Опять не судьба... или?

Глава 20 — Ты точно уверен? — в сотый раз спросил Тэхён, нависая над Чонгуком и заглядывая в глаза. — Уверен, — снова ответил Чонгук с лёгкой улыбкой на лице. — Тэ, если ты не хочешь, мы можем… — Хочу! — громче необходимого ответил Тэхён. — Прости, я немного нервничаю. — Да уж, я заметил, — Чонгук провёл костяшками пальцев по щеке Тэхёна. — Ты как будто меня девственности лишаешь. Успокойся, малыш. — А ты уже был снизу? — удивился Тэхён. — Да, — кивнул Чонгук и пожалел о том, что сказал. В глазах напротив полыхнула ярость. — Когда? С кем? И как это было? — Тэхён отстранился и сел, поджав под себя ноги. — Ну уж нет, — помотал головой Чонгук. — Мы не будем говорить об этом, когда оба лежим голые и ты, между прочим, обещал меня трахнуть, если не забыл. — Я-то не забыл, — злился Тэхён. — Но я не знал, что ты уже был в пассивной роли. — И что? — приподнял бровь Чонгук. — Ты теперь передумал, потому что я не девственник? — Он не сдержал смешка. — Не в этом дело. — А в чем? — Неважно, — Тэхён попытался встать с кровати, но был остановлен крепкой рукой. — Ну уж нет, говори, — рыкнул Чонгук. — Не хочу, — Тэхён надул губы и отвернулся, глядя в окно, за которым уже светило солнце. — Тэ, — угрожающе произнёс Чонгук. От былого веселья не осталось и следа, как впрочем и от возбуждения. — Отстань! — Тэхён хотел оттолкнуть Чонгука, но тот лишь сильнее прижал к себе парня, зажав в объятиях. — Гук, пусти! — Нет, пока не скажешь. — Я не хочу говорить, — Тэхён уткнулся лбом в плечо Чонгука. Он сам не понимал, что на него нашло, просто всё так быстро и как будто неправильно, и очень хочется плакать. Ну или кого-нибудь укусить… — Ты сомневаешься, да? — будто почувствовав, спросил Чонгук. — Во мне, я прав? Тэхён тяжело дышал и больше всего на свете не хотел говорить «да», но правда в том, что он действительно сомневается и не только в Чонгуке, но и в себе. —И да, и нет, — тихо ответил он. Чонгук тяжело вздохнул и крепче прижал голову Тэхёна к своему плечу. — Я понимаю тебя, — тихо сказал он. — Но я пытаюсь всё исправить. — Я знаю, — Тэхён обнял Чонгука за талию и обхватил ногами его бёдра, удобно устраиваясь. — Я очень пожалел, что повёлся тогда и сделал то, что сделал. Каждый день я мысленно благодарю Намджуна, что он не дал мне зайти дальше. — Он осторожно поцеловал щёку Тэхёна. — Ты бы точно меня не простил. — Не простил, — голос Тэхёна звучал тихо, будто он сдерживал истерику, бушующую внутри. — Мне было так больно, — через время сказал он. — Я же уже тогда понял, что влюблён. И когда ты стал отвечать взаимностью, показывать, что я тоже тебе небезразличен, я поплыл. Чонгук слушал его, не перебивая. Он знал, что станет ненавидеть себя ещё сильнее, но всё равно хотел выслушать. Он гладил Тэхёна по волосам и спине, успокаивая. — В твой день рождения — Тэхён резко выдохнул. — Ты был другой. Ласковый, открытый и так смотрел на меня. Я ушёл танцевать с Намджуном, и всё… Ты как будто изменился. Я не понимал, что сделал или что изменилось. Хотел поговорить, а ты оттолкнул. Я столько раз ругал себя, что не остался в том туалете с тобой. Думал, что всё могло быть по-другому, — слова застревали в горле и требовались физические усилия, чтобы продолжать говорить. — Я… — он снова выдохнул. — А потом ты вернулся и ушёл танцевать, потом чужие руки на твоём теле. Я до сих