Первое наказание

Сентябрь 1984 года. Раннее осеннее утро. В подземелье прохладно, и кабинет зельеварения не стал исключением. Северус сидел за своим столом и потягивал черный кофе, пытаясь взбодриться. Несмотря на теплую мантию, ему все равно было холодно, и от этого сонливость лишь усиливалась. Его часто сравнивали с летучей мышью, и сейчас он как никогда остро ощущал себя этим существом. Ведь ночью он почти не спал, а все дело было в ночном дежурстве по коридорам. Начало учебного года всегда было сложным периодом. Студенты после долгих каникул были до раздражения веселы и, как следствие, совершенно забывали о правилах. Особенно это касалось влюблённых пар, которые не виделись всё лето. Он даже не мог подсчитать, сколько ранних беременностей предотвратил за последние годы. Профессор, подумав об этом, закатил глаза. Однако не только это его раздражало в данный момент. Больше всего его злило то, что после ночных дежурств ему назначили занятие на самое начало дня, словно он не человек и не нуждается в отдыхе. Он был не единственным преподавателем, который высказывал подобные жалобы, но директор оставил их без внимания. Он наслаждался тишиной и спокойствием ещё несколько минут, пока его не отвлекли от размышлений голоса. Аудитория быстро заполнялась студентами. Согласно расписанию, здесь должны были присутствовать первокурсники из Когтеврана и его юные слизеринцы. В этом году ему повезло со «змейками» больше, чем в предыдущие. Большинство из них оказались спокойными и послушными детьми, которые не стремились соперничать с остальными, а, наоборот, активно общались с учениками с других факультетов. Это было понятно: после падения их милорда многие чистокровные волшебники попали под пристальный контроль, даже те, кто ни в чём не был виноват. Это заставило многих магов притихнуть. В некоторой степени это касалось и детей, которым не внушали, что они боги, которым всё дозволено лишь потому, что у них более чистая кровь. Прозвучало оповещение о начале урока. Тяжело вздохнув, он залпом выпил остатки кофе и уверенным шагом направился к первокурсникам, которые уже с некоторым страхом ожидали его появления. Это было уже третье занятие с этими детьми. Северус привык к своим ученикам и знал, что они будут тихими и послушными, по крайней мере на его уроках. С другой стороны сидели ученики из Когтеврана, которые были менее раздражительными, чем ученики других факультетов. Такой расклад вполне устраивал Северуса. Осталось провести с ними ещё два занятия, а затем можно будет отдохнуть, так как занятие с четвёртым курсом было назначено только на послеобеденное время. — Я бы пожелал вам доброго утра, но скоро оно перестанет быть таким, — он ухмыльнулся, быстро окинув взглядом студентов, которые сразу опустили головы. — После второго урока все сдают домашнее эссе. Надеюсь, все справились с его написанием? Кто не сдаст или написал плохо — я позже скажу время отработки. — Открываем учебники на странице двадцать пять. Сначала мы с вами разбираем ингредиенты, и я вам показываю, как варить это зелье, а далее вы делаете это сами. Всё понятно? Тогда начинаем. Первое занятие пролетело незаметно. Наконец-то у него появилась возможность отдохнуть и, что самое главное, помолчать. Длительные разговоры, а тем более объяснения материала этим детям быстро утомляли. Это зелье было настолько простым, что его можно было доверить детям для самостоятельного приготовления. Его было практически невозможно взорвать, хотя иногда кто-то из первокурсников всё же умудрялся это сделать. Снейп не понимал, как можно быть настолько неразумным. В отличие от многих, ему всегда нравилось заниматься зельеварением. Однако сейчас речь шла не о нём. Его интересы уже давно никого не волновали. Он, конечно, за столь короткое время не смог выучить всех своих новых слизеринцев, но запомнить, какое количество учеников должно быть, мог. И кого-то явно не хватало. В голове сразу всплыл образ. На первом занятии по зельеварению на первой парте сидел мальчик, он сразу ему запомнился. Блондин с темными, почти чёрными глазами, который всё время не отводил от него взгляда и слушал с неподдельным интересом. Он был одним из немногих, кого зелья завлекали с самого начала. Однако после первого занятия он больше не встречал его в аудитории. Хотя он мог бы поклясться, что видел его за каждым приёмом пищи, даже сегодня за завтраком и вчера перед сном, когда заходил в гостиную. Он поинтересовался у других профессоров, и действительно мальчик ходил на все занятия, кроме зельеварения. Это