Хороший мальчик

Шэнь Вэньлан сидел в своём кабинете, перебирал документы, но мысли были где-то далеко. Тело ныло, а внизу живота тянуло, разум то и дело затуманивался, и он уже дважды перечитал один и тот же абзац из отчёта, так и не поняв ни слова. Гон должен был начаться через два дня. У них с Гао Ту даже был отдельный календарик на холодильнике, для обозначения дат. После родов он уже вернул себе форму и ждал свою первую течку, которая после метки всегда совпадает с гоном супруга. Сейчас Шэнь Вэньлан был в состоянии предгона и неудивительно, что он чувствовал легкое недомогание. Но почему-то ему с каждым часом становилось всё хуже. Он даже не заметил, что его феромоны начали выходить из-под контроля. Осознал он это только тогда, когда его сотрудник зашел в кабинет и сразу же побледнел и отшатнулся, еле устояв на ногах. Альфа наконец пришёл в себя и заметил, как крепко сжимая в руках свою ручку, что та погнулась. Так всегда. Перед и во время гона альфы ведут себя раздраженно, не могут контролировать свои феромоны. Но его возбуждённое состояние должно достигнуть пика только через два дня. А до этого момента он должен быть в состоянии выполнять свои рабочие задачи. И раз это произошло сейчас, это могло значить только одно – его гон начинается сегодня, раньше срока. – Скажи подготовить машину, – немного грубо бросил Шэнь Вэньлан испуганному сотруднику, который с удовольствием убежал подальше, с трудом держась на ногах под гнетом таких сильных феромонов альфы S-класса. Шэнь Вэньлан достал свой телефон, собираясь позвонить Гао Ту и спросить о его самочувствии. Ему становилось всё жарче, из-за чего на лбу выступила испарина и пришлось ослабить узел чёрного галстука. Словно супруг почувствовал его намерения, на экране телефона сразу же высветился входящий звонок. Альфа моментально снял трубку, сжимая телефон в руках. Взгляд мгновенно потемнел, и он сглотнув вязкую слюну. – А-Лан... Приезжай, – голос Гао Ту был хриплым и немного хныкающим. Вэньлан мог услышать шуршащие одежды и его тяжёлое дыхание. – Ты мне нужен, у меня, кажется... – Я еду. Пятнадцать минут, потерпи, крольчонок, – Гао Ту что-то промычал, чувствуя прошедшуюся по его телу волну возбуждения от голоса супруга. Шэнь Вэньлану пришлось самому сесть за руль, поскольку его феромоны были слишком сильными и агрессивными чтобы кто-то мог выдержать его присутствие. Он нервно стучал по рулю пальцами, стоя на светофоре. Он давно не видел Гао Ту в течке, и сейчас его воображение разыгралось. Он представил его, скрутившегося в клубок в охапке его одежды, беспомощно скулящим в ожидании своего альфы. От этой мысли он с трудом удерживал скорость в пределах нормы.

***

Тем временем Гао Ту действительно скидал в кучу вещи Шэнь Вэньлана, включая одежду из корзины для грязного белья. Ему отчаянно нужны были его феромоны. Температура его тела все поднималась, а желание становилось просто невыносимым. В конце концов, он сжал между бедер одеяло альфы и беспомощно потирался о него, издавая полувздохи-полустоны и зовя его по имени. Шэнь Вэньлан приехал в обещанное время, даже чуть быстрее. Он дрожащими руками открывал дверной замок, уже чувствуя это. Шалфей. Запах нужды Гао Ту в нём. Когда он толкнул дверь в квартиру, то обнаружил стоящего в дверной проёме прихожей Гао Ту, который на дрожащих ногах пошёл на запах своего супруга. Эти ощущения даже отличались от его обычных течек. Даже после первых родов он не чувствовал себя настолько сильно нуждающимся в прикосновениях, запахе и присутствии своего альфы рядом. Шэнь Вэньлан уставился на него и просто не мог отвести взгляд. Гао Ту стоял, держась за дверной косяк. Он был одет лишь в одну белую рубашку альфы. Та лишь немного был велика Гао Ту, который был почти одного роста с ним и с крепким телосложением. Альфа сглотнул, опускаясь взглядом вниз, пробегаясь им по пухлым и крепким бедрам Гао Ту, на внутренней стороне которых блестели его физиологические жидкости. Взгляд потемнел от охватившего его желания, и он громко захлопнул дверь и в несколько шагов преодолел это расстояние