Часть 1
20 июня 2026 г., 14:42
Уилл был полностью вовлечён в работу, за окном уже вечерело.
Майк ещё рано утром уехал на фан-встречу по поводу анонса своей новой книги, а ещё несколько минут назад написал, что, скорее всего, задержится. Уилл уставши вздохнул, но решил, что ничего страшного. По крайней мере, он может теперь немножко поработать над их с Майком совместным проектом: созданию комикса про отважную компанию верных друзей и их невероятные приключения.
Уилл уже делал наброски в черновике, как услышал из другой комнаты истошные крики и надрывный плач. Он жалобно простонал, положил на стол карандаш с тетрадью и направился в детскую, откуда шёл шум.
Эвелин стояла в своей кроватке, крепко схватившись за её бортики, громко плакала и топала ножками. Уилл скривился и был в недоумении. Она сейчас должна была спать и только совсем недавно поела.
— Милая, что случилось? — ласково и тихо спросил Уилл, глядя на её красное и заплаканное личико. Внутри всё сжалось.
Эвелин посмотрела на него секунду, потом ещё пуще заплакала. Уилл осторожно взял её на руки и принялся качать.
— Па! — кричала Эви сквозь слёзы, из-за чего Уилл печально прикусил губу. Она очень хочет к папочке. Оно и понятно: она уже целый день не видела Майка и успела соскучиться.
— Тише, зайка, всё хорошо, — шептал на ухо Уилл, целуя дочь в макушку. Это никак не помогло. — Папочка скоро придет, родная. Так что, давай мы с тобой поспим, ладно? Когда ты проснёшься, папочка уже будет дома, — успокаивал Уилл, пытаясь уложить дочь в кроватку. Но стоило ему отпустить её, как Эви тут же поднялась обратно и схватилась за бортики, всё ещё отчаянно зовя папочку со слезами на глазах. Она была слишком расстроена, чтобы спать.
По идее, Майк скоро будет дома. Либо через несколько минут, либо через пару часов. Не так уж и долго. Но как это объяснить годовалому ребёнку, который уже целый день не видел своего отца? Эвелин не хочет ещё час ждать папочку, она хочет к нему на ручки прямо сейчас.
— Смотри, Эви, — начал Уилл, беря из кроватки её плюшевого зайку, — это же Рози — твой самый лучший друг на планете. Она очень хочет спать, особенно рядом с тобой в обнимку, — он с улыбкой на лице протянул дочери игрушку, но малышка лишь отошла от него в сторону, не отпуская бортики и уже крича прямо в коридор в надежде, что папочка там и скоро к ней подойдёт.
Данная ситуация расстраивала Уилла. Он же тоже её папа, но почему он не может её успокоить? Почему одного его ей недостаточно? Хотя он же никуда от неё целый день не отходил. Почему она вдруг станет по нему скучать, а не по Майку?
— Вот, Эви, вот папочка, видишь, солнышко? — Уилл решил достать из кармана телефон и вывел на экран изображение Майка. Снимок был сделан во время одного из их свиданий в кинотеатре: Майк стоял напротив постера фильма и поднимал палец верх, пока на лице красовалась радостная улыбка. Эви на секунду посмотрела на экран и вновь заплакала, трясся бортики. Она ещё громче завопила.
Уилл изначально понимал, что это был тухлый номер. Эви не просто хочет увидеть лицо папочки, она хочет, чтобы он был именно рядом с ней дома и держал её на ручках, чтобы она могла слышать его голос.
Пока Эви всё отчаянно звала папочку, Уилл начинал думать, что делать. Он просто не мог оставить дочь в таком состоянии. Он должен был её как-нибудь успокоить, однако ничего не работало. Неизвестно, когда придёт Майк, а долго этот плач продолжаться не может. Эви никогда не успокоится, а сам Уилл эти жалобные крики уже слушать не может, как и видеть слёзы на лице дочери. На душе от этого плохо становилось. Можно было позвонить Майку и спросить, когда он приедет домой, или хотя бы попросить его поговорить с Эви по видеосвязи и успокоить её. Но Уилл думал, что это не сработает. Поговорить с папочкой по телефону не означало иметь его рядом, как хочет Эви. Тем более, Майк либо не ответит, либо не услышит звонка.