было совсем непонятно Северусу. Ведь он точно был уверен, что мальчику нравился его предмет. Не мог же он ошибиться… Нет, определённо не мог. И, видимо, сегодня после ужина придётся с этим разобраться. Он раздражённо выдохнул, прикрыв глаза, и в очередной раз пожалел, что согласился преподавать. — Урок окончен. Прошу вас оставить на партах готовое зелье и эссе. После этого вы можете быть свободны, — произнёс мужчина, взглянув на часы. Он быстро вышел из аудитории, расправив мантию. У него ещё будет время проверить работы, а сейчас ему нужно отдохнуть от людей. На обеде ему не удастся побыть в тишине. — Минерва любит поболтать с ним. Уже сидя за своим профессорским столом, он пристально изучал студентов. И действительно, за одним из столов он заметил своего маленького прогульщика. Глядя на его радостное лицо, он почувствовал нарастающее раздражение. Как можно было быть настолько наглым и открыто прогуливать занятия? И не просто пропускать какие-то там задания — он прогуливал именно его, зельеварение, занятия у своего декана. Северус был уверен, что это было последнее прогулянное занятие этого юноши. — Северус, дорогой, перестань смотреть на мальчика так пристально, у него же пропадёт аппетит, — смеясь, произнесла Макгонагалл, бросая мимолётный взгляд на ребёнка. — Ты же на мистера Дрейвенвуда смотришь? Хороший ребёнок, у него больше успехи по моему предмету. — Вот именно, что по вашему предмету, а на мои занятия этот поганец решил не ходить, — Северус явно не одобрял веселье своей коллеги; ему казалось, что она просто над ним смеётся, хотя, возможно, это так и было. — Возможно, если бы ты не был так строг к студентам, — немного замявшись, она продолжала. — Нескольким моим первокурсникам ты даже в кошмарах снишься, — она покачала головой и повернулась к профессору Трелони, начав тихо что-то обсуждать, во что он с ней уже не вникал. Северу на это лишь фыркнул: ну не мог же он их так сильно пугать, это же бред какой-то. И почему все думают только о студентах? Может, ему самому они снятся в кошмарах. Вспоминая свой первый год работы, он может сказать, что это был настоящий кошмар. Смерть Лили и Тёмного лорда сильно повлияли на него. Он был убит горем и сожалел, что не погиб во время войны. Эти ужасные мысли настолько поглотили его, что он перестал думать о своей судьбе. И это было его главной ошибкой, ведь если бы не Дамблдор, он бы уже сидел в Азкабане. Иногда эти ужасные воспоминания не давали ему покоя, особенно теперь, когда он уже не первый год преподаёт. Он начал сомневаться, не было бы лучше оказаться в Азкабане. После завершения трапезы он встал и быстро зашагал в сторону стола Слизерина. Его мантия развевалась от быстрого шага, что придавало ему ещё более устрашающий вид или, как сказали бы некоторые студенты, вид летучей мыши. Хотя в спину ему могли говорить неприятные вещи, как только он подходил ближе, студенты становились тише. Не обращая внимания на приветствовавших его студентов, он молча передал письмо Микаэлю и покинул Большой зал. Слизеринцы сразу же начали перешёптываться, то и дело поглядывая на первокурсника. Он выглядел так, словно готовился к казни или, скорее, уже смирился со своей участью. — Ну что, Мик, учёба только началась, а ты уже разозлил Снейпа? И где ты успел так накосячить? — один из старшекурсников закинул руку на плечо Дрейвенвуда и с издёвкой в голосе произнёс: — Ну, ты готовься, уверен, сегодня тебя пустят на ингредиенты для зелья. Или ещё хуже… — Ага, зная нашего декана, ты так легко не отделаешься. Будет тебя пытать всю ночь. А потом ещё и баллы с тебя снимет. — А если из-за нас мы лишимся большего количества баллов, то пинай на себя. Так что не вздумай злить Снейпа ещё сильнее, — произнёс староста факультета. Первокурсник молча кивнул и стремительно покинул свой стол. До начала следующего занятия оставалось ещё много времени, и это позволяло ему в тишине и спокойствии отправиться в свою комнату, чтобы прочитать письмо. Только оказавшись в своей комнате, он вскрыл конверт и достал письмо. От прочтения его на глаза навернулись слёзы, но он сдержал их, чтобы не вызвать непонимание со стороны товарищей. Слизеринцы никогда не забывают подобные моменты. «Мистер Дрейвенвуд. Я крайне разочарован тем, что вы в последнее время пропускали мои занятия. Надеюсь, вы хорошо отдохнули, потому что теперь вам придётся отработать пропущенный материал в двойном объёме. Я жду вас сегодня сразу после ужина в кабинете зельеварения. И не пытайтесь избежать встречи, я всё равно найду и накажу.