между ними. На Гао Ту сразу же обрушился пропитанный возбуждением феромон ириса, заставив его колени подогнуться. Но омега устоял на ногах благодаря тому, что схватил Шэнь Вэньлана за галстук, потянув на себя, а тот обвил его талию, крепко вжав в своё тело. Гао Ту охнул от неожиданности, чувствовав уперевшийся в него сквозь одежду эрегированный член. Воспользовавшись тем, что он открыл рот, Шэнь Вэньлан сразу заполнил его своим языком, глубоко и очень влажно целуя Гао Ту. Омега горячо простонал в его рот, гостеприимно раскрывая пухлые губы. Альфа целовал его так долго и сладко, что Гао Ту подумал, что может кончить только от одного поцелуя. Он все еще держал его за галстук, а из уголка рта по подбородку текла чрезмерно выделяющаяся слюна. Шэнь Вэньлан чувствовал легкое удушье от натянувшегося галстука, что только усилило его вожделение, заставив нетерпеливо пересчитать позвонки Гао Ту, забравшись руками под свою же рубашку. – Погоди... в душ. Надо в душ. Мне так жарко, А-Лан, – с аппетитным причмокиванием оторвался от его губ Гао Ту, а после намотал его галстук на свою ладонь и потянул за собой. Шэнь Вэньлан тихо простонал от этого одновременно приказывающего и нуждающегося голоса Гао Ту. Ему нравилось, когда омега был с ним таким. И ему нравилось то, что он повёл его в ванную, не отпуская галстук, словно большую нетерпеливую собаку, послушно машущую пушистым хвостом. Омега толкнул его в душевую кабину и зашел следом, закрыв стеклянные ставни за ними. Он поднёс галстук альфы к его же губам. Взгляд омеги был полон желания, а Вэньлана – молчаливой покорности. И покориться он мог лишь одному человеку на свете, который стоял сейчас перед ним. – Прикуси его, – прошептал Гао Ту, взглянув на выполнившую его просьбу приказ альфу. Шэнь Вэньлан действительно зажал свой галстук между зубами, не высказав и слова в ответ. – Хороший мальчик. Шэнь Вэньлан с трудом сдержал стон от его слов, а после почувствовал, как на них обрушились струи немного прохладной воды. Ему мгновенно полегчало от того, что его тело наконец-то остывало. Стекло сразу же запотело, а одежда стала мокрой, неприятно прилипая к телу. Гао Ту зарылся рукой в его волосы и широко мазнул языком по чужой чувствительной шее, заставив альфу вздрогнуть. Губы нашли пульсирующую под кожей венку и сладко присосались, оставив после себя наливающееся кровью пятнышко. Шэнь Вэньлан с трудом держал себя под контролем, чтобы не наброситься на омегу и вкусить его горячее выгибающееся тело, наслаждаясь хриплыми стонами и срывающимся с этих алых порочных губ собственным именем. Но если он не будет послушным, то Гао Ту не похвалит его и даже может прибегнуть к наказанию. Поэтому оставалось только держать себя в руках. Гао Ту прижал его к стене и легонько прикусил тонкую кожу ещё раз, прежде чем отстраниться и позволить увидеть себя в полный рост. Шэнь Вэньлан почувствовал, как его член дернулся в узких штанах, принося болезненное ощущение. Рубашка на теле Гао Ту намокла, облепив его. Альфа жадно смотрел на рельефы его тела, на очерченный пресс и тонкую талию. Но куда больше его внимания перетягивали к себе просвечивающиеся сквозь одежду пыльно-розовые соски, все еще слегка припухшие после грудного вскармливания. В какой-то момент Шэнь Вэньлан даже допустил мысль, что перед ним дьявол во плоти. От такой картины он просто не сдержал стон, из-за чего галстук из его рта выпал. Он протянул руку с дрожащими то ли от холода, то ли от возбуждения пальцами. Но Гао Ту перехватил её, на мгновение прижавшись губами к поблескивающему прохладному кольцу на безымянном. – Смотреть – можно, трогать – нельзя, – томно сказал Гао Ту так, чтобы можно было услышать сквозь шум все также льющейся на них воды. А затем омега протянул руку к ремню на его брюках, одной рукой ловко, не в первый раз, отстегнув пряжку и в следующее мгновение опустившись на колени и зубами потянув молнию вниз. Шэнь Вэньлан вздрогнул, когда его эрекция была освобождена от тесных брюк, а Гао Ту потерся щекой об его член. – Тут так скользко, – прошептал Гао Ту, проводя