キール ( KIIR )

Цукиёно (月夜野) — 1990𝒀. 𝑻𝒉𝒆 𝒃𝒆𝒈𝒊𝒏𝒏𝒊𝒏𝒈 𝒉𝒂𝒔 𝒂𝒏 𝒆𝒏𝒅, 𝒕𝒉𝒆 𝒆𝒏𝒅 𝒉𝒂𝒔 𝒂 𝒃𝒆𝒈𝒊𝒏𝒏𝒊𝒏𝒈, 𝒃𝒖𝒕 𝒊𝒏𝒇𝒊𝒏𝒊𝒕𝒚 𝒉𝒂𝒔 𝒏𝒆𝒊𝒕𝒉𝒆𝒓 𝒐𝒏𝒆 𝒏𝒐𝒓 𝒕𝒉𝒆 𝒐𝒕𝒉𝒆𝒓. 𝑨𝒏𝒅 𝒐𝒖𝒓 𝒇𝒓𝒊𝒆𝒏𝒅𝒔𝒉𝒊𝒑 𝒘𝒂𝒔 𝒆𝒏𝒅𝒍𝒆𝒔𝒔. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ ⋘ ──── ∗ ⋅◈⋅ ∗ ──── ⋙ Все знают это щемящее чувство, ностальгия. Лёгкая дымка воспоминаний, сквозь которую прошлое кажется чуть ярче, чуть теплее, чуть счастливее, чем было на самом деле. Но кто‑нибудь когда‑нибудь слышал о Киире? Нет? А лучше и не слышать. Киир — не светлая грусть по минувшим дням. Киир — это жестокая, тщетная попытка прожить заново воспоминания из далёкого прошлого. Это шаг назад, в место, которое когда‑то называлось домом. Ты идёшь туда с трепетом в груди, с надеждой уловить отголоски былого счастья, но останавливаешься в последний момент. Всё не то. Стены стоят на своих местах, улицы изгибаются знакомыми линиями, даже запахи порой кажутся до боли родными… но что‑то неуловимо изменилось. Дом помнит тебя, да, но помнит как чужого. Как того, кто когда‑то здесь жил, но давно ушёл, и теперь вернулся не вовремя. Звучит не так жестоко, как есть на самом деле, не правда ли? Вспомнил уже про это место? Про тех людей? Вспомнил, когда был счастлив? Когда мир казался огромным, а будущее бесконечным? Когда верил, что всё только начинается? Молодец. Теперь можешь погрустить. Можешь поплакать, слёзы здесь уместны, они часть ритуала. Ничего, это нормально. Так и должно быть. Киир всегда оставляет шрам, тонкий, едва заметный, но глубокий. Он вскрывает то, что ты старательно прятал годами: понимание, что возврата нет. Никогда не будет. А может… может, такого времени и не было вовсе? Может, ты всё придумал? Приукрасил, выдумал, сложил из осколков памяти идеальную картинку, которой никогда не существовало? Да ладно, всякое бывает. Это уже неважно. Когда тебе остаётся жить пару месяцев, всё становится малозначимым. Ностальгия, Киир, сожаления, мечты — всё сливается в серую массу. Ты смотришь на мир последними глазами и понимаешь: он не изменится ради тебя. Он не станет добрее, светлее, справедливее. Он просто будет идти дальше, без тебя. И в этой последней тишине вдруг вспоминаешь. Те глаза, живые, сияющие, полные безрассудной веры в завтрашний день. Они смотрели на тебя так, будто весь мир был по плечу, будто вдвоём, или втроём, или всей нашей шумной компанией, мы могли перевернуть его вверх дном. Те прикосновения, лёгкие, небрежные, но такие настоящие: хлопки по плечу, сцепленные в клятве мизинцы, объятия, в которых не было ни грамма фальши. Мы не знали тогда, что однажды будем тосковать по этим мгновениям, по их простоте и искренности. Те голоса, звонкие, перебивающие друг друга, смеющиеся, кричащие, шепчущие секреты под одеялом. Они были домом. Были всем. Были смыслом жизни. А теперь их нет. Нас разлучила взрослая жизнь, та самая, что не оказалась такой же яркой, как детство. Не такой, как показывали в рекламах и фильмах, где всё складывается само собой, где каждый шаг ведёт к успеху, а дружба остаётся нерушимой, несмотря ни на что. Всё оказалось совсем по‑другому. Мир не ждал нас с распростёртыми объятиями. Он встретил нас равнодушием, бюрократией, счетами за квартиру, усталостью после смены, пустыми разговорами ни о чём. Мы растерялись. Сначала чуть отдалились, «занят», «в другой раз», «у меня дела». Потом ещё на шаг. Ещё. И вот уже вместо общих прогулок — редкие сообщения раз в месяц. Вместо криков и смеха — сдержанное «привет, как дела?». Но пока вы есть у меня я продолжаю жить. Продолжаю делать вид, что не замечаю, как рушится наше детство, как мы постепенно отстраняемся, как стираются грани того, что когда‑то объединяло нас крепче любых цепей. Я не хочу представлять будущее без вас. Мне страшно. Дайте мне клятву. Прямо сейчас. Клянитесь, что мы останемся друг с другом навсегда. Что не позволим будням, расстояниям, обидам и годам разъесть то, что было нашим, нашим общим, нашим священным. Пожалуйста. Клянитесь. Даже если вырастем. Даже если поседеем. Даже если мир перевернётся вверх дном и небо упадёт на землю. Клянитесь, что вы всё равно останетесь со мной. Что где‑то в глубине души, за всеми масками и ролями, вы будете теми же ,теми, кто смотрел на меня сияющими глазами, касался рукой и кричал моё имя сквозь смех. Клянитесь. Потому что без этой клятвы я не вижу смысла жизни. Потому что вы и есть мой Мир.