Новая причёска Гарри

Гермиона сидела у себя дома и читала, когда к ней в дверь позвонили. — Секунду, — сказала Гермиона, подошла к двери и открыла её. На пороге стояло нечто, поразившее Гермиону до глубины души. Это был худой молодой человек среднего роста. Светлые платиновые волосы гостя были напомажены и зализаны назад. Только круглые очки и шрам на лбу в виде молнии выдавали в нём лучшего друга Гермионы. — Пустишь? — спросил Гарри. — Да, конечно, — пробормотала Гермиона в ответ. — Проходи, садись. Они зашли в квартиру, и Гермиона закрыла дверь. Нужно было срочно узнать, что заставило Гарри так резко сменить имидж. — Гарри, что ты с собой сделал? — обеспокоенным тоном начала она, усевшись в кресло и отложив книгу на столик. — Волосы покрасил, — ничтоже сумняшеся, ответил Гарри, по-хозяйски развалившись на диване. — Эээ… Как? — Кикимер, оказывается, умеет это делать. Он и Беллатрисе в своё время причёски делал, и Нарциссе… И Люциусу… Ладно, неважно. Как тебе мой новый образ? — Ну… — замялась Гермиона. — Необычно, — выдавила из себя она. — Ну, это я знаю. Я тебе хотел показаться, прежде чем это кто-то увидит. Ну, помимо Кикимера. — И правильно сделал. Общественность будет в шоке, увидев тебя со светлыми волосами. — Как минимум, платиновый блонд выглядит интересно, — заметил Гарри. — И стильно. Я к новой причёске купил пять чёрных шёлковых мантий. Да и пальцы становятся гораздо более изящными и тонкими, когда у тебя светлые волосы. Гермиона уже перестала понимать хоть что-то. — Гарри, при чём здесь пальцы? — спросила она. — А на рояле я как буду играть? — невозмутимо задал встречный вопрос Гарри. — Ты никогда не играл на рояле. — Так начну. Тем более, правило этикета для чистокровных № 75 требует, чтобы любой чистокровный умел играть на рояле… Теперь настала очередь Гарри замолчать. Откуда у него в голове эта мысль? Он же даже не чистокровный. Он посмотрел на Гермиону и увидел в её глазах такой же шок. — Эээ… Гарри… — начала она. — Какое правило? — Правило № 75, — ответил он чуть менее уверенно. — Любой чистокровный волшебник обязан знать 252 правила этикета. Правило этикета № 1. — И ты их знаешь? — Теперь да… Но не знаю, почему. Но я их знаю, и знаю, что я должен их соблюдать. Это правило № 2. — А я знаю, почему ты их знаешь, — заявила Гермиона. — Это из-за того, что ты покрасил волосы. — Что? Гермиона, ты в своём уме? — опешил Гарри. — Как краска для волос может повлиять на мою память? Может, я просто решил изучить эти правила, как и положено настоящему чистокровному. — Твоя мама была маглорождённой. — Не напоминай мне о моём презренном происхождении… — Гарри тут же зажал рот руками. Никогда в своей жизни Гарри не подумал бы, что сможет назвать волшебников с магловской кровью презренными. Это было… странно. Как будто что-то заставляло его превращаться в чистокровного сноба… — Вот чёрт, ты права. — пробормотал Гарри. — Краска меня поглощать начала. — Где ты вообще её достал? — Малфой пару недель назад вернулся из Франции. Мы его, как положено, проверили на наличие тёмных артефактов и контрабанды, — начал Гарри. — Из необычного была только краска для волос. Я спросил, где такую же заказать, он и дал адрес. Сегодня пришла, и Кикимер меня покрасил. — А к этой краске прилагалась инструкция? — спросила Гермиона. — Прилагалась, но Кикимер сказал, что и без неё покрасит. — В инструкции должны были быть описаны возможные побочные эффекты. Вызывай Кикимера, пускай ищет инструкцию. — Не приказывай мне, ты, поганая грязнокровка… — Гарри снова прижал руки ко рту. — Так, нам срочно нужно сбрить это твоё… это. А то ещё решишь меня из окна выбросить. Гарри молча кивнул.