Северус Снейп»

Северус не стал ужинать, так как не чувствовал аппетита, да и общение с коллегами не вызывало у него желания. Вместо этого он решил провести вечер с пользой и заняться проверкой эссе. Сегодня не было обработчиков, за исключением одного, который должен был прийти позже, так что вечер выдался относительно свободным. Возможно, даже удастся лечь пораньше. От этой приятной мысли на лице мужчины появилась улыбка. Раздался стук в приоткрытую дверь, заглянул Микаэль: — Разрешите войти? Не поднимая головы от текста, зельевар кивнул, после чего мальчик зашёл и встал недалеко от первой парты. После нескольких минут, посвященных работе, Снейп жестом приказал мальчику сесть и сам подошёл к нему. Он величественно возвышался над учеником, и его строгий взгляд был устремлён на мальчика. Мальчик, сидевший перед ним, выглядел ужасно испуганным. Его и так светлая кожа стала еще бледнее, а большие глаза уже были наполнены слезами. И Северус мог поклясться, что мальчика трясло вовсе не из-за холода. — Мистер Дрейвенвуд. У нас с вами получается интересная ситуация. Вы почему решили, что уроки зельеварения вам совершенно не нужны? — Мужчина скрестил руки на груди. — Не постараетесь ли мне объяснить, почему так? — Я… не хотел… п-простите, сэр. — Что вы не хотели ходить, я заметил! Ваше желание меня совершенно не интересует. Вы же были на зельеварении на первом уроке? — в ответ лишь слабый кивок. — Тогда я жду объяснений вашего отсутствия. И смотрите на меня, когда я с вами разговариваю! Северус хотел продолжить, но его речь прервал громкий плач. Это его удивило. Раньше он не замечал, чтобы дети так быстро плакали, и даже не думал, что способен довести их до такого состояния. — Простите, сэр, я хотел ходить на зелья… мне они очень-очень нравятся… просто Тео сказал… а я испугался… потом… потом… — и снова громкий плач. — Не бейте меня, прошу вас, сэр… — Не несите бред, мистер Дрейвенвуд. Я никогда не бью учеников. А теперь, пожалуйста, успокойтесь и расскажите все с самого начала. **** Некоторое время назад. Как оказалось, произошёл довольно интересный случай. Первокурсник резко проснулся и, оглядевшись по сторонам, понял, что его комната пуста. Он проспал! А ведь сегодня зельеварение! Микаэль не боялся реакции профессора, его беспокоило, что он пропустил уже половину занятия. И теперь он не успеет сварить зелье. Быстро переодевшись в форму, он, не умываясь, выбежал в гостиную, собираясь отправиться хотя бы на конец урока. Но там он, к несчастью, хотя тогда это, казалось, наоборот, врезался в одного из старшекурсников. — Извини, пожалуйста. Я просто очень опаздываю к профессору Снейпу. — Стой, не спеши ты так, — подросток схватил мальчика за воротник. — Так ты ещё не знаешь, что он делает с опоздавшими? — Нет… отправляет на отработку? — в ответ он услышал лишь смех. — О нет, малец. Наш декан — тот ещё извращенец, — он заулыбался. — Он любит более изощрённые наказания. Вот, к примеру, за опоздание он поставит тебя перед всеми и выпорет тростью, — у Микаэля от ужаса расширились глаза. — А если повезёт, то позовёт на отработку и там накажет наедине. — А что же мне теперь делать? — жалобно посмотрел он на группу ребят. — Ну, мы, как опытные люди, можем тебе посоветовать только одно, — он посмотрел на друзей и подмигнул им. — Вот, к примеру, мы с Арчи вообще не ходим к нему на занятия. А профессор у нас хоть и молодой, но память как у рыбки — он уже и знать нас забыл. — Подростки снова засмеялись. — Так что советую тебе к нему не ходить. А домашку… Ну, хочешь — делай, в конце семестра с кем-нибудь передашь. Они ушли, оставив Дрейвенвуда одного в гостиной. Он был в полном смятении, не зная, как