Смертность
20 июня 2026 г., 14:56
Счастливые семьи - выдумка для реклам сухих завтраков. В этом убедилась Луиза, когда по достижению 16-ти летия родители стали искать ей жениха. Кандидатов было много, отец настаивал на 60-ти летнем мажоре, который имел свой бизнес и большой особняк. И пока Луиза противилась, уговаривала не отдавать её замуж, старый дедуля покинул этот мир по причине сердечного приступа. Да, радоваться смерти человека нельзя, ни в коем случае. Это грешно. Это отвратно. Но Луиза была искренне рада. Это как минимум оттягивало её страдания на подольше. Она смогла прожить ещё пару лет, пока родители не нашли "идеального " кандидата. Джозеф. Бывший военный с явными проблемами с головой. На застолье он ни раз просто пялился на неё, иногда бил по столу или просто уходил на пару минут без каких либо объяснений. Родители будто ослепли. Они не видели в этом проблемы.
— матушка, я его боюсь, он ведь..
— не неси чушь, Луиза. Он статный мужчина и очень даже заинтересован в тебе, любая молодая дама на твоем месте скакала бы от счастья — твердила женщина, не отрываясь от трапезы.
— Мам, он.. Да он.. — она даже слов подобрать не могла. — он конченный! — резко выдает она и вызывает шок у родителей. Их лица надо было видеть
— что ты такое говоришь, прекрати сейчас же!
— а если он услышит? Что ты несешь?
Они перебивали друг друга, твердили что так нельзя, пока в комнату не вернулся сам Джозеф. Он остановился в проёме и опять стал пилить взглядом Луизу, а после пары секунд гробового молчания - мать наконец подает голос.
— извините её, она просто ещё не понимает как ей повезло. — уверяет мать.
— точно. — поддакивает отец
Джозеф переводит взгляд на женщину и улыбается. Его улыбка неестественная, Луизу тянет блевать лишь от его морды
— ничего критичного. — спокойно говорит он и медленно обходит стол, движась в сторону девушки. Та ежится и умоляюще смотрит то на мать, то на отца. Он убьет её, задушит или свернет шею, а эти поганые старики будут только сидеть и радоваться жениху, тому какой он прекрасный, какой он идеальный, какой он...
— превосходный. — раздаёт голос над её макушкой и она чувствует как тяжёлые руки ложатся ей на плечи.
— а?
— говорю : у тебя превосходный мажет. — спокойно повторяет он и наклоняется к её плечу, заглядывая в лицо. Шрамы на лице не прибавляют ему мужества, скорее сильнее устрашают. — и глаза. Обожаю зелёные глаза.
Продолжает он, ещё пару секунд пялясь в напуганные глаза дамы, а после наконец отстраняется от неё, не отпуская плечи.
— хочу сыграть помолвку поскорее. — обращается он уже к отцу, на что дама пытается показать, что вообще не хочет такого исхода. А отец.. Да кому не плевать на мнение девушки?
— да, да конечно! — восторженно выдает он, и улыбается — постараемся организовать все как можно быстрее.
— прелестно. — он снова наклоняется к девушке, рука с плеча скользит на её щеку, он поглаживает её и после оставляет на щеке легкий поцелуй, тихо - тихо выдавая — возможно я и вправду.. "Конченный".
Слышал значит. Он это на зло? Точно на зло! Старый мудень, кретин, урод. Все оскорбления застряли в глотке и она долго не могла сказать и слова, пока зал не покинули все, включая её любимых родных.
— сука! — закрывает лицо дама и сжимает собственные волосы — урод, тварь, кабель, вша лобковая. — срывается на слезы она. Казалось бы, ничего ужасного не произошло, но ей так мерзотно на душе. Он псих, он полный псих. А все будто не видят этого, наслаждаются его компанией и оправдывают каждый его вдох и взгляд. Будто она единственная зрячая среди сотни слепых, которые в упор не замечают огромную мохнатую тварь. Тварь грызет их одного за другим, а они воспринимают её как Бога, как что-то святое.
... День помолвки. Она старалась отговаривать родителей, использовала все методы. Была милой дочерью, кричала, истерила, плакала и умоляла. Но те лишь твердили, что она должна благодарить их, а тем более должна благодарить эту тварь. Джозеф почти каждый день отправлял ей стихи, цветы и сладости. Это было бы мило, если бы это был не Джозеф.
И сейчас, в этот день, она предпочла бы воткнуть себе в глотку штопр, лишь бы не присутствовать на этой церемонии, не стоять перед этой довольной мордой.
— Джозеф, согласны ли вы взять в жёны Луизу и разделить с ней самые счастливые годы вашей жизни?— все как в тумане, она не верит, что это это правда. Это все дурной сон.
— да, конечно. — не думая не секунды выдает он.
— Луиза, готовы ли вы выйти замуж за Джозефа и любить его до гроба? — нет. Нет не готова никогда в жизни. Она бы вырвала ему кадык, стерла бы эту нахальную улыбку с его лица.
— да. — сухо выплёвывает она и отводит взгляд в сторону. Она чувствует как Джозеф сияет от счастья. Урод.
— тогда можете обменяться кольцами и конечно же поцелуями. — говорит священник и зал взрывается аплодисментами. Холодная рука Джозефа обжигает её руку, когда он надевает на её палец кольцо. Она делает то же самое и как только её рука отстраняется от его ладони, он довольно резко хватает её за талию, притягивает к себе и торжественно улыбаясь, втягивает её в поцелуй. Это самый отвратительный момент в её жизни, все вокруг ликуют и радуются, а она сдерживает тошноту в глотке, лишь бы не сблевать на белое платье и дорогой костюм жениха. Эти секунды продолжались вечность. Она уже и не помнит как сидела за столом, что им дарили и как она оказалась на пороге чужой спальни. В себя она приходит только тогда, когда сзади хлопает дверь, оглядываясь, она смотрит на Джозефа и выдыхает.
— чудная церемония была, да? — будто издеваясь говорит он, снимая пиджак.
— ... Ага, лучший день в моей жизни — хмыкает она и движется к постели, садясь на неё.
— Слушай, знаю ты устала и мне очень неловко напоминать. — он начинает развязывать галстук и продолжает — брачная ночь, помнишь? Ах, эти традиции, родители проверяют поостени на наличие крови и все такое.
—... Что? — тихо переспрашивает Луиза и мужчина замолкает на пару секунд, почти тут же меняясь в лице.
— не строй из себя дурочку. Ты же понимаешь, так? — он подходит ближе к постели и девушка отодвигается назад — тебе необязательно ничего делать, я вполне справлюсь сам.
Беззаботно говорит он и уже начинает расправляться с ремнем. Страх сковал тело. Она не хотела такого исхода, она была уверена, что её первый раз будет не так скоро, не в таких обстоятельствах.
Но именно сейчас не тушл течёт по щекам, с губ вырываются вскрики, а куда то в грудь утыкается морда твари. Он явно доволен, что-то гогочет под нос и не стесняется оставлять синяки на её теле. Ей мерзко, ей больно. Перед глазами плывет и она точно не помнит сколько это продолжается. По ощущениям будто уже пару часов. Ей было мерзко от собственных звуков, от звуков мужчины и от движения внутри. Слезы катились по щекам и мужчина с превеликим удовольствием размазывал их по лицу большими пальцами, "успокаивающе" целуя её в опухшие от слез щеки.
Когда это кончилось, он ещё долго пялился на её лицо, а после улюлюкая обнял её. Ей хотелось уйти. Далеко, желательно настолько далеко, чтобы никто и никогда её не достал. Он прижимал её к себе и уверял, что сам не хотел такого первого раза, что ему пришлось и.. Она впрочем не слушала. Никто не стоял перед ним с пистолетом и никто его не заставлял. Он прикидывается. Он животное, он потенциально опасен и должен быть пристрелен. Отловлен как бешенная собака, которой он и является.
— ты лжец, Джозеф, ты лжец. — рыдает она и Джозеф лишь пожимает плечами.
— возможно. — он будто не умеет отрицать, согласен с каждым оскорблением и с каждой предьявой. Её это бесит. Мог бы для приличия и поспорить.
Дальше все по накатанной. Дом был клеткой. Золотой клеткой, из которой нет выхода. Джозеф весьма остро относился ко всем подругам Луизы, а про друзей мужского пола тему отрывать было вообще запрещено. Кажется мужчину бесило даже то, что девушка иногда ходила навестить семью. Он был убеждён в том, что она ищет того, с кем можно было бы перепехнуться. А при любом отрицании или другом противоречии, ей без особой жалости прилетало по морде.
Удар у военного был не слабый, он будто никогда не жалел силы, хотя после каждых побоев говорил что-то вроде : "скажи спасибо, что не со всей силы. ". Это " со всей силы" даже представить трудно. Возможно он просто мухлюет, но проверять у неё нет желания.
Единственная самозащита - это крики и битье посуды. Правда Джозеф зачастую не злился на это. Оправдывал тем, что она еще просто "не зрелая". То есть достаточно зрелая для брака, но недостаточно в эмоциональном плане.
Луизу бесило все, она часто вела себя как ребенок. Но она ведь все еще ребенок, хотя бы посравнению с Джозефом, который на 20 лет старше её. И ладно бы все это, она бы так же сидела дома и готовила ужин, убиралась и терпела чужие любовные ласки. Но кажется жизнь обходится с ней как со скотом.
— Я тут подумал. — резко начинает Джозеф, запуская ложку в суп, а после и поднимая взгляд на Даму, которая с явной неохотой ела свою порцию. Аппетита в последнее время вообще нет.
— нам пора создать полноценную семью. — говорит он, Луиза поднимает на него взгляд и выгибает бровь. Мужчина с выдохом поясняет : — ребенок. Я имею ввиду ребенка.
На этом моменте дама дарится супом и откашливаясь бьет себя по груди
— о чем прости? — недовольно переспрашивает она. Нет, только не ребенок, только не мелкий паразит от этого кретина. Это хуже любого ада, любого наказания. Лучше остаться без ног, чем носить бремя мелкого Чада.
— о ребенке. — терпеливо повторяет он, спокойно доедая свою порцию — какая нормальная семья без ребенка? Возможно, будь мы парой гомосеков, тогда я бы о таком не думал, но мы же в приличном обществе. Мне нужен достойный наследник, не могу я закончить род на своем имени.
Луиза морщится
— я против. — выплёвывает она, мужчина затихает и молча пялится на неё.
— ... Давай не будем разыгрывать драму, хорошо? — тон становится сухим и девушка прекрасно знает, что обычно происходит после смены тона — я не спрашиваю тебя о желании. Я предупреждаю.
Девушке становится тошно.
— любая женщина должна иметь честь быть матерью. Хотя бы раз в жизни. Хотя, вообще, в идеале.. Чем больше, тем лучше.
Омерзительный старик.
— да и к тому же, ты будешь отличной матерью. Уверен, что как и у любой женщины у тебя тоже появится материнский инстинкт. Я тебя уверяю.
Придушить его ночью и свалить все на несчастный случай.
— Иди к черту. — бубнит она и встает изо стола, поспешно покидая кухню. Мужчина не спешит за ней, даже не оборачивается, когда она уходит. " достойный наследник " . Да какой там наследник, когда отцу осталось жить два понедельника? Убить мало эту тварь, жаль на войне он не сдох.
... Как бы девушка не противилась, мужчине было с высока плевать. Он в принципе не особо слушал её мнения, а сейчас то особенно. Так что было вполне ожидаемо увидеть две полоски. Настроение с каждым днем шло только в минус, слезы наворачивались от каждого лишнего грамма на весах и от каждоф недели, когда она понимала, что выродок уже на подходе.
" ты поселился в животе. Ты не спешишь наружу. И зреешь в скользкой темноте как плох, который мне не нужен. "
Роды - это Адская пытка. Нет ничего постыднее и больнее. Боль от самих родов - это еще цветочки. Ещё больнее было смотреть на себя в зеркало, на обвисшую кожу и явную прибавку в весе. На глазах накатываются слезы, она уже и не помнит когда в последний раз улыбалась. Единственный, кто в этом дома рад - это Джозеф. Он в ребенке души не чаял. Мальчик же, "достойный наследник". А Луизе на него и смотреть тошно. Да, он не виноват. Да, он явно не выбирал рождение в этой семье. Но нужно хоть кого то винить. Винить одного Джозефа она уже устала. Он никак не реагирует на её обвинения, но зато очень даже злится на неправильные ударения в словах, за не мытую посуду и неряшливый вид. Хотя, после родов последние два пункта забылись.
Фальнесс - имя маленького мальчика. У него прекрасные голубые глаза, глупая детская морда и светлые волосы. Видимо будет блондином. И Луиза соврет, если скажет, что считает его уродцем. Возможно что-то глубоко в душе и тянет её к Чаду, но большая часть скорее ненавидит. Она его не хотела. И вряд ли когда-то признает, что любит его хотя бы самую малость.
