Смертница

      Фалангой отколов маленький кусочек кристала, проследила за его падением, легонько пиная дальше в заросли. Глубже в темноту этой топи, продолжая скрести по шершавой поверхности.       Бесит.       Ладонь прислоняется полностью, скользя вверх по неровному краю. Цепляется за щели между пястными костьми, перетекая в крючковидную и трапециевидную, оставляя внутри глухое равнодушие на пополам с гнетущей скукой.       Мне скучно.       Слегка надавив, склонила голову вбок, медленно увеличивая давление, оказываемое ладонью. Пропуская мимо себя неприятное ощущение, плавно нарастающее с тихим скрежетанием собственной конечности о каменную породу.       Время застыло словно в янтаре.       Надавив со всей силы, ощутила укол боли, резко одергивая ладонь и разворачивая ее к себе. Рассматривая в приглушенном свете собственную паучью конечность, медленно сжимая и разжимая руку. Взглядом скользя по гороховидной, полулунной и ладьевидной кости, дистальной фалангой безымянного пальца поглаживая головчатую косточку.       Ничего.       Ничего не происходит.       Хочу чувствовать. Ощущать.       Знать, что собственная жизнь каждую секунду висит на волоске, готовая оборваться в любой миг.       Хочу вернуть тот адреналин, питавший все тело.

Хочу вновь стать живой.

- Папс? - повернув голову вверх, улыбнулась, отрываясь от созерцания собственной конечности. Обвинительно белой даже в этом полумраке, стеснительно сжимая ладонь вновь. - Да, Санс. - кивнув как пай-девочка, завела ладонь без перчатки назад, второй чуть оттягивая подол длинного белого-не-белого платья, стряхивая налипшую влагу - Ты закончил с собственными делами? - Да, вполне. Но... - моргнув, послушно выставила спрятанную ладонь вперед, украдкой разглядывая это потрескавшееся полотно.       С какого именно момента эти навязанные отношения стали столь натянутыми?       Мягко вложив кончики фаланг в протянутую ладонь, проскользила чуть дальше, останавливаясь на чужом пястье, незаинтересованно отворачиваясь в сторону. Поправляя сползающую плетеную шляпку с широкими полами, чуть щурясь на смутные воспоминания. Он не должен знать о подмене.

Мы связаны узами, которые не разорвать.

Он буквально воспитал меня с "пеленок".       Чужой судорожный вздох срывается резко. Порхает над собственной конечностью, мягко переплетая закованные в плен перчаток фаланги, укрывая собственную ладонь в белоснежную ткань. Я уже не маленькая девочка.

Гендер здесь как насмешка.

Слово, обозначающее почти ничего. - Не помню, где оставила ее. - мягко сжав чужую ладонь, вновь повернулась в «его» сторону, приподнимая свободную ладонь вверх. Укладывая поверх чужого черепа, ласково поглаживая встревоженные КоСтОчКи... зависнув, всмотрелась в чужое выражение лукавства, буквально выставляющееся вперед и требующее внимание, в тот же самый момент явственно ощущая, как дергается глазница.       Раздражение.       Легкая игривость. - Почему даже в мыслях у меня проскальзывают твои дурацкие шутки? - прищурившись, с точностью до миллисекунды уловила тот бляденький огонек в чужом взоре, полыхнувший столь ярко, что даже не осталось сомнений в его умысле, растянувшемся на долгие годы.       Сестринская любовь.       Разливающаяся по костям нежность. - Не понимаю о чем ты. - притворно тяжко вздохнув, придержала свободной рукой основание шляпы, наклоняясь ниже. Целуя невесомо в самое темечко, лукаво хмыкая на чужое, чуть смущенное выражение лица. Делая несколько шагов вперед, утягивая за собой это "ленивое нечто", пропуская мимо себя многочисленных «знакомых».       Ближе к дому.       К родному очагу.       Будет жаль терять этот покой.       Но и тянуть эту резину пресности изо дня в день не намерена. Если потребуется, я и сама стану чудовищем, только... мельком взглянув назад, зацепилась за это задумчивое, чуть мрачное выражение чужого лица, вновь концентрируясь на дороге обратно.       Слишком внимательным он стал ко мне.       Трепетным, уставшим.       Словно пытается просчитать события на несколько шагов вперед, тормозя в самом начале.       Но появления человека в этих кругах я так и не застала.       Не того, кого я так жду.       А значит... ранее события уже происходили. Просачивались наружу, колебля чужое спокойствие на пополам с этой мирной атмосферой. Иначе объяснить этот трепет в чужих глазницах мне не удастся никогда.       Знать что твоя жизнь для другого существа сосредоточение целого мира странно.       За столько лет в этой шкуре я тщательно следила за собственными привычками. Мыслями. Поведением. Он никогда не должен был узнать об этой стороне моей личности, закрывая глазницы на мелкие происшествия.       Но этот взгляд.       Наверное, это первый раз в своей гребаной жизни, когда я не хочу кого-то разочаровывать.       Жаль, что мои желания никогда не сбываются.