поступить. С одной стороны, ему очень хотелось научиться варить зелье, а с другой — он боялся получить наказание. Так он и принял первое возможное решение: послушать и довериться своим старшим товарищам. После он еще не раз обращался за советом к Теодору и был рад, что у него появился такой умный и опытный друг. Конечно, на душе было неспокойно, особенно когда одногруппники сказали, что декан про него спрашивал, но ведь Тео сказал, что уже поздно идти, а ему можно верить. Так он и продолжил прогуливать до сегодняшнего дня. **** Когда ребёнок закончил свой рассказ, Северус, мягко говоря, был в полном шоке от этого. Вот это и называется «слизеринцы друг друга не подставляют». Этот мелкий паршивец решил, что может так издеваться над малышами. Ну ничего страшного, скоро он в корне изменит своё мнение. А пока стоило разобраться с первокурсником, который, судя по внешнему виду, норовил снова разрыдаться. Профессор закрыл глаза, мысленно досчитав до десяти, выдохнул и уже более мягким тоном продолжил диалог с мальчиком: — Я надеюсь, что вы меня не обманываете. И если всё действительно так, как вы говорите, то не надо бояться. Но хочу вам сказать, что вы поступили очень глупо. В следующий раз, когда вам кто-то будет давать советы, нарушающие правила Хогвартса, советую обратиться к старосте или даже ко мне. Если вы придёте за советом или помощью ко мне — и совершенно неважно, по какому поводу, — я вас никогда не прогоню. А вот если будете слушаться всех подряд, за это уже могу и наказать. Но не бить. Запомни это, пожалуйста. Ты слизеринец и всегда, абсолютно всегда, в первую очередь должен рассчитывать на себя и слушать себя. — Простите, сэр… — Наша отработка отменяется. Я хочу, чтобы ты пошёл к себе и написал мне, какие ошибки допустил и как можно было их избежать. Сдашь это до пятницы. В следующий раз, если прогуляешь по любой причине, я уже не буду таким добрым. Почему он пожалел этого мальчика, он и сам не знал: возможно, потому, что вспомнил, как над ним подшучивали, а может, просто стало жалко. Он не мог понять, но знал наверняка, что вечер будет интересным. Раньше Снейп не принимал такого вида наказаний. Во-первых, в Хогвартсе это уже было не особо популярно, а во-вторых, его немного смущало, что он был ненамного старше учеников последнего курса. Однако теперь, спустя несколько лет работы, он осознал, что стал старше и более решительным. Он понял: если хочет сделать свой факультет лучшим в школе, то ему необходимо перестать быть мягким. Пришло время действовать и начать серьёзно воспитывать своих детей. Больше никаких поблажек. С этого дня они будут бояться его самого, а не только слухов о нём. Северус усмехнулся; его мысли казались ему слишком возвышенными даже для него самого. **** После ужина в гостиной Слизерина царила оживлённая атмосфера. Некоторые студенты занимались вместе, другие просто болтали или грелись у камина. Теодор сидел на одном из диванов, который находился в более уединённом углу гостиной, окружённый своими друзьями. Они достаточно громко обсуждали прошедший день и совсем не беспокоились, что могут кому-то помешать. Хотя Тео был довольно общительным мальчиком, в свои пятнадцать лет он не имел широкого круга общения. Он рос в семье чистокровных волшебников, которые, когда Тёмный лорд стал набирать силу, отошли от политических дел и прекратили общение почти со всеми влиятельными семьями. Вот уже несколько лет они живут как отшельники, занимаясь выращиванием и продажей волшебных трав. Подросток с детства старался дружить и доверять нескольким своим одногруппникам, с остальными старался поддерживать просто нейтральные отношения. В целом это было свойственно положению