Голос в моих наушниках

Ровно в 13:55 Нугзар и Серёга сидели в своих квартирах перед мониторами. Расставаться было тяжело, но они решили, что созваниваться из одной комнаты на записи у Эда — это стопроцентный способ спалиться по эху в микрофонах. — Так, давай повторим правила, — тихо проговорил Нугзар в их приватном звонке в Телеграме, пока Дискорд команды еще пустовал. — На стриме никакого «Серёж». Только «Домер». В паре сегодня со мной не просись, пусть Эд сам распределяет. Если я начну тебя подкалывать — подыгрывай, как обычно. Понял? В наушниках раздался тихий, обреченный вздох Серёги. — Понял, босс. Ох, чувствую, я на этой записи получу Оскар за лучшую мужскую роль. Ладно, Эд заходит в канал. Отключаю телегу. Удачи, Нугзар. «Пум». Нугзар подключился к общему голосовому каналу «Петровичей». Там уже вовсю гремел голос Эда, который раздавал указания по поводу новой мини-игры. — О, Херейд приполз! — тут же отреагировал Эд. — Ну че, воскрес, великий наставник? Голос вроде нормальный. Домер, ты тут? Твой учитель в строю, так что сегодня без поблажек. — Да, Эд, я тут, всем привет, — отозвался Серёга. Его голос звучал идеально ровно, спокойно и профессионально. Нугзар даже мысленно поаплодировал его выдержке. — Отлично. Короче, пацаны и девчонки, сегодня у нас карта «Слепая зона». Мы разбиваемся на пары, но фишка в том, что один игрок бежит вслепую с наложенным эффектом тьмы, а второй сидит на вышке и координирует его по Дискорду. И чтобы жизнь медом не казалась, пары я выбирал рандомайзером! Эд выдержал театральную паузу, кликая мышкой по сайту с рулеткой. Нугзар затаил дыхание. — Так... Пара номер один: Стас и Смора. Пара номер два: Наташа и Костя. Пара номер три... Оу! Херейд и Домер. Ну надо же, рулетка вас прям обожает! — Эд оглушительно захохотал в микрофон. — Фанатам в ТікТоке сегодня будет что нарезать, я уже вижу эти комменты. В канале поднялся дружеский гул и шуточки, а Нугзар почувствовал, как у него мгновенно вспотели ладони. Он посмотрел на аватарку Домера. Зеленый кружок вокруг неё не загорался — Серёга молчал, выдерживая паузу. — Да блин, Эд, ну опять этот нуб? — Нугзар через силу выдавил из себя привычный недовольный тон, хотя внутри всё пело от радости. — Он же все стены соберет в этой темноте. Ладно, Домер, заходи в игру, только под ноги смотри, умоляю. — Постараюсь, Херейд, — так же наигранно-сухо ответил Серёга. — Посмотрим еще, как ты координировать умеешь. Игра началась. Когда персонаж Серёги получил эффект слепоты и замер на старте, Нугзар переключил камеру на его экран. Экран Домера был абсолютно черным. — Так, Домер, слушай мой голос, — тихо, но четко произнес Нугзар, стараясь, чтобы интонация звучала исключительно по-деловому. — Три шага вперед... Стоп. Теперь плавно повернись направо. Там ловушка с динамитом. Иди на меня. — Иду, — отозвался Серёга. И в этот момент Нугзар понял, что их «секрет» — это не просто необходимость прятаться. Это была их собственная, понятная только им двоим игра. В каждом сухом указании Нугзара и в каждом послушном шаге Серёги в полной темноте было столько абсолютного, безграничного доверия, что это ощущалось почти физически. Они играли роли для Эда и тысяч будущих зрителей, но внутри этой пиксельной слепоты они были ближе друг к другу, чем когда-либо.