Проклятие забвения

Передо мной стояли незнакомые мне женщины. Они были одеты в тёмные плащи. Их взгляд был полон холодом и ненавистью. — Ты проснулась, — сказала одна из них. — Что вам нужно? — спросила я. — Мы хотим уничтожить тебя, — сказала она. — Что? Зачем? Почему именно я?—со страхом в голосе сказала я. — Потому что ты — сифон, — сказала ведьма. — Ты опасна, ты мерзость природы, такие не должны существовать. Они протянули руки и я почувствовала, как боль пронзила моё тело, она разрывала меня изнутри. — Прекратите, — закричала я. Они подошли ближе и я почувствовала, как их руки касаются меня, будто пытаясь ещё больше нанести мне боль. — Ты не заслуживаешь жизни, — сказала она. — Ты не заслуживаешь любви. Ты не заслуживаешь ничего. — Я заслуживаю, — сказала я, и моё тело пронзила новая волна боли. — Я заслуживаю счастья. — Ты не заслуживаешь счастья, — сказала она. — Ты никогда не будешь счастлива. Она протянула руку и я вновь почувствовала, как медленно начинаю терять силы. Я собрала всю свою волю в кулак, и из последних сил я протянула руку и коснулась руки одной из ведьм. Её глаза расширились. Я почувствовала, как её магия начинает течь ко мне, как она входит в моё тело. Появилось приятное чувство наполнения энергии. — Что ты делаешь? — закричала она. — Забираю то, что вы пытались забрать у меня, — с нахальной ухмылкой сказала я. Когда я почти забрала всю магию у ведьмы, остальные две с ужасом начали пятится назад, увидев мертвое и безжизненное тело одной из них. Их глаза были полны страха. Они смотрели на меня с ужасом. — Ты — чудовище, — сказала одна из них. — Я — то, что вы сделали, — сказала я. Я протянула руку к ним. И вмиг они стали парить на высоте комнаты. Я сжала руку и стала перекрывать им кислород. — Ты не должна была родиться, — сказала одна из них, задыхаясь. — Я знаю, — сказала я. — Но я родилась. И я буду жить. Резко повернув руку, я сломала им шеи. И сама почувствовала, как начинаю выходить из этой ловушки ведьм..

