Winx: сказка кончается от первой спички.

Магикс. Алфея, Фонтан, Облачная Башня… Так много пафоса, магии и… боже, как же здесь скучно. Всё настолько приторное, что зубы сводит. Смотришь на этот идеальный мирок, и в голове крутится только одна мысль: «Так и хочется всё сжечь~». Прямо сейчас всё действие разворачивается в Алфее. В школе грандиозный бал. Музыка грохочет, каблуки стучат, все вокруг кружатся в танце. Всё как обычно: тонны блесток, улыбки, тонны пафоса и вселенское веселье. Клуб Винкс, разумеется, в центре внимания. Они порхают по залу, танцуя со своими парнями-специалистами. Директора с важным видом сидят в стороне, чинно попивая чай из фарфоровых чашек, а пикси путаются у всех под ногами, летая вокруг и глупо хихикая. Стелла, разумеется, не упустила шанс выпендриться и теперь хвастается своим новым, «самым стильным в этом сезоне» нарядом, кружась в паре с Брендоном. Флора кружится в танце с Гелией, то и дело смущённо улыбаясь, когда он шепчет ей на ухо очередные стихи. Муза и Ривен, вопреки обыкновению, сегодня не спорят — они поймали общий ритм и просто наслаждаются моментом, хотя Ривен всё ещё пытается сохранять свой привычный независимый вид. Текна краем глаза посматривает на экран своего карманного компьютера, синхронизированного с таймингом праздника, но Тимми мягко забирает гаджет из её рук, увлекая в центр зала под громкие аплодисменты остальных фей. Всё выглядит приторно-идеальным. Розовые лепестки роз, наколдованные профессором Палладиумом, медленно опускаются на сверкающий паркет. Золотистый свет люстр отражается в бокалах с пуншем. Блум, запыхавшись после быстрого танца, отходит к фуршетному столу вместе со Скаем. — Знаешь, Скай, — улыбается она, поправляя праздничное платье, — иногда мне кажется, что этот мир настолько идеален, что ничего не может пойти не так. Однако мир Винкс не был бы собой, если бы в нем внезапно не пробудился очередной злодей. Из древнего заточения, векового сна — неважно. Важно то, что этот новый враг изменит волшебное измерение навсегда, превратив его в самый жуткий кошмар. А тем временем в Эраклионе, в своих покоях, залитых тусклым светом свечей, сидела Диаспра. На дворе стояла глубокая ночь, но принцесса не могла уснуть — её всю изнутри выжигали гнев и чистая ненависть к Блум. Она резко поднялась, подошла к зеркалу в полный рост и, яростно уставившись на собственное отражение, процедила: — Чёртова Блум! Чёртов Скай, променял меня на эту... «Избранную принцессу Домино»! Какая же несправедливость! — Диаспра со злостью топнула ногой, а затем тихо добавила: — Вот бы нашелся способ навсегда убрать её из моей жизни. И вернуть Ская... Она резко отвернулась от зеркала, обиженно скрестив руки на груди. И в этот же миг, словно отзываясь на её мысли, из темноты раздался вкрадчивый женский голос: — Хочешь, я могу это устроить для тебя?~ Диаспра вздрогнула. Сердце ушло в пятки. Она тут же развернулась, испуганно осматривая пустую комнату. — Кто здесь?! — выкрикнула она. — Покажись! Живо, иначе я позову охрану! Невидимая гостья лишь тихо и издевательски рассмеялась: — Можешь звать, дорогуша. Всё равно никто не поверит. Меня здесь нет, но одновременно я прямо тут. Твои слуги меня просто не найдут. Лицо принцессы вспыхнуло от гнева. — Это приказ! Где ты?! В эту секунду тяжелые двери распахнулись, и в покои ворвалась стража с оружием наготове. — Моя принцесса, что случилось? — тяжело дыша, спросил начальник охраны. — Почему вы кричите? Вы в порядке? Диаспра, тяжело дыша, указала рукой на темные углы комнаты: — Проверьте здесь всё! Живо! Тут кто-то есть! Кто-то пробрался ко мне и говорит со мной! Охрана тут же рассредоточилась по комнате, переворачивая шторы и проверяя каждый угол. Минут пять гвардейцы тщательно прочесывали комнату. Они даже достали магические