Вечер на борту.
20 июня 2026 г., 16:33
–ты идиот, Линч.
–какие новости еще расскажешь в программе ДжонНеДоволенКакЖеТакВышло?
–заткнись, иначе вместо ужина ты получишь жареную межгалактическую крысу....
Таким начался спор двух еще недавно молчавших, державшихся за руки напарника. Оба уставшие, едва плетущие свои ноги через пыль на странновато-зеленом оттенке поверхности этой земли. Не просто так диагностика показала, что на этой планете повышенный уровень радона. Видно, в центре находится ядро, наполненное им.
Линч на заявление о том, что его лишат ужина такой дрянью, которой даже двускатные скорпионы не питаются, двигает бедрами и хвостом в чужую сторону и чуть задевает Джона под колени. Джон шипит на него и собирается уже начать перепалку, но останавливается, когда внезапно его злую натуру прерывает голос Бродяги. На входе мелькает синий свет, показывающий, что их верный спутник-корабль в рабочем состоянии, что по ее состоянию иногда было уже счастьем, и слушает их перепалку.
–с возвращением. Как ваша прогулка?–с скрипучей мягкостью произносит похожий на женский голос, прежде чем со скрежетом(правда, не с первого раза) железные панели двери отодвигаются друг от друга.
–прогулка? Это был просто пизде-
–спасибо, Бродяга, мы замеча-ательно прошлись...–прерывает ругательство Джона Линч, уклончиво и многозначительно посмотрев на напарника, что не стоит разбрасываться кучей ругательств.
Джон молчит, но видно, что в его глазах метаются злые огоньки, которые он не может сдерживать, но все таки смиряется с тем, что Линч подхватывает его под руку и лаконично затягивает в коридор.
Первым процессом проходит дезинфекция. Джон и Линч привыкли к удушающему запаху той дряни, которая убивает, кажется, не только 99,9% всех паразитов и галактических скарабеев, но и все желание дышать когда-нибудь впринципе. Она опрыскивает их с небольшими перерывами. Наверное, Джон уже тысячи раз бубнил о том, что был бы рад, если бы в Бродяге был один этот изъян: заканчивающееся тогда уж не только топливо, но и порции жидкой квант-защиты. Правда, вероятно, функция дезинфекции вызывала бы излишний перегрев, что было бы нежелательно.
Жаль, что этот дым не смоет склизкую, медленно капающую на пол борта дрянь, которая, кажется, была кровью тех тварей, от которых они отбивались. Зато очень скоро Джон и Линч получили свое право безопасно пройти в зону центра управления полетом. Точнее, доползти, судя по тому, насколько сгорблены были их спины и насколько тяжело вздыхал Джон. Линч подбадривающе тянул его с шепотом "еще чуть-чуть, еще немного", но видно, что сам испытывал чувства усталости.
–вы выглядите измученно. Что случилось, пока вы находились снаружи?–по стенам вдоль скрипящий голос шел почти по пятам за своими жителями. Бродяга любопытно сверкнула панелью над станцией управления, показывая, что ждет ответа.
–да там...там, мы вышли...вышли, да. А там...–зевая и потягиваясь, Джон от усталости едва смог позволить долезть на свое место первого пилота, но не успевает сесть, придерживаясь за спинку. Он потирает глаза за очками и щурится на яркость голографического экрана перед ним и недовольно смотрит на свой собственный вид. Нет, пачкать кресло чужой кровью он не хочет.
–а там оказалась целая орда туманных слизневиков...–закончил за своего напарника мысль Линч. В отличии от Джона он не был брезгливым в вопросе всех жидкостей, что могли на нем побывать, и спокойно стянул с себя свою куртку и остается практически чистым в зоне тела. Звякает ремнем, но вдруг получает от Джона по плечу запущенной голографической панелью.
–ты дебил? Я тебя вижу, вообще-то! Переодевайся в другом месте, Линч, для таких как ты, дебилов, придумали ванные комнаты...–восклицает Джон и недовольно смотрит на немного озадаченного ящрицу.
–...а что ты там не видел, скажи мне, что тебя смущает? Укусов от мармеладных зубов этих червяков?–хмыкает Линч и получает новую изчезнувшую, едва коснувшись его кожи, панель, как знак, что он тут не к месту.–ладно-ладно, я пойду в ванную комнату как делают приличные люди...
–вот именно, приличные, дурья твоя голова...–недовольно заканчивает эту перепалку Джон и отворачивается обратно, подходя ближе к панели и смахивая рукой данные, чтобы найти другие. Он слышит, как Линч уходит в коридор и как где-то там раздается очередной скрежет двери. Видно, правда ушел в ванную. Джон вздыхает.
–мне приготовить что-нибудь на ужин для тебя?–осторожно спрашивает Бродяга и ее появившиеся "глаза" на панели изучающе смотрят, что Джон просматривает за информацию о том, как именно
–сделай крыльев, пожалуйста. Сейчас только они спасут положение...–кивает Джон и благодарно тыкает поверх чужих бегающих по экрану точек. Бродяга это принимает и, подмигивая, изчезает.
Слышится гул по трубам. Это синтетические волокна производят ткань, из которой получается заданная еда. Процесс готовки громкий и не быстрый, так что Джон успевает самостоятельно, не выдерживая ощущения на себе грязи, стянуть будто отяжелевшую форму. Хотя, от количества чужой крови даже неудивительно, как оно воспринимается. Только Джон не замечает, как к нему незаметно подкрадываются сзади и с цепким захватом вдруг обнимают за пояс.
