DARK ANGEL

Уиллу Байерсу нравилась его работа. Графический дизайнер рекламного агентства. Казалось бы, звучит красиво, даже как-то статно. Только агентство размером с горошину. Ну, ладно, не с горошину, может, с тыкву. Но, справедливости ради, с начальником могло бы и повезти хоть немного. Но удача показала Уиллу средний палец и плюнула в лицо. Начальник – это начальник, не дизайнер. Он отвечает за другие вещи. А за визуал отвечает Уилл! УИЛЛ! Он знает, что делать, чтобы сайт, реклама, брошюра или упаковка выглядели красиво. Потому что он, мать его, действительно знает, как это делать. Он выпускник художественного университета. Но: «Измени шрифт», «Поменяй цвет», «Логотип побольше», «Ты все еще не поменял шрифт? Я же сказал, нужен другой». А шрифт действительно уже был другим, только мистер Беннет ни хрена в этом не понимал, но все равно каждый раз придирался. Сегодня было что-то новое. – Байерс, а ты вообще дизайнер? – спрашивает мужчина, пялясь в компьютер. Уилл стоит рядом, опираясь руками о стол. Он смотрит на его почти лысину с диким (хоть он и не так воспитан) желанием треснуть по ней со всей дури. – У меня высшее образование, мистер Беннет. Бакалавр изящных искусств, – монотонно говорит он, смотря куда-то в сторону окна. – Вы же знаете. К чему вопрос? Он сам принял его на работу, читал его резюме и прекрасно знает ответ на вопрос «Дизайнер ли он?» Да! Даже немного больше. – Так что? – спрашивает Уилл, так как не дождался от начальника никакой обратной связи. – Ну-у, – протянул он, почесав свою (совершенно ужасную) бороду, – Уменьши логотип. Много места занимает. Опять логотип? Издевается? – Вы говорили увеличить. Вчера. Байерс держался что есть сил. Как можно быть настолько тупым в свои почти сорок? Каким образом он при этом начальник? После бессмысленных реплик Беннета и борьбы с желанием оторвать кусок его рабочего стола, который Уилл сжимал, он вышел из его кабинета, швырнув папку с бумагами на пол. Уилл прикрыл глаза, закусив щеку изнутри, и пытался выровнять дыхание. – Ого, Байерс, злее, чем на этой неделе, я тебя никогда не видел. – донесся голос справа. У кулера стоял Рэй – менеджер по работе с клиентами. Рэя можно назвать экстравертом, и он самый коммуникабельный человек, которого Уилл встречал. Они хорошо ладили, было бы странно, если б нет. Общаться с людьми – его работа, и он прекрасно с ней справлялся. Кажется, если бы не Беннет, то каждый в этом офисе мог бы сказать, что работает в идеальном месте. Ну, еще бы зарплату побольше. – Что на этот раз? Вместо ответа Уилл просто мотает головой, дав понять, что не будет это обсуждать. Рэй его понимал. – Этот толстяк всех достал, чувак. Ничего не поделаешь, – сказал Рэй, как самую обычную вещь в мире, и пожал плечами. Уилл нагнулся, чтобы собрать бумаги с пола, пока Рэй размешивал что-то в кружке. Уилл учуял запах кофе. – Кофе? Поздновато ты. Тот махнул рукой и отпил из кружки. Они шли по коридору в сторону своих кабинетов, и Рэй заговорил первым. – Да расслабься, а то скрючился весь. – Рэй слегка коснулся его плеча, и только тогда Уилл понял, что слишком напряжен. Он выдохнул и расправил плечи. – Десять минут – и мы свободны! Два выходных впереди. – Да, да, просто… накопилось. Не могу же я вечно на этого полудурка глаза закрывать. И это еще даже не срыв. Видимо, скоро дойдет до того, что я разнесу его кабинет. – Уильям, выражения! – смеется Рэй и небрежно закидывает руку ему на шею. – Чувак, как ты вообще отдыхаешь? Я знаю, он бесит. Нас везде будет что-то бесить, от этого не убежать. Поэтому! Чтобы не сойти с ума, нужно отдыхать. И надо уметь это делать, знаешь, нормально развлечься. Оторваться. Выпустить пар. – Я… – Уилл нахмурился, пытаясь вспомнить, может ли описать хоть одни свои выходные подобными словами. – Не знаю, я иногда вижусь с подругой или… просто рисую… – Ладно, а с подругой вы…? – Кино, прогулки или просто дома… – Серьезно!? Боже, это скукота! – Рэй вдруг встает перед ним и хватает за плечи, слегка встряхивая. – Так, я понял. Нормально ты не отдыхаешь. Тогда слушай меня сюда, Байерс. Через… – он взглянул на наручные часы, – Шесть минут – конец рабочего дня. Завтра суббота, и мы с тобой идем в хороший бар. С вкусным пивом. И я не хочу слышать ничего против. – Бар? – Отличный бар, Уилл, погнали. Тебе оно надо. Твои способы отдохнуть не совсем… помогают как следует развеяться. Перезагрузиться. Сброситься до заводских. Не думаю, что он не уволит тебя, если ты все же разнесешь его кабинет, а? Взгляд Уилла полон скептицизма. Бар? То есть музыка, алкоголь, толпа… Он не был социофобом, но такие мероприятия его не вдохновляли. Хотя он в таких местах и не бывал толком. Он смотрит на улыбающегося Рэя, который, похоже, ждет не дождется его согласия, и… С другой стороны, а что он теряет?

