Цена победы

      Звёздная дата 24154.7. Академия Звёздного флота, Сан-Франциско, Земля.       — Вам заняться нечем, кадет?       Выпускник Академии в отглаженной до идеала новенькой форменке раздражённо-снисходительным взглядом окинул взлохмаченного юношу, свесившегося головой вниз с ветки раскидистого дуба в аллее перед главным корпусом. Кадет — совсем ещё мальчишка лет восемнадцати — рассмеялся и протянул не менее растрёпанного вида букетик сирени.       — Вы завтра улетаете? Чёрт знает, насколько! А вдруг сразу в пятилетнюю миссию? Я же должен попрощаться!       — Я заступаю на службу в Аналитический отдел, Эдмон. Сдались мне ваши миссии… Мои амбиции вполне реализуемы на земной орбите.       Выпускник неодобрительно покосился на явно ободранное в не столь отдалённом прошлом деревце сирени в пяти шагах вглубь парка, но букетик принял. Юноша спрыгнул на землю, умудрившись из положения спиной вниз приземлиться, как кошка, на все четыре… конечности. Тут же поднялся, отряхнул ладони от пыли и зачем-то отдал честь, вытянувшись в струнку.       — Я займусь вашим переубеждением, только дайте выпуститься. Мне ещё два года здесь прозябать. Но я должен попасть к капитану Леклеру на «Фараон»! Вот интересно, если пройду тест Кобаяши Мару…       — Его нельзя пройти, — ответил выпускник Академии скорее просто порядка ради, чем чтобы кадет его услышал. Ещё бы Эдмон хоть что-нибудь слушал, кроме документальных фильмов про капитана Кирка по кругу десятый раз за неделю. Гиперфиксация у него что ли… Хотя нет. Гиперфиксация у мальчишки, очевидно, на Вильфоре. И это, что не менее очевидно, проблема самого Вильфора.       — А я пройду! И вас буду ждать на своём звездолёте, когда дойду до капитанского звания. Станете моим старпомом? Старший помощник Вильфор… Хорошо звучит, соглашайтесь!       — Замечательный план. Больше не падайте с деревьев. Мне пора, и… Спасибо за сирень.       Выпускник Академии сдержанно кивнул на прощание и ровным шагом направился дальше по тропинке через парк. Кадет прислонился к дереву плечом и совершенно по-мальчишески безрассудно улыбнулся. Около года назад его неловкая попытка пофлиртовать с вечно серьёзным старшекурсником закончилась почти по-вулкански бесстрастным ответом: «За меня не нужно бороться, Эдмон. Вы меня не добиваетесь, вы меня добиваете».       Месяц «добиваний» тогда привёл к обнадёживающему результату:       — За вас нужно бороться.       — Со мной же.       Обнадёживающим этот результат казался, впрочем, лишь самому Эдмону. Звёздная дата 24312.2. Орбитальный офисный комплекс Звёздного флота.       Уверенные быстрые шаги по коридору, троекратный чёткий стук в дверь. Обычное дело, в отдел аналитики вечно кто-нибудь прибегал с дурацкими вопросами по три раза на дню, но эти шаги отчего-то показались знакомыми. Вильфор одним быстрым движением разжаловал веточку реплицированной сирени в ароматизатор для ящика стола и разрешил войти.       — Простите, лейтенант, я должен был предупредить, но всё так навалилось… С эпидемией ригеллианской лихорадки на Корусе IV покончено, но капитан Леклер так и не смог оправиться, подцепил заражение, пока разбирался с доставкой гуманитарной помощи…       Эдмон Дантес, офицер по безопасности USS Faraon, прошагал по кабинету своей размашистой походкой и опустился в свободное кресло. У Вильфора промелькнула странная мысль, что тот куда уместнее смотрелся бы веке так в 19-м, на борту какого-нибудь парусного корабля эпохи покорения земных, а не космических просторов. Вечно растрёпанные волосы куда лучше вязались со штормовыми ветрами, чем со строгим кроем формы Звёздного флота.       — Да, мне докладывали, я составлял отчёт по эпидемии для архива, — ответил лейтенант, старательно контролируя тон голоса.       Докладывали, конечно. Что колонисты гибнут десятками в день, что три экипажа кораблей Звёздного флота, привлечённых к доставке лекарств, отправлены на карантин. Что на «Фараоне» этот карантин пережило не больше трети команды. И никаких гарантий, никаких имён, потому что в проклятых отчётах цифр больше, чем букв. Обычно цифры позволяли сохранять спокойствие и не погружаться в очередную трагедию слишком глубоко, но это явно был не тот случай, когда хотелось держать дистанцию.       — Мы все тяжело пережили потери, но я должен сказать, что Леклер отдал жизнь не напрасно.       — Я рад видеть вас в добром здравии, коммандер. Или..?       — Ах да, вам уже, верно, и это известно. Я принял командование «Фараоном», но признаться, могу лишь надеяться не обмануть оказанного мне доверия. Я всем обязан Леклеру, он сделал из мальчишки офицера.       — Он сделал мальчишку офицером, это куда сложнее. Я сочувствую вашим потерям. «Фараон» прервёт пятилетнюю миссию?       — Нет, что вы! Я бы предал этим память моего капитана. Мы соберём экипаж и вернёмся к делу. Так вот, мой визит к вам…       Эдмон обладал поразительным свойством переключаться с темы на тему с шагом примерно секунд в двадцать. Он с глубокой скорбью повествовал о последствиях эпидемии ригеллианской лихорадки, о необходимости гуманитарных миссий, о важной задаче исследовать космос дальше, поскольку где-то там, на неоткрытых ещё планетах могут обнаружиться растения, которые позволят разработать лекарства от болезней, которые медицина по-прежнему бессильна излечить. Через полчаса Вильфор поймал себя на осознании, что только что согласился с необходимостью расформировать несколько бюрократических и — словами новоявленного капитана — «совершенно бесполезных бумагомарательных» отделов, чтобы пополнить ряды отважных исследователей. Вот дёрнул же чёрт за язык. Чёрт, впрочем, в приливе энергии мерял шагами кабинет, за язык никого не дёргал и точно знал, что выпроводиться за дверь он соизволит только при условии, что получит один вполне конкретный ответ.       — Ладно, Эдмон. Убедили. Я подам рапорт о переводе. Но результатов не гарантирую.       — Результат гарантирую я, — капитан расплылся в совершенно ребяческой улыбке. — Адмирал Кирк нам посодействует.       — О боже, Эдмон… Вы и до него добрались?! Звёздная дата 24455.3. Система Нельвана. Нейтральная зона на границе с Ромуланской империей.       — Так что там у вас по части прохождения теста Кобаяши Мару, капитан? Сейчас бы очень пригодилась новая стратегия!       Едва заступивший на службу энсин вцепился в приборную панель навигатора, усердно отлаживая наведение фазеров. Ещё парочка залпов фотонными торпедами по ромуланскому «Д'деридексу» вышла бы результативнее, но торпеды закончились, а вскоре обещали «закончиться» системы жизнеобеспечения, щиты и — финальным аккордом космического реквиема — варп-ядро, поскольку с критической утечкой охлаждающей жидкости оно грозило в любую минуту сделать «Фараон» частью истории под стать фараонам Древнего Египта.       — Я его героически провалил!       Капитан носился от пульта к пульту, на ходу пытаясь найти выход в заведомо безвыходной ситуации. Сигнал о помощи прямиком из Нейтральной зоны предсказуемо оказался западнёй ромуланского авторства, а Эдмон предсказуемо не мог не ответить на этот сигнал. Старпом сохранял видимость спокойствия, но показатели на приборных панелях говорили Вильфору, что еще минут через пять детонация варп-ядра надёжнейшим образом успокоит всех присутствующих.       Капитан остановился перед экраном. Последняя оставшаяся после продолжительного боя ромуланская «птица» заряжала фазеры, компьютер «Фараона» сигнализировал о сбоях во всём подряд. Эдмон что-то решил, Вильфор прочёл это в непривычно сдержанных движениях капитана.       — Вильфор, командуйте.       Он шагнул в лифт, двери закрылись. Старпому оставалось только гадать, что именно взбрело ему в голову.       Осознание пришло через несколько секунд, когда по громкой связи капитан скомандовал инженерному отсеку сбросить варп-ядро, а следом — открыть транспортный отсек. В открытый космос с «Фараона» почти одновременно вырвались перегревшееся ядро и шаттл.       Вильфор щёлкнул значком дельты на форменке, активируя связь с капитаном.       — Что вы задумали?       — Вынудите «птицу» стрелять. Они снимут щиты для атаки, — ничего не объясняя, бросил Эдмон, захватывая тяговым лучом шаттла варп-ядро. — Это приказ, Вильфор.       Ромуланцы раскусили манёвр, но было поздно. Маленький шаттл рванулся навстречу «Д'деридексу», увлекая за собой бомбу замедленного действия в виде перегруженного варп-ядра.       — Щиты! Команда старпома даже не требовалась: энсин на посту навигатора тоже всё понял.       — Скажите, Вильфор, — вдруг снова зазвучал на удивление спокойный голос капитана, — касательно ваших слов, что за вас нужно сражаться с вами же. Скажите, я ведь победил?       Звуковые волны не распространяются в космосе. Рация отключилась. Взрыв, обагривший экран на мостике языками пламени, потонул в тишине.       – Победили, капитан, — ответил в пустоту старший помощник, автоматически коснувшись рукой дельты на груди.       Вильфор не узнал собственный голос. На мостике повисла тишина. Судорожно всхлипнула совсем ещё молодая девушка-связист — быть может, она только что впервые видела гибель человека, с которым говорила минуту назад. Старпом опустил взгляд на пульт управления — руки энсина на посту навигатора дрожали так, что не попадали на ползунки настроек.       На экране всполохи взрыва рассеялись, оставив после себя обгоревшие обломки ромуланской «птицы» и шаттла.       В тишине, готовой перейти в минуту молчания, щелчок возобновившейся связи заставил всех присутствующих вздрогнуть.       — В таком случае, курс на планету Риза! Там чудесные тропические сады, и вы должны мне в качестве свидания прогулку за каким-нибудь редчайшим экземпляром растения. Какого — потом придумаю.       Пока старпом безуспешно пытался вернуть дар речи хоть на какую-нибудь часть активного словаря, кроме раздела ругательств, и стереть с лица наиглупейшую нервную улыбку, двери лифта с характерным звуком распахнулись, и на мостик шагнул не менее дурацки улыбающийся капитан.       — Напомните мне вытребовать у командования премию и отпуск оператору транспортатора. На последних долях секунды до взрыва перенаправить энергию с импульсных двигателей на пострадавший при атаке транспортатор, захватить цель в движении… Мальчишка едва Академию закончил! Да у нас лучший во вселенной экипаж, Вильфор!