ладонью по всей длине и большим пальцем размазав предэякулят, выступивший на кончике. Шэнь Вэньлан зажмурил глаза и помолился всем богам, чтобы не кончить прямо сейчас от всей этой картины и микса ощущений. Но после он всё-таки опустил взгляд вниз, туда, где Гао Ту уже во всю ласкал его с помощью ладони. Омега языком огладил его головку, чувствуя, как сзади него выделяется все больше жидкости. Раньше ему было стыдно за свою физиологию, которая могла буйствовать сутками, сжигая его одного. Но после стольких лет брака он осознал, насколько сильно это сводит Шэнь Вэньлана с ума. А еще больше его альфе нравится, когда Гао Ту ведёт его сам, слегка надавливая и подавляя свойственные альфам порывы «валить и трахать». У омеги был талант к тому, чтобы придумать такой сценарий, от которого Шэнь Вэньлан в конце концов сойдет с ума. Шэнь Вэньлан глубоко стонал от толчков в глотку Гао Ту, который мог заглатывать его почти целиком. Как же альфе хотелось взять его за волосы и задать свой собственный темп, а после излиться на это чертовски красивое лицо. Но он сжал кулаки и терпел даже тогда, когда омега намеренно замедлял темп и наблюдал за его реакцией. – Черт, Гао Ту, не издевайся, – не выдержал он, потянувшись к омеге рукой, но тот шлепнул по ней и простонал с членом во рту, посылая по стволу вибрации. Шэнь Вэньлан не сдержался от нецензурных выражений, когда внизу его живота взорвался фейерверк, а сперма выстрельнула, запачкав губы Гао Ту. Но она сразу была смыта водой, не позволяя ему запечатлеть этот образ в памяти. В душевой кабине постепенно становилось нечем дышать. Горло и колени Гао Ту саднило, когда он поднялся на ноги. Он прижался к Шэнь Вэньлану в объятии, нежно выдохнув в его ухо ласкающие слух слова: – Хороший мальчик. Шэнь Вэньлан прикрыл глаза, вдыхая его запах, а после обхватив его бедро, отводя в сторону и прижав омегу к стене. Гао Ту рвано выдохнул, когда альфа проскользнул рукой по внутренней стороне и коснулся его влажного входа, пульсирующего в нетерпении. Щеки заалели несмотря на то, что он только что вытворял. Губы альфы прикоснулись к метке на его шее, и он лизнул её кончиком языка, посылая мурашки по коже Гао Ту. – Хороший мальчик ведь заслужил награду? – спросил Шэнь Вэньлан севшим голосом, потянув свой галстук и наконец развязывая узел. Затем резкими движениями расстегнул свою рубашку, оторвав несколько пуговиц. Гао Ту прильнул к нему и рукой нащупал душевой кран, перекрыв воду. Сразу стало тише, слышно было только тяжёлое дыхание, потому что было душно и недостаточно кислорода. Омега почувствовал, что альфа приподнял его, вжав в себя и заставляя его очаровательно стойщий член неприятно проехаться по ткани рубашки. Гао Ту пристально заглянул в его глаза и поднял руку, нежно погладив по щеке. – Заслужил. Шэнь Вэньлан распахнул стеклянные ставни и влажными ногами, со стекающей на пол с их мокрых тел водой, проследовал прямиком в спальню. Гао Ту обвил его талию ногами и слегка подрагивал, прижавшись носом к его феромонным железам и не отцепляясь. Альфа повалил его на влажную от пота и выделений постель, на которой были разбросаны его вещи. Гао Ту лежал на спине в облепившей его мокрой рубашке, а Шэнь Вэньлан долго целовал его, избавляя себя от остатков одежды. Омега подрагивал в нетерпении и неглубоко царапал его плечи короткими ногтями. Альфа огладил его тело, касаясь живота с горизонтальным тусклым шрамом и следами растяжек. Он боготворил тело Гао Ту и не позволял ему считать себя непривлекательным. В конце концов, Шэнь Вэньлан расстегнул пару пуговиц на рубашке омеги, покрывая его грудь и торс поцелуями-засосами. Собственный член потирался об чужое бедро, лишь больше распаляя его. Гао Ту под ним дрожал и всхлипывал, сводя колени вместе и сходя с ума от зуда. Заметив его метания, Шэнь Вэньлан скользнул рукой между его бедер, касаясь пульсирующей дырочки и заставив омегу подпрыгнуть и попытаться хоть как-то простимулировать себя там. – Х-хочу, – проскулил Гао Ту со стекающей из уголка губ слюной. Он двигал задницей в нетерпении, желая получить