Как ты?

Мысли сбиваются, а голоса в голове не дают вздохнуть, они шепчат что-то неразборчивое, но Рене от этих звуков хочется лишить себя слуха. Этим и занимаются его руки царапающие уши в кровь, главное чтобы не зашли санитары... Лишь бы не помешали его попытке спастись. Боже как же плохо, как же ему больно

***

У него должно было быть всё, хотя ладно, всё сказано слишком громко. Но хорошая карьера, любящая жена, счастливая семья, всем этим судьба не должна была его обделить. Точнее как, по началу так и казалось. Его любили в компании, у него была милая девушка, у него были близкие друзья, а теперь он заперт в этой комнате без мечты, без надежд, без права на обычную жизнь. Конечно, его навещают родители, да и санитары относятся к нему лучше, чем к другим, потому что в отличии от них он «нормальный», точнее сказать не буйный, простой. Конечно Рене не в восторге, его будущее, в глазах других, выглядело точно не так, да и он представлял свои возможности совсем по-другому. Но происходящее сейчас явно лучше, чем биться в истериках, в очередной раз расцарапывать свои вены от ощущения проводов под кожей или пытаться вырвать себе глаза от ощущения камеры внутри. Не считая этого и пару особенностей параноидальной шизофрении его жизнь течёт нормальным чередом, всё это он научился игнорировать. Иногда, его конечно кормят насильно из-за его приступов недоверия или связывают из-за его попыток выцарапать себе что-то в порыве страха слежки за собой изнутри, но в других аспектах, его тяжело спутать с обычным человеком. Все это началось в его жизни неожиданно. Рене просто заработал сталкера на свою голову, она не была каким-то отбитым психом, оставлявшим свинные головы под дверь с запиской «Ты следующий», она была спокойней. Сначала девушка вела себя как обычная коллега, которая отчайно пыталась флиртовать, но все её попытки жестоко игнорировались Мадсеном. В итоге девушка не сдержалась и стала следить за парнем, буквально не давая ему прохода. Это сильно ударило по Рене, тот не решался рассказать об этом кому-то из вне, а на работе такое внимание от коллеги считали милым и добрым знаком нёсшим за собой только положительные намерения. Но страх стал поглощать всё внутри него, оставляя место только для паранои и странных ощущений. Через какое-то время Мадсен не смог скрывать свои проблемы, сотворив что-то неприятное в припадке, он вынудил свою девушку бросить себя и остаться одному со своими страхами и галлюцинациями на произвол судьбы. Его родители долго думали и решили закрыть сына в психиатрической больнице. Родители правда хотели помочь ему, но для Рене это место стало не лучше тюрьмы, в которую его посадили по глупой ошибке и даже не пытаются услышать его просьбы о помощи. Отдушенной, для медленно сходящего с ума от одиночества парня стал его лечущий врач. Обычно холодные, хмурые и не воспринимающие никаких шуток от больных. Никола был другой, конечно Мадсен понимал, таким образом Ковач помогал развеется большинству своих подопечный, но думая, о том, что мужчина в целом проявил к нему некую заботу, сердце больного таяло. Из-за его присутствия приступы стали проходить легче, а иногда и вовсе могли не посещать парня по нескольку дней Мадсен много расспрашивал у врача о кодексе персонала по отношению к больным, о правилах внутри больницы, о его личном отношении к тому или иному уставу и всё больше и больше узнавал о другой стороне мира вокруг. Он сам не понимал зачем он это делал, но короткие разговоры помогали. Рене становилось значительно лучше, он научился игнорировать свою паранойю. Даже смог с ней спокойно жить. Такой результат радовал Николу, отчасти позволяя тому почувствовать себя прекрасным врачом. *** Сдавленное дыхание добавляет ужаса в эту картину, он неуверен не расцарапал ли он уже себе уши, но ему очень больно. В его лёгких тысячи и тысячи жуков, он не чувствует, он знает, они не дают ему дышать, они делают ему очень больно. Он начинает кашлять, ещё пару минут и он задохнётся, может это и есть его судьба? Она будет настоящим кошмаров. Скрип двери, или ему кажется? Может это опять галлюцинации доводят его? Может всё опять нереально и ему кажется? —Ало, Рене Мадсен, с вами всё хорошо, вы меня слышите? — Перед ним стоит мужчина, он в согнутой позе, берёт лицо Рене в свои ладони в попытках привести его в чувства. Да лучше бы он ничего не чувствовал, чем этот пиздец. Кажется врач и сам доходит до того, что у Мадсена случился приступ. Руки мужчины быстро отрывают руки больного от собственных ушей и крепко сжимают их между собой пока парень пытается вырваться — Илья, тащи нейролептики из врачебной. Какой именно посмотри по карте Рене Мадсена и побыстрее, он может причинить вред себе. Рене плохо, жуков много, мыслей много, страха много, звуков много... Мужчины на против... Мало. Почему-то с ним становится чуть спокойнее, не смотря на всё, что творится вокруг него. —Вас... Вас как звать? — Между делом спрашивает парень, он не успокаивается, ему плохо, но он и не сильно сопротивляется, ему должны помочь, это будет хорошо —Никола Ковач я, можно просто Никола, чтож ты не предупредил, что представляешь для себя опасность во время приступов —Я... Не знал я, все документы тоже не я составлял —Не переживай, лучше будет, сейчас Илья лекарства принесёт и всё наладится. Что ты чувствуешь? —За мной кто-то следит, голоса это знают и я знаю, у меня провода под кожей и жуки в лёгких, больно дышать Никола понимающе кивает и устало глядит на дверь, у него своих забот хватает, он не тупой понимает. Скорее всего парню надо обойти всю больницу целиком, проверить каждого такого психа. Рене это и сам прекрасно понимает, ему плохо, хочется выть, почему всё вокруг идёт против него, почему он не смог родиться нормальным, без всяких предрасположенностей. После того как Илья, миленький стажор и кажется помощник Николы, приносит лекарства, какой-то укол, его вводят мышцы и после этого Рене становится легче, всё вокруг отпускает его, а он засыпает под тихие голоса медицинского персонала.