***

Сознание возвращалось медленно, как утренний туман, рассеивающийся над рекой. Сначала я почувствовала тяжесть в теле — каждая мышца ныла, будто я бежала без остановки несколько дней. Затем до меня донеслись голоса. Они звучали приглушённо, словно из-под воды. Я не могла разобрать слов, но чувствовала в них тревогу. Чья-то рука сжимала мою ладонь — тёплая, живая. Пальцы были сплетены с моими, и я ощущала, как они слегка дрожат. Я с трудом приоткрыла глаза. Свет ударил по зрачкам, заставляя меня зажмуриться. Когда я смогла сфокусироваться, то увидела Кола. Он сидел рядом, его лицо было бледным, под глазами залегли тени. Он выглядел так, будто не спал несколько дней. Его взгляд был устремлён на меня, и в нём читалась такая отчаянная надежда, что у меня сжалось сердце. — Ты очнулась, — произнёс он. Его голос сорвался, будто он боялся говорить громко. Я попыталась ответить, но горло пересохло. Я лишь кивнула, чувствуя, как силы медленно возвращаются в моё тело. Позади Кола я заметила Клауса. Он стоял у окна, скрестив руки на груди. Его поза казалась расслабленной, но я знала его достаточно хорошо, чтобы увидеть напряжение, скрытое под маской спокойствия. Он смотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло что-то, чему я не сразу смогла найти название — облегчение. Он не подошёл ближе, но я видела, как его челюсть разжалась, и он сделал глубокий вдох, будто до этого момента боялся дышать. Возле двери стоял Элайджа. Он был спокоен, как всегда, но я заметила, как его пальцы слегка сжимают деревянный косяк. Он смотрел на меня с той тихой заботой, которая была ему свойственна, и я чувствовала, что он готов броситься ко мне, если я покажу хоть малейший признак слабости. А рядом с кроватью, на коленях, сидела Ребекка. Её глаза были красными, и я видела следы слёз на её щеках. Она держала мою руку с такой нежностью, будто боялась, что я могу исчезнуть, если она ослабит хватку. — Ты нас напугала, — сказала она. Её голос дрожал. — Я думала, что потеряю тебя. Я попыталась улыбнуться, но мои губы не слушались. Я чувствовала, как Кол помогает мне приподняться, подкладывая под спину подушку. Моя голова кружилась, но я старалась сосредоточиться на их лицах. — Что случилось? — спросила я, и мой голос прозвучал хрипло. — Ты потеряла сознание в лесу, — сказал Кол, не отпуская моей руки. — Ты не дышала, мы принесли тебя сюда. Наша мама спасла тебя. Я помнила это. Я помнила, как тьма сомкнулась вокруг меня. Но я помнила и другое — голоса, которые звучали в моей голове. Холодные, жестокие, полные ненависти. — Они были там, — сказала я, глядя в пустоту перед собой. — Ведьмы. Они проникли в моё сознание. Они хотели убить меня. Клаус сделал шаг вперёд, его глаза сузились. — Что они сделали? Я на мгновение закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. — Они причиняли мне боль. Каждое их слово было как удар. Они говорили, что я не должна существовать. Что я ошибка природы. Они заставляли меня страдать, и я не могла остановить их. — Но ты остановила, — сказал Элайджа. Его голос был тихим, но уверенным. Я подняла на него глаза. В его взгляде не было сомнений. — Я дотронулась до одной из них, — сказала я. — Я не знала, что делаю. Я просто хотела, чтобы она перестала причинять мне боль. И я почувствовала её магию. Она текла через меня, словно река. Я забирала её силу, и она становилась слабее. Ребекка сжала мою руку. — Ты выкачала из неё магию? — Возможно, но я не знаю как я это сделала, — сказала я. —Они что-ещё говорили?—с беспокойством спросил Кол. Я снова погрузилась в мысли, пытаясь вспомнить фрагменты из головы. —Да,—спустя немного времени ответила я.—Когда я только там оказалась, они начали говорить о том, что я сифон и не должна существовать. —Как ты с ними справилась?—спросил Элайджа. —Я…я и сама не знаю, это получилось неожиданно,—сказала я, немного заикаясь.—Из одной выкачала магию, а другим двумя я как-то свернула шеи,—с растерянностью сказала я. Четыре пары глаз уставились на меня с изумлением. —То есть как это свернула?—прервал тишину Клаус. —Я же говорю не знаю, просто подняла их в воздух и силой свернула,—сказала я и закрыла лицо руками. Несколько пары рук обвили меня. Я посмотрела на каждого из них. На Кола, который держал меня за руку. На Ребекку, которая плакала от облегчения. На Клауса, который смотрел на меня с уважением. На Элайджу, который был моей опорой. Они были моей семьёй. Я чувствовала их любовь и поддержку. Я чувствовала, что я не одна. — Мы будем защищать тебя, — сказал Кол. — Что бы ни случилось. — Мы не позволим им причинить тебе боль, — добавил Клаус. — Ты — часть нашей семьи, — сказал Элайджа. — Мы всегда будем рядом. Я улыбнулась. Слёзы текли по моим щекам, но это были слёзы облегчения и благодарности. Я чувствовала, как их любовь наполняет меня, делая меня сильнее. Я знала, что я не одна. Я знала, что они всегда будут рядом.

