«Ещё пять минут!»

      — Моя дорогая ведьмочка, почему бы тебе просто не воспользоваться каким-нибудь заклинанием, чтобы, щёлкнув пальцами, становиться нарядной за одну секунду?       Демон разгуливал по комнате своей невесты — на её безымянном пальце уже сверкало изящное колечко из белого золота, усыпанное бриллиантами. Сам же он изнывал от жары в строгом костюме-тройке с белоснежной рубашкой, пока ожидал свою оценщицу. Его взгляд упал на собственное отражение в зеркале. Давид поправил воротник пиджака и встряхнул кудрями.       — Такого в моих ведьмовских заметках точно нет! — радостный голос девушки донёсся из ванной. — К тому же в такие моменты хочется побыть самым обычным человеком!       — Ты — ведьма, выходящая замуж за демона! Ты не можешь быть обычным человеком!       Давид про себя усмехнулся. Кто бы мог подумать, что его будущая супруга окажется ведьмой? Он рассматривал зелёные насаждения, которыми была украшена спальня, выращенные и ухоженные Одри лично. Была ли она садовницей по причине своего происхождения или это было её обычным хобби? На этот вопрос не ответил бы никто.       — Сколько ещё времени тебе нужно, ведьмочка?       — Ещё пять минут!       Демон лишь закатил глаза, вспоминая, как полчаса назад она так же говорила, что осталось ещё «пять минуточек» и она будет готова. В итоге он присел на кровать. Глянул на шкаф, откуда женские вещи понемногу переезжали в его комнату, затем — на прикроватную тумбочку. Открыл первый ящик, второй... Что он искал? Ничего. Ему просто было нечем заняться.       Ничего необычного мужчина не должен был найти, пока не заглянул в самую нижнюю секцию. На дне валялись какие-то бумаги с чёрно-белыми изображениями. Нахмурившись, Давид достал незнакомые документы и принялся перечитывать — любопытство, как всегда, взяло верх.       Находясь в полном недоумении, он пересматривал медицинские заключения, которые сводились к одному-единственному итогу: беременность, 12–14 недель. Адвокат выпал в осадок, осознав, что срок идеально сходился с их первым сексом в бутике, и ещё раз перечитал данные на снимках УЗИ. Дата проведения анализов — позавчерашняя. А имя пациентки складывалось из таких знакомых и любимых букв: Одри Габриэлла Вайтфлэйм.       У него не было времени поразмышлять об этом из-за стука каблуков по кафелю. Ведьма и вправду была готова, и ей реально хватило пяти минут. Он мигом вернул бумаги на место, задвинул ящик и устремил весь свой взор на дверь ванной.       Оттуда вышла строгая и элегантная женщина — именно такой Давид повстречал её в самый первый день. Приталенный чёрный жакет с закруглённым нижним краем поверх струящегося белого платья с высоким разрезом на бедре. Туфли YSL, чёрная сумочка-папка, длинные серебристые серьги и множество аккуратных тонких колечек. Длинные волосы были полураспущены и уложены в лёгкие локоны — причёска «мальвинка» с чёлкой-шторкой.       — Я даже слов подобрать не могу... — демон резко облизнул пересохшие губы, жадно разглядывая девушку с ног до головы. — Словно божий ангел на Землю спустился.       Уголки губ Одри поползли вверх, а глаза засияли ярче звёзд. Давид заразился этим отличным настроением и заулыбался в ответ.       — Так мы идём или позволим себе ещё задержаться? — Психолог улыбнулась, следя за подходящим к ней демоном.       — Я бы задержался, но кое-кто заранее был против.       Руки адвоката обвили её талию со спины, пуская импульсы своей энергии в область живота девушки. Только сейчас он почувствовал крошечную, едва заметную выпуклость, которая через месяц-два превратится в аккуратный округлый животик. Целуя нежную кожу девичьей шеи под тихий смех Одри, Давид уловил притихшую, почти приглушённую энергию, так похожую на его собственную. Это стало окончательным доказательством новой, зародившейся под сердцем ведьмы жизни.       Он с огромным удовольствием остался бы здесь, наслаждаясь установленной связью между ним и малышом, но великий показ мод в Париже ждать их не собирался. Хотя демон мог бы всё устроить, но Одри жутко ненавидела, когда влияние сверхъестественных существ становилось слишком явным.       — Может, уже полетим? — сквозь громкий смех пробился её голос.       — Только если вечером ты не станешь от меня убегать, — адвокат аккуратно поднял её на руки, чувствуя, как женские ладони смыкаются кольцом на его шее.              — Я подумаю.       Под её звонкий смех демон лишь ласково закатил глаза. Они вышли на балкон; крылья за спиной Давида раскрылись, и они взмыли высоко в небо.       Их рабочий график позволял наслаждаться подобными событиями, но времени на то, чтобы сесть в самолёт и добраться до места назначения по-человечески, не было. На данный момент их главная задача — ликвидировать все последствия присутствия Баала и его дитя. А последствия были колоссальными.       