***

Он не прям любил алкоголь, но нос не воротил. Рэй не врал про вкусное пиво, и Уилл даже думал заказать еще стакан. Уилл знал Рэя Коэна четыре года, тот уже работал в агентстве, когда Байерс переехал в Нью-Йорк. Но Уилл никогда не проводил с ним время подобным образом, и сейчас ему было вполне комфортно. Рэй был старше на пять лет и порой причудливым, но добрым и эмпатичным. Он мужчина восточной наружности, но не как в каких-нибудь турецких сериалах, он, скорее, на любителя. Да Уиллу бы и такой не понравился. Он даже не думал рассматривать Коэна как объект симпатии. Каким бы он ни был приятным в общении, но нет. Резко-агрессивное нет. И Уилл уверен, что тот на все сто процентов натурал. – А ты гей, да? Уилл дергается, как от удара током. Рэй был уже «веселый» после своего виски, и язык у него давно развязался. Хотя сложно сказать, что он вообще когда-то был завязанным. Уилл не думал, что Коэн гомофоб, но кто его знает? Он ни разу не слышал от него ничего плохого, но и хорошего о себе подобных тоже. Наверное, стоит ответить честно? – Да, – просто отвечает Уилл. – Бля, слава богу! – как-то радостно говорит он и отпивает из стакана. Уиллу даже стало смешно. Это самая неожиданная реплика, которую можно было ожидать. – В смысле? – Я просто… – он начал кого-то искать среди соседних столиков. – Черт… да вот только что видел парня и таким красавцем мне показался! И я чуть вслух об этом не сказал, вот и решил тебя спросить. Только он уже куда-то исчез… – он снова осмотрелся по сторонам. Рэй был таким невозмутимым, и у Байерса глаза на лоб полезли. В смысле «красавцем показался»…? – Я не думал, что ты тоже… – Да в том-то и дело, что я не понимаю. Может, ты объяснишь мне, как это все работает? Не знаю, странно ли это… – говорит Рэй абсолютно искренне. – Вот ты как понял? Уилл потупил взгляд. А как он понял? – Я… Это всегда было. Наверное, я просто влюбился… – Да? И как оно? Вы встречались или он не знал? – Нет, нет, – сразу ответил он. – Я не говорил ему. Да и было это еще в школе. Уилл начал немного жалеть, что этот диалог вообще начался. Он бы не хотел вспоминать. Не то чтобы он забывал, просто… это не лучшая тема для разговора. Он, от греха подальше, решил скорей сменить ее. – В общем… А ты? Ты влюблялся в парней? – Я не думаю. В девушек – да. И встречался только с ними… Я просто начал замечать за собой, что мне нравится смотреть на парней, но… не думаю, что представляю себя в отношениях с ними. – он неопределенно жестикулирует, пытаясь подобрать слово. – Ладно, а что насчет… – Секс? Может быть. Думаю, есть один парень, с которым я бы хотел. Уилл всё еще пребывал в шоке. Просто как-то в его голове не складывалось, что такой, как Рэй, может заглядываться на парней. – Так… он знает об этом? Рэй молчит и как-то странно на него смотрит. Уилл не может понять его эмоцию. Становится уже неловко. – Нет, Байерс, он не знает, – вскоре отвечает он и залпом допивает остатки алкоголя. – Поехали. – он встает, и его стул неприятно скрипит по полу. – К-куда? Рэй уже пошел к выходу, и Уилл поспешил за ним. Уже вызывая такси, Коэн отвечает: – Прекрасное место. – Рэй ухмыляется. А Байерс почему-то верит ему и без лишних слов залазит в такси.

