Be here

Ким Дженни. Джинни Руби Джейн.  Это уже не просто сольная артистка. Она - целая религия. Новая культура в этом мире, полном ненависти и лжи. Пока её продолжают поливать грязью, Дженни становится только сильнее и величественнее. Она выходит на сцену, снова и снова показывая, кто на самом деле здесь главный. Пока чарты рвутся от её новых альбомов, она сидит дома и думает. Много думает, копается в своей голове, зарываясь туда, куда всегда было страшно смотреть. Почему полный всегда только её банковский счёт, но никогда - сердце? Неужели выбор между карьерой и семьей реален, и многозадачность тут бессильна? Ей всегда не везло в любви, как бы сильно она не старалась. Она много плакала после расставаний, затем анализировала, а после снова плакала. Где найти того, кто будет поддерживать её, ждать дома и нежно обнимать, когда очередные слёзы накроют после сложного дня? В голову приходили только кошки и хомячки, но их пушистого тепла не хватало. – Джен, ты дома? Внезапный звонок Джису вытянул из мыслей. Любимая кошка, правда, не оценила прерванные почесывания спинки, и ушла на противоположный конец дивана. – У меня соджу и интересное предложение. Я скоро буду. Раз Джису спрашивает, значит она ещё дома. А раз она дома, то у Дженни есть минут двадцать привести себя в порядок. Она наконец встала с дивана и сходила в душ. Ей даже полегчало, сразу немного поднялось настроение, особенно в предвкушении соджу. Пока она доставала закуски, угадывая, что же за интересное предложение подготовила подруга, раздался звук дверного звонка. «Как раз вовремя» - глянув на часы подумала Дженни, и пошла открывать. – Привет, ну как ты? - спросила Джису, лучезарно улыбнувшись. Она была совсем не уставшей, как будто сейчас не двенадцать ночи, а максимум пять вечера. – Всё отлично, только устала немного. - Дженни обняла Ким и пригласила на кухню. За разговорами ни о чем улетела и бутылка соджу, и переживания Дженни. Она уже и забыла, что ещё час назад сидела на диване и почти смирилась с никчемностью своей жизни. Джису всегда обладала магией успокоить и стереть проблемы. Именно это, как оказалось, и нужно было Джен. После распада группы они редко собираются вместе, общих тем стало немного меньше: сольные карьеры пусть и протекают по-разному, но все равно пути похожи.  Поддержка Джису была глотком свежего воздуха, от отсутствия которой Дженни задыхалась, сама этого не зная. Только её онни умела сказать то, что нужно, и так, как нужно. Наконец, закончив обсуждать проблемы и новые релизы, старшая перешла к делу. – Собственно, что я хотела. У меня сейчас не так много проектов, у тебя вроде как тоже. - медленно подтиралась к сути она. - Как насчет совместного трека? Я принесла пару вариантов, они очень хорошо звучат, тебе понравится. Последняя фраза не была вопросом. Джису не было необходимости спрашивать, что по душе Дженни: она уже знала. Ким всегда была той, кто говорил «Джен это не любит», «ей не понравится», «она будет против».  И всегда угадывала. Дженни даже перестала удивляться её точности и уверенности, а просто доверяла и полностью полагалась на онни во всех вопросах. – Они и правда отличные. Думаю, второй вариант самый лучший. Обсудим с продюсерами, но я склоняюсь к нему.  