Ещё более мерзкое занятие - кормление грудью. Это стыдно. Хочется избегать этого как можно дольше, но Джозеф и правда хороший отец. Но явно отвратительный муж. Он проводит с Фаллом чуть ли не весь досуг и все их диалоги завязаны на ребенке. За едой, за покупками, да даже в постели перед сном. Кажется Луиза ему уже не так уж и сильно нужна.. И это супер! Даже от души отлегло, когда местный тиран превратился в любящего отца, даже его конченные тики стали куда реже, а когда и случались - ребенок начинал орать и мужчина тут же приходил в себя. Казалось бы идилия. И так было ровно до того момента, пока Фальнесс не стал вести себя "женственно" - по словам отца. А все из-за того, что он часто ревел из-за ссор родителей, за что естественно и охватывал не от матери, а от Джозефа, который, казалось бы, до жути любил сына. Видимо не так уж и сильно. Лет с 5 - слезы начали считаться символом женственности и Фальнесс быстро научился сдерживать слезы при падениях, при криках и прочих неудачах. Брезговал, когда в садике ревели его сверстники, на полном серьезе вторая им то, что втирали ему дома. Естественно, недовольство родителей сразу же перешло в сторону неблагополучных родителей, но никто так и не смог ничего менять. Кто в здравом уме станет исключать семью, которая больше всего заботится о финансах и обустройстве садика.
Девочки сидели в песочнице, докапываясь лопатками до более мокрого песка лепили куличики с помощью формрчек и там же играли в куклы среди них же сидел мальчик, который, как казалось, был весьма увлечен игрой с ними. Детский смех резко прервался резким толчком в спину, слезы и недовольный взор направленный на белобрысую фигуру
— Фу, ты что с девчонками играешь? — донесся голос Фальнесса, который недовольно оглядывал чужую рожу. — мои родители говорят, что такие мальчики любят дру-
Речь не дали закончить. Вставший мальчик налетел с кулаками, что-то вереща и только сильнее раздражая. Опора пошатнулась, а после он резко оттолкнул взьерошеного и испачканного мальчика от себя, девочки кажется побежали к воспитателю, но двоих это не останавливало. В руке оказалась лопатка, которой он совсем не жалея бил лежачего, бил долго. Ровно до того момента, пока их наконец не разьединили воспитатели.
За окном постепенно темнело. Мальчик сидел у кабинета, где за дверью доносились приглушенные недовольства и говоры. Он не считал себя виновным. Как мальчику могут нравиться куклы? Может он ещё и платье с туфлями оденет? А как он ревел! Как он.. Ревел. Фальнесс помнил лицо в мельчайших деталях, оно вызывало приятную дрожь и покалывание в пальцах. Он ничего не мог сделать против, был слишком слаб.
Тем временем в кабинете сидела расслабленная женщина в дорогой шубе, которая спокойно слушала недовольство Второй женщины
— он разбил лицо моему сыну! Он неадекватный. Вот скажите, женщина — она резко поворачивается к ней — он у вас что ебаннутый?
Луиза пожимает плечами
— хуй знает, быть может.
Мальчик и не помнит сколько сидел под дверью. Оттуда сначала с психом выбегает женщина, а после и выходит мать. Она опускает взгляд на Фальнесса и после указывает идти за собой.
— не знаю, будет ли злиться Джозеф, но я скажу честно. — она держит паузу и после ухватывает руку мальчишки — я рада, что ты врезал этому хлюпику.
Посмеивается она под нос и после открывает дверь мальчику, помогая забраться на сидение, пристегивается он уже сам, наблюдая как мать садится уже с другой стороны на переднем сидении. За рулем сидит отец, нервно стуча по рулю
— почему так долго? Что ты натворил, Фальнесс. — тон был грубым, мальчик поежился
— да подрался он, ничего такого. — поправляя волосы выдает она. Джозеф хмурится и смотрит на мальчика через зеркальце над лобовым стеклом.
— "ничего такого"? А мне по телефону сообщили, что он скорее избил, чем подрался.
— сам же хотел, чтобы он не вырос хлюпиком. Вот он и слушает твоих советов.
—...то есть это я виноват, так?
— ой, все, не действуй мне на нервы, " любимый" — выплёвывает она последнее слово так, будто это какое то оскорбление. Далее отвернулась к окну и закурила, выпуская дым в окно.
— я просил не курить в машине. — фырчит он, наконец выезжая. Женщина его игнорирует. Кажется, они оба даже забыли причину ссоры.
В садик дорога была закрыта. Родители решили, что уж лучше будет посвятить время его учебе, чем тратить деньги на садик. Ну, как "родители". Отец решил, мать закатив глаза согласилась.
Раньше Фальнесс думал, что в садике ему плохо. Там ведь все плаксы, нытики и нюни. Он думал, что дома у него будет больше времени на поиграть, на поспать, на посиделки ночью.. Глупо было надеяться, что Джозеф позволит ему это. Дома все стало хуже. Теперь отец выпускал погулять максимум на час, остальное время было занято уроками. Французский, математика, родной немецкий, русский и прочая брехня. По словам Джозефа " язык лучше усваивается в детстве " . И возможно он был бы прав, если бы не просто бил мальчика по рукам за любую ошибку. Сначало это были просто грубые ладони отца, а после в руках появилась и указка. Била она больно, издавала страшный звук при ударах и оставляла болючие синяки на тыльной стороне руки. Слезы так же приходилось сдерживать. Он же мужчина, ему нельзя. Реветь могут только женщины, и то не слишком навязчиво. Хотя, признаться честно.. Фальнессу нравились слезы слабых, благо ума хватило не говорить об этом отцу.
Очередная прогулка по двору закончилась нахождением лягушки. Фальнессу они казались забавными. Поймать лягушку не составило труда, он зажал её меж ладоней и смотрел в маленькую дырочку меж них. Лягушка билась о ладони, оставляя слизкий след. Зачем лягушки существуют, если люди их ненавидят? Зачем существовать без вечной любви от окружения? А чтобы добиться любви - нужно быть либо красивым, либо успешным. Котов любят за их красоту, Собак за заслуги, экзотических животных за их индивидуальность. А за что любить лягушек? Те же козлики куда симпатичнее этих зелёных недоразумений. Может тогда стоит избавить лягушку от гнета общества? Она же точно страдает. Ей просто не хватает мозгов умереть.
Лягушка была вскрыта тем, что попалось под руку. Острый сучок, которым он открыл внутренний мир бедной Жабки, выпустил все, что её тревожило наружу. Наблюдая за тем, как чужая жизнь погасает, он снова почувствовал, как что-то колит в пальцах. Странное ощущение, ему хотелось рассматривать все, что вывалилось из жабы. И он бы рассматривал часами, если бы его не позвали в дом. Пришлось придавить труп камнем и сбежать домой. Нормально ли то, что ребенок в 10 лет наслаждается от убийств невинных? Вряд ли. Будет ли это решаться? Сомнительно.
Сидя за столом он опустошал свою тарелку, стараясь держать спину ровно, пока вдруг входная дверь не открылась. Лицо матери тут же скривилось и она отвернулась в сторону от дверного проёма. На кухню зашел восторженный Джозеф, держа в руках футляр. Он с радостной улыбкой ставит его на стол и двигает к фальнессу
— подарок. Думаю я стоило отдать его на день рождение, но.. Я не дотерпел. — Мальчик заинтересованно замерзал на стуле и отодвигая тарелку пододвинул коробку к себе. Что там? Игрушка? Ой, а может тот игрушечный пистолет? Или та машинка которую он просил? Пальцы зашибурлали на замке, когда он открыл коробку и..
— Боже, Джозеф, ты что ебанулся? — выдала мать, но Джозеф не обращал внимания
— ну? Как тебе? — Мальчик пялит в коробку. Это правда пистолет. Но в руке он совсем не легкий, совсем не игрушечный
— ему 10. — язвит дама. — ему ещё рано, что ты-
— самое то. Первый револьвер, такая гордость, скажи, а? — глаза мальчика светятся. "Револьвер". Отдает вкусом железа на языке, хочется повторять это слово почаще.
— спасибо, пап! — восторженно выдает он и Джозеф улыбается
— думаю завтра можно будет начать практиковать твою стрельбу, да? Ох, какой же будет из тебя охотник — мечтая выдает мужчина. Женщина не выдерживает и встает изо стола, покидая кухню. Где то на втором этаже стукнула дверь.
Следующие дни Фальнесс был вне себя от счастья. Стрелять было правда круто, попадать по банкам и по мишеням. Громкий звук оглушал и вызывал не притворное счастье. Да и Джозеф совсем не злился на ошибки с оружием, мол " для 10-ти Летки - это правда хорошо. " похвала ласкала уши и только подпитывала желание заниматься все больше. Его любят. Его ценят за стрельбу! Такая мелочь, но главное, что его любят. Да и как же приятно представлять, что можно сотворить с этим пистолетом. Он всегда может повернуть дуло в сторону отца или матери. Интересно, тогда их лица исказятся от страха или злобы? А может гордости? Настоящие мужчины не бояться нажать на курок, а тюрьма красит любого мужика. Фальнесс бы тогда имел какое нибудь тату сделанное иглой и чернилами. Оно было бы кривым, косым, но таким брутальным! А брутально ли сдохнуть от заражения крови? Достаточно ли эта смерть мужественная? Думать об этом рано. Он не собирается стрелять в родителей. Он ведь их любит, так? Они дарят ему то признание и любовь в котором он нуждается.
... Сырая комната пропахла ржавчиной и чем то тухлым. Где то в углу капала труба, капли скапливались в тазичке и каждый раз били по ушам. Это напоминало ту японскую пытку, только здесь капля капала не на лоб, а будто в самый мозг. Перед лицом был стол, а над ним висели тясаки, ножи, отвертки и прочая типичная атрибутика маньяка. И Фальнесс сам бы подумал, что его похитил больной маньяк, если бы это,конечно, не был его отец. Сейчас тот вышел вверх, оставляя Фальнесса в старом подвале. Мальчик с удовольствием крутил в руках охотничий нож, царапая им стул, на котором он и сидел. Отец запретил трогать что-то помимо ножа. Да и Фальнессу не то чтобы очень сильно хотелось. Хотя, тот кинжал выглядел весьма заманчиво. Его лезвие было ребристым. Казалось, если вставить его в живот жертве - вытащить его будет адски больно. Хотелось представить как плоть чавкает а жертва вопит от боли, когда он медленно тянет нож из раны.
Сверху послышался скрип, Фальнесс поднял взгляд на лестницу и замер. Отец тащил что-то в мешке.. Или кого то? Взглядом он молча следит за тем, как черный пакет затаскивают на стол, а после, словно какой то сюрприз, медленно разворачивают содержимое. Фальнесс ожидал увидеть все, что угодно. Труп матери,труп их надоедливого соседа или той большой собаки, которая рыла у них под забором. Но это... Это олень? Его стеклянные глаза были устремлены прямо Фальнессу в душу. По коже прошли мурашки и мальчик сжался, пока отец похлопал зверя по шее
— отличный декор из него выйдет, скажи? Голову над камином повесим.— гордо улыбается он. Фальнесс не понимает зачем он здесь. Отец всегда занимался разделкой животных сам.
— чего ты затрясся как девка? Сюда иди. — блондин сглатывает и нехотя подходит ближе, отец слегка подтапливает его в спину и после пальцем тычит в место чуть ниже ребер. — нож крепче держи.. Вот, вот сюда.
Указывает он и Фальнесса передергивает. Он много раз представлял как убивает кого то, представлял страдания. Но сейчас он трясется как сука в период течки. Руки потеют и сам он мешкается, когда дрожащими руками с трудом вонзает нож, отворачивая голову в сторону.
— ну что ты делаешь! Боже, Фальнесс, ты чуть не запорол ему ребра! Я же показываю, ты что вообще дурень? Тоже мне, вырастил на свою голову — он дает ему подзатыльник и после наклоняется к кинжалу, рукой нащупывая — ну точно поцарапал.
Бурчит он.
— ладно, двигай нож до сюда. _ он скользит рукой и останавливается пальцем на нужной метке. В глазах плывет и он снова смотрит на морду оленя, тошнота подступает к глотке. Нож скользит, парню явно не хватает сил, он делает резкие надрезы и останавливается ровно там, где стоят пальцы отца.. Нож выскальзывает из раны и комнату наполняет железный запах. Мальчик смотрит на окровавленный нож и грудь спирает.
Дальше слышит хлюп и он поднимает взгляд, наблюдая как отец без особой брезгливости потрощит тушу. Во рту накопляется подозрительно много слюны, нож падает на пол, а следом за ним на пол выливается сегодняшний завтрак Фальнесса. Его вырвало.
