Наименование: Засекречено

      П>@$~йся!       Две минуты на подготовку. Красная лампа под потолком. Ещё минута движения по коридору.       Навстречу бегут белые халаты. Кто-то прячется за нашими спинами. Что-то орёт.       Мы - пушечное мясо. Я - его возглавляю.       Очередной поворот по коридору. Знакомый проход и дверь. Надпись на ней "008". Рядом с герметичной дверью нажатая кнопка тревоги.       мNой Наж@тая.       Я жестом приказываю половине группы идти ко второму выходу. Через маленько окно не видно, что происходит в комнате. Лишь красный свет и громкий шум.       Один из парней - кажется %)$@^ - приложил к панели пропуск. Дверь плавно отъехала в сторону. Нас тут же накрыл ультразвук. У нескольких лопнули барабанные перепонки. Попытались открыть огонь. Я их остановил.       Первым вошёл в комнату. Держу оружие наготове. Но знаю, что не воспользуюсь им.       Знакомая комната встречает меня разбросанными в разные стороны столами. Бумаги подброшены в воздух. Под ногами хрустит стекло разбитых пробирок. Шипит кислота.       В самом центре, в окружении мониторов проводов и трубок стоит она. Самая большая и прочная пробирка. Вернее, когда-то была таковой.       Она её разбила. Вырвала несколько телевизоров из стены. Убила нескольких белых халатов - один на столе без головы, другой откисает пережатый проводами, у третьего в животе огромный осколок.       Но меня это не пугает. Я медленно двигаюсь в Её сторону.       Дверь с другой стороны открывается. Несколько сразу же падают под натиском Её криков. Громких, не человеческих.       - Не стрелять!       Она наконец меня замечает. Отрывает от себя очередную трубку и выпадает из колбы на мокрый пол.       Я оPус%аю оружие и поднимаю руки. Сдаюсь Ей.       Она несколько секунд смотрит. В покрасневших глазах я вижу долю секунду осознания. Медленно делаю шаг. Снимаю маску и шлем.       Она замирает. Конечности перестают бесноваться. Падают на пол.       Делаю ещё шаг. Смотрю прямо и спокойно. Чувствую, как на лице растягивается улыбка. Ощущаю, как взгляд скользит по мне, в попытке узнать. Как остальные пытаются понять, что происходит. Но я не вижу их.       Несколько секунд Она медлит. Хлопок.       Евгений открыл веки и встретился взглядом с потолком. Будильник неприятно режет уши, объявляя о начале очередного утра. Пора вставать.       С трудом соскребая себя с кровати, он поднялся. Плечи и ноги напомнили о вчерашних тренировках перед спектаклем неприятной болью. Ко всему прочему, в комнате душно. Напольный вентилятор выключен.       - Не понял, - пробормотал мужчина и подошёл к выключателю.       Щелчок. Лампочка не зажглась. Света нет.       Только приняв душ при свете фонарика и сев завтракать, Женя смог продрать глаза. Когда он включил экране блокировки, увидел сегодняшнюю дату - двадцать восьмое мая, суббота. На часах 5:35.       На прошлой неделе он поставил этот будильник, чтобы не проспать важное мероприятие в театре. На этой же неделе он мог бы спать хоть до середины дня. Но забыл выключить будильник и успел прогнать сон.       Стукнув себя ладонью пол лбу, Евгений сокрушённо вздохнул. Снова уснуть у него уже не выйдет, а потому оставалось найти себе какое-то занятие.       Листая новостной паблик города, мужчина привычно бросил взгляд перед собой. Напротив него стоял пустой стул, на котором никто не сидел. Женя перестал жевать.       Кого-то не хватает.       У его ног раздалось протяжное "мяу" и ногу обдало холодом. Пушистый комочек по имени Руди, прижалась рыжим боком к ноге Жени и подняла глаза на него.       - И тебе доброе доброе, - расплывшись в улыбке, сказал мужчина и поднял кошку с пола. Она одобрительно мяукнула и поджала под себя лапы. Немного помявшись, Руди нашла удобное положение и заурчала, пока Евгений чесал её полосатый бок.       В новостях уже успели написать о новом спектакле, который собирался ставить театр. В честь скоро окончания учебного года, на июнь запланирована кукольная постановка. Сам Женя в нём, к счастью, не участвовал. Куклы его немного пугали, а потому он старался избегать любого взаимодействия с ними.       Размышления о безобидности внешнего вида кукол на постере прервал телефонный звонок. Мужчина не заметил, как пролетело время - уже перевалило за семь.       В верхней части экрана высветилось знакомое имя "Лёхис".       - Доброе утро! - бодро поздоровался голос из динамика. - У тебя свет есть?       - Не-а, - ответил Женя и для уверенности проверил интернет соединение. - Наверное, ночью отключили. У вас тоже нет?       - Нет. Кондиционер не работает, - пожаловался в трубку голос и Евгений усмехнулся.       - Наверное, авария, - протянул он. С другой стороны, городок маленький. Лёха жил со своей женой на другом конце и происшествия у них происходили совсем редко. - Чего звонишь-то, с утра пораньше?       - Не поверишь: узнать как дела?       Иза работы и проживания в разных концах города, они редко виделись. Раньше это компенсировалось тем, что они вместе выступали в театре. Однако Лёха нашёл для себя место получше, а потом и вовсе переехал. Потому они договорились держать даже на расстоянии и время от времени созванивались. Лёха иногда приходил в театр, но это происходило так редко, что для покупки билета должны были сойтись звёзды. Основной причиной было то, что он, как и сам Евгений, не могли смотреть на чужие выступления как простые зрители. Пройдя через обучение, они видели все недочёты и сильные стороны на сцене, а это сильно отвлекало от спектаклей. По этой же причине они старались выбирать и места редких встреч подальше от работы.       