***

Мадсен довольно быстро идёт на поправку, уже через четыре месяца парень понимает, что паранойя и галлюцинации почти перестали его мучить, а мозг наконец-то стал ясен и чувствовал себя хорошо без нейролептиков. Было странно и хорошо одновременно, состояние овоща парню точно не полюбилось, но и страх возвращения всех этих ощущений вызывал ужас и слёзы. До попадания в психушку Рене был уверен, что никогда бы не смог общаться с психом, сейчас, когда на его мысли появилось время, он понял, что этим психом можно сказать был он. Всё вокруг как бы не старалась, давило на парня и единственным светлым ощущением для него оказался Нико и его помощник Илья. Рене и не заметил как Ковач стал проводить время дежурств не в комнате для персонала, а у него в палате. Когда состояние Рене снова ухудшалось он наоборот заставлял Мадсена спать, игнорируя его попытки извернуться от этого. Факт того что было между ними давно вышло за рамки этики. Он уверен, если бы кто-то не тот узнал о такой близкой связи парней Нико бы погнали из этой частной больницы куда-нибудь далеко и надолго. Но их общение становилось ближе, а слухов по этажам так и не поползло, что было удивительно. Илья тоже проводил время с Мадсеном, конечно тот обычно был занят другим пациентом, Максимом, пареньком с глубокой депрессией, за которым Илья следил как за неумелым ребёнком, но время от времени он находили пару минут друг для друга или Ренетв целом крутился около Лукина от чего их разговоры занимали чуть больше времени. Если всё вокруг и не стало хорошим, то как минимум перестало походить на кошмар для него. Люди вокруг перестали его пугать, даже наоборот, это место начало вызывать странный интерес у Рене, узнавать чуть больше о таких как ты было интересно. Этот день заканчивался так же как и остальные, обход пациентов является обычным явлением в любой больнице. Никола крутился возле него около десяти минут проверяя самочувствие, конечно за ним не было замечено попыток избежать приёма таблеток, но проверить нужно было всё. Илья уже ушёл в другую палату, чтобы быстрее отдать всем таблетки и уйти в комнату для персонала спать, а Никола смог вернуться к нему в палату. Записывая в таблицу последние данные Нико тянется к Рене и протягивает таблетку. Она последняя в списке и он сможет уйти заканчивать других пациентов. Он аккуратно наклоняется к Мадсену проверяя проглотил ли он таблетку и резко оба замирают. Неизвестно кто сделал первый шаг, но они целуются. Как хорошо, что в палате нету камер, иначе им двоим был бы конец. Отстранившись друг от друга Никола быстро собирает вещи и быстро направляется за обходом других больных. Единственное на что хватает мыслей парня после таблеток, это потрогать свои губы и бросить взгляд в сторону врача —Забудем? — Уже у двери спрашивает Ковач, смотря на наручные часы. Зачем он смотрит время? Может от нервов, а может он быстрее хочет закончить смену, кто знает —Забудем — Конечно он долго не думает над ответом, кажется отпустить происходящее в эту секунду будет самым верным решением В эту ночь Никола не заходит к нему после обхода, отправляя Илью проверить спит ли Мадсен.