***

Солнце уже клонилось к закату, когда мы вышли к реке. Вода переливалась золотом и розовым, отражая уходящее небо. Лёгкий ветер касался поверхности, создавая мелкую рябь. Кол стоял рядом, и его рука слегка сжимала мои пальцы. Тишина вокруг нарушалась лишь журчанием воды и далёким пением птиц. — Идём, — произнёс он, потянув меня за собой к воде. — Куда? — спросила я, хотя ответ был очевиден. — В реку. Я хочу разделить с тобой этот момент. Я ступила в воду. Она оказалась тёплой и мягкой, словно шёлк, обволакивающий ноги. Кол последовал за мной, и вода поднялась до его талии. Его взгляд был устремлён на меня, и в нём читалась такая нежность, что у меня перехватило дыхание. Он приблизился. Мои ладони легли на его грудь, чувствуя, как бьётся его сердце. Его руки обвились вокруг моей талии, притягивая ближе. Вода колыхалась вокруг нас, создавая ощущение, что мы парим в этом золотом свете. Он поцеловал меня. Его губы были мягкими и тёплыми. Поцелуй был медленным, наполненным теплом и обещанием. Его пальцы скользнули под мою мокрую одежду, касаясь кожи, и я вздрогнула от этого прикосновения. Мои руки запутались в его волосах, когда он углубил поцелуй, прижимая меня к себе ещё крепче. Я почувствовала, как его руки расстёгивают мою рубашку, и ткань скользнула вниз, упав на поверхность воды. Моя кожа встретилась с тёплой водой и его ладонями, которые медленно исследовали каждый изгиб моего тела. Я помогала ему избавиться от его одежды, и наши тела соприкоснулись, обжигая друг друга даже в прохладной воде. Он опустил меня на мягкое песчаное дно, где вода была чуть мельче. Я чувствовала, как его дыхание становится прерывистым, как его губы касаются моей шеи, плеч, ключиц. Он вошёл в меня медленно, и я ощутила, как он заполняет меня целиком. Вода колыхалась вокруг нас, создавая ритм, который вторил его движениям. Я прижималась к нему, чувствуя, как его руки сжимают мои бёдра, как его дыхание становится всё быстрее. Каждое его движение отдавалось внутри меня теплом и светом. Моё тело откликалось на него, и я чувствовала, как внутри меня разрастается напряжение, стремящееся к пику. Его шепот — моё имя — звучал на его губах, и я отвечала ему тихими стонами, теряясь в этом мгновении. Мы закончили в одно мгновение, и стали лежать на берегу, возле воды, обнявшись. Его рука обвивала мою талию, а моя голова покоилась на его груди. Я слышала, как бьётся его сердце — сначала быстро, а затем замедляясь. Вода мягко покачивала нас, словно убаюкивая. — Это было прекрасно, — прошептала я, поднимая глаза к закатному небу. — Это было самое прекрасное, что я когда-либо чувствовал, — ответил он, целуя меня в макушку. Мы молчали, глядя, как солнце медленно уходит за горизонт, оставляя после себя лишь тёплый свет и отражение звёзд в воде.

***

POV Эстер Я бесшумно приблизилась к двери, за которой раздавались голоса. Сердце билось ровно, но внутри зрело беспокойство — с тех пор как эта девушка появилась в доме, меня не покидало странное чувство. Что-то в её присутствии заставляло воздух становиться плотнее, а магию — колеблясь, словно пламя на ветру. Я прижалась к стене, стараясь не дышать, и прислушалась. В комнате говорили о том, что случилось в лесу. О том, как она потеряла сознание. О том, что ей стало плохо без видимой причины. А затем прозвучал голос Власты. — Когда я только там оказалась, они начали говорить о том, что я сифон и не должна существовать. Я замерла. Мир вокруг словно остановился. Это слово пронзило меня, как лезвие ножа. Сифон. Я знала, что это значит. Пустой сосуд, рождённый без капли собственной магии, но способный высасывать чужую, оставляя лишь пустоту и разрушение. Ведьмы боялись их, презирали и уничтожали при первой возможности. И теперь я узнала, что та, кого мой сын привёл в наш дом, была одной из них. Я сделала шаг назад, стараясь не издать ни звука. Пол под ногами скрипнул, но в комнате никто не услышал. Я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза. Воспоминания хлынули потоком. Первая встреча, когда я ощутила, как её прикосновение вытягивает из меня магию. Её странный взгляд, когда она смотрела на мои заклинания. Всё это было знаком, который я не смогла прочитать. Теперь я знала правду.

