Чужие доспехи: Поиски похищенной Эгиды

В начальной школе Шарлотта часто приходила домой с царапинами и ссадинами. Ей не везло постоянно падать или сталкиваться с одноклассниками, который смеялись над ней, что та ходит в школу без телефона и её забирает из школы бабушка. Девочка никогда не понимала причины их насмешек. Её бабушка Салли была добрейшим человеком из всех, кого Чарли знала. Они часто гуляли, готовили и много-много разговаривали, пока её не забирали родители. Иногда, конечно, её и Кастора забирал дедушка. С Полом тоже было весело. Он рассказывал о книгах, истории и мифах, что делала и Салли. Шарлотта вместе с братом ненавидели читать, зато любили, когда им рассказывали сюжет. Мама никогда не злилась, если Чарли объясняла, что над ней и бабушкой смеялись, потому она и начинала перепалки. Аннабет говорила, что это разумная причина, но не стоит вечно лезть в драку как это делал Кастор. Шарлотта всегда кивала, говоря, что больше не будет. Всё равно поступала также, но не получала серьёзных наказаний, ведь поступки и раны были пустяковые. Но вот она около часа назад убегала от монстра вместе с подругой, не могла остановить кровь из раны и, кажется, это было самое тяжёлое происшествие, в котором ей довелось побывать. Чарли приложила указательный палец к губам, смотря как Аврора, стараясь не шипеть, пыталась улечься под кроватью и притянуть к себе аптечку и использованные ватные диски. — Привет, пап, — натянуто улыбнулась девочка, приоткрыв дверь в комнату на четыре дюйма. Она постаралась спрятать раненное плечо, дабы не вызвать у отца вопросы. — Я могу войти? — спросил Перси, осматривая лицо дочери. Оно было немного бледным, а пальцы, держащие дверь, подрагивали. Это явно не было хорошим знаком. — Впусти меня. Нужно серьёзно поговорить. Из школы звонили. — Не могу, — выдавила из себя Чарли, стараясь говорить как можно твёрже. Она нервничала. А кто будет спокоен после такого дня, да ещё и когда под кроватью лежит кряхтящая подруга!? — Может поговорим вечером? — предложила она. — Нет, сейчас. — Через час? — Две минуты, буду ждать тебя на кухне. — Ну пап! — Две минуты, Чарли, — утвердил мужчина, уходя в сторону кухни, оставляя девочку хмуриться. Его тон не терпел отложений, и это учитывая, что Перси не был строгим родителем. Шарлотта, кажется, впервые за долгое время видела, то насколько её отец был серьёзен в своих словах. Она закрыла дверь, желая пнуть стул, но остановилось. Не хватало ей ещё пальцы на ногах отбить, а то будет фуллхаус. И так, видимо, головой ударилась, ведь вода сама по себе не может быть щупальцем из бассейна, поранила плечо, осталось травму на ногу получить. — Потерпишь, пока я с папой пойду поговорить? — спросила Джексон шёпотом, опустившись на колени, чтобы заглянуть под кровать, где Аврора замерла в одной позиции, при которой у неё не болела спина. — Да без проблем, можете там ещё детские травмы пообсуждать, чтобы до завтра сидеть на этой кухне, — фыркнула та, увидев, что подруга натягивает на себя свитер. Потом Вальдес всё же добавила, без сарказма, — Только не затягивай, иначе весь дом услышит мои хрипы. Чарли кивнула, не удивляясь тому, как Аврора остра на язык. В квартире было жарко, но выйти без свитера Шарлотта не могла. Повязка вокруг раны уже пропитывалась кровью и была бы заметна, покажись она перед отцом в футболке, так ещё бы и футболку испортила бы. А старый свитер, который доживал последние месяцы, было не жалко. — Ну так. О чём говорить будем? — спросила Шарлотта, стараясь вести себя максимально обычно. Она села за стол, скосив взгляд на отца, который смотрел в окно. — Может объяснишь, что произошло в школе? — вздохнул Перси, отвлекаясь от своего увлекательного занятия. Он не смотрел