Пролог: Вне протокола
21 июня 2026 г., 01:48
Красный свет боевой тревоги заливал тесный отсек десантного корабля LAAT, выхватывая из темноты суровые профили белых шлемов. Кабину трясло так, что зубы стучали о загубники дыхательных систем. Снаружи, за толстой обшивкой, ревела атмосфера планеты Малок, перемежаемая глухими разрывами зенитных орудий сепаратистов. Командор Дэвин Риксоу стоял, держась за потолочный поручень, и всматривался в голографическую карту, которая мерцала в центре десантного отсека. Рядом с ним, скрестив руки на груди, молча застыл их генерал-джедай.
— Повторяю задачу! — перекрикивая рев двигателей, гаркнул Риксоу в общий канал связи отряда.
— Сепаратисты окопались на добывающих станциях. Наша цель — третья платформа. Высаживаемся, крепим заряды на турели, зачищаем периметр и даем коридор для основных сил. Генерал Ван Дро берет на себя центральный пульт. Работаем чисто, как на тренировках на Камино. Всем всё ясно?
— Так точно, командор! — слаженно отозвался десяток голосов. Бойцы проверяли затворы бластеров, их движения были доведены до автоматизма. Они были лучшими. Они были готовы ко всему. Но к тому, что случилось дальше, подготовиться было нельзя. Мощный удар сотряс левый борт перевозчика. Металл жалобно взвизгнул. Корпус швырнуло в сторону, голограмма мгновенно погасла, а сирена сменила ритм на истошный визг.
— Нас подбили! Правый двигатель горит, теряем высоту! — донесся панический крик пилота, который тут же оборвался статическим треском. Корабль понесся к земле в крутом пике. Дэвин едва успел сгруппироваться, когда LAAT на бешеной скорости пропахал брюхом каменистый грунт Малока. Десантную аппарель вырвало с мясом. Воздух заполнился пылью, гарью и первыми криками раненых.
— Выходим! Выходим! — хрипел Риксоу, вываливаясь из дымящегося нутра корабля прямо в жидкую грязь. Вокруг разверзлась преисподняя. Сепаратисты ждали их. Воздух был буквально выкрашен в ярко-красный цвет от сотен лазерных зарядов. Позиции республиканцев поливали огнем тяжелые дроиды-пауки и скорострельные пушки.
— Держать периметр! К бою! — скомандовал Риксоу, вскидывая винтовку и срезая точной очередью двоих наступающих дроидов. Справа от него взметнулся яркий зеленый клинок — генерал Ван Дро вступил в бой, искусно отбивая летящую плазму обратно в ряды врагов. Но силы были слишком неравны. Грязевая равнина превратилась в бойню. Один за другим бойцы отряда падали, сраженные точными выстрелами супердроидов. Риксоу видел, как взрыв артиллерийского снаряда разорвал в клочья его лучшего сержанта. Осколки брони смешались с грязью.
— Командор, сзади! — крикнул кто-то, но было поздно. Огромная тень дроида-краба выросла прямо перед Дэвином. Генерал-джедай попытался рвануться на помощь, используя Силу, чтобы отбросить наступающих жестянок, но волна дроидов-диверсантов буквально захлестнула его, сбивая с ног и выбивая световой меч. В ту же секунду тяжелое орудие сепаратистов выдало залп прямо под ноги Риксоу. Взрывная волна швырнула командора спиной на камни. В глазах полыхнуло белым, а грудь прошила адская вспышка боли — осколки насквозь пробили нагрудную пластину брони. Теряя сознание, сквозь пелену кровавых слез Дэвин увидел, как дроиды волокут оглушенного джедая и троих оставшихся в живых связанных клонов в сторону шахтерских корпусов. Самого Риксоу, неподвижно лежащего в луже собственной крови, металлические солдаты даже не удостоили взгляда.
Гарь забивала легкие, смешиваясь с металлическим привкусом крови во рту. Когда командор Дэвин Риксоу открыл глаза, небо над Малоком уже догорало багровыми всполохами. Вокруг стояла мертвая, звенящая тишина — худший звук для солдата. Еще несколько часов назад здесь был ад: визг плазмы, грохот артиллерии сепаратистов и крики его бойцов. Теперь от отряда не осталось ничего. Где-то там, в дымящихся низинах добывающих станций, дроиды волокли в плен их генерала-джедая и горстку выживших. Дэвина просто бросили в грязи, посчитав мертвым.
Каждый шаг до разрушенного передового лагеря давался через вспышки дикой боли в боку. До темноты он полз и шел, опираясь на обломки техники. Оказавшись на месте, Риксоу понял, что спасения нет — лагерь был разграблен и полыхал. Шатаясь, клон забрел в полуразрушенный медицинский отсек. Искра надежды. В полумраке среди разбитых ампул едва светился автоматический хирургический стол. Командор тяжело рухнул на металлическую поверхность и слабеющей рукой нажал на пусковую панель. Аппарат жалобно завыл, закоротил, и вместо стерильного манипулятора сверху со свистом опустилась толстая, зазубренная игла для сшивания разорванных тканей. Удар. Сталь глубоко вонзилась в тело. Дэвин не успел даже закричать — сознание милосердно покинуло его, погружая во тьму.
...Он очнулся от странного ощущения невесомости. Боли больше не было. Риксоу поднялся и замер: он стоял на обломках того самого лагеря, но вокруг не было планеты. Лагерь, словно крошечный, одинокий островок, парил в абсолютной, бездонной пустоте. Небо над головой давило тяжелым, неестественно темным цветом, в котором не было ни одной звезды.
— Твоя история слишком интересна, чтобы закончиться здесь, солдат. Голос прозвучал отовсюду. Дэвин резко обернулся. В паре метров от него в воздухе левитировала фигура. Молодой человек, окутанный клубами мглы, смотрел на него абсолютно черными, бездонными глазами.— Я долго наблюдал за тобой, Дэвин Риксоу, — продолжал незнакомец, и от его слов по парящему металлу поползла изморозь.
— Твой час отомщения настал. Возьми это. Фигура протянула руку, и к клону подлетело оружие. Рукоять из тяжелой черной стали выглядела древней и грозной, а у самого эмитера торчали два острых коротких рога. Дэвин повиновался чужой воле и сжал пальцы на металле. Большой палец нашел кнопку активации. С густым, непривычно низким гулом из рукояти вырвался клинок. Он был плоским, не похожем на свотовой меч его генерала. Угольно-черный внутри и окруженный тонким, ослепительно белым контуром. В ту же секунду из металлических рогов на рукояти со свистом вырвались дополнительные потоки черной плазмы, со щелчком развернувшись в горизонтальную гарду. Кроссгард вспыхнул, завершая облик этого смертоносного артефакта. Черный свет зловеще озарил лицо командора.
Дэвин резко распахнул глаза и сел. Он снова был в разрушенном медпункте. Сквозь пробоины в потолке пробивались первые лучи рассвета. Риксоу тяжело дышал, ожидая привычной судороги от ран, но боли не было — сломанный медицинский аппарат каким-то чудом завершил экстренную процедуру. Клон опустил взгляд на свою правую ладонь. Пальцы по-прежнему сжимали тяжелую, холодную рукоять из черной стали с острыми металлическими рогами.