***

Американская компания «Orino & Сo.» была волшебной даже по меркам волшебного мира. Их идея пятиминутной доставки товаров в любую точку мира стала поистине революционной. Особенно Гермиону радовало, что владельцы компании были прогрессивными людьми и нанимали в качестве курьеров свободных домовиков, которым при этом платили зарплаты и предоставляли отпуска. Достав специальный блокнотик с бланками заказов, Гермиона написала, что хочет получить и за какую цену, и через пять минут в квартире появился домовик с машинкой для стрижки волос. — Спасибо за заказ, мисс Герми! — домовик поклонился и трансгрессировал. Пока Гермиона распаковывала доставку, Гарри вспомнил случай из детства, когда тётя Петунья обкорнала его практически под ноль. Он вспомнил, как весь вечер проплакал в чулане, представляя, как над ним будут смеяться, и свой детский магический выброс, за одну ночь заставивший волосы отрасти обратно. И то, как после этого тётя Петунья заперла его на неделю. Далеко не факт, что и сейчас волосы отрастут за ночь. А лысый Гарри Поттер, пожалуй, будет не меньшим шоком для нации, чем блондин Гарри Поттер. — А ты уверена, что их нужно сбривать? — неуверенно спросил Гарри. — Уверена, — ответила Гермиона. — Я прочитала инструкцию. И я не собираюсь смотреть, как ты медленно превращаешься в Малфоя, — ответила Гермиона. — Но ведь всегда есть другой вариант… — попытался найти выход Гарри. — Хна, например… — Хна? — возмутилась Гермиона. — Чтобы ты был рыжим? Нет, спасибо, я не желаю, чтобы ты ходил в заляпанной мантии, играл в шахматы, жрал куриные ножки и постоянно говорил, как сильно ты хочешь, чтобы я была твоей. — Но я ведь и так хочу, чтобы ты была моей… — возразил Гарри. — Прекрасно, оказывается, Хорёк тоже меня хочет, — пробурчала Гермиона. — Вот уж без чего бы обошлась, так без этой информации. Подставляй голову! Гарри не стал говорить Гермионе, что мысли о том, что было бы, если бы Гермиона согласилась быть с ним, были его собственными. Он уже давно понял, что его чувства к ней далеко не дружеские, и что если он позволит Гермионе уйти, он будет жалеть об этом до конца жизни. Джинни поняла это ещё раньше него и отправилась играть в квиддич в Америку, где очень быстро нашла себе нового бойфренда. А когда Рон, несколько лет безуспешно пытавшийся добиться взаимности от Гермионы, снова сошёлся с Лавандой, Гарри понял, что вот он — его шанс. Правда, шанс разбился о пакетик с краской. «Ну, Хорёк», думал Гарри, глядя, как крашеные пряди падают на кафельный пол. «Девушкам нравятся блондины, потому я и крашусь… Крем для депиляции тебе в краску подмешать надо! Ничего, пройдёт пара месяцев, волосы отрастут, и тогда я приглашу Гермиону на свидание». — Гарри, ты же понимаешь, что я сразу догадалась, что ты не только со скуки решил покрасить волосы? — спросила Гермиона, в очередной раз проводя машинкой по голове лучшего друга. — Ну… — замялся Гарри. — Стой, я это вслух сказал? Ну, про то, что хочу пригласить тебя на свидание, когда у меня волосы отрастут. — Нет, просто предположила. А ты подтвердил моё предположение. Гарри взглянул на себя в зеркало. Вид его покрасневшего от смущения лица в сочетании с наполовину сбритыми светлыми волосами был на редкость неприятный. — На будущее, мне очень нравятся твои настоящие волосы, — продолжила Гермиона. — Тебе не надо перекрашиваться, чтобы привлечь моё внимание. Ты и так всегда в его центре. И можешь не ждать, пока волосы отрастут. Я с тобой и с лысым на свидание пойти готова. Обрадовавшийся Гарри вскочил было, но Гермиона его удержала. — С лысым готова, а с недостриженным — нет, — сказала она. — Как только я тебя достригу, можешь начинать придумывать, куда ты меня поведёшь.