на неё со злостью, агрессией, скорее с какой-то грустью, даже с пониманием. — Ну-у, я получила дополнительное задание от Миссис Палмер, за то что отвлеклась на её уроке, — сказала Чарли. При упоминании учительницы её голос дрогнул, а глаза заметались в стороны. Обычно она врала лучше. — Надо же. А директор сказал мне совсем другое, — удивился мужчина, покачав головой. После вопроса уже со стороны дочери, что же такого сказал директор, он рассказал. — Он пожаловался, что ты вместе с Авророй устроили большой погром. Столько мебели сломали, чуть учителя не сбили и, кажется, сбежали через эвакуационный выход в бассейне. Что скажешь на это? — Мы не специально, — попыталась улыбнуться девочка, стараясь сойти хотя бы за глупую, мол это ей вообще не касается. Пусть и ненавидела она казаться тупой, но что поделать если другого выхода нет. — Ещё варианты? Скажи мне правду, Чарли. Я поверю. — Хорошо, — сдалась Шарлотта, поднимая руки в знак капитуляции. Плечо заныло, пока она чувствовала, как кровь пропитывает бинты. — Как уже сказала, я получила дополнительное задание от учительницы биологии. Я рассказывала про неё. Потом встретилась с Авророй, мы заговорились, а когда звонок прозвенел, и мы хотели бежать на урок, нас поймала Миссис Палмер, — начала Чарли, оглядываясь по сторонам, будто монстр, бывшая учительница, мог разбить окно и залезть к ним домой. Она сглотнула, стараясь прогнать эту картину из головы, — Знаю, что звучит бредово. Может я ударилась головой, или что-то в этом роде, но она стала превращаться в существо с тёмно-синей кожей, верхняя часть тела стала мужской, ноги как у чёрного волка, клыки и вроде бы были рога, но небольшие. Оно погналось за нами, кидалось мебелью, а потом мы сбежали через экстренный выход в бассейне. Девочка боялась, что отец сейчас начнёт кричать, что она просто выдумывает, чтобы не быть наказанной. Шарлотта была уверена, что её накажут до совершеннолетия, если не убьют за такую выходку. А может он станет звонить в психиатрическое отделение, чтобы её поскорее забрали? Она не знала, не могла понять его реакцию на рассказ. А ей зачастую была ясна эмоцию, которую испытал бы собеседник. — Ты злишься? — спросила она, ощущая, как её ладони вспотели, в то же время будучи ледяными словно те были в водах Северо-Ледовитого океана. Её взгляд блуждал по лицу отца в надежде понять, что он скажет. — Нет, конечно, нет, — ответил Перси, встрепенувшись. Мужчина переваривал информацию, как тогда, когда Кастор говорил ему и Аннабет похожие вещи. Его сын тогда уверял, что это правда и он ни в коем случае не врёт. О, Перси это знал, как и его жена. Оба прошли через похожее и надеялись, что их дети не будут ощущать себя так же, как они, когда были детьми. И вот он снова видел боязнь быть отвергнутым, страх быть непонятым. Первый раз на него так смотрел Кастор, а теперь и Шарлотта. — Я верю тебе. Но мы ещё вернёмся к этой теме, когда мама вернётся, хорошо? — сказал Перси, вставая из-за стола. Он улыбнулся в знак того, что действительно верит в её слова. Мужчина развёл руки, приглашая дочь в объятия. Чарли была, мягко говоря, в шоке, если грубо, то в ах.. Она, позабыв о ране, вскочила со стула, бросаясь к отцу. И всё, пусть переходный возраст брал своё и ссоры с родителями были чаще, девочка любила их и ни за что бы не пожелала им плохого. Шарлотта слышала, как папа слегка ухнул, посмеявшись с её резкости, и обнял её за плечи. Это было фатальной ошибкой. — Ау, — шикнула Чарли, отстранившись. Кажется, пора было срочно отправляться в свою комнату, дабы заняться очень важными делами, — Я, пожалуй, к себе пойду, окей? Да? Отлично! — Погоди-ка, — остановил её Перси, сложив руки на груди. Она бесшумно завыла от поражения и