В следующий момент, когда Фальнесс поднимает взгляд, он встречает сначало ошарашенное лицо отца, а потом и озлобленное.
— издеваешься? — грубо выдал он и резко вынул руку из чужого брюха. Он по локоть в крови. Грязная рука хватается за его блондинистые локоны, когда мальчик сопротивляется. Но, думаю не стоит говорить о том, что сила бывшего военного явно превосходит силу 12-ти летнего юноши. Голова младшего оказывается в брюхе животного, отец пару раз буквально ударяет его о труп. Вытаскивает и снова утыкает, крича что-то про то, что он правда девчонка.
И вот, в моменте, его все таки отпускают. Но вряд ли это конец унижений. Фальнесс буквально захлебывается в рвоте и крови с соплями, когда отец буквально закидывает его на стол, прижимает его горло к трупу и подставляет нож к низу живота. Фальнесс тут же замирает.
— мне ничего не стоит сделать новое чадо, раз старое столь неудачного происхождения. — он оставляет царапину и тут же вызывает панику юноши.
— пап, пап, пожалуй-
— скажи это не как Баба.
— я.. Я-
— может правда закончить это? Ещё не поздно сделать удачное чадо.
— нет, я исправлюсь, честно!
— слышу только девичий трёп. — мужчина поднимает взгляд на чужое лицо и слабо давит на нож. — скажи это как мужчина.
Фальнесс всхлипывает, а после с выдохом делает спокойное выражение лица
— отпусти меня. — голос не дрожит, слезы будто высохли. Мужчина молчит, замирая — старый упырь.
Отец ничего не отвечает, просто хохотнув и убрав нож. Руки небрежно столкнули мальчишку со стола, пока Фальнесс с фырком поправляет одежду.
— отлично, отлично!— радуется мужчина и после стучит его по плечу — свободен.
Ты скрываешься за маской благодушия
Социализация - важная часть построения личности. Каждый человек должен пройти через неё, чтобы стать настоящей личностью. И кажется отец догнал до этого слишком поздно. Он резко решил, что Фальнессу необходим друг. И ладно, если бы этого друга Фальнесс выбрал сам. Если бы он сам решил кого он хочет принять в свой Ближний круг. Но, видимо он не так уж и достоин выбора.
— Фальнесс, знакомься, это - Штраль. — перед ним был мальчишка с ярко рыжими волосами, круглые очки отдавали блики, а эта глупая улыбка..
— их семья задержится у нас ненадолго. Уверен вы найдете общий язык, так? — выдает отец, смотря на Фальнесса. Тот вовсе не скрывая отвращения кривится, но на слова отца нехотя кивает.
Этот надоедливый мальчишка..
— ой, а ещё я так люблю человека паука! Нет, правда, ты его видел? — восторженно рассказывает мальчишка, показывая ему страницы комикса. Фальнесс отталкивает от своего лица его руки и закатывает глаза
— я не увлекаюсь такой чушью. — задирает нос мальчишка
— почему нет? Вообще ни одного комикса что-ли? — он оглядывает комнату 'друга' и грустно вздыхает — ужас!
— книги приносят куда полезнее, чем твои глупые рисунки.
— фуу, ты что задрот?
—... Кто?
— заучка!
— это разве плохо? — совсем недопонимает Фальнесс
— конечно! с задротами никто не хочет общаться. Поэтому у тебя и нет друзей. — заявляет рыжий и Фальнесс кривится. " не хочет общаться'. Это ярко и громко запомнилось в голове. Нет, Фальнесс хочет, чтобы его любили.
—... Давай сюда свою детскую чушь. — он вырывает комикс из чужих рук и после добавляет — я это делаю не потому что ты захотел, а потому что мне тебя жаль. — заявляет Фальнесс и Штарль улыбается во все зубы, поправляя очки и утыкаясь в выученные наизусть страницы.
... Этот рыжий не такой уж и плохой. С ним даже интересно. Хотя, Фальнессу не то чтобы было с кем сравнивать. Это первый и единственный "друг" которого он получил сам того не особо хотя. Их семья задержалась в доме довольно надолго, и честно говоря.. Их семья.... Не правильная. Его отец считал своим долгом обнять сына, иногда даже подкинуть над головой и после позвать поиграть на заднем дворе в мяч. Мать всегда улыбалась.
И это было совсем не притворно. Это самая искренняя улыбка, которую он когда либо видел. И все это казалось жутко неправильным. Фальнесса воротило от каждого их действия. Его мать никогда не улыбалась ему по-настоящему. Отец никогда не обнимал и не трепал его волосы. Он никогда не играл с ним ни во что, и если спросить у Фальнесса " какое самое тёплое воспоминание связанное с отцом у тебя есть? " он без раздумий ответит " покупка револьвера". А больше он и не вспомнит. Зато он с радостью перечислит сколько раз его били по лицу, сколько раз ему били по рукам и сколько раз кричали о том, что он ест недостаточно элегантно. Штраль - его противоположность. Он кажется не вспомнит ни единого негативного момента в жизни. Фальнесс завидует ему. Почему именно ему так повезло? Фальнесс заслуживает этого куда больше, чем он.
Пальцы скользили по клавишам, музыка заполняла комнату приятным осадком. Мать стояла за спиной, следя за его пальцами и потягивая вино.
— мм.. Этот твой дружок.. — начала она задумчиво — знаешь, думаю он тот ребенок о котором я всегда мечтала. Талантливый мальчишка.
Пальцы запнулись, а Фальнесс сбился с нот.
— вот опять. — выдыхает она — неужто так трудно просто смотреть в лист и играть? Это самая лёгкая партия, которую я знаю.
Недовольствуется дама, с психом отходя от фортепиано, на которое и опиралась. Её каблуки отдают в ушах, когда она идет к двери
— Сиди и играй. — сказала она на последок, хлопнув за собой дверью. Кажется, вывести мать из себя - ничего не стоит. Парень выдыхает и поднимает взгляд на крышку фортепиано. Мать не забрала почти пустую бутылку вина.
—... Старая маразматичка. — спокойно выдыхает Фальнесс и тянется к горлышку бутылки, потягивая её к себе, нюхая содержимое и слегка морща нос. Ну, он ведь уже достаточно взрослый, чтобы выпить, да? Делая глоток, он чувствует как алкоголь обжигает глотку, льется по желудку и оседает где то внизу. Отстраняясь от бутылки, он хмыкает. Это довольно неплохо.
Так, после каждой сыграной партии он делал по глотку, пока бутылка вдруг не опустела. К тому моменту голова уже кружилась, но это ощущение было необыкновенно приятным. Хотелось прямо сейчас разбить кому нибудь морду, а после лечь спать и забыть все, что было сегодня. Он потягивается на стуле и лениво кладет голову на клавиши, которые издают искажённый звук под его весом. Глаза закрываются, а с лица не слезает довльнвя улыбка. Ему уже плевать, что скажет мать и отец. Что о них подумают их драгоценные гости и как это отразится на статусе их семьи.
Глаза он открывает не от криков матери и отца, а от того, что кто-то тычет ему в лоб. Открыв глаза он видит перед собой морду друга, который смеется с чужого лица
— аха! Ты что пил? — смеется он и Фальнесс выпрямляется
— да, пил. Я уже взрослый могу позволить себе. — высокомерно отзывается он, с трудом удерживая прямое положение спины.
— пфф! Вино - это детский напиток, от него так сильно не пьянеют. — выдает рыжий и после хлопает себя по карманам — у меня есть по-настоящему взрослая шутка!
Он достает из кармана пачку сигарет и показывает блондину
— вот! Все взрослые постоянно курят это! Это типо.. Ну, типо посвящение в взрослую жизнь, как говорит папа
—... Это он тебе дал?
— что?? Нет конечно! Это я стащил у твоей мамы.
— ты.. Что? — Фальнесс оглядывается на дверь — она точно убьет тебя.
— пфф. Женщинам не идет курить. А вот настоящим мужчинам! — он достает сигарету и протягивает Фальнессу, который нехотя зажимает её меж двух пальцев. Видел как мама их держит, значит так правильно.
— вот, да, так.. И это, щасс. — он следом достает зажигалку, на которой нарисована от руки свастика. Это явно зажигалка его отца. Он считает, что все расы кроме высшей не особо то и достойны жизни. Сигарета в руках зажигается и Рыжий восторженно наблюдает, как фальнесс тянет её в рот. Вдох и...
— кха! — он кашляет, пока очкастый смеется
— ты слишком глубоко вдыхаешь! Дым должен остаться во рту!
— а раньше ты сказать не мог? — шипит в его сторону фальнесс и Штраль пожимает плечами
— ты же взрослый. — повторяет он чужие слова и парень фыркает, наконец откашливаясь.. Очередной вдох дыма и на этот раз он приятно вытекает из рта, Фальнесс мычит и делает ещё одну затяжку, после чего сигарету из рук уже вырывает Штраль. Блондин и не противится, лишь наблюдает как тот докуривает его сигарету и снова укладывает голову на пианино. Рыжий глядит на него и с выдохом тушит сигарету и дорогой корпус фортепиано. Не будь фальнессу сейчас так дерьмово, он бы точно врезал ему за такое хамство, но сейчас ему плевать.
Он так же не противится когда ему помогают встать и тащат прочь из зала. В это время все должны уже спать, так что проблем быть не должно.. Но, видимо сегодня все по пизде.
— так, молодые люди. — донесся грубый голос позади. Отец.
— здравствуйте, мистер Джозеф! — отзывается рыжий, мужчина игнорирует его и смотрит на фальнесса.
—... Фальнесс, ты что пьян?— фальнесс пытается отнекиваться, но мужчина уже раскусил его. Ну конечно, от него явно несет алкоголем и куревом. Грубая рука ухватывает его за шкирку и оттаскивает от рыжего, который что-то мямлит и пытается оправдать друга. — ты споил моего сына, мелкий засранец?
Резко выдает Джозеф, переводя взгляд на рыжего, который тут же мотает головой. И опять неудача. Мужская рука скользит в карман рыжего и достает оттуда пачку сигарет. Он осматривает её и раздраженно цокает языком.
— ... Воровать плохо. — мужчина явно пытается сдержаться, чтобы не закричать на обоих и тем более не ударить. — ты. В комнату, живо.
Указывает он Фальнессу, толкая его к проходу
— а ты на кухню. Покажем и расскажем твоему отцу какой мелкий выблядок у него растет. — мальчика хватает за ухо и тащат в сторону кухни. Фальнесс провожает их взглядом и после, мыса от боли в голове, тащится к своей комнате. Ноги становятся ватными, перед глазами плывет. Он не помнит как дошёл до комнаты и как оказался в мягкой кровати. Но это было ахуенно. Быть пьяным - это что-то запрещеное. А запрещеное ему нравится, езумно нравится.
ВЫ НЕ ДОСТОЙНЫ БЫТЬ МОИМ ДРУГОМ, СЧАСТЛИВО ОСТАВАТЬСЯ ПАСКУДЫ.
... Утром единственного друга уже не было. Он уехал а Фальнесс даже не успел к нему привязаться, от чего и становилось тошно. Они вроде и друзья, а вроде блондина и плевать на то, что он уехал. Будто ничего и не поменялось. Только теперь перед лицом не маячат мерзкие лицемерные морды и не провоцируют его на зависть.
— я прощаю тебе это только первый раз, слышишь? — парень кивает, когда ему яростно тычат пальцем в грудак — и только потому что я уверен, что этот чмырь пытался тебя подставить. Я за справедливость, понимаешь?
Уверяет отец, а Фальнесс и не спорит. Брать отвественность на себя - та ещё мука, уж пусть лучше за него отделается смратная патаскуха в виде рыжей морды и этих уродливых очков. Нет, они явно не друзья. И не были ими. Он просто недостоин быть другом такого статного человека как Фальнесс.
— давай, не стоит притворяться, что твои глаза сухи
Годы пролетели слишком быстро. Совершеннолетие это страшное событие. Это совсем не то, что в фильмах. Это не романтическое время, не весёлое и вроде не ужасное. Чемоданы собрали за него, собрали все, что связано с ним. А что неуместилось в чемоданы предпочли выкинуть и продать. Отец объяснял это тем, что ничего не должно держать Фальнесса в этом доме. И его не держит. Даже если бы здесь остались все его вещи. Этот дом не вызывает уюта. Сюда не хочется возвращаться после тяжелого дня, здесь не хочется спать и не хочется дышать. Уж лучше наложить на себя руки, чем вернуться сюда.
На руки дали стопки денег, квартиру и работу ближ этой квартиры. Любой об этом бы мечтал. Но Фальнесса радовало совсем другое - свобода. Никто больше не упрекнет в том, что он не так уложил волосы, в том что недостаточно умылся, в том что он неправильно держит нож и вилку. Он свободен. ОН СВОБОДЕН! Теперь он понимает почему собаки сбегают с дома, почему они не возвращаются даже к хорошим хозяевам. Свобода слаще любого порошка, слаще сладости, слаще слез детей и девственниц. Ничего не переплюнет свободу.