Пока они разговаривали, Женя успел доесть размякшие хлопья, начесать ухо Руди так, что она ушла и подойти к окну. По двору ходили редкие прохожие, а на лавочке сидели пожилые старушки и о чём-то сплетничали. Света всё ещё не было, хотя прошёл почти час. Это не было какой-то странностью, однако чем дольше Евгений находился дома, тем неуютнее ему становилось.       Чувство липкими нитями ползло по позвоночнику и пауком оседало в желудке. Мышцы напряглись и Женя поймал себя на том, что крадётся по собственной жилплощади.       - Воду тоже отключили? - удивлённо произнёс Лёха, отняв трубку от уха.       Стоило ему это произнести и струя, под которой Женя мыл тарелку уменьшилась. Кран грозно зашипел и мужчине пришлось закрыть вентиль.       - Похоже, дома посидеть не получится, - протянул он, стряхивая с рук воду.       - Пойдёшь прогуляться? - спросил Лёха, гремя посудой на фоне.       - Пока не жарко, нужно подышать свежим воздухом. А то помимо работы только в четырёх стенах и сижу.       - Как насчёт встретиться в следующем месяце? - предложил он.       - У нас в городе открылось новое кафе, - вспомнил Евгений. - Можно пойти туда.       - Тогда спишемся!       Он отключился и в комнате повисла тишина. Отсутствующий шум кухни сразу ударил в уши. Было настолько тихо, что Женя услышал звук открывшейся в подъезде двери. Хлопок вывел его из оцепенения и мужчина начал собираться.       Руди устроилась на полу прямо на сквознячке и растянулась рыжей колбаской. Завидев хозяина, она мяукнула и подняла на него большие глаза. Мужчина не удержался и почесал ей животик. Рыжая шерсть осталась на руках слоем ворсинок, что значило - пора хорошо её вычесать.       Собравшись и выйдя на улицу, Евгений оказался в своём дворе. Привычная тишина нарушалась разговорами старушек на лавочке. Он поздоровались с мужчиной и он приподнял кепку с головы в знак уважения. В наушниках играла какая-то мелодия, но звучала она совсем тихо, не заглушая звуки улицы.       По утренней дороге, к которой вышел Женя, ездили редкие машины. Большая часть местных в это время только просыпалась. Жара заставляла их оставаться дома, а потому ему почти никто не встретился.       Прогуливаясь по знакомой улице, мужчина приглядывался к вывескам и лампам в магазинах. Фонари уже давно не горели, а большая часть бутиков начинала работу в десять утра. В редких продуктовых магазинах, куда заглядывал Евгений, света не было. Кресты на аптеках не горели, как и гирлянда, вывешенная над летней зоной одного из кафе.       К моменту, когда Женя дошёл до парка людей стало больше, на площадках появились дети, а на лавочках парочки и компании. Но свет так и не дали. В какой-то момент пропало и интернет соединение. На светофорах проходим приходилось перебегать через дорогу в надежде, что водители остановятся их пропустить.       Мужчина решил присесть на лавочку не далеко от главного входа в парк. Ноги перестали так сильно гудеть, так что прогулка пошла телу на пользу. Несмотря на жару, свежий воздух прогнал тревогу и Евгений даже допустил мысль, что слишком себя накрутил. В конце концов аварии не такая уж редкость. Свет не отключали по несколько раз в месяц, но раз-другой лампочки гасли.       А он иза этого вытащил себя из квартиры. Оторвавшись от рассматривания листьев над головой, мужчина заметил группу людей, проходящую мимо. Они только что вошли в главный ход, остановились у доски объявлений и карты, а затем пошли по тропинке.       Только выглядели они уж какими-то напряжёнными. Одна из девушек бросила на него взгляд и быстро отвернулась. Что-то шепнула идущему рядом молодому человеку и взяла его под локоть, прибавив шагу. Двое других не обернулись, но поспешили за ними.       Он оглянулся себе за спину. Там были только деревья и он бы этот взгляд даже не заметил.       У него по коже пробежали мурашки и Женя слабо повернул голову. Откуда-то он узнал, что новый взгляд скользнувший по коже находится именно слева. Там стоял незнакомый мужчина в футболке и джинсах. В руке палочка от мороженого, которую он крутил между пальцев, показывая фокус девочке перед собой.       Нет. Это не он.       Переведя взгляд ещё чуть левее не поворачивая головы, Евгений увидел стоящего у доски объявлений парня. Но внимание привлекал не он сам, а то как оценивающе он переводил взгляд с доски на мужчину.       Тот нахмурился и вытащил наушники из ушей. Парень заметив это понял, что его спалили и ретировался ещё до того, как Женя подошёл. На доске объявлений висел небольшой постер от самого парка о нерабочем состоянии фонтана, запрет кормить животных, курить, выбрасывать мусор и другое. С краю висел указатель ресторанчика на углу, а с другой стороны фургончика с мороженым. Аккурат между ними, прямо в центре доски висело объявление.       Евгений думал, что так больше не делают, но нет. Плотная бумага, державшаяся на скрепках поверх обрывков старых листовок с изображением его лица.