Голос в моих наушниках

Теплый июньский ветер лениво трепал полы легкого светлого пиджака Нугзара. Вокруг шумел вековой загородный лес, а перед глазами раскинулась безумно красивая, утопающая в живых белых цветах деревянная арка на берегу лесного озера. Это была их свадьба — закрытая, неофициальная, только для своих. Они решили не устраивать публичных каминг-аутов в соцсетях, но скрыть такое событие от команды было просто невозможно. Раскрыть карты перед всей бандой помогла Натаха, которая после той ночи в Дискорде взяла на себя роль главного секретного агента, а затем и организатора праздника. Реакция «Петровичей» превзошла все ожидания. Стас сначала долго молчал, а потом выдал эпичное: «Бля, а я говорил! С вас ящик коньяка!». Херейд боялся реакции Эда, но босс, выслушав их серьезный разговор в реале, лишь крепко обнял обоих, похлопал по плечам и сказал: «Пацаны, главное — будьте счастливы. А за контент не переживайте, просмотры мы и так поднимем». И вот сейчас вся банда сидела на деревянных стульях перед аркой. Наташа в шикарном платье то и дело шмыгала носом, Костя держал коробку с кольцами, а Эдуард, как и обещал когда-то в шутку, стоял по центру в роли импровизированного ведущего, нацепив строгую бабочку прямо поверх кастомной футболки. Нугзар стоял у арки, и его ладони слегка подрагивали от волнения. Но стоило ему поднять глаза и увидеть идущего к нему Серёгу, как вся паника мгновенно испарилась. Серёга был без куртки и капюшона — в элегантном темном костюме, со стильно уложенными волосами. И смотрел он только на Нугзара — тем самым глубоким, беззащитно-искренним и бесконечно влюбленным взглядом. Серёга подошел, и они встали друг напротив друга, соприкоснувшись пальцами. — Дорогие геи... тьфу, то есть, дорогие голубчики! — зычно начал Эд, и банда на стульях дружно грохнула от смеха, мгновенно сбивая излишний пафос момента. — Мы собрались здесь, чтобы закрафтить самый крепкий союз в истории нашей команды. Вы прошли через лаву, ловушки, ревность Стаса и мои тупые шутки. Серёга, готов ли ты терпеть этого ворчливого наставника, делить с ним пиццу и шейдеры до конца своих дней? — Готов, — твердо и не разжимая глаз произнес Серёга, чуть сильнее сжимая ладони Нугзара. — Херейд, готов ли ты прикрывать этого грифера своим щитом, чинить его лаунчер в три часа ночи и любить его вопреки всему? — Готов, Эд. Больше всего на свете готов, — выдохнул Нугзар, чувствуя, как к горлу подступает ком от нахлынувшего счастья. Костя шагнул вперед, протягивая им открытую темно-синюю бархатную коробочку. Парни аккуратно взяли кольца и медленно, глядя друг другу прямо в душу, надели их на безымянные пальцы. Золото мягко блеснуло в лучах заходящего солнца. — Ну всё, по законам нашего Дискорда — объявляю вас мужьями! Горько, пацаны! — гаркнул Эд. Банда взорвалась аплодисментами, Натаха закричала: «Ебать, они делают это!», Стас начал взрывать хлопушки с конфетти, а Серёга резко подался вперед, обнимая Нугзара за шею и впиваясь в его губы самым нежным, самым долгим и самым законным поцелуем в их жизни. На этот раз им больше не нужно было прятаться в шкафах, выключать микрофоны или придумывать фальшивые оправдания. Позже был шумный банкет, веселые тосты, слезы Наташи и их первый медленный танец на деревянном пирсе под светом гирлянд-лампочек, когда солнце окончательно скрылось за лесом. — Ну что, Домер, — прошептал Нугзар, утыкаясь носом в плечо своего мужа, пока они медленно покачивались в такт музыке. — Наш канон официально подошел к хеппи-энду? Серёга крепче прижал его к себе, целуя в макушку, и тихо рассмеялся: — Наш канон, Нугзар, только начинается. И впереди у нас еще целая жизнь. Пошли к ребятам, а то Эд там уже пытается стащить весь свадебный торт в одиночку. Они улыбнулись друг другу и, держась за руки, пошли обратно к теплу огней и смеху своих друзей — в свою новую, абсолютно счастливую реальность.