боли, прикусив нижнюю губу, но обернулась, стараясь улыбнуться со всем очарованием, что имела. — Что это ты в свитере? Дома очень даже жарко. — А-э, — открывала и закрывала рот Шарлотта. Она выглядела как рыба, выброшенная на сушу, пытаясь придумать разумное объяснение. — Сними его, — попросил Перси, прерывая поток нечленораздельных звуков, исходящих изо рта дочери. Он знал, что под этот свитер она всегда одевает майку или футболку, да и ему не нравилось, то, как она зашипела во время объятий. И то, что она не отвечала так долго было дополнительным плюсом, что что-то не так. — Пап, ты чего? — Чарли. — Папа. В битве взглядов девочке не удалось победить. Чарли была измотана за сегодня достаточно, а потому противостоять отцу сил почти не было, хотя просто так она и не сдалась. Скорее Перси взял всё в свои руки, стягивая с неё свитер словно снова переодевал её как в детстве. Косо повязанные бинты на её плече почти полностью пропитались кровью, становясь багрово-алыми. Шарлотта отвернулась в сторону, лишь бы не смотреть отцу в глаза, где явно увидела бы недовольство по поводу сокрытия раны. — Знаю, что ты скажешь! Сейчас принесу аптечку, — сказала Чарли, разворачиваясь на пятках, чтобы поскорее пойти в свою комнату. Ей всё равно пришлось бы вернуться, уже вместе с ящиком, где были лекарства. Да и пора бы Авроре вылезти из-под кровати, ведь пока никто, кроме хозяйки комнаты, не планирует туда заходить. — Это оставило то существо, о котором ты говорила? — спросил Перси, когда заставил дочь сесть на стул, чтобы нормально обработать и забинтовать рану. Он скривился, видя, что рана, судя по всему, была заражена, либо это побочные эффекты от того существа, которое описывала его дочь. — Да, оно хотело меня съесть, схватило, когда я почти упала, поскользнувшись, — кивнула Чарли, шипя от боли, когда ватный диск с перекисью прошёлся по следам от когтей. Она не знала, стоит ли рассказывать о волшебной струе воды, которая спасла ей жизнь, потому что это звучало уже как полный бред. Да и, наверное, к тому времени у неё уже было сотрясение. — Ясно, — кивнул мужчина, доставая коробочку со дня ящика. Как он смог так быстро её найти среди всех этих лекарств? Перси затянул бинт потуже, но, чтобы тот не сковывал движения. — Съешь. Чарли с недоверием посмотрела на небольшой кусочек, который ей протянул отец. Это было, что-то похожее на спрессованное песочное печенье, только более золотистого цвета, переливающиеся в свете из окна. Она не была готова есть это подозрительное нечто, потому что была неуверенна, что это было лекарством. Обычно медикаменты — это двухцветные капсулы или белые круглые таблетки, сиропы, иногда растворы, вводимые в тело шприцом. — Что это? — спросила Шарлотта, взяв кусочек в свои пальцы. Подозрение чувствовалось как в её голосе, так и во взгляде, обращённом к нечто. Не то чтобы у неё было недоверие к папе, скорее просто осторожность. — Несмотря на то, что ты порою очень бесишь, ты моя дочь и я никогда не дам тебе отравы, — усмехнулся Перси, взъерошив ей волосы. Чарли закатила глаза, но съела этот кусочек. По телу разлилось тепло, а во рту был вкус лимонного пирога, который готовила Аннабет. Чарли тогда была маленькой, как увидела по телевизору кулинарную программу про пироги. Она пробовала многие, но лимонный никогда, даже не знала, что лимоны используют для десертов, потому сразу побежала уговаривать маму приготовить его. Шарлотта до сих пор обожала лимонный пирог, но никогда не ела его в кафе, только дома, когда тот был приготовлен её матерью. Она и подумать не могла, что это кусочек мог содержать в себе такой яркий вкус её любимого блюда. Рана перестала болеть словно произошла магия, которая ускорила заживление. — Вкусно, — промычала