Спарринг с чувствами

Ещё месяц спустя

Гермиона и Драко появились на Гриммо, 12, ближе к вечеру. Джинни, заметно округлившаяся, сидела в мягком кресле у камина, а Гарри разливал чай. В воздухе пахло имбирным печеньем и лавандой — видимо, Джинни снова экспериментировала с успокаивающими чарами. — О, наконец‑то! — Джинни улыбнулась, поднимаясь навстречу. — Мы уже думали, вы заблудились в Косом переулке. Драко помог Гермионе снять мантию, потом пожал руку Гарри: — Просто пробки у «Дырявого котла». Кто бы мог подумать, что в среду столько народу захочет выпить огневиски? — Видимо, все чувствуют приближение выходных, — усмехнулся Гарри. — Проходите, садитесь. Джинни как раз рассказывала, что Альбус Северус сегодня устроил акробатику в животе. Драко замер на полушаге: — Альбус… Северус? — он медленно опустился на диван рядом с Гермионой. — Вы серьёзно? Джинни рассмеялась: — А что не так? — Ничего, — Драко поднял руки в защитном жесте, но глаза его смеялись. — Просто представляю, что будет, когда этот ребёнок пойдёт в Хогвартс. Предвижу заголовки: «Альбус Северус Поттер снова взорвал туалет на третьем этаже» или «Альбус Северус Поттер и пропавшая мантия-невидимка». Гарри хохотнул: — Мы думали над этим. Но решили, что если он унаследует хотя бы половину характера Поттеров и Уизли, то имя его не спасёт от приключений. — Или, наоборот, поможет, — добавила Джинни. — Вдруг он решит, что должен соответствовать? Гермиона улыбнулась: — В любом случае, звучит величественно. И… пугающе. Джинни переглянулась с Гарри, потом посмотрела на гостей: — Раз уж мы заговорили о будущем… Мы с Гарри хотели бы попросить вас кое о чём. Драко и Гермиона переглянулись. — Конечно, — сказала Гермиона. — Что нужно? — Станьте крёстными родителями Альбуса, — прямо произнёс Гарри. — Мы долго думали и поняли: вы двое — те, кому мы действительно доверяем. Гермиона — наш самый близкий друг, а ты, Драко… — он сделал паузу, — ты доказал, что изменился. И я хочу, чтобы мой сын знал: люди могут становиться лучше. Драко на мгновение потерял дар речи. Он открыл рот, закрыл, потом тихо произнёс: — Ты… серьёзно? — Абсолютно, — кивнул Гарри. — Я знаю, что это неожиданно. Но я верю, что ты будешь отличным крёстным. — И мы хотим, чтобы вы оба были рядом, — добавила Джинни. — На случай, если Альбус решит унаследовать не только имя Северуса, но и его любовь к зельеварению. Гермиона сжала руку Драко: — Это большая честь. Мы… мы согласны. Правда, Драко? Он кивнул, всё ещё немного ошеломлённый: — Да. Да, конечно. Спасибо, что доверили нам. Джинни подмигнула: — Кстати, знаете что забавно? — она хитро улыбнулась. — Альбус был зачат как раз в тот вечер, когда вы, — она посмотрела на Гермиону и Драко, — впервые переспали. В комнате повисла пауза. Драко подавился чаем: — Что, прости? Гермиона покраснела: — Джинни! — Ну а что? — Джинни невозмутимо поправила подушку за спиной. — Совпадение, конечно, но забавное. Получается, вы оба сыграли роль в появлении этого ребёнка. Так что теперь точно обязаны быть крёстными. Гарри рассмеялся: — Джин, ты неподражаема. — Я просто говорю правду, — она пожала плечами. — И теперь, когда всё официально, предлагаю тост! За будущих крёстных, за Альбуса Северуса и за то, чтобы он не унаследовал от Драко слишком много любви к сарказму! Все рассмеялись. Драко покачал головой: — Теперь я точно понимаю, чего ждать от этого ребёнка. Он будет либо гениальным зельеваром, либо мастером по схемам для вязания и схемам по спасению мира руками несовершеннолетних. Или и то, и другое. — Именно, — подмигнул Гарри. — И мы хотим, чтобы вы помогли ему выбрать путь. Гермиона взяла Драко за руку: — Мы постараемся. Обещаю. — Отлично, — Джинни похлопала по дивану рядом с собой. — А теперь рассказывайте, что творится в аврорате. Я уже месяц не слышала свежих сплетен! Вечер продолжился за чашкой чая, смехом и планами на будущее — теперь уже не только для Гермионы и Драко, но и для маленького волшебника, который скоро появится на свет.