И Фальнесс сделает все, чтобы эта свобода задушила его в экстазме.
Работа - это не весело. Поэтому Фальнесс и предпочитал ходить на неё через раз, слушать замечания босса и как только наскучит - уходить. Наверняка очевидно, что при таком отношении долго оставаться на работе не вышло. Почти через месяц его уволили. Фальнесс не расстроился. Отец оставил ему целое состояние, так что можно было с кайфом пробить себе глотку алкоголем, а разум спустить в казино. Казино это весело, особенно когда из 100 рублей ты получаешь 1000. И Фальнессу очень нравилось запихивать деньги в автомат и ждать выигрыша. Правда вот, если выигрывать не получалось - он начинал психовать подобно буйному подростку и тогда, когда он со всей силы врезал по автомату - его выпнули к чертям. Разочаровывает, но не то чтобы сильно. Тогда Фальнесс открыл для себя новое развлечение. Самовыражение. Он увидел на улице пёстрого молодого человека с размулеванным рылом и... Это было что-то с чем то. Фальнесс тоже хочет отличаться от сброда людей вокруг. Тогда блондинистые волосы и стали ярко красными, лицо стало заливаться белым гримом, а под глазами появилась подводка. И он искренне наслаждался собой, пока ему не показалось и этого малым. На лице появлялось все больше всякого мессева. Он делал и ярко зелёную подводку, и красил ресницы, и подводил веки. Почти каждый новый день - он был не похож на себя вчерашнего. Деньги уходили стопками.
В один из таких дней он психанул и перебил красный цвет чёрным. Краски не хватило только на концы, но впрочем, так ему тоже нравится. Ещё больше своего внешнего вида - Фальнессу нравилось внимание. Он кайфовал от внимания. Искренне наслаждался, когда в его сторону оглядывались, когда ему говорили комплименты и оскорбления. Любое внимание приносило неописуемое удовольствие. А еще больше удовольствия приносили моменты, когда он наконец после оскорбления мог врезать по морде обидчику, а после и самому отхватитт. Это ритуал. И возможно, голубоглазого можно было бы назвать садомазохистом.
Это далеко не каприз. Закадируйся плизз.
Алкоголь обжигал глотку, тело с другом удерживало осанку.
— эйй, дорогуша. — послышался до тошноты знакомый голос, на который Фальнесс нахмурился и предпочёл не реагировать, делая ещё пару глотков игристого. — ну же, где ваши манеры, дамочка?
Слышится голос и парень морщится, ставя бутылку на стойку. Рука сжимается в кулак и он с разворотом замахивается, чтобы ударить, но его руку ловят прямо у чужого лица, крепко сжимая. Рыжая морда даже не вздрогнула, лишь наклонила голову м хмыкнула.
— ага-а. Я же просто познакомиться хочу, не стоит быть такой грубой. — он поднимает руку, показывая более высокому мужчине отпустить руку Фальнесса.
— иди нахуй, мужик. — бурчит фальнесс, презрительно оглядывая чужое лицо.. Откуда он знает его?
— ... Оу. — глаза за очками слегка расширились, когда он с выдохом извиняется — извините, я.. — он заглядывает в чужое лицо и резко улыбается — Фальнесс! Ты что-ли? Да ну! Аха, чего у тебя с лицом стряслось?
Смеется рыжий и парень с недопониманием оглядывает его. Ох. Это Штраль. Он надеялся никогда больше не увидеть его.
— аха, и это тот человек, который твердил " я против пидоров"? —все заливается смехом он.
— Боже, умоляю, заткнись. — бурчит Фальнесс, на что Штраль лишь поправляет очки.
— пошли прогуляемся, как в старые добрые. — ответить Фальнессу не дают. Тяжёлая рука с легкостью поднимает его за шиворот и Рыжий насвистывая выходит из бара, пока извивающегося парня выносят за ним. Он что-то невнятно бурчит, материт мужчину, пока Штраль будто не замечая этого разводит руками
— Ах, честно, я так соскучился, друг мой.— драматично выдает он — ты так изменился! Но, честно, твои глаза всё ещё остаются такими же.. М.. Аха, озлобленными. Не удивлен, что ты все еще всех и вся ненавидишь.
Рассуждает он и резко останавливается, поворачиваясь к Фальнессу, а после делая странный жест рукой. Фальнесса аккуратно отпускают, и тот брезгливо спихивает с себя чужие руки, поправляя одежду
— ... Иди к черту.
— вот! Вот об этом я и говорю! Аха, мне это даже нравится. —ликует он, вызывая очередное недовольство. Фальнесс явно готов снова попытаться его ударить, и Штраль, будто чувствуя это, начинает свою торжественную речь — прежде чем бить мне лицо, выслушай. Вижу у тебя все совсем худо, раз ты ошиваешься в этом сборище шлюх и наркоманов. У меня есть предложение. — он держит паузу, интригуя. — нам в компании так нужны способные ребятки с красивой мордочкой и умением стрельбы.. Ты идеальный кандидат! Помню ты ведь хорошо обращаешься с ружьём, да? Или что у тебя там было.. Неважно. Короче говоря : я предлагаю тебе работу, крышу над головой и бесплатное питание с медкомиссией. Ой, ну ещё крутой значок!
Он достает из внутреннего кармана значок с мордой рыжего клоуна
— скажи же потрясный, а?
—... Ну и пиздец. — кривится Фальнесс и Штраль закатывает глаза.
— вечно тебе все не по душе. — бурчит он и вытягивает руку — ну так что, сделка?
—... Что нужно делать? — фальнесс явно не спешит принимать чужое предложение. Штраль хмыкает.
— ну, конкретно тебе.. Думаю ты бы отлично справился с шпионажем, не будь у тебя таких яркой морды и волос. — он задумался — м. Ты можешь допрашивать наших гостей! Ох, Уильям уже так долго ничего нам не рассказывает. Ты же не боишься пачкать руки, а?
Фальнесс выдыхает и после без лишних слов жмет чужую руку, вызывая довольную улыбку на лице второго.
— отлично, замечательно! — весело выдает он и после отпускает чужую ладонь. Честно, Фальнесс уже хочет свернуть Рыжему шею, размазать его мозг по асфальту и насладиться каждым чужим всхлипом и криком. Но.. С другой стороны, ему предоставили работу, жилье и еду. Терять парню уже во всяком случае нечего. У него ничего то и не осталось, кроме пары баксов в кармане, которые он вероятно уже завтра сольет на пачку сигарет, чтобы грустно постоять на балконе и потупить в закат.
.... Не мечтал, даже не думал, что работа - это кайф. Когда на стуле сидит мужчина, явно запуганный, но ещё недостаточно, чтобы выдать "нужную " информацию. Фальнессу честно говоря плевать что это за информация и зачем она нужна. Ему легче просто не думать об этом. Да и смысл? Всегда можно просто выпустить пар на чужой морде. Разминочные удары, а после в руке оказался и охотничий нож. Единственное, о чем он сожалеет, так это о том, что приходится думать, куда бить чтобы жертва не умерла раньше нужного и в случае чего её можно было залатать. Взгляд скользит по телу, останавливаясь на чужой ноге. Хмыкая, он проходит пальцами по смуглой коже пленника, надавливая и прощупывая, пока над головой послышался сдавленный всхлип. Естественно, он постарался дернуть ногой, но его сил явно не хватит, чтобы порвать верёвку.
— ты всегда можешь просто рассказать. — спокойно говорит Фальнесс, на что мужчина мотает головой
— они убьют меня, убьют! — ревёт он, особо активно пытаясь выпутаться из верёвок
— Ага, а я по головке поглажу, точно. — рука на чужой ляжке сжимается и нож довольно резким движением втыкается в плоть, мужчина вывивается и снова вопит. Его голос отражается от стен и вызывает у Фальнесса то знакомое чувство покалывания в пальцах. Руки слабо потеют и он хмыкает, когда чужая нога дергается и самолично насаживается на лезвие.
— ... Особенность этой модели ножки в том, что она легко проскальзывает в плоть и затруднительно выбирается из неё. — начинает Фальнесс, оглядывая то, как кровь тонкой струйкой стекает по чужой ноге. Это необыкновенно приятно, сердцебиение отражается в ушах. — врачи рекомендуют не вытаскивать лезвие до приезда специалистов. Не только из-за потери крови, но и из-за более рванных ран. Ну, знаешь, его типо хирургическим путём извлекают. Как думаешь, что будет, если я вытащу его просто.. Дернув? Сколько ты сможешь ещё дышать и твердить о том, что тебя убьют?
Рука скользит по рукояти, обхватывая её
— бедра кровоточат сильнее. Думаю, часа хватит с головой, чтобы ты вытек здесь. — мужчина что-то лепечет над его головой, но это явно не похоже на нужную информацию. Скорее на мольбы. А так Фальнессу нравится даже больше.
— ну, если хочешь дальше отмалчиваться, я не против. Нет, совсем не против. — он отпускает рукоять и выпрямляет спину, оглядывая мужчину. Тот с трудом может смотреть в его лицо, свет мешает долго держать глаза на виду, заставляет щуриться. Это даже забавно. Руки в перчатках скользят на чужие плечи в нежном жесте, оглаживая их, с приторной нежностью сжимают их.. Фальнесс наклоняется к самому лицу. Его взгляд долго осматривает каждую морщинку, стараясь запомнить в деталях чужое выражение лица. Лишь после он прижимается грудью к чужой груди, пока лицо приближается уже к чужому уху.
— у меня много времени. И знаешь, оставить нож в твоем теле - это еще веселее. Когда оно начнет отторгать инородный объект и гнить в области ноги.. — с уст срывается тихое хихиканье, пока он гладится щекой о чужие волосы. Мужчина снова дергается, но Фальнесс просто не обращает внимание — это будет та-ак долго. Ты будешь умолять прикончить себя, а я не сделаю этого. Нет, как бы я не хотел.. Я не сделаю. Считай сейчас я делаю тебе одолжение и прошу по хорошему : если не хочешь сгнить заживо, расскажи сейчас все, что знаешь.
Он держит паузу и с выдохом отстраняется, хлопая его по плечам.
— нет так нет. — голос становится мягче — увидимся завтра, хорошо? Следи за ногой! Вдруг она начнет гнить сегодня? Расскажешь же, как это происходит? Сомневаюсь, что в таком состоянии ты сможешь спать.
Корпус разворачивается и Фальнесс вальяжно скользит к выходу, уже отцепляя от ремня сцепку с ключами, когда сзади мужчина внезапно окликнул его. Одумался. Вот и славно.
— мужик! Стой, стой... Я.. Я расскажу! Ладно. — хнычет он, пока Фальнесс перебирает ключи и мнется у двери
— бли-ин, даже не зна-аю. Может ещё подумаешь? Ну, сформулируешь там. Вдруг ты что-то забыл? — он издевается, естественно издевается. Мужчина на стуле ноет от боли и уверяет, что все расскажет, и тогда Фальнесс с выдохом и без особого энтузиазма тянется к рации на поясе, говоря в неё
— Уильям сломался. — кратко выдает он и отходит от двери в сторону, теребя ключи в руках. Не пришлось ждать дольше минуты. Дверь почти тут же открылась и на пороге с лучезарной улыбкой появился рыжеволосый парень, который чуть ли не в припрыжку двинулся к сидячему
— ух-ты пух-ты, Уильям! В думала ты крепкий орешек. — улыбается он, пока Фальнесс сзади не довольствует
— ты отобьешь у него желание рассказывать. — Штраль лишь поворачивает к нему голову и отмахивается, присаживаясь на чужое невредимое колено. Рыжий был высоким, выше Фальнесса на пол головы, так что сидя на коленях у 160-ти сантиметрового запуганного парнишки он выглядел весьма комично. Особенно когда его длинные руки обхватили его за шею,приобнимая и внимательно слушая протяжных речь, что безустанно лилась из рта пленника. Он время от времени спрашивал, убьют ли его, но Штраль продолжал успокаивать, мол : " Фальнесс не только хорошо ведёт допросы, он и в медицине хорош! ". Ага, особенно хорош, когда шьет на живую кривые швы и после особо заботливо поливает спиртом, хмыкая что-то вроде " Да-да, у меня мед образование " .
Находиться в камере во время откровений жертвы было тошно, а Фальнесс такое обычно не терпит. Постояв ещё немного, он с разворотом вытекает из тусклого помещения в светлый коридор, от которого в глазах ребило. Потирая переносицу, он выпрямляет спину и шагает по длинному коридору. По пути он ни раз встречал людей Штраля. Вообще, половина здесь - его бывшие и нынешние друзья, которым Штраль доверяет все. И это раздражает. Фальнесс бы ни за что не стал расскидываться такой информацией на право и на лево. Но Штраль - это другое. Он любил рассказывать все, что сидит в его черепной коробке. Начиная походом в туалет, заканчивая тем, как и где он хранит свой любимый клинок. И хоть Фальнесс Штраля далеко другом не считал, сам рыжий души в нём не чаял. От этого становилось даже неловко.