девочка, прикрыв глаза. Она заметила, что мужчина достаёт ещё один кусочек, собираясь отправиться в её комнату. — Ты куда? — Думаю Авроре тоже не помешает съесть это, а то её хрипы услышат все и подумают, что мы тут заложников держим, — усмехнулся Перси, погладив дочь по голове, и добавил, прежде чем она хотела задать разумный вопрос, — Лишняя обувь в прихожей и чертыханья. Не трудно догадаться, что она в твоей комнате. Отдыхай, я отвезу её домой, а то Калипсо с Лео наверняка волнуются. Чарли что-то пробормотала, пересаживаясь на диван в гостиной. День был насыщен событиями, пусть и прошла только его половина, но девочка уже чувствовала усталость. Глаза слипались, голова стала тяжёлой. Сон пришёл к ней быстро. Обычно ей снились кошмары или просто бессмысленные, но жутковатые вещи. Хорошо, что сейчас не было ни того, ни другого. Проснулась Шарлотта лишь под вечер, когда Аннабет уже вернулась и дома были все члены семьи. Ну вообще, её разбудил Кастор, желающий пошутить, разрисовав ей лицо, только его остановила мама, да и открывшая глаза сестра, которая уже хотела начать кричать. Ужин прошёл спокойно, хотя Чарли была как на иголках, потому что боялась гнева матери, которая была очень даже спокойна, спросила хорошо ли себя чувствует Чарли и стала обсуждать мелочи с отцом. — Уложи Зою пожалуйста и собирай вещи, — сказала Аннабет, обращаясь к Кастору, почти ушедшему с кухни. Он сначала завис, а потом кивнул, забирая младшую сестру. Женщина тем временем повернулась ко второй своей дочери, что только хотела уйти из-за стола. — Теперь поговорим. Шарлотта вздохнула, рассказывая маме всё то же самое, что говорила сегодня папе, правда под её взглядом и уточняющими вопросами о том, как ей удалось вырваться из хватки чудовища. Девочка слегка замялась, но рассказала о щупальце из воды, которое удерживало существо у стены. — Я тебя поняла, — задумчиво кивнула Аннабет, переглянувшись с Перси, который впервые слышал такие подробности, но особо не удивился. Мама молчала ещё несколько минут, достав телефон из кармана. И лишь когда набрала чей-то номер, но ещё не позвонила, то заговорила. — Что ж, думаю ты устала, так что иди отдыхай и собери немного вещей. Завтра утром я с тобой пойду к директору, а потом поедем с тобой ещё кое-куда. Перси, ты же сможешь отвезти Зою в детский сад? — Ты хочешь отвезти меня в больницу? Или в детский дом? — спросила Чарли, прищурившись в подозрении. Фраза о том, чтобы она собрала немного вещей ей совсем не нравилась. Неужели они только делают вид что верят, а на самом деле уже готовятся сдать её в психушку, вон даже звонить собрались. — Ну что за глупости? Спокойной ночи, Чарли, — усмехнулась женщина, оставляя на макушке дочери поцелуй, прежде чем та ушла в свою комнату. — Лучше возьми с собой побольше футболок, — показавшись в дверном проёме комнаты Чарли, сказал Кастор. Его волосы были светлее чем у неё, а глаза голубые как у отца. Ему часто говорили, что он похож на Аннабет, а ей, что она похожа на Перси. Хотя их нельзя было разграничить, они сочетали в себе черты обоих родителей, в большей или меньшей степени. — Ага, — кивнула девочка, сидя на кровати. Она не часто разговаривала со страшим братом. Хотя в детстве они были не разлей вода. Просто с тех пор, как Кастор стал уезжать на каникулы между ними росла пропасть. Чарли хотела проводить с ним больше времени, но парень выстраивал стены, продолжая дразнить её и волноваться о ней, только не показывал этого как раньше. — Спокойной ночи. — Хорошего сна, Чар, — усмехнулся он, закрывая за собой дверь. Странно, обычно её брат никогда так не делал, да и советов давно не давал, разве что смеялся с её вида. Может это потому, что он испытывает к ней жалость из-за