удовольствие. Но Шэнь Вэньлан, как бы сам не хотел погрузиться во влажность его открытого тела, не спешил. Он собирался заняться подготовкой, но омега замотал головой быстро, перехватив его руку. – Там все... Все готово. Ты можешь... Гао Ту прикусил губу, вспыхнув, а Шэнь Вэньлан замер на месте, а после перевел на него потемневший взгляд. Омега вздрогнул и виновато отвёл глаза. Он знает, что альфа предпочитает сам проводить все этим интимные прелюдии. А сегодня он лишил его такого удовольствия. – Так вот чем мой супруг занимается тут без меня, – с укором сказал Шэнь Вэньлан, поцелуями спускаясь от линии его челюсти вниз, попутно игриво прикусив розовый сосок и контрастно нежно поцеловав его шрам. Гао Ту пристыженно покраснел, наблюдая за ним и чувствуя, как собственные ноги сами по себе разъезжаются в стороны. Лицо его альфы оказалось слишком близко к промежности, и он взволнованно схватил его за волосы, пытаясь оттянуть вверх. Но Шэнь Вэньлан схватил его за запястье, не позволяя этого сделать. Горячее дыхание коснулось его пылающей дырочки, от чего омега поëжился. – Туда... Не надо, слишком липко. Просто сделай уже..? – прерывисто пытался сопротивляться Гао Ту, но у него ужасно получалось. Он хотел отстраниться, но при этом тянулся отдаться целиком и полностью. – Ты обещал награду, и я планирую её забрать, – прикусил его внутреннюю сторону бедра Шэнь Вэньлан, заставив всхлипу сорваться с его губ. А затем хлюпающие звуки начали доноситься из нижней части его тела, когда Шэнь Вэньлан собирал пальцами липкие выделения, размазывая их по его бедрам. А затем вновь и вновь погружался языком внутрь его сокращающихся мышц, заставляя Гао Ту метаться по постели. У омеги поджались пальцы на ногах, он крепко держал альфу за волосы, не зная, что хотел сделать – поддаться или оторвать его. Он приподнимал бедра, выгибался в пояснице и ерзал, совершенно потонув в водовороте чувств. В уголках глаз выступили слезы удовольствия, а глаза периодически закатывались при особо глубоких проникновениях скользкого от слюны и выделений языка. Омега не знает, сколько времени Шэнь Вэньлан проводил эту сладкую пытку, но чувствовал, что постель под ними была полностью мокрая. Одна только мысль, что альфы касается его в таких местах, заставляла все его внутренности сжаться в тугой узел. И в конце концов, в какой-то момент весь этот комок приятно и резко развязался внизу его живота. Он задрожал, сжав голову Шэнь Вэньлана между бедер и с его именем на губах запачкав струйкой спермы свой живот. Когда Шэнь Вэньлана вылез, грудь Гао Ту тяжело вздымалась, а лицо было покрыто потом и слезами. Его взгляд был мутным от оргазма, но в то же время сочащийся не до конца высвобожденной страстью. Пока Гао Ту приходил в себя, Шэнь Вэньлана покрывал его тело поцелуями и легкими покусываниями. Когда омега восстановил силы, то толкнул его в грудь, опрокинув на спину и сев сверху. Альфа восторженно смотрел на возвышающееся над ним тело и чувствовал, как член потирается между влажных ягодиц. Он сглотнул, заметив, что Гао Ту достал презервативы, раскрыв один зубами и раскатав по его стояку. А после снял с каких-то его брюк, валяющихся на кровати, ремень. Взгляд Шэнь Вэньлана загорелся, когда он увидел, что Гао Ту потянулся к его шее, застегнув пряжку на ней и слегка потянув. Альфа почувствовал легкое удушье, заставившее его испытать ещё более сильный приток крови к головке члена. Гао Ту с улыбкой потянулся к его лицу, приподнимаясь бедрами и направив в себя его эрекцию. Губ Шэнь Вэньлана коснулся легкий, почти невинный поцелуй, а после его прошиб удар тока, когда омега плавно насадился на его член до упора. Оба не сдержали стона, а после наступила тишина, в течение которой Гао Ту привыкал к этому приятному чувству растяжения. Шэнь Вэньлана крепко сжал его бедра, так, что потом останутся синяки. Гао Ту начал плавно покачиваться на нём, издавая короткие горячие вздохи. Место их соединения было до безобразия влажным. Щеки омеги покраснели, когда его тело начало все сильнее и жаднее всасывать в себя член супруга, сжимаясь