Работа… работа.. и снова работа…

— Я, идол Порядка… я… я… — слёзы лились сами, руки и голос подрагивали, а в мыслях был только он… Капитан… Он стоял на коленях в своей комнате перед письмом. Белая бумага и капли стекающих слёз. Чернила растекались, длинные, красивые тексты были размыты. Он чуть ли не плакал навзрыд, но что с ним? Это любовное письмо… Он повторял своё имя снова и снова, что им овладело когда он написал это письмо? — Я… и-идол Порядка… я не должен такое чувствовать… — слова резали его изнутри снова и снова, не давая излечить старые раны. Вдруг из-за панели послышался короткий звон, это уведомление. Не первое… наверно десятое… или тринадцатое? Бан уже не помнит.. — Идол Порядка, это моё последнее предупреждение, если ты мне не ответишь я сам лично тебя проведаю. — сколько дней уже Бан сидит в своей комнате? Может 3? Или больше?

***

Бан естественно не ответил как и в прошлые разы. Дела его в Технолайке шли ужасно. Буквально, его никто не любил, даже ненавидели, когда он даже просто выходил в свет, против него уже было тысячи аватаров, а забанить просто так у него не получится. Идолы относились после такого к нему с презрением и неким отвращением. И остался только он. Капитан. Которому не до этого, ему наплевать на рейтинг Бана. Он просто напарник. Хоть это видели многие. Но ничего не говорили. Капитана боялись все. А он, ему было главное дело закончить.

***

Он полюбил того с первого взгляда.. Белые шелковистые волосы, идеально выглаженный костюм, и глаза… в которых читалось всё и которые сверкали в темноте. Он любил его. Любым. Саркастичным, серьёзным, чужим, занятым. Любил до боли в рёбрах, до тишины в ушах. Но он знал, что эта любовь будет не взаимной. Его никто и не должен интересовать. В Технолайке для Капитана существует только работа. Он не замечал аватаров или идолов. Он проходил сквозь них как сквозь воздух. А Бан… был просто «шумным задним фоном». Даже если он попытается, он взамен не получит ничего. Его занятость - это не отговорка, это вся его жизнь.

***

Бан всегда приходил рано утром, почти ночью. Поставить кофе на стол. А Капитан и подумать не мог что это мог бы быть Бан. Для него это просто приятный бонус. Он носил и файлы с архива каждый день ему, и каждый день заказывал одно и тоже. Двойной американо без сахара. NPC в кафешке под именем «Бариста» молча кивал и ставил кофе в бумажный пакет. С его именем, который Капитан коротко никогда и не произнесёт вслух. В зале собраний он просто зачёркивал это имя перманентным маркером и оставался после него огромный чёрный квадрат.