***

Ночь опустилась на дом, тяжёлая и непроглядная. В комнате горел только огонь в камине, его языки отбрасывали длинные тени на стены. Я сидела в кресле, но тело не находило покоя. Внутри меня клокотала тревога, которую невозможно было унять. Мои пальцы сжимали подлокотники, и я смотрела в одну точку, не видя ни пламени, ни теней. Перед глазами стояло лицо Власты. Её голос звучал в ушах. — Они сказали, что я сифон Я закрыла глаза, но слова не уходили. Они врезались в память, оставляя после себя холод. Сифон. Это слово отзывалось во мне древним страхом. Я знала, что ведьмы не прощают таких, как она. Они ищут их, находят и уничтожают. Это было вопросом времени. Однажды они придут за ней. Они почувствуют её силу, почувствуют её присутствие, и тогда ничто не сможет их остановить. Я видела это как наяву. Они врываются в дом, их глаза горят холодным светом, а руки уже тянутся к ней. Они не станут слушать. Они не станут спрашивать. Они просто уничтожат её, а вместе с ней и всех, кто встанет на её пути. Моих детей. Мою семью. Всё, что я создавала годами. Я чувствовала, как страх сжимает грудь, но где-то глубоко внутри поднималась решимость. Я не могла допустить этого. Я не могла позволить им убить Власту. Но я также не могла позволить им разрушить мою семью. За такой срок, Власта стала мне очень дорога. Она с нежностью относилась ко всем моим детям, и они к ней тоже. Она стала частичкой меня.. Мои мысли метались, как птица в клетке. Я могла бы сказать ей, чтобы она бежала. Но ведьмы всегда находят тех, кого ищут.. Я знала, что мне нужно что-то сделать. Что-то, что спасёт её и спасёт мою семью. Я не знала, что именно. Я не знала, как. Но я знала, что я должна попытаться. Я подошла к окну. Ночь была чёрной и тихой. Звёзды мерцали в вышине, равнодушные к моей боли. Я смотрела на лес, но видела только её лицо. Я слышала только её голос. — Я не позволю им убить тебя, — прошептала я. Мои слова повисли в тишине, невесомые и слабые. Но я знала, что это правда. Я должна была защитить Власту. Я должна была защитить свою семью. Даже если это будет стоить мне всего. Даже если это сделает меня чудовищем в их глазах. Я сжала кулаки. Я чувствовала, как ногти впиваются в ладони. Я чувствовала, как боль отрезвляет меня. Я знала, что мне нужно действовать. Я знала, что время уходит. И в голове потихоньку начал созревать план..