раны? Иу, жалость ей не нужна. Утром, к удивлению, Чарли заметила, что Кастор во всю спал, а встал с кровати только, когда мама и его сестра уходили. Шарлотта нервничала перед встречей с директором, который, как сказал папа почти кричал в трубку. Хотя он всегда плевался слюной во время своих эмоциональных речей. Что было и в этот раз. Кабинет Мистера Риззи был большой, с множеством горшков с растениями у окна, столом, где была куча бумаг, и большим офисным креслом, в котором мечтали посидеть почти все ученики. Сам мужчина был грузный, с небольшой бородой, пухлыми губами, круглым лицом и полуседыми чёрными волосами. Страшное зрелище, если он начинал шевелить своими варениками, пока отчитывал учеников, ведь те потом как из душа выходили. — Мало того, что я закрыл глаза на её рекомендации из прошлых школ, взяв с неё слово о послушании! А она, хулиганьё, нарушила со своей подружкой все правила! Где это слыханно, чтобы девочки вели себя так?! — кричал Мистер Риззи, активно размахивая руками сардельками. Он пыхтел как паровоз, но всё не останавливался поливать Чарли грязью, пока её мама сидела с каменным выражением лица, — Знаете, Миссис Чейз, я вам совет дам. Её надо в интернат отправить, есть у меня один на примете. А лучше всего хорошенько нужно выпороть эту девчонку, как сидорову козу, чтобы была как шёлковая! — Достаточно, Мистер Риззи, — холодно прервала его Аннабет, вставая со стула, — Ценю, что вы даёте мне советы, но я не стану бить ни одного из своих детей, не отправлю их на исправление без их согласия. И тем более не буду слушать такого человека как вы. Мы с мужем давно планировали забрать дочь из этого учебного заведения, которое, по нашему мнению, не сможет дать ей должного уровня образования и воспитания. Поэтому не вы исключаете мою дочь, а я забираю её документы из этой школы. И больше не смейте говорить о моей дочери такое. До свидания, Мистер Риззи. Пойдём, Чарли. Шарлотта слышала, как директор кричал им в след, что яблоко от яблони не далеко упало и они обе хамки, не знающие как надо себя вести. Но девочка даже улыбалась, ведь обычно мама её не защищала перед директорами, которые обычно и не кричали, а скорее с усталостью прощались, понимая, что Чарли достаточно трудный ребёнок. Аннабет, конечно, никогда не позволяла сыпать оскорблениями в свою сторону и в сторону своих детей. Просто в этот раз, это было очень эффектно. — Это было очень классно, мам, — широко улыбаясь, сказала Чарли, как только они вышли из здания. Девочка была рада, что больше не вернётся в эту школу, была готова прыгать как маленькая, но сдержалась. — Сам виноват, — пожала плечами женщина, убирая документы в бардачок, — Отвезу тебя домой, потом Пайпер заберёт тебя и Кастора, пока я сама поеду на работу. Шарлотта не особо поняла, в чём смысл данных фраз, но кивнула, не желая знать, куда её и Кастора может увезти мама Эвана. Но сразу возникли вопросы, а как же Аврора? Она тоже едет куда-то? Чарли надеялась, что да, потому что без подруги она не выживет. — Я с ним в одну машину не сяду, — качая головой, сказала Чарли, когда стояла в ожидании Миссис МаКлин вместе с Кастором. — Прекрати бухтеть, — закатил глаза парень, не понимая, почему его сестра так негативно относится к сыну Пайпер и Джейсона. Он его встречал, Эван один из правильных мальчиков, хотя с ним можно было поговорить. Просто Кастор был старше, а так с Грейсом и Вальдесом пообщаться мог, если ходил к ним в гости с родителями или те приходили к ним. — Ты что пару часов в его компании провести не сможешь? Надо радоваться, что мы вообще на машине едем, а не на автобусе. Чарли вздохнула, отворачиваясь, чтобы разглядеть в потоке машин нужную им. Она не хотела вообще куда-то там ехать, ведь мама