Часть 4
4 июля 2026 г., 13:16
Рюджин сидела на кровати, сжимая телефон в руках. Юна вышла, оставив ее одну перед главным выбором в жизни.
Перед глазами Рюджин снова пронеслась вся их история с Йеджи. Все громкие ссоры, разбитая посуда, ночи, проведенные в слезах после очередного расставания. Боль была реальной. Она помнила ее вкус так же четко, как вкус шоколадного Chapman на губах Йеджи. Но, взглянув на экран со 114 пропущенными, Рюджин поняла кое-что еще.
Пытаясь спастись от боли, она устроила себе ад гораздо хуже. Одиночество без Йеджи не было спасением – оно было медленной смертью. И если им суждено сгорать, то лучше сгорать вместе, пытаясь построить что-то заново, чем тлеть поодиночке в чужих постелях и пустых комнатах.
Рюджин сделала глубокий вдох. Паника отступила, уступая место странной, звенящей решимости. Она открыла клавиатуру и набрала Йеджи ответное сообщение. Единственное. С адресом своего дома и временем.
Через час Рюджин уже стола у двери собственной квартиры. Она повернула ключ в замке, переступила порог и не стала закрывать дверь на защелку. Она села прямо на пол в прихожей, прислонившись спиной к стене, и стала ждать.
Ей не пришлось ждать долго. Шаги на лестничной клетке раздались уже через пятнадцать минут – быстрые, рваные, почти бегущие.
Дверь резко распахнулась. На пороге стояла Йеджи. В растрепанной куртке, с бледным лицом и покрасневшими от слез и недосыпа глазами. Увидев Рюджин, сидящую на полу, Йеджи на секунду замерла, словно не верила, что это не очередной призрак ее измученного разума.
— Рю… — выдохнула Йеджи. Этот звук был похож на всхлип.
Рюджин медленно поднялась на ноги. Страх все еще был где-то глубоко внутри, но теперь он ее не парализовал.
— Я здесь, Хван, — тихо сказала она.
— Я больше не бегу.
Йеджи не стала ничего говорить. Она сделала три стремительных шага вперед и буквально врезалась в Рюджин, намертво обнимая ее за шею. Рюджин уткнулась носом в плечо Хван, вдыхая тот самый цитрусовый аромат, и ее собственные руки крепко сомкнулись на талии Йеджи. Они дрожали вместе, цепляясь друг за друга так, словно вокруг рушился мир.
Им предстоит долгий путь. Им предстоит учиться разговаривать, прощать и не ранить друг друга старыми обидами. Будет сложно, а иногда, возможно, снова больно. Но сейчас, стоя посреди пустой прихожей и чувствуя бешеное сердцебиение друг друга, они обе знали: они наконец-то дома.