пор их помню. Не помню лица этого парня, но помню его руки на тебе. На тебе, которого я считал своим. Я хотел принадлежать тебе, — Чонгук попытался заглянуть в глаза, но Тэхён лишь сильнее прижался к его плечу, а через несколько секунд Чонгук почувствовал влагу на своей коже. Внутри всё сжалось. Какой же он урод, он столько боли причинил человеку, который просто хотел его любви. — Прости, малыш, — тихо сказал Чонгук. — А потом слова твоего друга, что я для тебя лишь шлюха… — Он такого не говорил. — Да, не сказал напрямую, но по контексту всё было и так ясно. — Нет, Тэ, — Чонгук всё же оторвал Тэхёна от себя и заглянул во влажные глаза. — Я никогда не считал тебя шлюхой. Да, мы занимались сексом, но лишь потому что нравились друг другу, и это не делает кого-то из нас шлюхой. — А я чувствовал себя так, — ответил Тэхён, и слеза скатилась по щеке. — Я чувствовал себя таким грязным и опозоренным. А ещё глупым. Я столько времени потратил, чтобы понравиться тебе в тот день. Чтобы понравиться твоим друзьям, чтобы ты мог гордиться мной. — Я гордился тем, что ты мой, и горжусь сейчас. Ты такой красивый… Самый красивый. — А потом эти слова, — Тэхён сглотнул образовавшийся ком. — Слова, что ты ничего мне не обещал. И это было правдой. Ты не обещал, но мне и обещания были не нужны, только ты. И знаешь, — Тэхён опустил голову, — я шёл домой и чувствовал себя таким грязным, а потом… — он зажмурился. — Я вытаскивал эту грёбаную пробку из себя и просто не мог перестать думать о том, насколько это жалко. Я ведь для тебя делал это всё. Хотел тебе нравиться. Хотел быть идеальным для тебя. А в итоге просто выглядел жалким. — Любимый мой, — Чонгук прижал его к себе. Он почувствовал его боль и его чувства, о которых раньше не задумывался. — Прости меня, прости, пожалуйста, — горячие слёзы застилали глаза, а сильные руки прижимали к себе, надеясь забрать боль. — Я был идиотом, я тоже тогда влюбился. Я даже маме о тебе рассказал, знаешь? Конечно, не знаешь. — Маме? — удивился Тэхён. — Да, она спросила про отношения, и я сказал, что есть один парень, зовут Тэхён. Уже тогда я не представлял никого, кроме тебя, и не видел никого, кроме тебя. Только ты, малыш. Прости, — Чонгук целовал его плечи, поднимался к щекам, стирая солёные дорожки своими губами. — Мы поедем к моим родителям, да? Ты им понравишься. Ты же самый лучший у меня. — Гуук, — протянул Тэхён и поцеловал его, вцепляясь пальцами в широкие плечи. — Маленький мой, я просто идиот, но я люблю тебя, — прошептал в горячие губы. — Очень, Тэ. — Я тоже тебя люблю, — сказал Тэхён и поцеловал, вплетая пальцы в волосы. Они целовались долго, наконец-то открывшись друг другу полностью. Движения их тел были медленными, они будто заново изучали друг друга, вжимаясь бёдрами, переплетая ноги, чувствуя, как учащается пульс до бешеного ритма. Казалось, время остановилось. Существовали только прикосновения губ, шумное дыхание и тепло ладоней, блуждающих по разгорячённой коже. Когда на мгновение они оторвались друг от друга, чтобы перевести дух, их лбы соприкоснулись, а улыбки не сходили с лица. Чонгук провёл большим пальцем по нижней губе Тэхёна и слегка надавил на нее, приоткрыв рот. — Ты меня простишь? — спросил он, задыхаясь. — Я простил, Гук, — тихо ответил Тэхён. — Никуда не уйдёшь? Тэхён усмехнулся, и в его взгляде мелькнула та самая