***

POV Власта Солнце только начинало подниматься над верхушками деревьев, когда Ребекка ворвалась в мою комнату. Её голос звенел радостью, а глаза сияли предвкушением. Она стащила с меня одеяло и объявила, что сегодня в деревне праздник урожая — день, когда все жители собираются на главной площади, чтобы танцевать, есть и забывать о заботах. Я неохотно поднялась, но её энтузиазм оказался заразительным. Мы оделись в самые светлые платья, какие у нас были, и отправились в путь. Дорога через лес казалась короче, чем обычно — воздух был наполнен ароматами травы и цветов, а птицы пели громче, чем когда-либо. Когда мы вышли из леса, перед нами открылась деревня. Площадь была украшена гирляндами из полевых цветов и разноцветными лентами, которые трепетали на ветру. Повсюду стояли столы с угощениями — свежий хлеб, мёд, фрукты и жареное мясо. Музыканты играли на лютнях и флейтах, и их мелодии разносились по всей округе. Ребекка сразу же побежала к столу с пирогами, оставив меня одну. Я огляделась, пытаясь найти знакомые лица, и увидела Кола. Он стоял в центре площади, окружённый людьми. Улыбнувшись, я направилась к нему. — Ты пришла, — сказал он, протягивая руку. — Я обещала, — ответила я, вкладывая свою ладонь в его. Мы прошли сквозь толпу, и я заметила, что рядом с Элайджей стоит девушка. Её тёмные волнистые волосы струились по плечам, переливаясь медью в лучах заходящего солнца. Тёплые карие глаза смотрели на мир с мягкой задумчивостью, а лёгкая улыбка играла на губах. Она выделялась среди остальных — не столько красотой, сколько той тихой грустью, которая пряталась в глубине её взгляда. — Это Татия, — представил её Кол. — Она живёт в деревне с сыном. Татия улыбнулась и шагнула ко мне. — Я слышала о тебе, — сказала она, и её голос звучал мягко, как вечерний ветер. — Кол говорит, что ты сильная и добрая. — Он преувеличивает, — ответила я, чувствуя, как краска заливает щёки. — Он никогда не преувеличивает, — вмешался Кол. — Особенно когда говорит о тебе. Я взглянула на него, но ничего не сказала. Вместо этого я обратилась к Татии: — Ты не танцуешь? — Я ждала подходящего партнёра, — ответила она с лёгкой улыбкой. Элайджа галантно протянул ей руку, и она приняла её. Я смотрела, как они кружатся в танце, и на душе становилось тепло. Было видно, что Татия чувствует себя здесь лишней, но именно сегодня, в этом вихре музыки и смеха, она казалась почти счастливой. — Пойдём, — сказал Кол, увлекая меня в центр круга. Мы танцевали до тех пор, пока ноги не начали болеть, а лёгкие — гореть от смеха. Когда музыка стихла, я села на скамью, чтобы перевести дух. Татия опустилась рядом. — Я не часто говорю с другими, — призналась она, и её тёмные глаза встретились с моими. — Почему? — спросила я. — Боюсь, что не поймут, — ответила она. — Здесь я всегда чувствую себя чужой. Я живу в этой деревне, но не принадлежу ей. Я кивнула. Её слова отозвались во мне чем-то знакомым и болезненным. — Я знаю это чувство, — сказала я. — Иногда мне кажется, что я тоже не принадлежу никому и ничему. — Тогда мы похожи, — заметила она. — Да, — согласилась я. — Похожи. Мы замолчали, глядя, как люди танцуют и смеются вокруг нас. Вдалеке я видела Ребекку, которая пыталась уговорить Клауса присоединиться к танцу. Тот, с притворной неохотой, наконец согласился, и они закружились в быстром ритме. Кол подошёл к нам с двумя чашами мёда и протянул одну мне. Его глаза встретились с моими, и я поняла, что он всё это время наблюдал за мной. Рядом с ним даже этот шумный праздник казался тихим и уютным. Когда солнце начало садиться, зажгли большой костёр. Его пламя отражалось в глазах собравшихся, делая их тёплыми и живыми. Я стояла рядом с Колом, и его рука обнимала меня за плечи. Татия и Элайджа стояли неподалёку, и я заметила, как она улыбнулась ему, когда он что-то прошептал ей на ухо. Это был один из тех дней, когда мир казался правильным — даже несмотря на тьму, что пряталась за его яркими красками. POV Эстер Поляна встретила меня холодом и сыростью. Ночная тьма сгущалась между деревьями, и лишь луна проливала свой бледный свет на землю. Листва над головой тревожно шелестела, будто предупреждая о чём-то. Я стояла неподвижно, сжимая руки в замок, и ждала. Тени сгущались вокруг, и через мгновение я услышала тихие шаги. Женщины в плащах выступили из мрака. Их лица скрывали капюшоны, но я чувствовала их взгляды — холодные, пронизывающие, оценивающие. Воздух вокруг них дрожал от силы, которая исходила от каждой из них. — Ты позвала нас, — произнесла одна из ведьм. Голос звучал ровно, без эмоций. — Да, — ответила я, стараясь говорить твёрдо. — Я знаю, где находится сифон. — Где? — спросила другая, делая шаг вперёд. Её плащ зашелестел, словно крылья ночной птицы. —Ну же, не так просто. Услуга за услугу. —Хм, интересно, а ты наглее, чем я думала, —сказала ведьма.—И чего же ты хочешь? —Я вам говорю где сифон, а взамен,—сделав паузу, сказала я с наглой ухмылкой.—А взамен, вы дадите мне убить сифона. Ведьмы переглянулись, и будто в мыслях обговорив решение, сказали: —Хорошо, мы дадим тебе эту возможность. Только ответь, зачем тебе это? —Она опасна для моей семьи,—нераздумывая сказала я. —Тогда через тридцать минут приходи к дому сифона,—с улыбкой сказала одна из них.—Рагнар тоже будет, ему не терпится посмотреть на смерть жены и их вместе созданной ошибки. —Через тридцать минут?—с неким беспокойством спросила я. —Да, а что передумала уже? Чем быстрее ты убьешь сифона, тем быстрее освободишься от проблем. Учти если не придешь раньше, мы не будем ждать тебя. Сделаем свое дело и уйдем. Они повернулись и ушли. Я осталась одна на поляне. Я смотрела на небо. Луна освещала моё лицо. Я чувствовала, как холод проникает в мою душу. Времени было катастрофически мало. Нужно было спешить к дому Власты. Всю дорогу я только и думала «Лишь бы успеть».