Дженни откинулась на спинку стула, крутя в пальцах пустой стаканчик. Второй трек действительно звучал как что-то родное - он переливался теми же оттенками, что и их разговор: тёплый, чуть меланхоличный, с ноткой уюта. – Ты всегда знаешь, что мне нужно. - тихо сказала она, глядя не на Джису, а куда-то в стену. - Даже тогда, когда я сама не знаю. Джису улыбнулась своей мягкой, чуть загадочной улыбкой и потянулась через стол, чтобы накрыть ладонь Дженни своей. – Я знаю тебя десять лет, Джен. Я знаю, как ты дышишь во сне, когда устала. Знаю, как ты морщишь нос, когда тебе что-то не нравится, даже если пытаешься сделать вид. Знаю, что ты плачешь не от боли, а от того, что боишься быть одинокой. Дженни замерла. Её рука под ладонью Джису казалась такой маленькой, такой хрупкой, хотя весь мир знал её как несокрушимую Руби Джейн. – А знаешь, что я поняла за эти десять лет? - продолжила Джису, чуть сжав пальцы. - Что всё это время я искала тебя в других. В тех, кто не умел ждать, кто не умел слушать, кто не мог просто сидеть рядом и молчать, когда нужно. Я искала твои глаза, твой голос, твоё тепло. Никогда не признавалась себе, что оно у меня уже есть. В тебе. Дженни почувствовала, как защипало глаза. Она не заплакала - за эти годы она научилась держать слёзы - но внутри что-то дрогнуло, сломалось и сложилось заново. Как пазл, который наконец встал на место после того, как ты десять лет перебирал детали и не мог понять, чего не хватает. – Ты серьёзно? - спросила она почти шёпотом. – Я никогда не была серьёзнее. -  ответила Джису. - Помнишь тот вечер, когда мы сидели на крыше и смотрели на звёзды? Ты сказала, что устала быть сильной. Я хотела обнять тебя, но не решилась. С тех пор я тысячу раз корила себя за это. И я больше не хочу. Дженни помнила. Тогда она плакала так громко, как только могла. Ей казалось, что она не растворилась в ночном небе только потому, что рядом была Джису, которая крепко держала её за руку. Она молча слушала, пока младшая рассказывала о проблемах, и ласково говорила, когда это было необходимо. Поддерживала, успокаивала, удерживала на земле. Джису встала, обошла журнальный столик и присела рядом с Дженни, заглядывая ей в душу  - так, как делала всегда, когда хотела сказать что-то важное. – Давай попробуем, Джен? Не трек записать. А жизнь. Вместе. Я не обещаю, что всё будет идеально. Я не умею быть идеальной. - она осеклась, но осмелилась продолжить. - Но я умею быть рядом. Всегда. Десять лет я была твоей подругой, коллегой. Позволь мне быть твоим домом. Дженни смотрела на неё - на эту девушку, которая знала каждый её страх, каждую слабость, каждый смешной момент, каждую слезу. Которая не боялась её величия и не отворачивалась от её падений. Которая приносила соджу в полночь, когда мир давил, и просто сидела рядом. – Ты уверена? - спросила Дженни, и в голосе её дрогнула улыбка. - Я ведь сложная. Я слишком много думаю, слишком часто плачу и слишком громко смеюсь. – Я знаю. - Джису одарила младшую мягкой улыбкой. - Я люблю это. Она аккуратно коснулась пальцами щеки Дженни, словно трогала самый дорогой фарфор, и смахнула выступившую наконец слезу. И в этом жесте не было ни грамма сомнения. Только та самая магия, которой Джису обладала с самого начала, и бесконечная любовь. – Давай попробуем. - выдохнула Дженни, чувствуя, как тяжесть, которую она носила годами, начинает таять.  – Я хочу быть рядом не только когда это нужно. Я хочу быть рядом всегда. Джису наклонилась и поцеловала её в лоб - легко, тепло, по-родному. А потом придвинулась ближе, переплела их пальцы и положила голову ей на плечо, как делала сотни раз, но теперь - иначе. На кухне горел мягкий свет, за окном шумел ночной город, а на столе скучала вторая бутылка соджу, так и оставшаяся нетронутой. Им больше не нужно было пить, чтобы говорить. Им нужно было просто быть. – Знаешь. - прошептала Дженни спустя несколько минут. - Может быть, сердце и правда бывает полным. Просто его нужно отдать тому, кто умеет его беречь. Джису чуть улыбнулась в её плечо. – Я сохраню. - ответила она. -Я всегда сохраняла. И это была самая честная правда за все десять лет их дружбы.