Десятка

Прохлада только сгустившейся над городом ночи прилично ощущалась на крыше общежития, а тихое присутствие рядом скрашивало безнадежно-бессмысленное времяпровождение девушки. Сколько они так сидят? Они и сами не знают точно. Есть только примерное предположение: долго. Но уходить никто не спешит. Уже привычную тишину нарушает вопрос: — Когда ты догадалась? — выпалил Эндрю Миньярд, как и обычно не приукрасив вопрос не единой эмоцией. Скучно. — Тебе нравится десятка. Чарли пожимает плечами, даже не поворачиваясь в сторону Эндрю. Нет смысла: она уверена, что его лицо останется таким же, как и с момента очищения его организма от психотиков - скучным, будто каменным. Хотя стоило бы показать, как он удивлён её умственными способностями. Скучно. — Дашь закурить? Вопрос словно пробуждает Миньярда от потока мыслей. Предсказуемо. Парень вынимает из кармана потрёпанную пачку сигарет и протягивает собеседнице. Та открывает, так и не взяв пачку в свои руки и вытаскивает желанную сигарету. — Для умного человека ты поступаешь прямо противоположно. — отпускает Эндрю. — Продолжаешь тратить деньги на L&M и стабильно просишь у меня Marlboro. — Пф, будто твои гроши трачу. Прав был Хэммик, ты тот ещё жмот. Пламя поцарапанной зажигалки ощутимо ополяет холодные подушечки пальцев и кончик сигареты. Та мгновенно воспламеняется под умело выставленным углом пламени. — У вас с Нилом даже вкус на сигареты одинаковый. — хмыкает Чарли, закуривая. Пепел с шоколадным привкусом ощутимо входит в горло, следует по лёгким, а после поднимается обратно. Девушка задерживает дым в гортани до жжения, после чего выдыхает. Интересно, а как Эндрю понял, что Шарлотта всё поняла самой первой? — А у вас с Нилом на людей. Хоть как-то можно отследить у вас родственную связь. От напоминания сердце девушки словно пронзается стрелой. В мыслях пролетает смешное предположение: а не она ли вонзила её себе в грудь специально? Но, в оправдание мазохистичных наклонностей: никаких стрел на этой крыше нет и не будет, так что нечем протыкать. Скучно. Чарли повторяет затяжку, ещё дольше смакуя жжение гортани. — Мы с тобой и Нилом потерянные тройняшки, мамой клянусь. — за такое упоминание, Чарли уверена, мать прямо сейчас с неба приказала пролетающему мимо голубю запятнать её макушку белым подарочком. Хотелось бы ей сейчас улыбнуться фирменным оскалом в лицо Миньярду. Но для этого надо было повернуться... А желания двигаться так масштабно не было. Даже если жертвой будет неви́денье лица Эндрю. Она не то, чтобы надеялась на проявление им эмоций... Она чувствовала его эмоции. А в комплекте с его каменным лицом - отдельный вид дефомина. Даже лучше, что его лицо не меняется большую часть времени. — В моей биографии не хватало только полиомории в степени с инцестом. — ответил в той же монере Эндрю. — "Не хватает"?... В смысле ты и А... — девушка изобразила искреннее удивление, хоть Миньярд всё равно этого не видит. — Предпочитаю не портить относительно нормальную биографию огромными кляксами. — перебивает её тот. — Ты Миньярд. Такую фамилию не носят нормальные. Последовала драмотичная пауза. А макушку девушка всё таки потёрла, мало ли...