датчики, но те упорно молчали. Опустив оружие, начальник охраны виновато произнес: — Моя принцесса, тут абсолютно никого нет. Даже малейшего магического присутствия не зафиксировано. Может, вы слишком устали? Вам лучше лечь отдохнуть. От этих слов Диаспра буквально вспыхнула: — Нет, я точно слышала! Или вы хотите сказать, что я сошла с ума?! — Не дав растерявшимся стражникам вставить ни слова, она сорвалась на крик: — ВОН! ВСЕ ВОН ОТСЮДА! Охранники поспешно ретировались. В комнате наконец воцарилась тишина. Оставшись одна, Диаспра бессильно опустилась на кровать и крепко зажала ладонями виски. — Неужели это паранойя?.. — тихо прошептала она, уставившись в пол. — Неужели я настолько ненавижу эту Блум, что у меня уже начались галлюцинации?.. И прямо в этот момент из темноты снова донеслось: — Ой, да не волнуйся ты так, дорогуша. Я не галлюцинация и уж точно не твоя паранойя. Я та, кто действительно может помочь тебе избавиться от твоей проблемы. Диаспра резко вздрогнула, впиваясь взглядом в пустоту: — Да кто ты вообще такая?! Что тебе от меня нужно? Хочешь довести меня до сумасшествия? На этот раз голос зазвучал заметно мягче, почти жалобно: — Вовсе нет... Прости, я не хотела тебя напугать. Просто мне так одиноко. Мне совсем не с кем поговорить, в этом жутком месте никто меня не видит и не слышит. Диаспра лишь горько усмехнулась: — Знаешь, я тебя тоже не вижу. Так что прекрати нести чушь о том, что можешь мне помочь. И в этот момент голос тихо произнес: — А ты подойди к зеркалу и увидишь меня. Поверь, я выгляжу совершенно не так, как ты думаешь. Но я действительно могу тебе помочь... Если, конечно, ты сама этого хочешь. Или можешь оставить всё как есть, и тогда твой Скай навсегда останется со своей Блум. При упоминании Ская челюсти Диаспры сжались, а кулаки затряслись от злости. Она резко поднялась и, напряженно, с явной настороженностью, подошла к зеркалу. Увидев в стекле лишь собственное бледное отражение, принцесса тяжело вздохнула, прикрыла глаза и покачала головой: — Что за бред... Я точно схожу с ума. Однако её собственное отражение вдруг ответила: — Нет, не сходишь. Я действительно реальна. Диаспра в испуге отпрянула: — Как... Кто ты?! Почему ты говоришь? И как ты вообще там оказалась?! В это мгновение по зеркальной глади пробежала волна яркого, бесшумного пламени. Отражение Диаспры исказилось и полностью изменило форму, принимая истинный облик гостьи. Перед принцессой предстала маленькая, хрупкая девчушка с невинным видом. Пышная короткая юбочка, аккуратные ботиночки, волосы стянуты в высокий хвост огромным красным бантом, а на лице горят наивные, чистые красные глаза. Она выглядела как безобидная фарфоровая кукла. Девочка с тоской посмотрела на Диаспру и робко прижала ладошки к стеклу с той стороны зеркала, словно пытаясь дотянуться до неё: — Прошу, помоги мне... а я помогу тебе. У меня много имен. Н-но можешь называть меня Азу, Цветение... или Блум? Диаспра застыла в глубоком шоке. Перед ней была совсем маленькая девочка, запертая в холодном стеклянном плену. Несмотря на всю свою гордость, принцессе стало искренне не по себе от этого зрелища — ей показалось, что этой малышке невыносимо больно. При упоминании имени Блум челюсти Диаспры снова сжались. Она смерила куколку взглядом и процедила: — Блум... Видеть её запертой в зеркале доставило бы мне огромное удовольствие. Но ты не она. Ты совсем не она, — в голосе принцессы смешались гнев, затаённая обида и неожиданная жалость к пленнице. Сделав глубокий вздох, Диаспра сдалась: — Ладно. Как именно я могу тебе помочь? На это Цветение лишь умоляюще посмотрела на неё, состроив до того невинную, трогательную гримасу, что противостоять этому оружию было буквально невозможно: — Просто... положи свою руку на зеркало, прямо к моей ладони. А вторую руку протяни мне. Пожалуйста... 