дел для многих слизеринцев. — А ты не слишком жестоко подшутил над тем пацаном? Как его там… Вроде его сегодня к себе Снейп позвал, — перевел тему один из парней. — Мне кажется, надо было его давно отправить на уроки. — Вот именно, Тео, а если он тебе сдаст? Декан может на тебя и родакам пожаловаться. Да и в целом уже становится не смешно. Он от вида Снейпа уже сознание теряет. Он лишь раздражённо закатил глаза. Еще пару недель назад они вместе сидели и скучали, когда ему в голову пришла гениальная идея. Разыграть первокурсника, но, к их удивлению, он не только прислушался к совету, который ему дали, но и стал бегать за ними, чтобы услышать еще советы, которыми могут с ним поделиться старшекурсники. Вскоре им это наскучило, и они ясно дали ему понять, что они не справочник, чтобы каждый раз ему помогать. Но вот Тео напоследок еще раз заверил его, что на занятия по зельеварению можно не ходить. — Да бросьте вы, все норм! Я вообще не понимаю, как он мог поверить, что к Снейпу можно не ходить на занятия, — он пожал плечами. — Не думал, что настолько сильно его напугал. Для него было не свойственно так издеваться над кем-то, особенно над столь юными. Но он подумать не мог, что кто-то будет настолько туп, чтобы послушать такой глупый, он бы сказал, идиотский совет. А потом уже вошёл во вкус. Было весело наблюдать за тем, как к его бреду прислушиваются. Он старался выкинуть из головы все мысли об этом пацане и его сегодняшней аудиенции с профессором, вот только чувства вины ему еще и не хватало. Больше разговор не клеился, и они какое-то время сидели в тишине, а вскоре в гостиной и вовсе наступила тишина. Он обернулся через плечо и увидел, как в гостиную вошёл мастер зельеварения. Его это не удивило, ведь он часто заходил по вечерам проверить, как ведут себя его змейки, и взять отчёт за день у старост. Он встал, чтобы, как и все, поприветствовать своего декана. — Здравствуйте, сэр… — произнес он хором вместе с одногруппниками. Северус Снейп быстро отыскал взглядом свою цель, не обращая внимания на других студентов, которые находились рядом. Северус услышал, как Тео, словно маленький щенок, заскулил, не обращая внимания на смех других обитателей гостиной. Парень встал на цыпочки, чтобы хоть как-то ослабить давление на ухо, но даже так ему стало трудно угнаться за профессором. — Вы мне ухо оторвете! — Молчать, пока я не разрешу говорить, — Снейп скрутил парню ухо чуть сильнее. — Если не хотите, чтобы я действительно оторвал вам ухо и пустил его на ингредиенты. Когда они шли по лестнице, мимо них прошел Мик, который бросил виноватый взгляд на Тео. Профессор довёл подростка до аудитории зельеварения и только после этого отпустил его. — В мой кабинет, — произнёс Северус, не оборачиваясь, и стремительно направился в сторону своего кабинета. Он открыл дверь и жестом пригласил войти, после чего последовал за гостем. — К моему столу, — сказал он, подойдя к шкафу и пытаясь отыскать нужную вещь. — Профессор Снейп, я что-то сделал не так? — в голове у Тео были предположения, по какому поводу он здесь, но он решил прикинуться немного недалеким. — Просто мне еще надо делать домашку; если хотели поболтать, могли бы выбрать кого-то другого, — он улыбнулся во все тридцать два зуба, надеясь показаться увереннее. — Мистер Рейнвуд, перестаньте выставлять себя дураком. Я думаю, вы прекрасно догадываетесь, зачем вы здесь! — Снейп что-то поставил возле шкафа; что именно, Теодору не удалось разглядеть в полумраке. — Как я могу заметить, вы, молодой человек, стали слишком многое себе позволять. — Профессор, все не так, как вы думаете… Это была просто шутка. Я не виноват, что этот дурак меня не послушал. — О