль обернулся. Его глаза – две пустые черные дыры, выжженные горем. Он смотрел сквозь Исо, в какую-то точку за его плечом, где, возможно, еще теплилась надежда. Но надежды не было. Исо видел это по тому, как дрожали пальцы Адиля, сжимающие проклятый слиток. - Где Фадиме? – тихо спросил Исо. Адиль открыл рот, но звук не вышел. Только хриплый выдох, словно из проколотых легких. Он покачал головой, и это движение было медленным, как в замедленной съемке – каждое мгновение растягивалось в вечность. - Я не знаю, - прошептал он, и слова эти были тише ветра, но они врезались в Исо, как пули. Исо почувствовал, как земля уходит из-под ног. Мир вокруг него сузился до этой пустой дороги, до этого моста, до этого блестящего слитка в руке Адиля и до леденящего душу незнания. Страх за Фадиме, который до этого момента был лишь фоновым шумом, теперь стал оглушительным ревом, поглощающим все остальные мысли и чувства. Он знал, что должен действовать, но в этот момент он чувствовал себя таким же пустым и беспомощным, как и Адиль. Исо смотрел на Адиля, на его искаженное горем лицо, и слова, которые тот произнес, казались нереальными, словно вырванными из кошмара. Но реальность была жестока. Когда подошли подъехавшие дядя Амирум и Эюпхан, Адиль рассказал, что произошло. - Мы ехали домой, – начал Адиль, его голос дрожал, словно струна, готовая порваться. – Я заметил что-то блестящее на мосту. Подумал, что это четвертый слиток. Я остановился, чтобы подобрать его. Но это оказался пятый. И тут же… тут же появились машины. Во главе с Тимуром Волковым. Адиль сглотнул, его взгляд снова устремился вдаль, туда, где, казалось, еще недавно разворачивалась эта ужасная сцена. -Он сказал, что решил изменить правила игры, – продолжил Адиль, и в его голосе прозвучала горечь и отчаяние. – Они схватили моих девочек и Эсме. Привязали их к стульям. Поставили позади каждой по фуре. И заставили меня выбирать. Кого я спасу. А две другие… две другие умрут. Исо почувствовал, как холод пробежал по его спине. - Я метался между ними, – Адиль закрыл глаза, словно пытаясь вычеркнуть эти воспоминания. – Пытался понять, что делать. И тут… внезапно начала появляться дымовая завеса. Она не просто создавала нулевую видимость. Она отрубала человека. На какое-то время. Адиль открыл глаза. В них плескалась боль, которую Исо никогда не видел раньше. - Когда я очнулся, – прошептал он, и каждое слово было как удар. – Я, Элени и Эсме лежали около пикапа, Элени и Эсме были без сознания. А Фадиме… Фадиме нигде не было. Тишина, повисшая между ними, была оглушительной. Исо смотрел на Адиля, на его сломленную фигуру, и чувствовал, как его собственный мир рушится. Фадиме. Его Фадиме. Исчезла. Похищена. Дыхание Исо стало прерывистым, грудь сдавило невидимой рукой. Он чувствовал, как мир вокруг него теряет краски, как звуки искажаются, превращаясь в неразборчивый гул. Перед глазами замелькали образы: Фадиме, смеющаяся, Фадиме, впервые обнимающая его, Фадиме, спящая на его груди. Его Фадиме в руках каких-то чудовищ. Его тело начало дрожать. Ноги подкашивались, словно они больше не принадлежали ему. Он попытался сделать шаг, но споткнулся, едва не упав. Паника накрывала его с головой, как холодная волна, выбивая воздух из легких. Он чувствовал, как сердце колотится в груди с бешеной скоростью, готовое вырваться наружу. - Нет... нет... нет... – шептал он, но слова тонули в нарастающем шуме в ушах. Он видел, как дядя Амирум смотрит на него с тревогой, а Эюпхан удивленно, но их лица казались далекими, размытыми. Внезапно, словно прорвав плотину, из груди Исо вырвался крик. Это был не просто крик боли или страха. Это был крик ярости, крик отчаяния, крик человека, чья душа была разорвана на части. Он был настолько мощным, настолько пронзительным, что казалось, он сотряс сам воздух. - ФАДИМЕ! – снова крикнул он, и в этом крике была вся его боль, вся его любовь, вся его готовность сражаться до последнего вздоха. Он поднял кулаки, сжимая их до побеления костяшек. Его глаза горели огнем, в них отражалась вся та боль, которую он чувствовал, но теперь она была окрашена в цвет ярости. - Я найду тебя, - прохрипел Исо, и голос его звучал как скрежет ржавого металла. – Слышишь?! Я переверну эту гребаную землю, я сожгу каждый уголок этого мира дотла, но я найду тебя! И в этот миг в его глазах не осталось ничего человеческого. Только животная, всепоглощающая ярость. Он схватил Адиля за грудки, притянув к себе так, что кости захрустели, и прошипел: - Кто? Кто мог забрать её, пока вы лежали в отключке? Думай, Адиль! Думай, мать твою! Дядя Амирум попытался оттащить Исо, но тот лишь отмахнулся, не сводя с Адиля безумного взгляда. Внутри него взрывались бомбы – одна за другой. Паника, ярость, отчаяние, любовь – всё смешалось в гремучую смесь, которая грозила уничтожить всё на своем пути. - Клянусь Аллахом, - выдохнул Исо, отпуская Адиля и отступая на шаг. – Я найду её. И каждого, кто причастен к этому, я заставлю молить о смерти. Исо посмотрел на Эсме и Элени, которые уже сидели на земле, их рыдания стихли, но их глаза были полны ужаса. - Элени и Эсме могли видеть что-нибудь? – спросил он, не оборачиваясь. - Они были в отключке дольше меня, - ответил Адиль. – Когда я пришел в себя, они были без сознания. Фадиме… ее стул был пуст. Только сорванные веревки болтались. Исо подошел к ограждению моста и сжал его так, что кости захрустели. Холод камень впивался в ладони, но эта боль была ничем по сравнению с тем, что разрывало его изнутри. Он не остановится, пока не найдет ее. Даже если ему придется пройти через ад. - Звони Тимуру. Спрашивай, у него, где Фадиме и что он хочет за нее.