***

От лекарств парень отходил тяжело, кажется он проспал двенадцать часов раз его тело настолько ослабло, а мозг так сильно плывёт. Ужасно хочется воды, но ещё сильнее смыть с себя слюну и пот после долгого сна. Звать санитара, строя из себя буйного подростка не приходится, помощник врача сам заходит в палату. Перед ним стоит молодой парень, он выглядит испуганно и явно не знает, что ему сказать. —Можно воды... — Хрипит Рене, а сам думает о том, что он выглядит как бомж который не просыхал кучу лет или же как какой-то монстр пугающий бедных детей просто своим видом. Помещение вокруг давит, хоть палата и выглядит нормально, Мадсену хочется отсюда сбежать, и он исполнит свою мечту как только ему станет чуть-чуть лучше —Я... Я сейчас спрошу и Николы и вернусь, подождите пожалуйста Непонятно почему паренёк обращается к нему на вы, но в целом всё равно, лишь бы выпить воды дали. Уйти блондин не успел, около входа в палату паренька встречает тот самый врач... Из кошмара? Да неужели, он не был его галлюцинацией? Этот стажёр объясняет ситуацию врачу и тот отправляет его за водой, а сам садится на кровать к нему. Рассматривая Мадсена с ног до головы Никола говорит —Ну теперь будем знакомиться нормально, Меня Николой звать, Николой Ковач, а ты Рене Мадсен, верно?