***

Надежды нет, и капли сомнений в этом тоже. Отказ он получит гарантированно. Вдруг дверь распахнулась. В комнате и так был свет, слабый. Из-за знакомой фигуры протискивались совершенно другие лучи света. Яркие, фальшивые. Он просто сидел перед письмом. Который он написал сам. Он уже устал чувствовать эту пустоту. Устал ставить надежды когда уже и так всё предельно ясно. Бан сидел и читал это письмо снова и снова. Проклиная себя за каждую написанную строку. Слёзы капали сами, трудно было прочитать снова. Но он уже помнил этот текст. И читал словно какой нибудь стишок. А Капитан что-то бормотал на фоне. — Идол Порядка! Что за хаос ты здесь устроил? Ты меня слышишь? Что случилось? — он спросил его не потому что ему реально интересно, а потому что ему нужна очередная причина для очередного доклада о бездарности Бана. Комната была захламлена. Называйте как хотите. Бан не видел смысла в этом. Он негде уже не видел смысла. Этот голос, эта интонация, эти глаза… всё заставляло винить себя больше. Капитан осматривал комнату, не сказать что она больше чем его, но он снова искал причину временного ухода Бана от работы. И вдруг он заметил бумагу перед Баном. Волосы скрывали его лицо и аккуратно ложились на плечи. Бан лишь иногда всхлипывал и подрагивал. Немного потёртая бумага привлекла внимание Капитана. Он тихо подошёл и поднял бумагу. Глаза засияли алым. Растёкшиеся чернила было трудно, но возможно прочитать. — Не читай! Прошу тебя… — вдруг вырвалось из его рта. Капитан будто не слышал, он искал причину. Холодные руки в перчатках без пальцев резко вырвали бумагу из рук. — Что с тобой?! Зачем ты… ах ладно. Ты вынуждаешь меня использовать крайние меры. — наконец Бан встал и было видно его уставшее лицо. На щеках была видна высохшая дорожка прошлых слёз. — Нет! Это не то что ты подумал! Я надеюсь ты не читал его?.. — Нет и не успел. Бан, ответь нормально, что с тобой? — Я… я хочу сказать что я… — Говори. — я люблю тебя.. И тут Капитан остолбенел, а Бан закрыл лицо руками. — Что прости? — Что слышал! Я не мог тебе признаться лично. Я.. я чувствовал это давно, с твоего появления. Хоть ты и нудный, серьёзный, занятый я любил тебя! — он отвернулся и продолжил говорить — я знаю… ты никогда не ответишь мне взаимностью, даже в другой вселенной… Капитан был в таком шоке, что даже системы начали перегреваться. На его лице был виден лёгкий румянец. Следом глаза стали серьёзнее а румянец исчез, будто его и не было. — Я не думал что всё настолько плохо. — вырвалось из-за рта Капитана. — Что?.. — Бан повернулся к нему лицом. — Ты серьезно сейчас мне говоришь что-то о любви и не взаимных чувствах? Работа не ждёт. Ты серьезно из-за этого пропустил 4 дня работы? Хорошо, даже если так. Я проведу глобальную проверку твоего кода. А следом, если будут ошибки… на крайний случай архивирую. Слова звучали как приговор. Оно и есть наверно. Только вот проверка кода это самое худшее что может сделать Капитан. Это буквально когда тебя смотрят изнутри проверяя всё ли на месте. И проверка бывает иногда неловкой… Ведь проводить её надо Капитану, самому. — Что ж, если ты меня услышал я начну. — руки в перчатках коснулись подбородка Бана, заставляя того открыть рот. — Может у тебя проблемы с анимацией липсинга? — и вдруг чужие губы коснулись его. Язык работал вместо рук, ведь, кто будет грязными руками рот проверять? Бан что-то почувствовал. Что-то тёплое на душе. Но это чувство быстро улетучилось. Ведь это просто проверка. Странно, почему он так спокойно стоит? Проверка этой области была закончена, и Капитан отпустил Бана. Тот тяжело дыша хотел что либо сказать. Но проверка не закончилась. Он спустился ниже, до груди и стал снимать его верхнюю одежду. — Эй, ты что делаешь?! — Стой и молчи. После того как он снял верхнюю одежду перед ним стояла неплохая картина. Но не об этом… Он прижал один палец, затем второй, и во второй руке у него появился скальпель. Медленным и аккуратным движением он провёл линию от груди до живота. Там находилось самое главное… ядро. — Теперь стой смирно и старайся не двигаться и разговаривать.

***

Проверку прошли они конечно странную, но у Бана ничего не нашли. — Рана заживёт. И следа не оставит. — голос прозвучал тихо. — В следующий раз когда будешь что-то говорить подумай, не вирус ли это. Я начинаю думать что ты сходишь с ума. Теперь он остался один, в комнате. Наполовину раздетый. И испачканный в своей крови. Он опозорился. И больше такого никогда не повторится. На запястьях были старые тонкие линии. Это конец, его все ненавидят. Смотрят как на надоедливого жука. Побыстрее хотят уйти чтобы не слышать его голос. И единственный кого он полюбил оказался таким же как и все остальные. Он остался сидеть. Думая. На свет ему не выйти, аватары не дадут проходу, идолы ненавидят. Даже Вики молчит и хочет побыстрее уйти. Что теперь остаётся?…

***

На следующий день он снова никуда не пошёл. И следующий… и следующий… Уведомлений гора. Комната без света. Горел лишь слабый свет панели от уведомлений. Капитан снова пришёл в его комнату. Запах стоял отвратительный. Включив свет он увидел ужасающую картину. Бан… на шее верёвка, а на шее синяки. Тело висело и видны были следы гниения. А снизу письмо. Он аккуратно поднял её. И зачитал вслух. Красивый почерк. — Капитан, если ты это читаешь, знай, я не перестану тебя любить. Даже как идола. Я был рад помочь тебе в расследованиях, делах с банами и т.п. В твоём отказе был виноват только я. Знаю, моя речь тогда звучала странно. Хочу сказать пожалуйста за кофе каждый день на твоём столе. Пожалуйста за все баны и послушно выполненные твои приказы. Но я так не могу. Не могу жить здесь при таком давлении. Я наверно похож на слабака, считай как хочешь. Я был надоедливым, бесполезным, грубым. И всем надоел, всех разозлил. Я приношу свои глубокие извинения за моё существование в этом мире. Особенно тебе, Капитан. С любовью, Бан.

***

Капитан рухнул на пол, слёзы пошли сами. Теперь он винит только себя, правильно ли это или нет решайте сами. А Капитан по сей день больше не пьёт кофе, особенно по утрам