Шаги остановились у одной из дверей. Снова ключ, замок щелкает и впускает хозяина в свою обитель. Здесь было темнее, чем во всем здании. Фальнесс ненавидел яркое освещение, потому принял решение к чертям выкрутить лампочки на потолке, оставив пару ламп по комнате. Так спокойнее и уютнее. Ноги тащат тушу к кровати, куда он падает, предварительно спихивая тяжёлые ботинки на пол, попутно расстегивая пиджак и откидывая его куда то в сторону. Живя у родителей он учился складывать все на места, прибираться до блеска и никогда не позволял себе ложить в рабочей одежде на постель. Но сейчас.. Сейчас ничего из выше перечисленного не соблюдается. Так живется куда легче и приятнее. Свобода слаще любого наркотика и самого дорогого алкоголя.
С уст срывается тихий вдох и глаза медленно закрываются, погружая мир во тьму. Иногда нравится представлять, что ты - это единственное почему мир вокруг тебя существует. Вот, ты закрываешь глаза и все вокруг исчезает. Отец растворяется во тьме и больше не мучает мать своим существованием, мать исчезает без особогл сожаления, а Штраль.. Штраль вырывается из тьмы, борется и верещит подобно недобитой свинье. Но тьма сильнее. Она сжирает его как лакомый кусочек, не жалеет ни секунды, даже не жует,только глотает.
— Фа-аль! — нет. Похоже тьма все таки не сильнее безумного рассудка рыжего мудака. С недовольным стоном Фальнесс переворачивается на другой бок, пока Рыжий, судя по шагам, расхаживает по его комнате — ты представляешь? Этот.. Аха! Мы словили джекпот, Фаль, этот мудак столько информации вывалил! О своем боссе, о местонахождении их базы и ещё пары секретных баз, а самое главное! Эй, ты слушаешь вообще?
— к сожалению да.
— отлично. Так вот, думаю если мы мягко уговорим их босса примкнуть к нам - мое влияние возрастет до небес! Каждая тварь будет бояться и уважать меня. А мои волшебности будут поистине волшебными. — "волшебности".. Наркотик, который разработали его люди. Да, возможно глюки и кайф он приносит необыкновенный, но ещё больше он приносит умалишённых. Что-то в составе этой кислоты убивает двигательную систему с страшной силой, многие потребители знают риск, но все равно бегут и скупают эту дрянь килограммами. Наркоманы правда страшные люди. Один раз видел "друга" Штраля. Это уже не человек а подобие животного. Его руки почти отказали, он вечно дергался, чесался и шмыгал носом. Тогда фальнесс заметил, что у него нет ноги, и тот, еле поймав его взгляд, радостно сообщил : " да, кто ж знал что меф в перемешку с волшебностью так сработает? Аха! ". Это было смешно. Смешно от того, что тот поистине кайфует от того, как сам себя убивает. Медленно и верно.
— так вот.. Думаю я возьму пару людей и мы поедем. А тут.. Тут мне нужен заместитель. И я думаю, что ты тот, кому я могу доверять. Ты ведь поможешь, да?
—... Да, конечно. На сколько ты?
— аха. Не знаю. Ну, если все будет плохо, думаю до тебя дойдет информация! А хотя.. Давай, если через.. Недельки три не вернусь - можешь смело меня искать.
— за три недельки тебя расфасуют по пакетам и раскидают по лесу. — выдает Фальнесс и Штраль смеется.
— нет, нет.. Им не выгодно меня убивать. Я полезное лицо, знаешь ли. Думаю,если этим неудачникам и удасться меня поймать, то они вероятно будут бережно меня хранить.
— Ага, тебя терпеть столько не выйдет. Если будешь так много и им рассказывать - они прибьют тебя в первые два дня. Но, впрочем, кому от этого хуже? Явно не мне. — пожимает плечами Фальнесс, а рыжий замолкает, подходя ближе к чужой кровати. Тонкие пальцы скользнули к чужому плечу.
— немного теряешься, Фаль. — тон становится более серьёзным. Обычно он такой, только когда Штраль злится. Его задело то, что Фальнесс не будет по нему скорбить? Смешно. — не забывай, что без меня - ты бы стух где то в подворотне. Я тебе свет в будку провёл и хочу, чтобы ты банально слушал меня. Ты слишком много на себя берешь, будучи просто подданым.Чтоб
ты знал, других сотрудников за такое не уважение без колебаний убивали. И мне очень не хочется, чтобы ты повторил их судьбу, хорошо?
Молчание. Фальнесс хочет выдать что-то едкое, подколоть, или вовсе врезать Штралю. Но, что-то внутри останавливает. Нельзя, явно не сейчас.
— ты понял? — повторяет он, а фальнесс резко поднимается в сидячее положение, кивая.
— ага, понял. — бурчит он и Рыжий тут же отпускает его плечо, хлопая по голове
— вот и умничка! Ты за главного, Фали! Будь на связи и будь молодчинкой. — тон сменился на приторно нежный, когда он тараторил свою речь, покидая комнату. Немец смотрел ему в спину, пялил ещё пару минут на место, где стоял очкастый. Руки сжимаются в кулаках, он хмурит брови и после издав разочарованный стон, резко ударяет по столу.
- вот же.. Очкастый кретин. — шипит он сквозь зубы.
.. Рыжий ушёл. Ушёл и оставил Фальнессу "подарок". Возможно, если бы парень думал головкой, а не головой - это бы и сработало, но.. Нет. В тусклоосвещённой комнате Фальнесс разглядывает силуэт забившейся в угол девушки. Она была не связана, но до смерти напуганна. Прижимаясь к углу тесного помещения, она с явным испугом глядела на Фальнесса. А тот, упираясь спиной в дверной проём молча пялился. Пялился на то, как она пытается взглядом найти путь побега, как слезы текут по её щекам вместе с тушью. Её одежда порвана в нескольких местах. Вот, например сбоку на талии. Некогда уложенные волосы растрепанны и пропитаны потом. Но даже несмотря на все выше перечисленнное - она остается весьма.. Красивой. Приемлемой можно сказать.
—... Ведешь себя как запуганное животное. — взгляд скользит к столу, где он обычно оставлял инструменты. Штраль убирал их вообще? Или стоит ожидать от дамы того, что она воткнет штопр ему а глотку?
— ты брала что-то со стола? — резко спрашивает он, переводя взгляд на неё. Она активно мотает головой, но на правду Фальнесс не особо надеется. Подходя к столу, он поворачивается к даме спиной и начинает рыться в ящиках, на взгляд пытаясь вспомнить чего не хватает.. Вот, ножи, вроде все на месте. Один, тот что он использовал на Уильяме - даже не помыт от крови. Вот кляпы, а вот электрошокер и нитки с иглой, вот обезболивающие, а вот спирт.. Стоп. Фальнесс долго оглядывает бутылку спирта, после хихикнув
— прям неразбавленный? Серьезно? — в бутылке не хватало приличного количества. Мужчина поворачивается к даме и она напуганно смотрит на бутылку и закрывает лицо руками.
— ну же. Все девушки любят поболтать. Я не злюсь, просто говори со мной. — поворачиваясь к ней всем корпусом выдает он, а девушка в ответ лишь
— отпустите меня, пожалуйста.. Я..
— на улице поздно. Куда ты пойдешь по темну? Молодым девушкам в такое время лучше быть дома. — издевается он, а после с выдохом возвращает спирт на своё место. Взгляд зацепился за баночку с таблетками. Не хватает минимум 3 таблетки. Он молчит, а после поворачивается к даме вновь
— нет, ты же не можешь быть такой тупой, да? Ты серьезно запила таблетки спиртом? — Фальнесс не ждет ответа, он почти разу движется к даме, которая будто пытается слиться с стеной воедино. Рука ухватывает её за челюсть, заставляя раскрыть рот
— только попробуй куснуть. Все зубы выбью, клянусь. — шипит он и почти тут же запускает два пальца ей в рот, толкая к глотке и надавливая там. Естественно та кривится, выгибается и.. Фальнесс выдергивает руку, позволяя даже вырваться и опустошить содержимое желудка на пол. Брезгливо отряхивая руку, Фальнесс смотрит на напуганную девушку
—... И где он умудрился найти суицидника? Я не верю. Нет, ты не могла не знать. — будто разговаривает сам с собой Фальнесс.
— извините, простите. — снова всхлипывает дама, а фальнесс скользит взглядом по рвоте, кривясь
—... Весь настрой сбила. Я между прочим хотел дружескую беседу, я же все таки джентельмен, знаешь? — попутно с этой речью он ухватывает выбивающееся тело и кидает на стул. Тот скрипит и почти падает, но Фальнесс удерживает его двумя руками, ставя на место. — нет, сука, не смей брыкаться. Я тебе жизнь спас и ты должна быть благодарна. Нельзя таблетки алкоголем запивать, особенно спиртом! Это чистый спирт, дура.
Он тычет ей в лоб, отчитывая.
— а потом что? Решишь может и бензина глотнуть? Он тоже тут есть, хочешь? — он раздраженно выдыхает на очередной всхлип и отстраняется назад, подходит к столу и роется в его шкафчиках. Сзади слышится шорох и парень, не поворачивая головы кривится
— сядь на место. — бурчит он. Он не боится дамы. Видимо Штраль, а возможно и кто-то другой, сильно постарались над её " воспитанием". Хотя, можно ли назвать воспитанным то, что она по ящикам роется? Фальнесс даже на пару секунд залип, пока рукой не нащупал наручники. Уж лучше так, чем она умрет раньше времени. Вновь шорох и Фальнесс фыркает, выпрямляя спину
— я сказал сесть, не- — вот тут то он и поплатился за то, что доверился бедной дамочке. Ну, точнее, мог бы поплатиться, если бы та не была хилой. Стул ударился о спину, удар был сильным, но явно недостаточным, чтобы Фальнесс свалился с ног. Раздражение взлетело до небес. Он резко поворачивается на девушку, которую тут же ударяет с кулака в лицо. Та, от неожиданности падает на пол и хватается за место удара. Её ухватывают за волосы и уже без особой заботы швыряют к столу, там парень так же не медля сковывает её руки наручниками, приковывая её к старой батареи. Вообще, Фальнесс изначально был против нахождения здесь этой штуки, но Штраль настоял, что его пленные должны быть здоровыми.
— вот же сука. — бурчит он, с рычанием потирая спину. — ты ниже меня в 2 раза, куда ты вообще пыталась меня оглушить? Как?
Бесится Фальнесс, а после, с явным психом пинает стул, айкает от боли в ноге и выходит из камеры, оставляя даму в одиночестве. За дверью теперь слышатся только раздраженная речь мужчины, очередной пинок в стену и после уж щелчок двери. В комнату вместо садиста заходит ещё одна дама с шваброй и ведром. Она не обращает внимание на просьбы помощи и просто молча убирает рвоту с пола. Ставит стул на место и закрывает не закрытые ящики. И вот, девушка снова одна. Руки уже ломит и она даже жалеет о своем порыве к воле.
Раньше казалось, что уж лучше бы её оставили в покое. Но теперь, когда она второй день сидит у батареи и наблюдает только даму, которая кормит её батончиками и поит водой, а после уходит. Она не общается, не разговаривает и смотрит сквозь душу. Может он глухонемая и вовсе не слышит? Но тот мужчина же попросил её убраться. Значит слышит. Почему тогда молчит? Они ей запрещают?
...
— нет, пойдем искать его.. Ну.. Потерпим недельку, ладно? Он сам просил. — пожимает плечами Фальнесс
— думаете, Босс? Он не отвечает по рации и..
— я не Герой, чтобы нестись за ним и тапки терять. Потом, ничего с ним не произойдет. Да и он сам попросил, я не могу спорить с боссом. — повторяет слова Штраля он. Вообще, он в целом не хочет за ним идти. Без него как то.. Как то хорошо что-ли? Никто на мозги не насидает.
—... Как скажите. — выдает мужчина и выходит из кабинета. Фальнесс провожает его взглядом и хмыкает, ещё пару секунд залипая на дверь. После взгляд опускается на монитор компьютера и скользит к стикеру с подписью " навестить суицидницу ". Он останавливается на нём и выдыхает. Убить её слишком скучно, но пытать ради чего? Обычно он делал это для информации, но эта дама.. Она ведь бесполезная. С чего Штраль вообще взял, что она ему понравится. Эта нюня скорее бесит. Но, навестить стоит. Там и решит, убить её или не стоит?
