Limousine music.

Кипр. 7 июня. Закрытое мероприятие. Свет слепит глаза, большое скопление людей, море выпивки и веселья в честь торжества свадьбы. Кай поет свои легендарные хиты для гостей, в том числе и хиты вайперр, но без одной важной фигуры. Важной не только для его песен, но и его жизни. Было сложно отрицать факт важности 9мм'а в житухе Димы, они прошли все на свете трудности вдвоем, и казались одним неразрывным организмом. Возможно, поэтому Диме было тяжело принять тот факт что больше с Серёжей они не связаны ничем. Ну, как ничем... Да, общая музыка, общий след в интернете и рейдж-культуре, но сейчас у них нет той самой особой связи, как была когда-то. Та связь, при которой они могли понять друг друга с полуслова, вместе тусить, вместе творить музыку, просто быть вместе. Всегда. Кай хотел думать что ему плевать на Майса, и когда-то даже получалось. Но в конце концов Ицков срывался, напивался в одиночестве и думал. Просто думал. Думал о том, что они бы могли сделать с Сережей за время их разлуки, думал о том как сейчас живет Сережа, что делает, что думает, вспоминает ли он вообще о нем? Думал, почему они вообще перестали общаться? В какой момент все пошло не так? Дима корил себя за любые чувства по отношению к майсу, особенно за то, что он по нему скучает. Он говорил сам себе, мол, почему ты скучаешь по человеку который оборвал с тобой все связи ничего не сказав? По человеку который точно уже забыл тебя? По человеку которому на тебя плевать? Кай ненавидел эти противоречия и дискуссии у себя в голове. Потому-что он давно знает, почему он не может его забыть. Любых друзей могут заменить другие друзья, любые шмотки могут заменить другие шмотки, города могут заменить другие города, шлюх могут заменить другие шлюхи, но Дмитриева заменить нельзя. Он один такой, сука, уникальный. Ничто никогда не заменит майса в жизни кая. Кай продолжал выступать, как будто на душе не скребут кошки от того факта, что майс сейчас здесь. В этом помещении. Будет выступать после него. Было очень странно осознавать то, что твой некогда лучший друг, с которым в последнее время вы никак не контактировали, присутствует здесь. За сценой, ждет своего выхода. Кай ни на что не надеялся, даже близко, он слишком горд для этого. Да, пусть он будет страдать, запивать стресс, плакать, скучать, но это всяко лучше чем бегать за кем-либо. После того как Ицков отработал свой гонорар, вечер пролетел незаметно. Даже ничего особо не запомнил. Поздравлял молодых, да и все в принципе. С майсом они на прямую так и не увиделись, кай только видел как он выступает. Дима сидел в зале за столом, и впервые за долгое время увидел своего бывшего приятеля не в телефоне, а ирл. Уже не черноволосый, а блодинистый 9мм пел на сцене свои собственные песни и их фиты. Слышать и петь свои фиты без второго очень непривычно, и в какой-то степени неприятно. Кай смотрел на майса аккуратно, без презрения, но безразлично. Шла вторая минута выступления. Дима смотрел за шоу майса, но вдруг словил на себе его мимолетный взгляд. Почти незаметный, такой короткий, что он даже не сразу понял. Спустя секунду его осознания, блондин начал смотреть исключительно на него, и ни на кого больше. Состоялась слишком чудная и интимная атмосфера, учитывая весь контекст. Вот они, не общались тучу времени, уловили взгляды друг друга, и теперь смотрят друг на друга. Оба не отводили взгляд, как будто это игра в гляделки. Кто первый отвернется - тот и проиграл. Голубые глаза кая устало и отстраненно смотрели в темно-карие, налитые дофамином от представления и какого-нибудь мефа глазенки, чьих обладателя прямо сейчас поет парт голубоглазого. Словно второй хочет удивить, или же озадачить первого, но не видит никакой реакции, и после своего концерта