бегло сказала, что не нужно волноваться, в лагере всё объяснят. И это больше всего нервировало девочку, недосказанность. Ей не хотелось, чтобы её считали маленькой для правды, ей хотелось быть на ровне с братом, которому, видимо, всё было прекрасно известно. Пайпер МаКлин была потрясающей. По её виду никто бы не сказал, что у неё двое детей, ведь она была прекрасна. Красива как модель, с каштановыми волосами, отливающими на свету, кофейного цвета кожей, сияющими глазами, которые были словно всех цветов одновременно. И при том Пайпер не старалась, чтобы выглядеть так красиво. Женщина не зависела от мнения мужчин, была любима своим мужем, не позволяя себя хоть как-то ущемлять. Чарли всегда считала, что её мама, бабушка, Миссис МаКлин и Миссис Вальдес самые сильные и достойные восхищения женщины. — Привет, ребята, — улыбаясь, помахала рукой Пайпер, выходя из машины. Она посмотрела, что у каждого из Джексонов. Кивок в сторону свободного переднего сидения был для Кастора, который туда и поспешил, — Как ты выросла, Чарли, — с сияющей улыбкой сказала она, указывая рукой на задние сидение, где сидел её сын. Слова Миссис МаКлин заставили Шарлотту смущённо улыбнуться, опустив голову вниз, чтобы скрыть порозовевшие щёки. Девочка кивнула, садясь рядом с Эваном, который помахал ей рукой. Он выглядел также неосведомлённо, как и она, только по его лицу Джексон мечтала дать кулаком. Она не понимала почему такое желание возникает у неё достаточно часто, когда они находятся рядом. Может, потому что её бесила его правильность? Да, определённо. Грейс редко вылетал из школ, поэтому дольше задерживался, не заставляя родителей подыскивать новое учебное заведение. — Привет, — тихо сказал Эван, стараясь завести с ней разговор. В детстве было без разницы с кем играть, да и Аврора с Дэнни жили далеко, а поэтому Джексон и Грейс были чем-то в роде друзей. Хотя общения между ними почти не было, их даже сложно было назвать приятелями. Просто дети родителей, которые дружили между собой. Кастор почти сразу уснул будто только что работал двенадцать часов. А нет, он всего лишь постоял на улице полчаса, устал бедненький. Миссис МаКлин следила за дорогой, лишь один раз посмотрев на задние сидения, чтобы удостовериться, что все пристегнули ремни безопасности. — Привет, — безучастно ответила Чарли, отворачиваясь к окну, дабы занять себя пейзажами, а не разговорами с мальчиком. Она надеялась, что после этого он отстанет, ведь их общение обычно и проходило так: «Привет — привет» и «Пока — пока». И всех вроде как всё устраивало, ключевое слово «вроде». Эван не отвернулся, смотря в затылок девочки. — Ну чего тебе? — спросила она, резко обернувшись. Её брови были нахмурены, а серые глаза излучали далеко недружелюбие. — Как плечо? — спокойно задал вопрос Эван, немного улыбаясь. Ему искренне хотелось быть ей другом, потому что ну как-то неправильно, что их родители такие хорошие друзья, а их дети нет. Мальчик хотел это исправить, да и Шарлотта не казалась кем-то плохим, чтобы с ней вообще не общаться. — Откуда..? — Дэнни сказал, — пожал плечами Грейс, вспоминая как его друг почти час трещал о том, что произошло с Авророй и Чарли. В голосе Вальдеса больше звучала грусть, что его не было там, хотя он и радовался, что остался цел и невредим, пока его сестра осталась с синяком на спине. — А, понятно. Плечо нормально, — кивнула Чарли, неловко добавляя, — Спасибо, что спросил. На её памяти это первый раз, когда она сказала ему спасибо за последний год, который они почти не видели друг друга. Когда Шарлотта была младше ей не нравилось, что только она говорит спасибо, ведь не было тех ситуации, где бы его могла спасти именно она. Странная причина злиться, но это всё что ей