Протяжно выдохнув, Уилл принял единственное на этот момент решение, которое имело хоть какой-нибудь шанс на успех. План не был надёжным, даже, наверное, глупым, но отчаянные ситуации требуют отчаянных мер.
С этими мыслями Уилл поднял одну ногу, перешагнул через бортики и сел в кроватку рядом с Эвелин.
Кроватка, естественно, была меньше него самого: ноги едва помещались, поэтому ему пришлось лечь в позе зародыша. Но вскоре, удобно (в силу своих возможностей) расположившись, Уилл сумел лечь в кроватку и посмотрел на дочь. Та лишь перевела на него свой взгляд, всё ещё держась за бортики. Однако её надрывный плач постепенно переходил в тихие всхлипы, пока она смотрела на папу. Уилл облегчённо улыбнулся. Он не мог поверить, что его изначально глупый план сработал. Но самое главное, что Эви уже не плачет.
— Вот так, солнышко, папа тут, рядом с тобой, да? — ласково спросил Уилл. Эви вскоре легла ему на грудь, и Уилл принялся медленно гладить её по голове и шептать слова утешения, чтобы помочь ей поскорее успокоиться и заснуть. Это действительно помогло, Эви перестала плакать, глазки её потихоньку слипались, и малютка вскоре заснула под успокаивающие звуки сердцебиения её папы.
Уилл лишь продолжал улыбаться, радуясь, что смог успокоить дочь.
Только спустя пять минут Уилл осознал главный недостаток своего плана.
Он, понятное дело, не сможет до прихода Майка продолжать лежать в детской кроватке: поза, которую он выбрал, была крайне неудобная. А вылезти он из неё не может, поскольку Эви легла на его грудь, преградив тем самым любой путь к выходу. Было очень страшно брать её на руки, потому что одно неверное движение может привести к её пробуждению и новому потоку слёз.
Но всё же можно было попробовать очень аккуратно взять и оттащить её в сторону, если очень хорошо постараться.
Уилл крайне осторожно и тихо взял дочь под мышки, но Эви, естественно, почувствовала его руки и, как будто специально, легла на него всем своим телом, сделав его побег ещё более невозможным.
Ладно, не сработало, но стоит ещё разок попытаться. Уилл одной рукой схватился за бортик кроватки и начал медленно подниматься, другой рукой придерживая спящую дочь. Когда он уже был на полпути к свободе, Эви тут же проснулась, отпустила папу и посмотрела на него внимательно, пытаясь, видимо, понять, что он задумал.
— Солнышко, папе нужно будет сейчас уйти. Папа очень хочет поспать тут, рядом с тобой, но мне очень здесь неудобно. Но не волнуйся: когда ты проснёшься, я буду рядом, как и всегда, да и папочка уже вернётся, — пытался объясниться Уилл спокойным тоном. Эви у них девочка довольно сообразительная, наверняка поймёт смысл его слов. Она всё наблюдала за папой, за его рукой, державшей бортик.
Когда Уилл уже поднял туловище, он остановился, увидев дрожащие губы и подступившие слёзы.
Через секунду Эви вновь начала плакать. Уилл тут же осознал, как это всё выглядело в её глазах. Сначала папочка её бросил и не отзывается на её крики, теперь и папа собирается уйти и оставить её тут одну. Понятное дело, что такое ей не будет по душе.
Уилл отпустил бортик и протяжно выдохнул. Нет, он просто не мог её вот одну оставить.
— Тише, зайка, тише. Всё хорошо, папа никуда не уходит, я здесь, рядом с тобой. Не плачь, родная, — успокаивал дочь Уилл, положив её голову себе на грудь и гладя её макушку. К его счастью, спустя некоторое время Эви смогла успокоиться, почувствовав тёплые, нежные руки папы и услышав вновь стук его сердца. Он вновь сладко и беззаботно заснула у него на груди.
