Accidents are not accidental

Может эта случайная встреча не была случайной? Конечно, из-за общей компании они пересекались, и не раз, но этой ночью увидеть друг друга хотелось особенно сильно. Ради чего? Сказать, что не успело вылететь с оскорблениями? Слишком банально. Молча пожать руки? Скучно, скучно, скучно… — Сегодня как-то скучно, — кричал Гриша на ухо Назару, указывая на полупустой танцпол.  На эти вопли, перебиваемые невыносимо громкой музыкой, Назар лишь ухмыльнулся, притягивая младшего за затылок.  — Я знаю, где весело, — прижимаясь максимально близко и касаясь губами мочки, он выдавил самый сладкий голос.  В носу смешался запах терпкого парфюма и крепкого алкоголя, которого в старшем было предостаточно. Жарко. От него исходил такой жар, что простояв рядом ещё минуту, Гриша бы точно расплавился тому под ноги.  Если бы не такое же количество спирта в крови, соображать явно выходило бы легче. Может поэтому они не думая уехали в ближайший отель? Глупый, глупый, глупый… — Оу джи глупый настолько легкая мишень или только у меня такие привилегии? — видимо, язвительность в течении вечера медленно переехала через общий бокал.  Думать в ситуации, когда над тобой нависает тот, кого ты хочешь последние несколько лет не выходит совсем. Слова сплетаются в монотонное мычание, абсолютно не помогая верхнему. Правильно ли я поступаю, позволяя делать с собой все, что вздумается? Возможно. Хочу ли я думать об этом сейчас? Определённо нет… — Нет! Не останавливайся! — сквозь стоны и несвязный бред, все же прорываются звуки похожие на слова.  — А я уж думал ты уснул, — захотелось его ударить.  — Если ты не собираешься продолжать, то я прямо сейчас засыпаю.  — Я только начал, принцесс. Пощечина прозвучала, как раскат молнии в однообразном ливне. Зачем? Не знаю, захотелось. Захотелось вернуть ту животную искру в бездонные, почти черные глаза. Какой же он красивый… — Спасибо конечно, но бить было не обязательно, — улыбнулся Назар где-то на уровне ложных ребер.  — Это для бодрост-ти, — всхлип на последнем слоге от пальцев внутри не прошел мимо старшего.  Вид хватающегося за простынь Гриши подкидывал палки в, и так полыхающий, костер. Его мычание и хриплые стоны вполне сгодились бы для сэмпла. Осталось только добавить биты. Три пальца с пошлым хлюпаньем продолжали двигаться, оттягивая работу битмейкера.  — Ты там кла-ад ищ…щешь? — может прописать ему ещё раз? — Я так дол… долго не продержу… эй! Назар, нападавший на бедра, вдруг укусил внутреннюю сторону с такой силой, что по ней потекла капля крови. Тут же её слизав, он виновато взглянул вверх, неловко улыбаясь.  — Прости, не расчитал. — Прощу, если трахнешь меня уже. Решив всё таки прекратить мучать ноющее тело под собой, старший резким движением подхватывает искусанные бедра и переворачивается, меняя их местами. Не успел Гриша собраться после пыток, как его подбородок уже оказался на плече, ударяясь об ключицу. Ещё в клубе Назар приметил в кармане Гриши скрученную фольгированную ленту. Кто знает, чем бы это закончилось, не заметь он её, но он заметил и уже открывает один из квадратиков прямо зубами под тяжелые вздохи на шее. Язык младшего дрожит, стараясь провести дорожку от основания до уха, чтобы после вцепиться в мочку и шептать — быстрее… — Какой нетерпеливый, дай мне насладиться моментом, — тем же сладким голосом мурлыкал Назар.  Наконец разобравшись с резинкой, он откинулся на подушки, передавая бразды правления. Получив в ответ надутые губы и жалостливые глаза, лишь закатил свои.  — Подумал захочешь побыть главным, — специально выждал паузу, — хоть где-то, — чтобы ужалить.  Жалостливые глаза превратились в обиженные за мгновение до того, как по комнате опять прозвучал шлепок. Бесит. Знает куда бить и без зазрения совести делает это.  — Можно было просто сказать нет. — потирая щеку, ворчал он.  — Можно было не пиздеть лишнего, — настрой это конечно не сбило, но повыебываться надо.  — Прости, принцесс, больше так не буду, — продолжал мурлыкать старший, пока его тянули за футболку в сторону, — я просто соскучился.  Оказавшись снова сверху, он устроился поудобнее и прижался всем телом, не оставив и миллиметра между грудными клетками. Ловя каждый вздох, Назар шепнул в самые губы…— А ты соскучился? —…и вошел, перебивая громкое — Да-а — поцелуем.  — Почему именно сейчас? — промелькнуло в голове младшего, но развить мысль не давал битмейкер, вцепившийся в бёдра. Гриша пытался ухватиться хоть за что-нибудь, в итоге царапая руки и спину старшего. Собрать себя в кучу так и не получилось, поэтому перегруженный алкоголем и последними событиями мозг решил отключить любое сопротивление, дав телу расплыться под ласками и громко скулить. Забавно, что моральные барьеры отключились еще в клубе, как только увидели лого players club на знакомой спине. Сказав младшему на трезвую голову, что после пары шотов текилы он уедет с ним, вероятнее всего услышали бы смех в лицо. Но не сейчас. Он и правда соскучился. Может даже сильнее, чем сам Назар, но думать об этом последнее дело, пока самая яркая фантазия безжалостно раскрашивает шею и ключицы в бордо.  Медленные раскатистые движения сменяются резкими, местами даже грубыми, но от этого не меньше сносит крышу. Уперевшись макушкой в кровать, Гриша дал художнику больше пространства для работы, к которой он тут же приступил. Мягкий поцелуй в челюсть будто предупредил о волне особо грубых движений и младший готов был начать выть в голос, но губы так же мягко накрыл поцелуй. Назар целовал как в первый раз, отдавая всю нежность, в попытке сбалансировать свои действия ниже. И от этого Гриша окончательно разбился, разрывая поцелуй.  — Ещё скаж-жи, что любишь,— больше с сарказмом кинул он.  — Люблю… — не думая ответил старший, делая последний глубокий рывок…