***

Теперь на него смотрела черная вывеска с яркой красной подсветкой: «DARK ANGEL». Он и Рэй стоят прямо перед входом в… какой-то клуб? – Теперь ты скажешь, зачем мы здесь? – наклоняясь к нему, спросил Уилл, не отрывая взгляд от вывески. – Ну, ты же спросил у меня про парня. Вот, покажу тебе его. Рэй двинулся ко входу, а Уилл ненадолго застыл, дабы переварить информацию. Вообще-то он просто спросил, знает ли тот парень, что Рэй его хочет, но тот решил его аж показать. Уилл догнал Рэя. – Он, типа, тут тусуется сейчас? – Неа, работает. – Ого. Официант? Бармен? – Ну, почти, – с улыбкой отвечает Рэй, и они заходят в клуб. Их встречают два фейс-контрольщика. Парни показывают им документы, и они начали ощупывать их бока и карманы. – Режущее, колющее, перцовый баллон? Уилл вздрогнул от грубого голоса, не сразу поняв, что от него требуется, после отрицательно замотал головой, мол, ничего из этого у него нет, и Рэй с этого посмеялся. Напоминаю, человек никогда не был в подобных местах. Музыка громкая. В баре еще можно было как-то нормально разговаривать друг с другом, не надрывая голос, а тут, видимо, придется. Но тут довольно красиво. Бархатные диваны, черные лакированные столы, цветные подсветки и светомузыка. Рэй, кажется, точно знает, куда идет. Уилл следует за ним, осматриваясь вокруг. Тут много мужчин. Точнее, тут, походу, только мужчины. И довольно взрослые. И Уилл не успевает взять это во внимание, как видит самое главное. Девушки. Почти полностью обнаженные. Уилл видит их на пилонах около столов, на пилонах на сцене. Еще были высокие железные клетки, в которых тоже были танцующие обнаженные девушки. Уилл видел их на коленях этих мужчин. Видел официанток. Они не были настолько обнажены, просто в красивых нарядах, хоть как-то прикрывающих тело. Уилл чувствовал, как краснеет его лицо и уши, но, конечно, не от возбуждения. Это просто безумно смущало. Обычно в его жизни не бывает таких ситуаций, где бы он смотрел на голых, господи, девушек. А это было слишком для него. Рэй падает на диван за столиком, Уилл робко садится рядом. – Ну как? – Рэй улыбается во весь рот. Ком встал в горле. Ему срочно нужно было выпить. – Я… это просто… Непривычно, – выдавил из себя он. – Расслабься, чувак, сейчас закажу нам выпить. Знаю, девчонки – это не твое, но парни тут тоже есть. И, как я говорил, неплохие. – Рэй подмигнул ему и махнул одному из официантов, чтобы тот подошел. До Уилла дошло. Парень, который приглянулся Рэю, был… стриптизером? – О. Так этот парень… – Да. Не бармен и не официант. Он тут танцует. Поэтому, по сути, я мог бы с ним переспать, взяв приват, но как-то руки не доходят. Но это больше вопрос денег. – Приват? – Уилл придвигается ближе к нему, чтобы лучше слышать. И старается не поднимать взгляд на танцовщицу в клетке около них. – Байерс, ты вообще не в теме? – он смеется, пихая его в плечо. – Все эти девочки, которых ты видишь, могут стать твоими. Но! Если у тебя не пустой кошелек. К ним подходит официант. Парень. Он в брюках и с голым торсом. Уилл уставился на рельеф тела, даже не в силах поднять взгляд на лицо. Он был так близко – только руку протяни. Уилл снова залился краской, но уже не только от смущения. – Хорош, да? Понравился? – Что? – Уилл отмирает, резко проворачиваясь к Рэю, а официант уже ушел. Рэй что, уже сделал заказ? – Выдохни, Байерс! А то лопнешь прям здесь! – смеется он, и Уилл отводит взгляд. – Короче, просвещаю тебя дальше, дружище. Схема тут такая. Ты приходишь, девочки танцуют, подходят к тебе, просят тебя угостить ее коктейлем. Ты, конечно, одурманенный ее обаянием, а точнее, алкоголем и размером ее сисек, делаешь это! А после, если ты достаточно поухаживал, можешь пойти с ней во-о-он туда. – он оборачивается и указывает пальцем