искра, которая всегда восхищала Чонгука. — А ты? — Куда я могу уйти, я же влюблён по уши. — Чонгук провёл ладонью по щеке и притянул за затылок к себе. — Хочешь, подставлю зад, для того чтобы ты убедился? — Обычно люди делают предложение, чтобы доказать серьёзность своих намерений, — улыбнулся Тэхён. —А у нас с тобой всё необычно, — ответил с улыбкой Чонгук. — Сначала зад, потом кольцо. Если так подумать, там тоже кольцо, но для твоего члена. А на палец куплю после универа. — Дурак, — засмеялся Тэхён, но прижался к губам и поцеловал. — Я боюсь. — Чего? — Того, что тебе не понравится быть со мной снизу. — Я тебе вообще-то в любви признался. И кольцо на член собираюсь надеть. — Тэхён не выдержал и в голос заржал. — А ты тут о чём-то переживаешь. Не о том, милый, ой, не о том. — А о чём мне стоит переживать? — Как от меня избавляться будешь? Вдруг мне понравится, и я с тебя не захочу слезать, а? — Тогда мне придётся начать ходить в зал, тренировать выносливость. — Точно! Отличная идея, потрахаемся еще и там, — закивал головой Чонгук, вызывая в Тэхёне ещё больший приступ смеха. — Ладно, Тэ, если ты будешь прям сильно плох, то я поменяю нас местами и трахну тебя сам, идёт? — Ну уж нет, на мое кольцо ты ещё долго не позаришься! Ему надо отдохнуть. — Вот чувствую, что ты несерьёзно ко мне относишься, даже кольцо на член не надеваешь. — Ты тоже ни разу не надел. — Господи, Тэ, трахни меня уже, — улыбнулся Чонгук. — А то мы такую хуйню несём. — Согласен, — кивнул Тэхён, — разворачивайся. ** Чонгук был снизу всего раз в жизни. И этот раз не отзывался тяжестью в паху, о нём не хотелось вспоминать или повторять. Всё было неплохо, но не то. Партнёр обращался с ним слишком ласково, слишком нежно, и это было не то, чего он хотел. Но Тэхён — это другое дело. Тэхёна он хотел в любой позе и в любой позиции и в любое время суток. Он почувствовал, что Тэхён хочет попробовать сверху, и что остаётся влюблённому по уши Чонгуку? Правильно, подставить свой зад. И эта мысль Чонгука никак не смущает, он давно принял тот факт, что если Тэхён захочет, свернётся калачиком и будет ждать дальнейших указаний. Чонгук слегка напрягается, когда один палец входит в него. Непривычно, но не больно. Два пальца ощущаются уже туже, но болью это не назвать, скорее дискомфорт. Длинные пальцы Тэхёна чувствуются внутри по-новому. Он коротко трахает ими Чонгука и меняет угол, наконец-то дотронувшись до простаты. Чонгука подбрасывает на кровати. Он не помнит таких ощущений в прошлый его раз, ведь тогда бы он вряд ли отказался от анального секса, это просто охуенно хорошо. Третий палец вызывает дискомфорт, но Тэхён отвлекает поцелуями и Чонгук расслабляется. — Ты в порядке? — спросил Тэхён, в двадцатый раз, хотя головка едва вошла внутрь. — Ты заебать меня решил или выебать? — рыкнул Чонгук от непривычного давления внутри. — Я просто беспокоюсь. — Глубже беспокойся. — Блядь, Гук! — возмутился Тэхён. — Я переживаю, что больно сделаю. — А ты не переживай, а трахай, — Чонгук упёрся лбом в кровать, когда Тэхён двинул бёдрами и вошёл практически наполовину. Он кусал губу, чтобы не застонать от боли, но сдержался. Он знает, что это просто надо перетерпеть, и дальше будет хорошо. Будет же? — А ты знал, что женщин сложнее растягивать, чем мужчин? — внезапно спросил Тэхён. — Чего, бля? — Чонгук поднял голову и повернулся, глядя