Да, похоже, Уиллу придётся остаться в этой неудобной и невероятно прочной кроватке. Но уж лучше так, чем видеть родную дочь в слезах.
***
Майк всё думал, что никогда не попадёт домой. Встреча очень сильно затянулась: автографы, фотосессия, интервью. Он считал, что застрял там навечно. Да и пробка эта чёртова. Он даже нормально поесть не смог. Но, благо, он всё же сумел вернуться домой к ужину. Он уже так сильно успел соскучиться по тишине и по родному дому. Особенно сильно он успел соскучиться по мужу и дочке. Зайдя в дом и раздевшись, Майк успел заметить, как в доме было необычно тихо. В гостиной и на кухне было темно. К этому моменту Уилл уже успел бы подойти к нему, чтобы нежно поцеловать в щеку и спросить, как всё прошло. Майк решил подняться наверх и проверить их спальню и кабинет Уилла. Быть может, он был занят домашними делами или работой, поэтому и не услышал входную дверь. В спальне и в кабинете было также темно и пусто. Странно, однако. Быть может, Уилл был в детской вместе с Эвелин. Зайдя туда и осмотрев помещение, взгляд Майка упал на кроватку в углу комнаты, и он почувствовал, как сердце его было готово растаять от увиденного. В своей кроватке спокойно и мирно лежала и спала его маленькая принцесса. Однако Майка поразило то, что рядом с ней также беззаботно спал Уилл в позе эмбриона. Это выглядело до одури мило. Майк тут же достал из кармана телефон и навёл камеру на своих мирно спящих ангелочков. Он бы себе никогда не простил, если бы не запечатлел этот момент. Точно это станет его новой заставкой. Вскоре Майк услышал чьи-то стоны и понял, что Уилл уже проснулся. Тот начал тереть глаза и заметил рядом стоящего мужа. — Наконец-то ты пришёл, — произнёс Уилл первое, что в голову пришёл. — Ага, вижу, ты по мне очень сильно скучал, — с улыбкой сказал Майк, убирая телефон обратно в карман. — Ещё как скучал, — ласково ответил Уилл. — А кое-кто ещё сильнее, — он опустил взгляд на спящую рядом с ним Эви. — Так сильно, что я никак не мог её успокоить. — И ты решил в малюсенькую кроватку залезть вместе с ней? — спросил Майк, осматривая мужа с головы до ног. Он принял не самую удобную позу на свете. Как он вообще сумел тут уснуть? — Как видишь, это сработало, — оправдался Уилл, пока Эви всё ещё мирно спала между ними. Глупо было отрицать. — Действительно. Скажу, эта кроватка оказалась очень крепкой, раз вас двоих выдерживает прекрасно, — подметил Майк, проводя пальцем по бортику. Уилл тихо засмеялся. — Значит, не подвела тебя чуйка, — сказал Уилл. Кроватку эту выбрал Майк, говоря, что она очень просторная, красивая и прочная. Уилл спорить не стал. Затем они оба услышали, как Эви проснулась. — Привет, зайка, проснулась? — ласково обратился Уилл к дочери. — Тебе, наверное, очень хорошо спалось. А смотри, кто это у нас пришёл? — он указал на Майка. Эви повернулась и, увидев рядом стоящего Майка, улыбнулась и встала, схватившись за бортики кроватки и радостно подпрыгивая на месте. — Па! — воскликнула Эвелин, поднимая вверх руки, чтобы папочка поддержал её. Майк с улыбкой до ушей взял дочь под мышки, и она крепко обняла папочку. — Привет, принцесса! Как у тебя дела? Скучала по папочке? Папочка тоже очень сильно по тебе скучал, — сюсюкался Майк с Эви, нежно поцеловав её в макушку, малютка счастливо посмеялась. Она была так рада видеть папочку спустя столько часов его отсутствия. Тем временем Уилл старался выбраться из кроватки, случайно не сломав её. Ноги затекли, и спина уже заболела так неудобно лежать. Но, увидев улыбающихся мужа и дочь и услышав их беззаботные смешки, он забыл о своих недугах, на душе стало так приятно и тепло.