Джон почти подпрыгивает на месте и ошарашенно смотрит в сторону довольного Линча. Он успел вымыться дочиста и найти себе другие штаны, судя по тому, что лип уже он, а не кровь. Джон от этой наглости, которая заставляла ящерицу сдержанно улыбнуться, даже не может сказать и слова. Он уже знал, что Линч обычно не позволяет себе такого. Он скорее серьезный, закрытый и не такой импульсивно эмоциональный. Но наедине за эти годы он будто перенял от Джона одну чёрту: иногда испытывать чужие эмоции и терпение.
–ты совсем одурел, скажи мне на милость?–все таки высказывает все Джон и видно, как его нос и уши краснеют. Он, вообще-то, тут почти что голый, на секунду!
–прости, мне хотелось немного напугать тебя. Ты сегодня со своим бубнежом выглядишь таким напряжённым, хотелось наконец-то дать тебе выплеснуть твои эмоции...–без тени сомнения улыбается Линч дальше.
Джон бы ругался дальше, но не может. Что-то останавливает его в этом взгляде. Он не может орать на Линча, когда видит, что тот искренне проявляет внимание. Чаще, как бы странно не было, Джон инициировал их физический контакт. Может, слишком скучал в этом космосе по живым не враждебным существам. А может не показывал открыто, что ему хотелось держать именно Линча за руку с его длинными, когтистыми пальцами. Поэтому он еще мнется над тем, что ему сказать и просто недовольно отворачивается. Как же он бесит. Сволочь.
–судя по всему, скоро будем ужинать...–отмечает знакомые звуки Линч и отпускает своего напарника из объятий. Но не ожидает того, что Джон вдруг наоборот хватает его за достаточно выделенная талию и утыкается в плечо.
Линч молчит, пока его антенны чуть вытягиваются. Он молчит пару минут и поглаживает Джона по спине. Видно, приключение его так измотало, что он готов снизойти до проявления внимания в сторону Линча.
–ты такой милый, когда недовольный, ты знаешь, Джон...
–завали свою хлеборезку, размечтался.–сразу отрезает Джон и с недовольством отстраняется от своего напарника.
Пожалуй, это только Джон мог нарушить личное пространство Линча, который предпочитал бы сохранить его...но, со временем, кажется, что-то поменялось. Видно, он позволял Джону быть рядом в импульсивном желании оказаться ближе.
–ваши куриные крылья готовы.–прерывает их затянувшееся молчание голос Бродяги, который сопровождает громким дзыньканьем по кораблю.
–мясо...–сразу довольно озирается Линч на запах курицы. Хотя, может это уже давно не курица. Они уже не так помнят запах курятины.
В воздухе будто стало легче дышать, пока к'эрратец отвлечен на порцию куриных крыльев, заботливо предоставленая Бродягой из открывшейся панели в стене. Джон наконец мог отвлечься на то, чтобы отлучиться ненадолго от Линча. В голове у него было сплошное повторение слова "придурок". В сторону себя или сторону Линча он так и не знал, но, пожалуй, это второстепенный вопрос. Первостепенный–наконец-то одеть что-то чистое и умыться.
Джон возвращается позже, трепля свои задетые водой волосы и укладывая их обратно, чтобы не лезли в глаза. Линч, на удивление и не смотря на свою природу, даже не притронулся к крыльям, судя по тому, что те остались на его ногах, пока он рылся в панели, сидя в своем кресле второго пилота.
–ого, ты даже не сожрал что-то без меня?–фыркает Джон и подходит ближе, опираясь о кресло напарника и следя за тем, что за лабуду он там пишет.–...ты ищешь фантастические фильмы?
–было бы неплохо после такого посмотреть, что люди в свое время придумывали о будущем и посмеяться с того, как они заблуждались...–кивает Линч, откидываясь назад и отрываясь от панели с буквами, смотря на Джона.–ты же не против?
–делай что душе угодно, главное не сломай ничего, ты знаешь мой принцип...–закатывает глаза Джон и уставляется в ответ на ящерицу.
Они смотрят друг на друга недолго и Линч вдруг тыкает в чужие губы курицу. Джон снова ошарашенно, но хватает это крылышко в зубы и после откусывает, прежде чем же самостоятельно то достать.
–...я смотрю, ты сегодня слишком развеселился.
–мне просто нравится возвращение домой после того, как тебя чуть не съели на моих глазах, если бы не мой хвост...–хихикает Линч и отворачивается в экран.–как насчёт "Эти сумасшедшие инопланетяне не хотят улетать с моего чердака"?
–на тебя похоже, ты тоже сумасшедший инопланетянин, который не хочет улетать с моего чердака...–кивает Джон и после устремляется наконец-то сесть на свое законное место отдыха, расслабленно сползая чуть ниже и давая спине согнуться.
–ха-ха, это было очень остроумно.–подмечает Бродяга и одобряюще светится на экране глазами ярко-розового оттенка на пару секунд, показывая свое расположение.
–вы очень меня цените, судя по всему...все, я включаю...–Линча уже давно не задевало то, что эти двое могли объединиться против него, поэтому он лишь ведет немного своим хвостом и нажимает панель.
Джон уже не отвечает, хотя он наконец-то мог самодовольно улыбнуться. Наверное, даже не из-за похвалы. Из-за того, что Линча приятно подкалывать. И Джона сейчас не тревожил вопрос, приятно подкалывать или приятно подкалывать именно Линча. Хотя в процессе, возможно, он позволит ему такую милость, как вытянуть руки в одинаковом направлении...и немного, совсем чуть-чуть, чтобы Линч не наглел в конец, за них подержаться.