на Тэхёна через плечо. — Женщине надо расслабить весь таз, а не только… — продолжал говорить Тэхён, но Чонгук его перебил. — Какого хрена мы говорим об этом, когда ты в меня входишь? — Я тебя отвлекаю, — признался Тэхён. — Других способов не нашёл? Не помню, чтобы я рассказывал тебе что-то подобное, — Чонгук не злился, но непривычная заполненность раздражала. Ему инстинктивно хотелось вытолкнуть член из себя. — Я просто перенервничал и не придумал ничего другого, — Тэхён осторожно потянулся и прикоснулся губами к спине Чонгука. — Прости, — он оставил поцелуй между лопаток. — Зато это сработало, и я уже полностью в тебе. — В голосе слышалось самодовольство и улыбка, Чонгук тяжело вздохнул и снова уронил голову на кровать. И на что он подписался? ** — Ты в порядке? — Тэхён снова наклонился и оставил мягкий поцелуй между лопатками. Он медленно двигался в Чонгуке, несильно раскачивая бёдра. — Если ты спросишь ещё раз, я клянусь… — Чонгук вздрогнул, когда член попал по простате. — Также ещё раз сделай. — Раскомандовался, — буркнул Тэхён, но ударил по тому же месту. От судорожного стона Чонгука по загривку побежали мурашки. — Не больно? — уточнил Тэхён. — Тэхён, блядь! — Да я просто переживаю! — Да трахай, а не переживай! — всё это на повышенных тонах. — Ах ты… — Тэхён резким движением вошёл в Чонгука, и звонкий шлепок яиц об кожу разлетелся по комнате. Чонгук громко и протяжно застонал. — Значит, трахать тебя надо, да?! — продолжал распаляться Тэхён. Он быстро и резко вбивался в сильное тело, выбивая из Чонгука громкие протяжные стоны. — Да-а-а-а-а, — простонал Чонгук и Тэхён резко нагнулся, прошипев в самое ухо. — Не жалуйся потом, — он прикусил мочку, — сам будешь умолять помазать твою дырочку. — От низкого голоса бежали мурашки, а от грубых движений закатывались в удовольствии глаза. Тэхён грубо входил в него размашистыми движениями и сам тяжело дышал. Он встал на кровать и обхватил ладонями подбородок Чонгука, грубо вбиваясь в него сзади. Их громкие стоны, наверняка услышат другие отдыхающие гостиницы, но так похуй, когда так хорошо. Тэхён входил в Чонгука до упора и замирал на несколько секунд, потом снова выходил и снова заполнял его собой, сводя с ума. Чонгук не чувствовал своей шеи, оттого насколько сильно была запрокинута его голова, но Тэхён не останавливался. Тэхён чувствовал, как горят мышцы на ногах, как член начинает пульсировать внутри Чонгука. Он отпустил его голову, одной рукой схватил за волосы, вдавив в кровать, а второй обхватил талию, продолжая резкие и быстрые движения. Член Чонгука тёрся о простынь, когда Тэхён грубо брал его сзади, стимулируя простату. Он напрягся и бурно кончил, дрожа всем телом и чувствуя, как по всем мышцам будто пробежал электрический ток. Тэхён продолжал глубоко брать его, пробиваясь сквозь сжимающие его стенки, и, сделав несколько глубоких движений, кончил с яркими вспышками перед глазами. Хорошо, очень хорошо!!!! Он не чувствовал ни рук, ни ног и, не удержавшись, рухнул на широкую спину Чонгука, оставляя ленивые поцелуи на коже. — Ты как? — спросил Тэхён, тяжело дыша. Оргазм был оглушительный, и его тело мелко потряхивало. — Тэ… — позвал его Чонгук. — Тебе придётся идти в зал. — Не понял. — Я теперь с тебя не слезу. Тэхён тихо хихикнул и собрал языком испарину на спине Чонгука. — Я согласен, — тихо прошептал он.