***

Всё заканчивается и горе, и беды, и несчастье, но не психологические заболевания. Да вот только спастись от них есть возможность, Рене с удовольствием смотрит на справку от главврача, он вышел в ремиссию, он можно сказать здоров. Мадсенц проводят беседу как школьнику о вреде алкоголя и прочей дряни, она может вернуть состояние парня за считанные секунды назад. Слушая это Рене решает, что проверять на воле этого не станет, не хватало ему снова чувствовать на себе не существующую слежку и давится страхом и ощущениями жуков во рту. Выходит из кабинета он на взводе, странные ощущения, он будто прямо сейчас готов вернуться на работу, пойти в ресторан с друзьями и выйти в самое людное место, ему больше не видится по пятам люди, он теперь может быть на едине с собой. В палате он победно падает на кровать разглядывая потолок. Скоро за ним приедут родители и он вернётся в свою квартиру, по словам отца Рене готовы взять на старую работу, на прошлую должность, и это по настоящему греет душу, он не ошибка природы, он сможет вернуться к нормальной жизни не смотря на болячку. Да и в целом, Рене очень скучал по ощущениям обычной жизни. Нико не приходит попрощаться, избегает его точно так же как и всю неделю до этого, неприятно и обидно, Рене кажется и вправду привязался к мужчине, а он так поступает. Да и те чувства при виде него тоже мало поддаются рациональному объяснению. Единственное что понятно, он по какой-то неведомой причине избегает его, плохо, но с огромным старанием. Без него в стенах стало одиноко и скучно, его голоса очень сильно не хватает, честно, в какой-то момент Рене показалось, что от отсутствия Николы в его жизни ему стало хуже. Это не повлияло на его психическое состояние, слава богу, но что-то на эмоциональном уровне сильно саднило. За пару часов до ухода Рене крутился в холе больницы, наконец-то к нему приедут с нормальными вещами, никакой бесформенной одежды, больше напоминающей мешок. Идилию предвкушения свободной жизни прервал Илья, да неужели Никола решил поговорить с ним через него? Нет, он конечно понимал, что Ковач избегает его, но подсылать других людей это совсем глупо! —Илья, тебя Никола подослал? —Нет, а должен? — Илья немного в шоке от резкости Мадсена и подсаживается к нему на скамейку. Кажется он зря оклеветал парня, тот просто пришёл с ним попрощаться, а он сразу с претензиями — Так мне не показалось, он действительно тебя избегает Рене подтверждает догадки неохотно, просто кивая на размышления Осипова, а тот только улыбается и зачем-то лезет в телефон. Точно, ему же ещё отдадут телефон, ну и сказка, он точно ждёт не дождётся своей выписки. —Никола говорил о тебе много, с того момента как ты попал к нам и перестал около недели назад... Как давно он тебя избегает? —Как раз около недели, но я не понимаю, к чему ты ведёшь Илья? —Может быть... Не знаю, нет к чему вести, это не похоже на него, я тебе точно говорю —Ну ладно, ты хотя бы попытался — Мадсен слегка разочарованно улыбается и возвращается в собственные мысли о возвращении в обычный Мир. Илья прерывает его мысли громким возгласом — Ты чего? Илья отрывается от телефона, а после с удовольствием показывает Рене экран телефона так, будто нашёл там клад —Это устав врача, я его не особо читал так как врачём пока не являюсь, но ты это видишь! Илья тычит пальцы в какое-то правило, а после убирает палец, давая его прочитать. Рене водит взглядом по правилу пару раз, не понимая, что же ему пытается донести младший —Да господи! Ну тут всё же понятно, написано:«Врачи не имеют право взаимодействовать со своими бывшими пациентами вне больницы, при обнаружении связей у лечащего врача с больным, специалист будет немедленно уволен» Рене непонимающе смотрит на парнишку, ну при чём здесь этот пункт и почему Илья пытается что-то донести ему через неё. Пару секунд размышлений приводят к недовольному вздоху Осипова и он продолжает. —Скорее всего он привязался к себе, но и работу потерять не хочет, вот и заранее готовится к прощанию с тобой Тут между двумя людьми повисает тишина, Илья ждёт хоть какой-то реакции, а Мадсен только отводит куда-то взгляд, путаясь в своих мыслях. Нет, он и сам заметил, что их отношения стали ближе, чем могли быть у простых пациента и врача, взять тот же поцелуй, но почему-то мысли об этом не могли сойтись в одной точке для Рене до этого момента. Может потому что до этого он просто не думал о том, как он останется без Нико, видеть его каждый день стало такой обыденностью, у Мадсена даже и не возникало лишних мыслей. Да и время которое он проводил без Ковача в основном было под нейролептиком, в замутнённом сознании тяжело думать о чём-то. Парни общаются ещё немного, Рене будет скучать по Илье, хотя тот дал ему свой номер, спишутся ещё. Видимо Илья дорожит своей карьерой в этой больнице не так сильно, как это делает Ковач. Теперь эта ситуация с избеганием Николы будет крутится у него в голове снова и снова Вскоре родители Мадсена всё-таки приезжают за ним. В холе стоит чудесная атмосфера, он наконец-то едет домой, он наконец-то в нормальной одежде, без запрета на выход из здания. Как только они оказываются на улице, Рене вдыхает свежий воздух. Нет, он гулял и в больнице, но этот ветер и всё вокруг него сейчас ощущается совсем по-другому, теперь парень точно знает, что кошмары больше не будут мучать его, а его рассудок пришёл в норму. Оборачиваясь назад, перед тем как сесть в машину к родителям и поехать на квартиру, в окнах Мадсен замечает его. Никола не стесняясь наблюдает за ним из окна кофитерия больницы. Как только их взгляды встречаются, Рене хочет вернуться к зданию и подойти к окну, но Ковач уходит в глубь столовой, оставляя все вопросы, да и в целом всё между ними без ответа. Всю неделю жизнь идёт своим чередом, он возвращается в нормальный темп, возвращается на работу, даже получает сообщение от бывшей девушки с предложением всё вернуть, но он отказывает. Все его мысли связаны с лечащим врачом, Рене ищет страницу Николы всю неделю не упуская возможности проверить его номер телефона через официальный сайт лечебницы, все возможные социальные сети и многое другое. Под конец недели он чувствует себя разбитым. Он и сам не понимает, как осознаёт свои чувства, как понимает, что тот поцелуй не был ошибкой или чем-то без задней мысли. Единственное в чём хочется утопить мысли это в алкоголе или нейролептиках, но ни то, ни другое ему нельзя. Звук уведомлений прикрывает тишину в комнате, и Мадсен недовольно берёт телефон, опять начальник написал по поводу работы или бывшая девушка не оставлявшая попыток сойтись. Сообщение заставило Рене испытать весь спектр эмоций одновременно

Никола Ковач

В сети

Привет, Рене Как ты?