куда-то вдаль клуба. Уилл видит какой-то коридор. – Там приватные комнаты, так сказать, для уединения. Только ты и она. Ты можешь попросить стриптиз, сделать тебе минет, даже трахнуть ее. Слышал, кто-то и на анал соглашается. Но только если твой кошелек это потянет. – Уилл внимательно его слушал. Он непроизвольно начал визуализировать все сказанное, и его начинало подташнивать. – Это разве разрешено? – выдавил он. – Не знаю, – он пожал плечами. – Тем не менее, это происходит. Не думаю, что это кого-то волнует. Им принесли напитки, и они сделали по глотку. Рэй продолжил: – Вон, видишь, за тем столом. – он указал куда-то вперед, на столик справа от сцены. – Костюм дорогущий, с запонками. Туфли лаковые, айфон последний. Сразу две девчонки на коленях, и пахнет от него по любому Creed Aventus. Вот ему сегодня точно хватит на минет и даже круче. А теперь взгляни на него. – он ставит свой напиток на стол и показывает на себя. – Ему сегодня ни хрена не светит! И ты знаешь почему. Так что о том парне я могу только мечтать. Уилл посмеялся. Да, Рэю просто не хватит денег на такое, как и самому Уиллу. Ну, только если накопить. – Это… – Уилл провел рукой по лицу, помотав головой. – Господи, откуда ты все это знаешь? – На самом деле я тут часто бываю. Каждый раз общаюсь тут с кем-то, и уже они мне рассказывают. Даже знаю одного постоянника. Ох, скольких же он тут… – Рэй с довольным видом прикрыл глаза. – Я понял. Понял, – остановил его Уилл. – Что ж, Байерс, за твой первый нормальный выходной. – он поднял стакан вверх, и Уилл ударился об него своим. – И за первый раз в стрип-клубе. Да уж. Он никогда бы не подумал, что при таких, ничего не обещающих, обстоятельствах мог попасть именно сюда. Уилл опустошил свой коктейль, и ему принесли уже второй. В теле уже не было никакого напряжения. Двадцать минут назад к ним подсели двое мужчин. Рэй был в туалете и просто привел их к ним за стол. Это оказались его знакомые, которые, как и он, частенько тут бывают. Уилл без понятия, как их зовут, ему и не было интересно. Рэй активно вел с ними беседу, а Уилл просто слушал музыку, откинувшись на спинку, и иногда отвечал на реплики Рэя. Ладно, прийти сюда было неплохой идеей. Коктейли хорошо расслабили, но что Рэй имел в виду под «Оторвись, выпусти пар!» он так и не понял. Уилл перестал втыкать в пол, когда услышал довольные возгласы от Рэя и его знакомых. – В чем дело? – он медленно поднял на него голову. – О, друг мой, началась лучшая часть вечера. Только взгляни. – речь Рэя уже была заторможенной после третьего коктейля и виски в баре. Он смотрел на него с пьяным прищуром и блаженно улыбался. Уилл приподнялся на диване, сев ровно. – Борзой, собственной персоной. Уилл увидел, что Рэй смотрит куда-то вперед, и сделал то же самое. В клетке около них теперь не та девушка, а… кто-то другой. – Чего? Что значит «Борзой»? – Ну, русская борзая, понял? Взгляни на него. Уилл сфокусировал взгляд и всмотрелся в силуэт. Это и правда был… парень. Он бы, наверное, не догадался, если б на нем была не одна портупея на голый торс, а что-то другое, что не выдавало бы отсутствие груди. – Серьезно? Как порода собаки? – Ага. Среди гостей и клиентов он известен именно под этим прозвищем. По-моему, никто не знает, как его зовут на самом деле. Он очень высокий, в кожаных облегающих штанах и на, мать его, каблуках. И у него очень длинные черные волосы, доходящие до лопаток. Он потрясающе двигался, лучше чем любая другая девушка в этом месте. По крайней мере, Уилл поймал себя на такой мысли. Он подумал о том, почему его прозвали как породу собаки? Просто потому что он худой, долговязый и с длинными волосами? Сам Уилл дал бы ему что-то более утонченное. Парень больше схож с кошкой с такой-то грациозностью