нет, не надо мне пустых оправданий, — Северус скрестил руки на груди, и на его губах появилась ухмылка. — Я лично знаю ваших родителей, они хорошие люди, и у них никак не мог вырасти лжец. Поэтому я решил самолично тебя оправдать. — Сэр? Я не понимаю, что значит «оправдать»? — Тихо! Ты стал в красках описывать мои наказания, хотя сам на них никогда не был. Но, мистер Рейнвуд, вы же не хотите становиться обманщиком? Верно. Поэтому давайте сделаем так, чтобы ваши слова стали правдой, — он взял стоящую рядом с ним трость и рассек воздух. Он заметил, как парень заметно вздрогнул, и его нижняя губа задрожала. Да, по правде говоря, его самого этот звук пугал, так же как и в детстве. — А если даже захотите, сможете и продемонстрировать своим одногруппникам, — его лицо приобрело серьезное выражение. Подойдя, он положил трость поперек стола. — Снимайте мантию и давайте мне свою палочку, — он протянул руку. Северус наблюдал за подростком, который смотрел на него с нескрываемым страхом и удивлением. — Ну вы чего? Это же незаконно… Я буду жаловаться директору. — После наказания жалуйтесь кому угодно. Но примите к сведению, что в Хогвартсе разрешены телесные наказания, но, как вы могли заметить, применяют их не все, а кто применяет — делает это достаточно редко. — Я не буду! Это возмутительно, я не хочу! — он по-детски топнул ногой и бросил на профессора вызывающий взгляд. — Вы об этом так вызывающе рассказали, что мне показалось, вы горите желанием это попробовать. Не устраивайте детский сад, вы уже взрослый мальчик, так примите наказание достойно, — Тео по-прежнему стоял неподвижно, держа руку на палочке, готовясь в любой момент напасть. — Не усугубляйте ситуацию. Если так хотите, я могу связаться с вашим отцом и посоветоваться с ним в выборе наказания, — Северус пошел к камину. Рейнвуд наблюдал за профессором, ему казалось, что профессор блефует, пугает его. Он не боялся отца, тот был добрым человеком, никогда не брал в руки трость. Самым страшным наказанием были только пара шлепков рукой, и то когда он был маленьким. Он знал отца и догадывался, что тот, скорее всего, откажет Снейпу. Но также он догадывался, что отец в нем разочаруется, а этого ему совсем не хотелось. — Стойте, не надо папе, — он закричал, когда профессор потянулся за волшебным пеплом. — Он подбежал и схватил его за руку. — Пожалуйста, я согласен на наказание, — протянул палочку, которую профессор сразу забрал. Убрав палочку к своей, Северус стал наблюдать, как подросток трясущимися руками снимает мантию и кладет ее на одну из парт. — Штаны с нижним бельем можете не снимать, — подросток облегченно выдохнул, и Северус, скрывая улыбку, продолжил: — но приспустите их до колен. — П-профессор! — лицо подростка моментально вспыхнуло красным румянцем. — Несправедливо… — Несправедливо. И вводить в заблуждение первокурсников тоже несправедливо. Если хочешь тянуть время, то пожалуйста, — Северус посмотрел на часы, — но уже скоро отбой. А если тебя поймают после отбоя в коридоре, то накажу прямо в гостиной. Теодор подошел к учительскому столу, тихо бубня себе под нос что-то про несправедливость и непедагогичность. Растянув молнию, он стянул штаны и лег туловищем на стол, прямо лицом к трости, отчего стало еще страшнее и противнее. Трусы он так и не решил стянуть: было стыдно, даже очень стыдно. Он был благодарен, что профессор это никак не прокомментировал, а лишь сделал это за него. После чего Северус взял трость со стола и еще раз рассек ей воздух. — А теперь, мистер Рейнвуд, советую вам раз и навсегда запомнить, что такое трость, — он поднял трость и резко опустил ее на середину ягодиц. — И запомните, что я никогда, никогда, особенно