🥹 Диаспра не смогла устоять. Она подошла вплотную, прижала ладонь к стеклу напротив ладошки девочки и протянула вторую руку навстречу. В ту же секунду маленькая ручка Блум прошла сквозь зеркальную гладь, словно через воду, и крепко ухватилась за неё. Диаспра вздрогнула — ладонь девочки была невероятно горячей. Настоящий жар. Но это не удивило и не остановило принцессу Эраклиона. Собрав все силы, Диаспра потянула Блум на себя, вызволяя из плена. Чем ближе девочка была к выходу, тем сильнее становился этот обжигающий жар, пока, наконец, с сильным рывком Диаспра полностью вытащила Блум( цветение) из зеркала. Оказавшись на полу, Блум грациозно отряхнула юбку. Диаспра окинула её оценивающим взглядом и произнесла: — Что ж, а ты... даже милая. Сколько тебе вообще лет? Пятнадцать? Семнадцать? — Девятнадцать, — безмятежно ответила та. Диаспра удивлённо приподняла бровь, оглядывая её миниатюрную фигуру: — М-да, природа тебя, конечно, обделила ростом... На это Блум лишь кокетливо прищурилась и ухмыльнулась: — Ну-ну, зато ты сама по себе чертовски горячая штучка, — и двусмысленно подмигнула 😉. Диаспра от такой наглости на секунду замерла, а затем её щеки густо залил румянец. Она смущённо кашлянула: — Что ж... Теперь я точно вижу, что ты взрослая. Такие намёки мне в своё время даже Скай не позволял делать, — добавила принцесса с внезапной грустью в голосе. Блум мягко шагнула вперёд. Несмотря на то, что она едва доставала Диаспре до плеча со своим ростом ( 1,6 против 1,75 примерно в Диаспры) инициатива была полностью в её руках. Она по-хозяйски провела по лицу принцессы и подбородку и медленно провела пальцем по её коже: — А ты ведь действительно красавица. Держу пари, та, кто увела у тебя парня, куда красивее... Услышав это, Диаспра в ярости сжала челюсти, готовая оттолкнуть девчонку. Но Цветение плавно перехватила инициативу, сладко промурлыкав: — Но не волнуйся, дорогуша. Мы ещё посмотрим, чьё пламя в итоге будет светить ярче — её или моё. Диаспра нахмурилась, не понимая игры: — Прошу прощения? Разве ты не имела в виду моё пламя? Блум лишь издевательски покачала головой: — Нет, я не ошиблась. Я сказала именно то, что хотела. Она хищно ухмыльнулась, кокетливо подмигнула на прощание и резко потрепала опешившую принцессу по идеальной причёске. В то же мгновение Блум мёртвой хваткой вцепилась в руку Диаспры, крутанула её вокруг себя и с силой толкнула прямо в зеркальную гладь. Всё произошло за долю секунды. Прежде чем Диаспра успела хоть что-то понять, она с размаху влетела спиной в холодное стекло и оказалась по ту сторону Зеркала. Диаспра наконец осознала, что произошло. В панике она начала изо всех сил колотить кулаками по стеклу с той стороны, истошно крича: — Стража! Стража, помогите мне! Но её голос застревал в плоскости стекла — никто в реальном мире, кроме ухмыляющейся Блум, её не слышал. Задыхаясь от гнева и бессилия, принцесса прорычала: — Выпусти меня, лживая тварь! Что всё это значит?! Ты хоть понимаешь, кто я такая и что я могу с тобой сделать?! На это Цветение лишь беззаботно пожала плечами и хищно улыбнулась: — Знаю, дорогуша. Уже ничего. Потому что теперь ты — обычное отражение, которое никто и никогда оттуда не выпустит... Ой, хотя что-то я много болтаю. Обычно злодеи из-за этого и проигрывают. Она осеклась, оценивающе оглядела комнату и добавила: — Пожалуй, для начала тебя стоит припрятать. С этими словами Блум уверенно подхватила тяжелое ростовое зеркало, без особого труда дотащила его до огромного гардероба и безжалостно затолкнула в самую глубь, среди сотен пышных платьев. Захлопнув дверцы шкафа, она с ухмылкой отряхнула ладони: — В женских шкафах вечно такой завал, что хоть трупы прячь. Никто и не заметит. Развернувшись она говорит: - чтож, пора уходить отсюда.