уходит в гримерку, на последок посмотря в эти светло-голубые глаза. После данного перформанса бывшие вайперр не встречались, и слава богу. Кай так и не могу понять, что все это значило, но решил воспользоваться самым лучшим приемом - забить на это, а в порыве пьяного бреда вспомнить. Но, Дмитриев даст о себе знать очень скоро. После отгула свадьбы, всем артистам предоставляется тачка чтобы уехать домой. И организаторы решили, что будет хорошей идеей усадить в одну машину Ицкова с Дмитриевым. Кай сел в роскошный белый лимузин с приглушенным теплым светом. В салоне было комфортно, прохладно, мягко, самое то после заебатого дня, но практически с ноги в салон врывается бухой майс, и бухой не только алкоголем. Сергей залетает на сиденье вплотную к Ицкову, хотя места еще куча. Ицков же, слегка обескуражено взглянул на него.  - О. Майс повернул свою репу на кая. Темнота окутала салон практически полностью, оставляя только немного нежного, теплого свет. Зрачки у блондина нереально широкие, понятно почему они широкие, но глаза такие родные, свои. Его новый цвет волос понравился каю. Непривычно, но теперь он и не должен быть привычным.  - Кай... Блять... Прости меня за эту хуйню. Я поступил очень по-уебски. Типо, блять хах... я хз что у меня в голове было, когда я тебя тупо начал игнорить. Я себе, блять, места не находил.  Ахуеть. Вот это заявление блять. Кай восторгался наглости майса, то есть, он порвал с ним абсолютно везде, ничего не комментировал, никак не реагировал, а сейчас, после совместного корпоратива, где они блять даже напрямую не виделись до этой машины, он нанюханый в говнину извиняется?  - Я все это ебанное время, бля, только о тебе и думал. Типо, я блять когда со шлюхами ебался, думал о тебе. Сука, это пиздец по-пидорски. Ну... я пару раз на тебя дрочил. Мне было стыдно тебе писать и извиняться. Блять, я схожу с ума без тебя. Ахуй Ицкова было не передать словами. Особенно, когда он обнаружил губы Дмитриева на своей шее, оставляющие бордовые засосы. Кай откинул голову назад, оголяя просторы шеи для него. Кай просто хотел кайфануть, и забить на всё. Он, прямо сейчас, в машине с тем, кого он вожделел все это время, хотя и боялся признаваться себе в том, что хотел его не только как друга. Майс же, уже засунул свои шаловливые ручки под его майку. Он на секунду оторвался от шеи, к которой прилип как прилипала, снял ненужный элемент одежды, запульнул его в другую часть салона, а после приступил к губам. Сережа захватил своим ртом рот черноволосого, и в ход вступил язык. Во рту у обоих было очень влажно, один язык ласкал другой и наоборот. Звук причмокивания только раззадоривал обоих. Майс горячо провел ладонью от тазовой кости до соска кая, начиная с ним играться. Он немного зажимал его между своими пальцами, после чего услышал тихий, жалобный стон Димы. Сережа прильнул к его стоячим соскам. Он начал лизать их, оставлять засосы рядом и на животе, немного покусывать, он наслаждался нежными стонами кая. Майс спускался ниже, растёгивая ширинку джинс, стягивал трусы и увидел член кая, стоячий и пиздецки пульсирующий. Он почти сразу взял его в рот, аккуратно лаская, смотря на реакцию владельца сие хуища, а Ицков закатывал глаза от удовольствия и кайфа. Ему нравилось это чувство. Это не как ебаться со шлюхами, да даже с бывшими девушками, с Сережей лучше. Намного лучше. Он слишком хорошо его знал, поэтому и доводил до пика наслаждения.  Тем временем майс, уже начал работу полных ходом. На удивление, он был очень нежен. Аккуратно ласкал член кая, было понятно, что хоть он и обьебанный, но старался, и у него все получилось. Кай кончил прямо майсу в рот.  Как лимузин довез их до первой точки - отеля майса, парни вышли из тачки двоем, стеснительно держась за ручки.