Перчатки скользят на руки, когда он останавливается у двери и перебирает ключи, вставляя нужный. Замок щелкает и парень присвистывая заходит внутрь, захлопнув за собой дверь. Оглядев камеру он улыбнулся
— удивительно. Я думал будет засрано. Розина тебе что тазик подносила, чтобы ты не гадила под себя? — дама хмурится. Фальнесс отмахивается — да ладно, знаю. Не тазик, скорее горшок.
Хихикает он и усаживается на стул, слегка качаясь на нём
—... Хочу в туалет. — резко выдает девушка и Фальнесс выдыхает.
— я горшки не ношу.
— я хочу в нормальный туалет.
— пфф. Ещё чего?
— я сделаю это под себя.
—... Все вы девки такие? — бурчит Фальнесс. Прошлый опыт с пыткой дамы закончился тем, что она харкнула ему в лицо, после того как Фальнесс её поцеловал. Но, было весело. Особенно когда он пришивал её верхнюю губу к носу, а нижнюю к подбородку. Ах, старые добрые.. КХМ.
Поднимаясь с стула, тот отстёгивает одну её руку, осматривая запястье и хихикая.
— смотрю ты очень хотела прогуляться, да? — хихикает тот и тянет её за наручник, слыша от дамы стон боли. Мурашки проходят по коже и он блаженно выдыхает. Дамы всегда вызывают больше мурашек, чем мужчины. Он терпеливо наблюдает как та неумело встает на ноги. Видно те затекли.
— чтоб ты знала, это единственный раз, когда я выгуливаю тебя. В следующий раз позову нашу любительницу. — хихикает он и уже тянет её за собой.
Та морщится, когда они выходят в коридор. Фальнесс кажется вообще не заботится о её ногах, учитывая что он лишь подтягивает наручник вверх, когда та спотыкается. Взгляд дамы скользит по стенам. Они совершенно одинаковы и она даже не может вспомнить с какой стороны её сюда привели. Она врезается в спину парня, когда тот останавливается и открывает дверь. В нос ударяет не шибко приятный запах, когда её затаскивают в нутрь, а после не церемонясь заталкивают в одну из кабинок.
— ну трусы ты то сама снять сможешь, да? — напоследок выдает тот и судя по шагам отдаляется к зеркалу, что-то насвистывая..
... Прошло минут 5,а от дамы не слуху не духу. Фальнесс, если честно, начинает уставать. Выдыхая, он разворачивается к кабинке
— выходить собираешься?
Молчание.
—э-эй?
Молчание. Фальнесс фыркает под нос и ухватывается за дверцу, дергая её на себя и тут же вздрагивая, когда дама замахивается на него отстегнутым наручником. Естественно, отбить атаку не составило труда, но вот сдержать злобу.. Тяжело.
— ну вот опять!— он отмахивается от чужой атаки и просто махом ударяет даму по лицу — ну почему ты не можешь вести себя как человек? Я пытаюсь с тобой просто настроить беседу, а ты..
Он стискивает зубы и опять ухватывает ту за наручник, выдавливая из женского горла сдавленный болезненный стон
— пошел ты, мудила! Ты.. Вы похитили меня! — резко верещит та, вызывая у парня ступор. Чего это на неё нашло? Её голос все еще дрожит, но она довольно умело подбирает оскорбления в сторону Фальнесса.
— ты мудло! Крашенное подобие клоуна, нет, нет.. Ты сука и есть клоун! Выглядишь как недотраханная давалка и.. И.. — она довольно быстро сбилась, захлебываясь в слезах — отпустите меня.. Я.. Я умоляю! Пожалуйста..
Фальнесс пялит на неё ошарашенным взором и после расплывается в кошачьей улыбке, ухватывает её за лицо и тискает за щеки
— утютю! Хорошо же начала! У меня даже встал. — смеется он и дама с отвращением пытается отпрянуть, на что Фальнесс лишь отстраняет руки от её щёк, снова ухватывая за наручник.
— ладно, я то думал ты в восторге от меня, судя по твоему яркому описанию. — пожал плечами он.
Сырая камера вновь окутала обоих. Парень возвышался над ламой, пока та уже не особо пытаясь отползти, просто утыкается в свои колени и ревет
— ну, прекращай. Я ещё даже ничего не сделал. — он треплет ей волосы, а после ухватывает под руку и закидывает на стул. Не поворачиваясь к ней спиной, он достает из ящичка нож, крутя его в руках и хмыкая
— ты правша?
— левша.. Я левша.
— ого, Супер. — он подходит ближе к хрупкой фигуре и придавливая её плечо к спинке стула, прислоняет кончик лезвие к её декольте, надавливая — только не дергайся. Я хочу посмотреть в нетронутом виде.
Улюлюкает он, и дама вправду замирает, что-то бурча о пощаде. Фальнесс не слушал. Нож плавно втыкается в одежду и скользит вниз с характерным звуком. Далее, ещё не особо томя, рука раскрывают зрелище, раздвигая ткань. Взгляд скользит по талии, тормозил на груди и поднимался к шее. В горле пересохло и Фальнесс даже торжественно присвиснул.
— прекрати. — вновь потребовала дама.
— не то, чтобы ты особо сопротивлялась. — пожал плечами в ответ Фальнесс. Взгляд зацепился за что-то нарисованное на руке. Он укладывает руки на её плечи, поглаживает и после нежно спускает с плеч рукава кофты. Теперь можно было разобрать номер телефона с подписью " принадлежит ". Парень хихикает под нос и вертит чужое предплечье
— "принадлежит" — повторяет он и хихикает, но не успевает срастить шутку, как натыкается на очреденое тату с женским именем — а.. Афина.. Кто такая Афина?
Он поднимает взгляд на заплаканное лицо
— я. Я Афина. — Фальнесс смотрит в её лицо и снова смеется, тыча в надпись под её грудью.
— а это набили, чтобы не забыть кого ебут? Боже! — он гогочет, а дама мнется — нет.. Нет.. Правда, зачем?
— ... Ну, нас много, хозяин забывает.. — тихо отвечает она и стыдливо прячет лицо за волосами. Парень пожимает плечами
— м. Тогда видно придется с резинкой. — уже более спокойным тоном выдает он — когда Штраль сказал " шлюха" я подумал, что он шутит.
— я.. Я не шлюха! Я просто состою в гареме..
— круть. Мне легче называть это "шлюха" — отмахивается он и уже игнорируя последующие возмущения, скользит пальцами к её брюкам. Спотыкаясь о ремень, он прикусывает язык и откладыва нож начинает расстегивать его. После и ширинку, а после снова скользя пальцами к бедрам, хватаясь за край. Он дергает их вниз, стягивает полностью и снова в наглую пялится. Рука назойливо скользит по внутренней стороне бедра, пока руки дамы пытаются прикрыться там. Забавно, но кроме этого особых сопротивлений нет. Руки не особо мешают разглядеть надпись на внутренней стороне бедра. Раздвигая ей ноги, он наклоняет голову на бок и специально вслух читает, еле сдерживает смех
— " райская обитель " - это мастер имел ввиду вход? — хохочет он, скользнув пальцами ближе к интимной зоне, заставляя Афину рвано выдохнуть. С уст срывается смешок и он утыкается мордой ей в ключицу, мерзко проводя языком вниз, к груди.
— да ну. Правда даже дергаться не будешь? Так не интересно. — выдыхает он, спокойно скользя рукой под её бюз, оттягивая на себя и ножом разрезает его, высвобождая чужую грудь. И даже на это дама лишь прикрывает интимное место и что-то тихо бурчит. — совсем не интересно. Давай добавим перчинки?
Рука с ножом скользит меж грудей и он прикусывает губу, дразняще царапая область меж грудей кончиком ножа. Девушка сжимается спиной в спинку стула и пытается отдалиться, но это мало помогает.
— как думаешь, зачем был тот вопрос? — девушка с непониманием смотрит на парня, а тот скользит к её левой руке — ну? Твои версии?
—... Хочешь изуродовать меня, да? Убить?
— не знаю. Я ещё сам не решил — пожимает плечами он, а после резко поднимает руку вверх, ухватывая ту за плечо. Девушка дергается и не успевает ничего сказать, когда нож резко вонзается прямо меж ключицей и плечом. С уст дамы вырывается крик и Фальнесс повторяет его за ней, попутно заливаясь смехом. Нож дергается вниз, после тормозит у самой подмышки и вылетает из раны. Фальнесс откидывает нож, осматривая порез и только сильнее краснеет от странного тепла, которое разливается по телу. Пальцы раздвигают рану, вырывая ещё один вскрик. Он специально давит пальцем на рану, наслаждаясь криками агонии. Тело дамы трясется и она наконец начинает по-настоящему вырываться. Пинается, толкает его и верещит. От всего этого Фальнессу явно сносит крышу. Дрожащими от возбуждения руками он сжимает её плечи, а после и блаженно выдыхает. Нож, ранее откинутый на пол, он пододвигает к себе ногой, совершенно не заботясь и стерильности. Наблюдать как жертва гниет - ещё интереснее. Вызывает даже большее возбуждение.
Под стоны боли он прижимает её к стулу, назойливо целует линию челюсти, с явным наслаждением слизывая соленые дорожки и с таким же удовольствием целуя свежую рану. Одной раны жалко мало. Левая рука дамы снова оказывается зажата в его собственной, когда лезвие скользнуло в локоть. Оно не вошло до конца, буквально кончиком. Но это уже вызывало адскую боль и дерганья дамы. От этого становилось всё жарко. Он смотрит на неё завороженным взглядом и медленно вытаскивает нож.
Рука тут же сжимает её локоть, на что та выгибается и кричит, слезится и пытается отпнуть парня. Но, мало выходит, учитывая, что тот находится посреди её ног. А руки.. Ну, одна рука ещё способна толкаться. Но сил явно не хватает.
— прекрати! Это больно..
— больно.. — повторяет он, как будто это какая-то изысканная сладость. — бо-ольно.
Левую руку так и не оставили. Под очередные мольбы он вытягивает руку дамы на себя, урчит ей в лицо и после обхватывает её ладонь, заплекаясь пальцами в её пальцы.
— романтическая сцена, да? Любишь романы? — хихикает он, будто пытаясь отвлечь её. Лезвие скользит меж средним и указательным пальцем, он задерживает дыхание и..
— стой! Стой, пожалуйста, стой! Я могу рассказать где Штраль! Пожалуйста.. — Фальнесс замирает и улыбка с лица тут же слезает. Он переводит взгляд на неё и хмурит брови. Слушать про этого муденя вообще не хочется, особенно в такой интимный момент.. Но, с другой стороны.. Можно сказать, что Фальнесс соскучился. Он пытался отрицать, убеждать себя в том, что он чертовски ненавидит Штраля. Но как не крути - Штраль вытащил его. И чтобы не чувствовать чувство долго и не задевать свою гордость, стоило бы спасти мудака.
— ... Что прости?
— я знаю где Штраль. Я расскажу, только прекрати, хватит. — хнычет она и Фальнесс с недовольным выдохом убирает нож в пояс. Его торс лениво склоняется вперед, голова ложится на плечо, а рука скучающее скользит от груди до лобка и обратно.
— ... Если кратко : то Штралю ничего не угрожает. Он.. По словам хозяина он просто проверяет тебя.. — тихо выдает она и ерзает на стуле от явного некомфорта, который Фальнесс полностью игнорирует. — типо.. Ну, ты пойдешь его вытаскивать или?
— не знаю, западло. — пожимает плечами Фальнесс. Он чувствует раненную руку девушки на боку, её пальцы вероятно пытаются незаметно достать нож, чтобы отбиться от парня. Он с выдохом отталкивает её руку
— ... Он убьет тебя, если ты не придешь.
— ппфф. Он? — Фальнесс посмеивается и после с выдохом отстраняется от Дамы, расстегивая свой пиджак и на время замолкая.
— но я рассказала, ты не-
— ты мне опять все уронила. — недовольствует Фальнесс и просто отдает ей пиджак — у тебя талант. Хорошо же начинали, я думал уже провела незабываемый вечер с дамой! А ты.. — он держит паузу, выдыхает и выпрямляет спину, поправляя галстук — сотрудники знают о плане их чудо-босса?
— вряд ли. — уже не так уверенно говорит девушка, прикрывая тело чужим пиджаком. Фальнесс хмыкает, на пару секунд задумываясь
— отлично, просто супер. Думаю, мне компания будет более полезна, чем нашему маленькому наркоторговцу. Адрес. — командует он и дама, закатив глаза на чужие слова тихо выдает: ....
"вам прощенья не хватает. Не хватает доброты!"
— вы же сказали, что подождете ещё недельку, и..
— чш. Мне птичка напела, что наш дорогой босс в тяжёлом состоянии!! Нам нужно срочно его вытаскивать, я.. Я на самом деле так волнуюсь. Если мы не сможем, кто ж тогда будет руководителем? — голос дрожит, изображая волнение, на что сотрудники лишь согласно кивают
— нужно вытаскивать босса! — соглашается толпа и у Фальнесса от души отходит.