в движениях. Он никогда бы не мог подумать, что парень способен так двигаться, еще и на таких каблуках. Только он стоял спиной к ним и поворачивался максимум боком, так что лицо было закрыто волосами. Хотел он этого или нет, но ему нравилось то, что он видел. – Он главная звезда «Темного ангела». Типа знаешь, лакомый кусок. У кого не спроси– все на него слюни пускают. Говорят, охуенен в минете, но капризный. Бывает, от клиентов отказывается, и их прямо из приватки выводят. Ну, и ценник у него, сам понимаешь. Уилл смотрел, как белая кожа контрастирует с угольно черными волосами, которые блестели под светомузыкой, и совершенно не мог оторваться. – Я смотрю, тебе нравится. Уилл смотрит на Рэя и говорит то, что никогда бы не озвучил трезвым. – Честно? Да. – Понимаю, – довольно протянул он и потянулся за стаканом, смотря на длинноволосого брюнета. – Стой, это… он и есть парень, с которым ты бы…? – А? Не, Борзой, конечно, вау, тут не поспоришь, но я про другого. Я весь вечер на сцену смотрю, а его все нет. Походу, выходной. – А он такой же, как и… он? – Уилл кивает на клетку. Язык не поворачивается назвать его этой глупой кличкой. – Мне нравится Борзой, но нет, тот другой. Его зовут Тим. Тимоти. И он вообще не похож на девушку. – смеется Рэй и кивает на брюнета. – Тим вообще не красится. Теперь Уилл видит его лицо. И оно, как назло, прекрасное и сияет серебром от косметики. Острые черты лица просто превосходны. Руки Уилла, как у художника, уже чешутся от желания взять карандаш и любой лист, на котором можно рисовать. Хоть салфетку. И фигура прекрасна. У него нет всех этих рельефов, он лучше. Худой, но жилистый, плоская грудь и впалый живот. Эти штаны прекрасно обтягивают его тонкие ноги. Уилл снова смотрит на его лицо, которое стало видно еще лучше, когда светодиод над ним загорелся белым. Не-е-ет. Нет. Блять. Это… Это Майк. Это Майк Уилер. Этот восхитительный, прекрасный, наикрасивейший парень, танцующий в клетке на сцене, – Майк. Его первый лучший друг. Первая любовь. Уилл вздохнул и больше не выдохнул. Руки вцепились в диван, в груди больно-больно закололо. Алкоголь будто в секунду выветрился из организма, Уилл ощущал себя абсолютно трезвым. И стало очень душно. Очень и очень душно. Господи, как он мог не узнать сразу? Да, они не виделись… семь лет, но… От этой цифры грудь сдавило еще сильнее. …но это же его Майк. Лицо то же, просто повзрослевшее. Волосы такими длинными никогда не были, но это его волосы. Уилл даже помнит, какие они на ощупь. А фигура всегда была такой. Это, черт возьми, он. Уилл не знает, как долго смотрел на него. Вдруг Майк сходит со сцены и направляется прямо к их столику. Пульс Уилла зашкаливает. И его сердце, кажется, полностью останавливается, когда Майк садится к нему на колени и обнимает за шею. – О-о! Борзая сама к нам пришла, даже звать не пришлось. – слышит Уилл чей-то голос. – Малыш, устал? Угостить тебя? – спрашивает Рэй. – Да, пожалуйста. За Лонг-Айленд – что угодно. – отвечает Майк. Уилл уставился на него не моргая. Майк не смотрит на него, он разговаривает с Рэем. Он не видит, на ком он сидит, он точно не знает. Что будет, когда он увидит? Его рука лежит на спине Майка. Он рефлекторно схватил его, когда тот завалился к нему на колени, чтобы он не упал. Он явно не трезв. Уилл чувствует, как кожа просто горит под его ладонью. – Да-а? Слушай, говорят, что Борзой своим языком способен на нереальные вещи. Покажешь? – Ну-ну, не торопись. Ты даже не угостил меня еще. Знаешь ли, сухим ртом нереальные вещи сделать точно не выйдет. Его голос одновременно такой знакомый и абсолютно чужой. – Слышишь, дружище? – Рэй пихает Уилла в плечо. – Грех ради такого не раскошелиться. Не хочешь оторваться? И их глаза встречаются. Спустя семь лет.