***

POV Власта Лунный свет серебрил верхушки деревьев, когда мы подошли к калитке. Ладонь Кола сжимала мои пальцы, и я чувствовала, как его тепло передаётся мне. Вечер был прозрачным и тихим — только ветер изредка шевелил листву, да где-то вдалеке кричала ночная птица. — Сегодняшний день был необыкновенным, — прошептал Кол, останавливаясь. — Я запомню его надолго, — ответила я, глядя на его лицо, освещённое луной. — Завтра я приду снова. — Я буду ждать. Он наклонился и коснулся губами моего лба. Его дыхание было тёплым, и на мгновение я почувствовала, что весь мир замер. Затем он развернулся и ушёл, растворившись в тени деревьев. Я стояла на пороге, провожая его взглядом, и только когда он исчез, толкнула дверь.

---

Внутри дома было тепло и уютно. Огонь в очаге мерцал, отбрасывая на стены танцующие блики. Мама сидела за столом, перебирая сухие травы — её пальцы двигались привычно, укладывая стебли в ровные пучки. Рядом, в углу, Эйнар сосредоточенно строгал ножом деревянную палку. — Ты вернулась, — улыбнулась мама, поднимая глаза.—Как прошел день? — День прошёл хорошо, — ответила я, снимая плащ и вешая его у двери. — Ты выглядишь счастливой. — Я очень счастлива мамочка,—сказала я, и поцеловала маму в щеку. Я направилась в свою комнату, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Я легла на постель и закрыла глаза. Сон уже начал забирать меня, когда резкий звук распахнувшейся двери заставил меня вздрогнуть. Я вскочила, сердце бешено заколотилось в груди. Я выбежала в главную комнату и застыла. На пороге стояли трое. Три женщины в тёмных плащах — их лица скрывали капюшоны, но я чувствовала их взгляды, холодные и пронизывающие. Воздух вокруг дрожал от силы, которая исходила от каждой из них. Рядом с ведьмами застыл отец. Его лицо было бледным, глаза пустыми, в правой руке он сжимал нож. — Рагнар, — произнесла мама, поднимаясь из-за стола. — Что ты здесь делаешь? — Ты думала, что сможешь вечно прятать это от меня? — голос отца звучал глухо, безжизненно. — Ты — ведьма. — Я могу объяснить… — Мы пришли не за тобой, — перебила одна из ведьм, шагнув вперёд. Её голос был ровным, как поверхность застывшего озера. — Мы пришли за сифоном. Я чувствовала, как их магия касается моего тела — холодная, давящая, лишающая сил. Мама встала между мной и ведьмами, раскинув руки в стороны, пытаясь защитить меня. — Не трогайте её! — крикнула мама, и в её голосе звучала отчаянная решимость. — Ты не сможешь защитить её, — ответила вторая ведьма, делая шаг вперёд. — Ты слаба. Ты не можешь противостоять нам. Мама попыталась отбиться — её руки светились слабой магией, но силы были неравны. Ведьмы легко отразили её атаку, и мама упала на колени. Её тело дрожало, дыхание сбивалось. — Рагнар, — произнесла третья ведьма, и в её голосе звучал приказ. — Разберись с женой. Отец шагнул вперёд. Его лицо было неподвижным, словно каменная маска. Он подошёл к маме, занёс нож, и лезвие вонзилось в её тело. Мама вскрикнула — коротко и глухо — и осела на пол. — Мама! — закричала я, бросаясь к ней. Я упала на колени рядом с её телом, и пыталась перекрыть рану, чтобы остановится кровь. Но её было слишком много… Кровь текла по деревянному полу, заливая щели между досками. Мама смотрела на меня, её глаза были полны боли и любви. — Беги, — прошептала она. — Защити Эйнара. — Я не оставлю тебя, — сказала я, сжимая