Подготовка - дело посредственное, учитывая что люди привыкли быстро готовиться к вылазкам. Правда вот, Фальнессу пришлось не договорить им одну деталь.. Выживет только один. Должен быть один Герой, и как бы Фальнессу " не " хотелось, он возьмет эту роль на себя. Он заберет ганарар, он продаст остатки компании и он уничтожит все её остатки. Никаких онемевших наркоманов, никаких больше мерзких подлиз и.. О, Афина. Вероятно она ему больше тоже не понадобится. Хотя, почему бы на последок не доставить себе удовольствие? После миссии у него будет слишком мало времени, а перед.. Нет, он не успеет. Похоже, бедная Афина останется здесь до его приезда. Потом он скорее всего пристрелит её. Хранить с собой опасную суку - которая в случае чего грызет тебе руку и пытается убить.. Идея не из лучших. Было бы время - он бы с радостью сделал из неё отличного ручного зверька. Но времени в обрез, а Афина не шибко то и стоит риска.
Адрес - по виду старый наркопритон. Сейчас Фальнесс стоял у деревьев с нешибко большой толпой людей.
— максимально незаметно, без шума пробираетесь в здание и ищите возможное нахождение босса. Если ситуация не критическая - мы никого не убиваем, ясно? — командует Фальнесс, а после жестом указывает разделиться по периметру. Сам он остается в зоне хорошего обзора, уткнувшись взглядом в маленький экран. Зелёные точки отдалялись от него и шли в здание. Вот, несколько внутри. Больше половины внутри и.. Почти все. Фальнесс мечтательно вздыхает и переводит взгляд на здание
— ну карманы же стоит проверять. — выдыхает Фальнесс и нащупывает кнопку, которую он не особо торопясь зажимает пару секунд и.. Внутри здания слышится шум, взрывы и кажется он видит как потолок рушится на чужие головы. Отвести взгляд он не в силах, уж больно он доволен своим планом. Двух зайцев одним выстрелом! В этом здании точно были не только его люди. Люди другой организации тоже должны были быть там, ну, если верить Афине. А он ей верит. Она ужасно врет и так же отвратительна в попытках убийств и самообороны.
И вот, блаженно любуясь оседающей пылья, он наконец движется по кустам ближе к зданию. Ну, к тому, что от него осталось. Вальяжной походкой он перешагивает руины, слышит как кто-то ещё хрипит под обвалами и настроение взлетает до небес. Но.. А Штраль то где? Он убил и его? Вообще, это не входило в его планы. Он не расчитывал, что здание окажется настолько хрупким.
Хмыкая, он вертит пистолет в руках, заглядывает под обвалы, под которые может и после тихо выдыхает
— Ну же, Штраль, ты же мог умереть вот так. — бурчит он и посое опускает взгляд под ноги. Подошвой он отодвигает небольшой камень и понимает.. Это люк в подвальное помещение. На лице играет улыбка и он весело хихикнув тянется к ручке, чтобы открыть..
— ублюдок! — слышится сзади и парень успевает только обернуться, когда его валят на пол, выдавливая сдавленный стон. Мужчина над ним замахивается и бьет по чужому лицу, Фальнесс закрывается руками и направляет на него пистолет, но опять же не успевает выстрелить. Пистолет выбивают из рук. — мудло! Ты убил их, убил их всех! Я знал, знал что тебе нельзя доверять, ты-!
Рука Фальнесса нащупывает осколок камня и он не раздумывая ни секунды резко ударяет по чужой голове. Мужчина над ним вскрикивает от боли и хватается за место удара, мыча и ослабевая. Фальнесс сталкивает его с себя и пытается отползти к пистолету, адреналин кипит в венах. Он не хочет умирать, только не так. Рука тянется к холодному металлу и..
— агх! Сссука! — острая боль пронзает тело. Мужчина воткнул нож ему в ногу, резко потянул вниз и Фальнесс не смог сдержать слез. Скуля от боли, он все таки выхватывает пистолет, когда его за ногу тянет по земле обратно
— я убью тебя, убью тебя, уебка. — он замахивается уже ножом, фальнесс переворачивается на спину и совершает прямой выстрел в чужое плечо, заставляя выронить нож. А следущий выстрел пришёлся в чужой лоб. Тело над ним замерло, взгляд остекленел и тело грохнулось на него сверху. Фальнесс сталкивает его с себя и ноет, от боли, пару раз ударяя пистолетом по полу
— сука.. Блять, нет, мм.. — он дрожащими руками тянется к ноге и пытается зажать рану на икре, скуля — уебок.. Кретин, мудак.
Фальнесс сжимает рану и тело трясет от боли, когда он переводит взгляд на подвал. Надо вытащить Штраля. Тот ему поможет. Он знает толк в медицине, он точно не оставит Фальнесса вот так. Терпя боль, он со второй попытки поднимается на ноги, открывает крышку подвала и хворая спускается по лестнице, держась за стену. Слезы текли по щекам, обжигали. Он пытался их сдержать, пытался утереть и скрыть. Мужчинам недозволенно реветь. Ему нельзя. Но, разве организму прикажешь? Вряд ли.
Тяжёлые шаги спускают его вниз. Тут куча труб, а в конце ещё одна дверь. Крепко ухватываясь за ржавые трубы, он тащится к двери. За ней он слышит звук удара, а после и крик. Рука уверенно ложится на ручку, и он почти падает в комнату, но с трудом удерживается на ногах. В комнате на него устремленно два взгляда.
Рыжий прикованный к столу и белобрысый в дорогом пальто. Второй явно недоволен появлением Фальнесса
— а вот и виновник! — размахивает руками он, — Штраль, ты сказал, что он просто убьет пару человек. Не всех! Не разрушит мое здание и не-
Фальнесс не особо слушал. Когда голова белобрысого отвернулась к Рыжему, он вытягивает руку и стреляет. Тело падает рядом со столом и тихо хрипит от выстрела в грудак. Он пытается зажать рану руками, но парень добавляет ещё пару выстрелов ему в живот, когда подходит.
—... Аха... Аха! Фальнесс, я знал! Знал, что ты придешь! Боже, он спятил, я думал он убьет меня! — Парень молчит, расстегивая ремни на чужие руках и ногах — Боже, я был на волоске от смерти, понимаешь?
На нём ни царапины. Он в целости и сохранности. Фальнесс снова молчит, когда рыжий подскакивает с кушетки и резко обнимает еле стоящего Фальнесса. Тот утыкается лбом в его плечо и молча слушает поток мысль Рыжего.
— я.. Я так волновался за тебя. Я думал его люди убьют тебя, а ты у меня самый смышленный, знаешь? Ах, а как играешь на своем этом.. Эээ.. Пи.. Пианино! Вот, да.
— фортепиано.
—а? А, да, точно. — отмахивается Штраль, трепля чужие волосы — я успел соскучиться по тебе. Ты правда у меня самый-самый лучший! Спас меня от смерти! Никто другой бы не смог.
Фальнесс молчит. Он ощупывает спину Штраля, воля по ней пальцами. Нет, тот точно невредим.
—... Зачем ты продолжаешь врать?
— чего? Ой, Фаль, не выдумывай, ладно? Пошли домой, обработаю твою ножку и мы соберем новых людей, раз этих ты.. КХМ, не важно. Поиграешь мне свои наты.
—... Ноты. — огрызается Фальнесс. Честно, он ненавидел когда ему врали, но это терпимо. Вполне терпимо
— какая разница? Одна и та же хуйня — отмахивается Штраль и уже собирается отстраниться, когда Фальнесс резко ухватывается за него крепче, прячет лицо в его плече. — воу-.. Слушай, Фаль, мы не в романтическом сериале, а ты не милая девчушка. Давай прекращай, это как то по.. Пидорски. — он хлопает Фальнесса по спине
— ты мой друг. — руки крепче сжимаются на спине — единственная слабость, да?
— бля, прекрати, ну все. — Штраль слегка толкает его плечо
— я ненавижу слабости. — он держит паузу — у меня один патрон.
— чт- — выстрел громко звучит в тишине комнаты. Штраль стоит над ним и из рта начинает сочиться кровь, он кашляет и хватается за место выстрела. Фальнесс не держит его больше, позволяет упасть на пол и начать захлебываться в собственной крови. Пистолет падает рядом с чужой головой, а Фальнесс, наблюдая как жизнь покидает тело друга, отступает назад, хворает и в конце концов падает возле шкафчика.
— вот же блять. — руки предательски дрожат. Нет, не от грусти. От боли в ноге. Если ничего не сделать - он точно сгниет здесь вместе с трупами. Часа вполне хватит, чтобы он вытек как дырявый пакет с молоком. Руки тянются к шкафчику, он роется в нём и выкидывает от туда вещи. Здесь куча оружия и.. Вдальней части он находит аптечку. В панике открывая её, он закидывается обезболом. Да, подействует он не скоро, но должен. Там же он находит спирт и нитки с иголкой. Похоже, здесь была такая же пыточная. Тяжело дыша, он ухватывает щипцы. Их он обливает спиртом и под собственный вой боли достает осколки камней, стекла.. Все таки он прокатился по земле раной. Естественно, все вытащить не выходили возможным. Стоило оставить Штраля живым. Он бы помог.
— нет, нет. Я и сам справлюсь. — убеждает он себя, смачивая иглу спиртом — мне никто блять не нужен.
Голос дрожит и игла втыкается в кожу под жалкий вой. Он зажимает во рту бинты, пристально следя за иглой. Она двигается рвано. Он делает большие перерывы между тяжками и просто ревет. Это отвратный процесс. Тяжки получались кривыми, неопрятными. Но сейчас ему плевать. Лишь бы закрыть рану. Последний узел и рука снова тянется к банке спирта, которой об обливает рану и ту сводит судорогами. Далее он крепко завязывает её бинтами и тяжело дышит, открывая голову назад.
— аха. Фальнесс и сам со всем справится. — он тихо смеется и закрывает лицо руками — Wie sehr ich euch alle hasse..
Тело слабеет. Он устал. Он ужасно устал. Вот сейчас немного поспит и уйдет. Поспит и все пройдет. И боль в ноге, и боль в лице, а может и проблемы улетучатся? Все вокруг темнеет и он проваливается в тьму с головой.
— ты опозорил нас, Сын — звучит мужской голос.
— Ich wollte es nicht. Ich werde alles in Ordnung bringen. — отвечает детский голос. Он совсем тихий
— исправишь? И как? Ты умер. Ты умер и ничего никому не доказал. Ты умер с позором.
— Nein. Ich konnte nicht sterben.
— не спорь со мной! — голос искажается в женский и на плечах чувствуются нежные женские руки.
— я даже рада, что ты умер. Ну, в смысле, я никогда и не хотела ребенка. Это, так скажем.. " поздний аборт" — голос отражается в ушах, он слышит его совсем плохо, он искажается и каждый раз становится все тише. — ты причина всех моих неудач. Из-за тебя я потеряла ту красоту, потеряла своё детство.
—Ich kann kein Mitleid aus mir herausdrücken. — признаётся мальчик, пожав плечами. Тогда руки дамы до боли сжимают его плечи, а после и давят как настоящие копыта, заставляя прогнуться вперед, с трудом держась на ногах. Перед лицом образовалась морда Оленя. Он величественно поднимает рога к солнцу и бархатным голосом ласкает слух
— они могли бы прожить шикарную жизнь. Почему ты лишил их этого? — при попытке ответить в горле предательски пересохло, а вместо слов вырвалось тихое мычание — потому что тебя обидел факт того, что ты не важен для них?
—...Nein. — с трудом выдавливает он, а олень угрожающе тычет в него рогами.
— да. Точно да. Ты был уверен, что ты важен для Штраля, да? Что он твой друг. А он даже не запомнил на чем ты играешь. Держу пари, он не помнит твоего полного имени, потому и зовёт тебя " Фаль".
— Lüge. Ich werde meine Ohren schließen — но при попытке закрыть уши, руки с болью выворачивает, а крик глохнет в лёгких.
— от правды ты не уйдешь. Как думаешь, "Фаль", хоть для кого то из твоих знакомых ты был чем то.. Стоющим? — морда оленя приближается совсем близко, он прижимается носом к его лицу и его шерсть медленно слезает с лица. Под шерстью появляется женское лицо Афины. — даже для.. Меня.
Её голос ударяет по ушам.
— может у вас с ней что-то бы сложилось? — нежные пальцы скользят по щекам, оглаживая лицо
—...
— ты и не пытался.— она приближается к его лицу, касается его губ своими и шепчет : — ты видишь в людях лишь мясо
Её глаза выкатываются из орбит, лопаются. А кожа слезает с лица, оголяя плоть и скелет
— думаешь никто тебя не достоин. — твердит она и её голос искажается миллионами других голосов. Он все их где то слышал, но явно не помнит где. — а в конце? В конце ты остался один. Ни одного куска мяса рядом нет. Это твоя вина.