оставалось. Эван улыбнулся на её слова, считая что их небольшой разговор окончен. Достаточно того, что у них хотя бы вышло спокойно говорить несколько минут. Прогресс. Во второй раз они заговорили где-то через час, обсуждая, куда их везут и, что может быть в этом лагере. Они почти шептались, чтобы их не слышали сидящие спереди. Ведь рассуждения были немного бредовыми, но не лишёнными смысла. — Что вы там шушукаетесь, как заговорщики или любовники? — спросил Кастор, оборачиваясь к ним. Они приехали, останавливаясь на обочине, откуда им была дорога пешком через лес. Парень успел проснуться и, наверное, минут пять смотрел, как его сестра и младший Грейс о чём-то шептались. — Что за чушь? — нахмурилась Чарли, когда двое ребят отскочили от друг друга как ошпаренные, ведь для лучшей слышимости приходилось наклоняться. Она чувствовала, как её шея покраснела, но всё равно смотрела старшему брату в глаза, не собираясь сдаваться. — Лучше не открывай рот, так ты кажешься умнее. — Я хотя бы выгляжу умно, — закатил глаза Кастор, выходя из машины, поблагодарив Миссис МаКлин. — Ну мам, — пытался отвертеться от рук матери Эван, краснея, когда Пайпер поправляла ему волосы и оставила поцелуй на лбу. Не то чтобы женщина прямо-таки сюсюкалась со своими детьми, но она волновалась за сына. Она знала какой его отец и понимала, что их первый ребёнок далеко не ушёл. — Будь осторожен, пожалуйста, — попросила Миссис МаКлин, обнимая его так крепко, как только могла. Женщина понимала, что Эван далеко не маленький, но она ведь мать, её можно понять. — Обязательно. Пока, мам, — пообещал мальчик, заглядывая маме в глаза. Неудивительно, что его отец влюбился в его мать. Улыбнувшись, он покрепче сжал женщину в объятиях прежде, чем отпустить. — Сыночка-корзиночка, — сказал Кастор, стоя рядом с сестрой неподалёку от места, где происходило это прощание. Он слышал, как Чарли подавилась вырвавшимся смешком с этой формулировки. Их дорога в гору был не самой лучшей. Шарлотта успела устать, пока её брат спокойно поднимался, ведя младших за собой. И как только он не задыхался? Поганец. Чтоб ему Зоя все его вещи разбросала, а она может. — Что ж, дорогие мои, Шарлотта и Эвандр, — начал свою речь Кастор, прокашлявшись словно он такой важный, как х.. гусь бумажный. Его не встретили аплодисменты, а лишь два уставших от ходьбы взгляда тринадцатилеток, — Неблагодарная публика у меня. Но ладно, добро пожаловать в Лагерь Полукровок! Парень указал рукой в сторону высокой сосны, у которой лежал... Господи боже, дракон! И золотое руно? Внизу располагался лагерь с множеством домиков, расположенных в виде буквы Омега, озером, большим домом в 4–5-этажей в викторианском стиле, выкрашенным в нежно-голубой цвет с белой отделкой. Были и, кажется, поля с растениями, где были ребята, собирающий урожай, чего только? Также выделялась огромная статуя в двенадцать метров высотой. Чарли чувствовала словно женщина, Афина, кажется, смотрела на неё с немым укором, кладя на неё неподъёмную ответственность. Хотелось сжаться, провалиться под землю, лишь бы не ощущать на себе этот взгляд. Хотя как статуя может смотреть? — Полукровок? Это похоже на оскорбление, — усомнился Эван, еле сумев оторвать взгляд от того, что увидел. Ему это слово не нравилось, звучало так словно опять отделяли национальности. Он знал, что и его матери это слово не сильно нравилось. — Вообще, лагерь для полубогов. Но вы и я не они, мы дети детей богов. Звучит странно, так что лучше пусть вам всё Хирон объяснит, — пожал плечами Кастор, заходя за спину ребятам, чтобы подтолкнуть их идти. Чарли с восторгом оглядывала всё вокруг, но не могла отделаться от ощущения, что за ней наблюдают и нельзя сделать лишний шаг или повести себя не так.