Нужно ли говорить, что Давид не мог оторвать глаз от Одри ни на миг, пока модели на подиуме демонстрировали новую коллекцию дизайнера?       Она сияла. Была красива, великолепна, идеальна... Ему не хватало слов и действий, чтобы выразить её значимость в своей долгой, бессмертной и прежде ненавистной жизни.       Прожитые тысячелетия, если бы не её появление, оставались бы бесполезными и ненужными. Может быть, они стали платой за такое счастье?       С каким же удовольствием мужчина выслушивал её впечатления и наслаждался радостным голосом, пока они шли под руку к укрытию, чтобы улететь незамеченными.       Они остановились в укромном месте, где не было ни единой человеческой души. Крепкие руки сомкнулись на её талии, прижимая хрупкое тело ближе к себе, а Давид наклонился, соприкасаясь своим лбом с её. Блестящие зелёные глаза всматривались прямо в голубые — словно густые джунгли омывались глубоким океаном.       Между ними повисла тишина, нарушаемая лишь гулом трассы где-то вдалеке. Бордовые губы Одри, казалось, уже болели от непрекращающейся улыбки. Ведьма догадалась, что Давид хочет что-то сказать, а потому не торопила его раскрывать крылья.       — Как долго ты собиралась молчать о беременности?       В его голосе не было агрессии, обиды или ярости — только простое любопытство и плохо скрываемая радость. Его буквально распирало от счастья с того самого момента, как он увидел заключение врача.       У неё перехватило дыхание от этого вопроса. Глаза расширились, губы застыли приоткрытыми. Всё тело сковал необъяснимый страх. В голове промелькнула довольно странная мысль: «Неужели я так и не обрадовала его этой новостью?» Будто прочитав её мысли, он ухмыльнулся.       — Только не говори, что ты просто забыла, — ему захотелось рассмеяться от абсурдности ситуации.       — Я... что, правда тебе не сказала?.. — Ладони невесты, лежавшие на его плечах, мгновенно вспотели. Одри прикрыла глаза, и к ней пришло осознание: — Точно... Нас ведь тогда занесло в долину, и... всё так закрутилось, завертелось, что было просто не до этого...       — Подожди-подожди, «в долину»? Ты настолько давно знаешь?! — К списку его чувств вернулся изначальный шок.       — Я узнала о ребёнке буквально в день пожара! Между прочим, я собиралась тебе сказать! Но Сомнус помешал...       — Грёбаный Сомнус. Ещё больше захотелось его разыскать и выпотрошить.       — Давид...       — Что? Он не просто пытался тебя отравить, он пытался отравить тебя беременную!       Ещё тогда, благодаря ведьмовскому чутью, ей удалось сымитировать обморок, подстроенный Сомнусом, и избежать отравленной воды. Из-за дикой слабости, усталости, да ещё и без астрейцев Одри не решилась сжать его холодное сердце до мельчайших размеров. К тому же ангелу нужно было доставить девушку в целости и сохранности, чтобы парни были настроены на битву. Из-за этого они вместе разыграли сцену невинности и присоединились к Фурию и Астрее.       Глаза демона вновь окрасились в кровавый цвет — прямо как в тот вечер, когда все вернулись в родной дом на Земле, и Одри решилась признаться в истинных намерениях сладкой парочки. Что ж, завидев тогда реакцию парней, она резко пожалела о своих откровениях. Ступит ли теперь нога начальства на территорию агентства, явно зависело только от них.       — Как насчёт того, чтобы обратить внимание на нас? — Одри, казалось, уже видела в отражении его зрачков самые извращённые пытки для Сомнуса. Ей стало жутко, и, не желая вникать в это, она решила перевести тему: — Или месть куда важнее?       Состроив обиженное выражение лица, девушка скрестила руки на груди. Демон не мог этого не заметить и мигом притянул её к себе, осыпая макушку нежными поцелуями.       — Конечно же нет! Вы всегда будете моим главным приоритетом! — Давид заулыбался как сумасшедший, словно только сейчас окончательно осознал ситуацию. — Теперь «вы» — это значит «ты и наш ребёнок»...       — Да, потому что теперь я отвечаю за двоих...       Она смотрела прямо ему в глаза и не ожидала, что в следующую секунду весь мир завертится вокруг неё. Адвокат подхватил ведьму на руки и закружил, заставив её громко и заразительно рассмеяться.       — Так... Стоп! — наконец смогла выговорить она сквозь смех, заставив демона остановиться. — Я рада, что ты рад, но как насчёт возвращения домой? Я жутко устала и проголодалась.       — Не смею больше заставлять вас ждать, мои неповторимые ведьмочки! — позади него раскрылись во всю ширину крылья бордового оттенка.       — Мы любим тебя, — девушка быстро чмокнула мужчину в щёку и позволила себе расслабиться в его руках.       — Я тоже вас люблю.