Руки на щеках резко сжимаются и Фальнесс пытается одернуться
—Es ist nicht meine Schuld! Es ist nicht meine Schuld! — голос с каждым повторением становится только громче и в конце концов..
Глаза резко открываются. Он тяжело дышит и понимает, что он далеко не в том подвале, где был ранее. Эта комната не похожа ни на одно место, где он был.
— очнулся! Очнулся! — резво звучит где то рядом, но Фальнесс не находит в себе силы обернуться на звук.
— не юли. Нашему гостю нужен покой. — звучит женский голос и он слышит цоканье каблуков, а после и скрежет. Кажется к мягкой кровати пододвинули стул, на который после с скрипом сели.
— гостю? Я думал мы оставляем его. — более грубый голос донесся с другого бока
— паучок, я не могу оставлять гостей насильно. — женская рука скользит по его груди, надавливая на грудную клетку — если бы могла, его душа была бы у меня в руках, ясно?
— ... Пф. Сомневаюсь, что он согласится, после того как наш любезный Аньон решил показать ему сны для настроения
— я попрошу. Разве это было не веселым занятием? Да и это помогает людишкам просыпаться с светлой головой. — Фальнесс чувствует как тонкие пальцы скользят по его лбу и резко дергается — ой. Вот! Он в сознании.
— да ну! — лицо резко наклоняется к лицу Фальнесса. Чёрные бездонные глаза окутывают его холодом и он тут же отталкивает чужую морду от себя, поднимаясь в сидячее положение
— гх.. Что за нахуй? — бурчит он, оглядываясь и.. Он точно все еще не спит? Взгляд скользит сначала на фигуру, которую он оттолкнул. Красноволоаый парень, чьи волосы на концах будто подгорели. Волосы напоминают угольки, а лицо.. Его глаза чёрные, из них фонтаном течёт вязкая темная жидкость, которая волшебным образом не скатывается с подбородка. Одет он в какое то рванье. Куча браслетов, брелков и ожерельев.. А на груди он видит бейджик с подписью "Культус". Далее взгляд скользит к мужской фигуре с грубым голосом. Его длинные волосы стекают по плечам, переливаясь в болотно зелёный. Взгляд скрыт за тёмными круглыми очками. Вроде ничего не обычного, пока взгляд не цепляется за две пары рук.. Видно это он " паук". На его груди такой же бейджик "Акавиш". После он оглянулся на стоящего за спиной. В глазах зарябило от яркого цвета, и фигура, будто почувствов это, понизила свою яркость что-ли? Это был.. Ангел. Его темные волосы струились кудрями, лицо закрывала чёрная тряпка с золотым крестом, а на самом нём было белое одеянье, которое было явно велико ему. Из под него выглядывали ноги, которые из молочно-белого переливались в чёрный, оставляя следы на полу. За спиной он видит крылья, а над его головой - нимб. За чёрными волосами он еле как разглядел бейджик с "Аньон"
И вот, последняя фигура. Женская фигура. Та выше всех в этой комнате, её глаза бордового цвета, слегка отдают зеленоватым.. Белые волосы завязаны в изящный хвост сзади, а на макушке красуются два высоких уха. На лице он заметил красные отметины. На него была кимоно? Чёрное кимоно с золотой отделкой и красными деталями. А за её спиной.. Он увидел кучу лисьих хвостов, которые будто жили своей жизнью. На её поясе была закрепленна лисья маска, а на запястьях блестели золотые браслеты. На ней бейджик выделялся белым "Шира".
— Аха, смотрите как он пялится на неё! — резко и звонко загоготал Культус и скользкую ближе к даме, заползая под её руку, скрываясь там полностью, выползая уже с другой стороны.
— прекрати, Культ, не пугай нашего гостя. — выдает дама, оглаживая его по волосам, от чего он, подобно псине трется о её руку — извини, что притащили тебя без спросу. Аньон нашёл тебя, когда выходил на вылазку. Надеюсь он не сильно тебя напугал?
Фальнесс хмурится
— где я? — требовательным тоном выдает он
— Боже. Аньон никогда не притаскивает вежливых. — шипит Акавиш с явным акцентом, складывая одну пару рук на груди, а вторую укладывая на собственные бедра.
— ходили бы вы сами за душами, мистер. — спокойно отвечает он, на что Широ резко поднимает руку, заставляя обоих замолкнуть
— Господа, прошу. — шипит она, а после, откашливаясь, выдает : — обычно Аньон забирает души тех, кто на грани смерти. Но ты.. как сказал наш коллега :
Она взмахивает рукой в сторону Ангела
— его душа сильная. — сладко лепечет он и Фальнесс морщится
— я спросил: где я? И добавлю : что вам, упоротым, нужно? Какие души? — бурчит Фальнесс.
— .. Ладно, ближе к сути. — она поднимается на ноги, возвышаясь над кроватью, а из под её рукава выбивается Культис, отряхиваясь и уже в припрыжку пребегая к Ангелу, а что-то тот, хихикнув, так же гладит его волосы. — мы давно ищем сотрудников в наш офис. И раз уж твоя душа способна приспособиться к здешниму миру как и наши души - ты нам подходишь. Но! Прежде чем ты откажешься, хочу предупредить : вернувшись в реальный мир..
Он обводит руками в воздухе, открывая какой то маленький портал, заглядывает в него и хмыкает
— ты убил кучу людей. Там уже юлит полиция, а эта.. А.. Фина? Ну, она дает показания против тебя. — пожимает плечами она, поворачивая голову к Фальнессу — а здесь.. Здесь ты в безопасности. — её голос успокаивает.
— а ещё! А еще! — резко влезает Культ, прыгая на месте возле Ангела — Акавиш залезет тебе в голову и выполнит два желания, типо как бонус к вступлению!
— заткнись! — покрасневший от злобы паук швыряет в мелкого какую то колбу, которую прямо перед чужим лицом ловит крылатый, выдыхая
— не стоит затеивать драку. Он младше тебя, Паучок, имей совесть. — выдает ангел и прячет колбу в рукав, где та пропадает с концами.
— КХМ.. Так ты.. Согласен? — выдает дама, и сейчас Фальнессу кажется, что она уменьшилась в размере.
— .. Что от меня требуется в замен?
— ничего сверхъестественного. Будешь продавать души, чудеса, искупления по праздникам.. Ну, а ещё.. Должен будешь подписать контракт на душу. Не пойми не правильно, просто все работадатели в ответе за те души, которые ютят у себя под крылом. Ради твоей сохранности, я должна иметь доступ к твоей душе. — убеждает лисица, Фальнесс недоверчиво кривится, а та лишь фыркает — в этом мире существам без контракта дается тяжело. Их души могут изъять любые прихвостни. Подписывая дорогов с полубогом - ты обеспечиваешь себе как минимум то, что тебя не убьют в первые минуты.
—... — нет, Фальнесс мало понимает в этом. — ладно. — закатывает глаза он и лисица улыбается, махая рукой крылатому. Тот кивает и снова роется в рукаве, доставая оттуда свиток, который передает лисице. Она слегка трет его в руках и он обретает свет, разворачиваясь самостоятельно. Дама указывает когтем на место подписи
— просто коснись пальцем. — Фальнесс без особо энтузиазма касается пальцем бумаги, и та тут же сворачивается обратно, потухая. — Супер! Кхм. Акавиш, экскурсия. Аньон, пригляди за ними. А Культис.. Иди сюда.
Красноволосый выбирается из рук ангела и довольный подбегает к лисице, которая подхватывает его за руку и покидает комнату. Он провожает их взглядом и хмурится. Он точно спит. Или его чем то обкололи. Это не может быть реальным.
Поворачивая голову обратно, он уже замечает перед собой паука, который даже не смотря на него, резко ухватывает его за голову, одной из рук целясь в ухо.
— о, не волнуйся, юная душа. Ты почти не почувствуешь, Акавиш мастер! — убеждает ангел, когда Фальнесс чувствует будто его мысли перемешиваются, жизнь пролетает через глазами и голова слегка начинает кружиться, но вскоре это кончается.
— ... Ты любишь Козлов? — спрашивает голос над макушкой. Он цокает языком — круть. — щелчок пальцев и недовольство Фальнесса сменяется молчанием а после и еле заметным восторгом. На руках оказывается пушистое рогатое нечто. — второго желания не будет. Живые организмы занимают все два желания. — звучит голос, но парень почти не слушает.
... Далее экскурсия. Столько Бреда Фальнесс ещё не видел. Как объяснил ему крылатый - это что-то вроде чистилища. Здесь собираются ангелы и демоны, боги и полубоги, дьявола и прочий сброд. Данное "между" используют как местный рынок, где можно купить все. Начиная от змеи, которая плюётся огнём - заканчивая искуплением грехов и душ. В "между" обычно надолго не задерживают. Долгое нахождение здесь превращает неокрепших в различного рода тварей, после чего те либо приговариваются к казни, либо отправляются в цирк на потеху местным. Долго находятся здесь только окрепшие и заблудшие. Окрепшие - почти всегда живые, они замораживаются в определенном возрасте и остаются "между" навсегда. Заблудшие - мертвые, остаются тут пока их не определят. В отличии от заблудших - окрепшие всегда имеют доступ к реальному миру. А договор.. Договор очень важен. Фальнесс убедился в этом, когда паук при нём просто размазал мелкую душу по стене, в качестве примера тварей без договора. Договор имеет не только плюсы, но и минусы. Например : в будни, пока Фальнесс не закончил всю работу - он не может выбраться в реальный мир. В реальном мире он может оставаться исключительно на выходные. В будни всегда тут, "между".
А что касается самих душ.. Людские души очень ценятся. Многие используют их как еду, другие для пополнения сил, третие заправляют ими своих кукол. В его козлике тоже чья-то душа, потому он и стоит два желания.
А что касается того кошмара.. Оказывается это дело рук Аньона. При раздражении Фальнесса на его тряпку на лице, Ангел лишь объяснил : что он " бедоносец ". Он - буквально представляет кошмары людей. Обычно наведывается к детям, где в прямом смысле доводит их до летального исхода, убеждая их включить плиту, выпрыгнуть с окна, сжечь дом или вскрыть вены. И все ради души. А кошмары Фальнесса.. Он назвал это " дружеским юмором ". Очень смешно конечно. Особенно смешно было слушать о способностях других.
Акавиш, например, является чем то типо " феи ". Выполнение заданий это правда его способность, копошиться в голове - тоже. Он с легкостью может прощупать все о чем думает человек, о чем мечтает и что он помнит в целом. Сам паук такой способностью недоволен и явно стыдится её, раз так остро отреагировал, когда Ангел стал рассказывать про нее. Был готов точно набить ему морду.
Касаемо Культуса.. Он был забран с Земли в возрасте 16 лет. С тех пор он то и не растет физически. Морально видимо тоже, учитывая, что он ведет себя как ребенок. как объяснил ангел : особо способностей у него нет, засчет того, что он земной и плюсом ребенок. Единственное, чем порадовала его Фортуна : так это внешний дефект глаз и аномальная гибкость. Тот с легкостью может прокрутить головой на 360 градусов, коснуться пополам и сложить из себя сто угодно..
А вот насчет лисы.. Ангел ничего толком не рассказал. Поведал лишь то, что она полубог. А у полубогов в " между" основная задача : это собирать души в котракты и оберегать своих людей.. Ну, а ещё выдал, что пауку очень нравится нравится лисичка, на что тот в очередной раз сгорел и стал активно убеждать, что это совсем не так и вообще офиса не в его вкусе.
Зато фальнесс выяснил точно: ему способности не светят. Он земной, а у земных они редки. Культу буквально просто повезло.
....
— о, о! А мне тоже козлики нравятся! И кошки, и собаки, и попугаи, и крысы, и змеи, и еноты.. И возможно.. Медведи! О, медведи! Люблю медведей! — Культус размахивает руками, пока Фальнесс отдает товар в руки покупателю, попутно цокая на чужие слова
— круто, Культ, круто.
— ага! Блин, а как ты козлика назвал?
— ... Рогалик.
— ахах! Рогалик. Рога-алик. — протягивает он и хихикает, качаясь на стуле. Как этого мелкого вообще пустили за прилавок?
—... Как тебя вообще сюда приняли. — выдыхает он и откидывается на спинку кресла, оглядывая стенды с душами, которые блестели разными цветами
— с кайфом! — громко отвечает он — давай поиграем в слова?
— .. Нет.
— тарелка! Давай, твое слово.
— не хочу я.
— яблоко! — не отстает мелкий, кажется искренне наслаждаясь чужой компанией, фальнесс мучительно выстанывает и натягивает фуражку на лицо
— я сойду с ума здесь..
— ... Сельдерей.
