"Лучше пусть я буду пеплом, чем пылью.
Пусть лучше иссякнет моё пламя в ослепительной вспышке,
чем плесень задушит его!"
Джек Лондон
— Пожалуйста, позволь мне умереть красиво!— глаза, подернутые лихорадочно-озорным блеском, устремились в его, холодные и серые.
"Зачем ты это говоришь? Смотришь мне в глаза, хочешь, чтобы я сделал выбор? Могу ли, имею ли права перечить 14-му командору разведкорпуса? Что ты хочешь от меня услышать? Отправить тебя в самый ад, как бы сделал без колебаний Эрвин?
Вот же чокнутая идиотка, совсем помешалась на гигантах, хочешь отправиться в сущий кошмар и умереть среди мерзких чудовищ? Как же подло, ты ведь знаешь, что я могу тебя остановить. Ты знаешь, и все равно мучаешь, все равно уйдешь, оставишь меня в аду, а сама отправишься на покой к
ним. Ты знаешь, что я обязан тебя отпустить."
И что бы ни происходило, никакая сила не могла остановить учёного к познанию, сумасшедшего к безумию. Страшно, что эти две стороны её личности были неразделимыми спутниками Ханджи, и Леви уже знал, что видит ее такой
живой крепкой и радостной в последний раз.
Сколько раз, рискуя жизнью, отправлялась ты смело вперёд — в неизвестность, одержимая жаждой знания. В такие моменты крутился в голове один навязчивый вопрос: жизнь для тебя совсем ничего не значит? Одержимая, ненормальная, бежишь по краю лезвия и... всегда, всегда такая счастливая, с широкой улыбкой на молодом лице, огоньком в ореховых глазах.
— Как они могли столько скрывать!? Леви, взгляни!— И он правда, старался смотреть только в указанные документы, которые полиция скрывала от мира так много лет. Но невольно цеплялся глаз за помещение, столь захламленное, пыльное и тесное, что дышать стало затруднительно. Сморщившись от неприятной картины, что предстала перед ним, взгляд пал на верхнюю строчку старой пожелтевшей мятой бумаги: "Теория и расчёт реактивных двигателей". — Мне пришла мысль, как пробить броню титана! Скорее бы взглянуть в лицо Эвину, когда меня выслушает! Моблит, собери все отчёты, нам надо успеть к командору до того, как он уедет в Митру! Леви, может пойдёшь со мной? Уверена, тебе будет чему поучиться!
— Обойдусь,— усмехнувшись её словам, сложил руки на груди и собрался выходить из кабинета, но в голове пробежала мысль, как она чертовски хороша, когда в очередной раз учёной приходит в голову новые уникальные идеи.
Нисколько не обидевшись, собрав с Моблитом все необходимые бумаги, направилась к выходу.
— Ну бывай,— и вновь этот сумасшедший блеск в карих глазах Ханджи.
Ханджи...
Ханджи
НЕ УХОДИ
Не успев опомниться, как тело, поддавшись порыву, прильнуло к ней. Крепкие мужские руки обхватили эту несносную женщину, крепко обняв. Ханджи, опешив, замерла, брови поднялись в немом вопросе.
— Такие чокнутые на всю голову сейчас нужны живыми,— и, не дав опомниться, Леви помчался к толпе колоссальных титанов, спасая ребят, не дав погибнуть учёной в этой страшной битве. Он слышал, как Зоэ окликнула его, услышал, как она помчалась вслед за ним, но он так быстр и ловок, уже был далеко, а пред ним — полчище громадных титанов, и лихорадочное желание спасти. Спасти любой ценой.
...Но Леви промолчал. Он не остановил Ханджи, не стал ее переубеждать. Холодные серые глаза мрачно смотрели на верного товарища с уважением и принятием её выбора.
— Ты же меня понимаешь, Леви? — безумная улыбка расплылась на лице. Ни тени сомнения или страха — только твердая решимость идти вперед читалось в её глазах.
— Отдадим свои сердца.
***
Соленый морской воздух приятного щекотил ноздри, яркое солнце слепило глаза, в точности, как
тогда. На том же самом месте стояла вдалеке невысокая фигура в синем костюме. В руках виднелась трость, на которую пожилой мужчина опирался. Его единственный зрячий глаз был направлен вдаль. Призракам прошлого явилась Ханджи в тот день, и Леви наконец-то встретился с ней.