её руку. — Беги, — повторила она, и её голос стал тише. — Ты должна жить. Её глаза закрылись. Эйнар вскочил с места, отбросив нож, и бросился к отцу, пытаясь оттолкнуть его от нас. — Не трогай их! — закричал брат, но его голос сорвался. Отец отшвырнул мальчика с такой силой, что он ударился головой о стену и обмяк. Я видела, как он сползает на пол, его глаза закрываются. — Эйнар! — закричала я, но он не ответил. Но не успела я опомниться от всего случившегося, как ведьмы направили свою силу на меня. Я чувствовала, как магия пронзает моё тело, забирая силы, лишая сознания. Но я не сдавалась. Где-то глубоко внутри закипела ярость, и я начала выкачивать их магию — жадно, яростно, без остановки. — Что ты делаешь? — крикнула одна ведьма, её голос дрогнул. — Забираю вашу силу, — ответила я, чувствуя, как наполняюсь мощью. Она рухнула на колени. Другие ведьмы тоже ослабели — их магия перетекала в меня. Я чувствовала, как каждая клетка моего тела наполняется силой. Я пыталась подняться на ноги, но из-за слабости это давалось с трудом. Отец стоял рядом, сжимая нож. Мои глаза горели от ненавистью. — Ты убил её, — сказала я, и мой голос звучал как чужой. — Ты убил мою мать. — Она была ведьмой, — ответил он, и его голос был бесстрастным, как у мертвеца. — Она была моей мамой! — крикнула я, чувствуя, как слёзы смешиваются с кровь Он шагнул вперёд. Я попыталась встать, но ноги дрожали. Я оперлась рукой о пол, и мои пальцы наткнулись на что-то холодное — мамин нож. Тот, которым она резала хлеб. Я сжала рукоятку. — Я не позволю тебе убить меня, — сказала я, поднимаясь. — Ты не сможешь остановить меня, — ответил он. Он бросился на меня. Я отскочила в сторону, но лезвие полоснуло по руке. И с руки сорвался медальон, тот самый что когда-то дарил Кол… Боль обожгла кожу. Я закричала. Он ударил снова, целясь в грудь. Я отбила удар, и наши ножи столкнулись, издав резкий звон. — Ты не сможешь победить меня, — сказал он, нажимая. — Я не собираюсь побеждать тебя, — ответила я, чувствуя, как силы покидают меня. — Я собираюсь остановить тебя. Он замахнулся. Я увернулась, но лезвие всё равно вонзилось в плечо. Боль пронзила тело, я пошатнулась и упала на одно колено. Нож выпал из моей руки. Кровь залила рукав, капая на пол. Я не собиралась сдаваться, и через боль с умела взять с пола нож и вонзила лезвие в его грудь, когда он снова бросился на меня. Его глаза расширились, в них мелькнуло непонимание, а затем погасли. Он упал на колени, затем на пол, и больше не двигался. Ведьмы тоже не собирались сдаваться. Они снова направили свои силы на меня — слабее, но всё ещё опаснее. Тьма начала подступать к глазам, силы покидали меня. Я упала на колени, сжимая рукоятку ножа. Внезапно передо мной возникла тень. Я подняла глаза и увидела Эстер. Она стояла между мной и ведьмами, её руки были подняты, и её голос звучал твёрдо. — Остановитесь! — крикнула она.—Её убью я. Ведьмы из последних сил встали и вышли из дома. Оставляя всю грязную работу Эстер. Она опустилась рядом со мной и положила ладонь на мою голову. —Прости меня, Власта,—с печалью в голосе сказала она.—Так будет лучше для всех нас.. Я почувствовала, как её магия проникает в моё сознание, стирая одно воспоминание за другим. Я пыталась сопротивляться, но силы покидали меня. — Ты будешь жить, — прошептала она. — Но ты забудешь всё. Тьма сомкнулась надо мной.