на детях, не буду ее использовать. Яркая полоса стала появляться на бледных ягодицах, подросток издал приглушённый об руку крик, а другой рукой прикрыл пострадавшее место. — Больно, тут я полностью с вами согласен. Зато теперь вы не будете врать, а будете лишь делиться опытом. Продолжим? — Не надо, сэр, пожалуйста. Я извинюсь перед ним. М-могу даже помочь с домашкой. — Вот видите, какой действенный способ оказался. Уже после первого удара вы начали исправляться. А говорили, что непедагогично, — зельевар поставил трость возле стены. — И раз уж я пообещал никогда не наказывать тростью, вы тоже не станете исключением. Надеюсь, теперь вы не будете рассказывать то, чего не пробовали, ведь в любой момент я могу прийти и превратить вашу ложь в правду. — Спасибо, профессор, я правда не буду больше так поступать, — он попытался встать, но профессор надавил ему на поясницу. — Лежать. Я говорил, что трости не будет, но думаю, ремень вам не помешает. Мозги он тоже неплохо вправляет. Он не стал слушать дальнейшие возражения и просьбы о прощении. Они и так затянули этот процесс. Он достал ремень из брюк, сложил его вдвое, занёс руку назад и нанёс первый удар. Теодор негромко застонал, но остался неподвижным. В целом именно такой реакции и ожидал Северус. — Еще девятнадцать, — озвучил Снейп и стал наносить удар за ударом. Дальнейшее наказание он предпочёл проводить молча, по своему опыту зная, что в таком состоянии было тяжело внятно ответить. Профессор почувствовал укол вины, глядя, как на белой коже появились розовые полоски. А от вскриков, которые разносились эхом по комнате, на душе становилось ещё хуже. Но останавливаться он не собирался: Северус Снейп любил доводить дело до конца. Нанеся десятый удар, он полностью окрасил ягодицы в розовый цвет. Оставшиеся удары он решил класть вторым слоем, вкладывая в них чуть больше силы. Хотелось, чтобы парень запомнил это наказание подольше. Чего не мог не почувствовать Тео, и после нового удара он закричал и моментально прикрыл ягодицы руками, поглаживая больное место, надеясь хоть как-то унять боль. — Профессор, пожалуйста, хватит! — он жалобно всхлипнул. — Как я буду сидеть?! — Руки убери, ударю по ним, — на что Теодор лишь покачал головой, явно не собираясь прислушиваться к профессору; ему казалось, что он сидит на раскалённой сковородке. Северус лишь недовольно цокнул и нанёс удар по рукам, и, как следовало ожидать, руки Тео сразу убрал и жалобно захныкал. После чего в быстром темпе нанёс оставшиеся удары под громкие стоны и крики о прощении. Закончив, он стал не спеша возвращать ремень на его законное место, давая возможность наказанному ученику немного прийти в себя. А тот и сам был не прочь немного отдохнуть, видимо, совсем забыв, что выставляет свой хорошо наказанный зад напоказ. Снейп заметил, что Теодор не плакал: на его глазах были непролитые слёзы, и он слегка шмыгал носом, стараясь не заплакать. Северус бросил взгляд на зад ученика, оценивая последствия. К утру ничего не останется. Он бы даже сказал, что через пару часов краснота полностью спадёт. — Можете одеваться, — Северус положил волшебную палочку и мантию рядом с подростком, сам отойдя немного в сторону, давая ему привести себя в порядок. — Надеюсь, вы усвоили урок. И я бы вам рекомендовал не вымещать своё недовольство из-за сегодняшнего вечера на Микаэля, — услышав недовольное фыркание, он продолжил. — Он тоже был сегодня наказан, причём заслужил он это. Поэтому прислушайтесь к моему совету. И можете быть свободны. — Да, сэр, доброй ночи, — он быстро выскочил из кабинета, уже крутя в голове идеи о том, что будет рассказывать друзьям. Ведь говорить о порке он точно не собирался.