и пульсируя вокруг крепкого ствола. Постепенно амплитуда движений Гао Ту стала сильнее, как и звуки, срывающиеся с припухших губ, которые альфа безотрывно целовал. Шэнь Вэньлан подмахивал бедрами, пытаясь погрузиться ещё глубже в так жаждущее этого нутро. Через время омега начал приподниматься и опускаться, объезжая чужие бедра в погоне за ещё большим удовольствием. Шэнь Вэньлан стонал в его губы, сжав одну из ягодиц и отводя в сторону для более глубокого проникновения. Гао Ту быстро выбивался из сил, пока активно качался на его бедрах, истекая природными соками. Стоило омеге с продолжительным стоном кончить один раз, как его уже вновь натягивали на налитый кровью член. Тело было раскрыто, истекало и благоухало, все больше сводя Шэнь Вэньлана с ума. Гао Ту не был маленьким и хрупким. Он был таким идеальным для Шэнь Вэньлана, который щедро одаривал его крепкий торс поцелуями, сжимал и целовал длинные ноги. На шее альфы определенно останется след от ремня, который Гао Ту в порыве страсти неконтролируемо оттягивал на себя. А его альфу это еще больше заводило. Гао Ту не знает, отдыхали ли они вообще. Он помнит только, что Шэнь Вэньлан взял его в душе, на кухне и даже на мягком ковре в спальне. Омега подставлялся и позволял ему распоряжаться своим телом. Когда они просыпались после несколько часового сна, Гао Ту сразу чувствовал жар и влажность внизу. А Шэнь Вэньлан сразу же приходил ему на помощь, помогая утолить весь этот пожар и голод, пусть для начала ему нужно было спалить Гао Ту вместе с собой в этом пламени. Омега сжимал подушку и кусал её, зажмурив глаза. Сзади к нему прожималось крепкое горячее тело, а их бедра шлепались друг об друга, наполняя комнату пошлыми звуками совокупления двух людей. Гао Ту подставлял спину, усыпанную поцелуями и засосами, под нежные поцелуи, контрастирующие с происходящим горячим действом между их нижними частями тела. Комната пропахла шалфеем, ирисом и запахом секса. Ягодицы уже саднило от того, как альфа сжимал, шлепал и кусал их, но телам все еще было мало. – Вэньлан, хн... Сильнее, я хочу ещё, ещё, ещё, – скулил Гао Ту в подушку, приподняв бедра и ерзая ими, будучи насаженным на толстый ствол. – Гао Ту, – прохрипел Шэнь Вэньлан и носом уткнулся в его загривок, легонько потеревшись. – Я дам тебе столько, сколько захочешь. Их течка и гон закончились на день раньше положенного. Но они были настолько интенсивными, что под конец оба были истощены. Только вот Шэнь Вэньлан, альфа S-класса, был выносливее. Так что только один Гао Ту не мог найти сил встать с кровати. – Я скучаю по Леле и Синю, – буркнул Гао Ту, сидя завернутым в одеяло после душа. Шэнь Вэньлан обнимал его сзади, смотря в экран телевизора. – Хорошо, что Хуа Юн согласился их забрать, когда мне внезапно стало плохо... – Я тоже скучаю, – честно сказал альфа, найдя его руку и переплетая пальцы. – Через пару часов заедем за ними. Квартира как раз проветрится. При упоминании об этом Гао Ту не смог сдержаться от того, чтобы не вспыхнуть. Им, точнее Шэнь Вэньлану, пришлось перестирать все вещи, которые были перепачканы их несдерживаемыми следами любви. Дома пришлось открыть все окна, ведь каждый уголок пропах их высококонцентрированным запахом. Поэтому сейчас Шэнь Вэньлан не выпускал его из одеяла, боясь, что тот простудится. – Сам скажешь им, что мы заболели и лечили друг друга, – проворчал Гао Ту, прикрыв своё лицо руками. – Я не думал, что все начнется так внезапно, и все будет настолько, эм, сильно. – Ну, мой драгоценный супруг, мой Гао Ту, такой вкуснопахнущий и ненасытный. Я тоже был удивлен, но я очень доволен, – хмыкнул в ответ альфа, проводя пальцами по его влажным после душа волосам. – О, особо мне понравился момент, когда ты взял ремень и... – Заткнись! – Гао Ту с пылающим лицом выскочил из объятий и швырнул в него подушку, едва сам не свалившись с кровати. Благо, Шэнь Вэньлан и подушку, и его, поймал. – Всё-всё, буду молчать, – пообещал Шэнь Вэньлан и поцеловал его в макушку. – Поспи немного, а потом поедем за нашими непоседами. Гао Ту недовольно поворчал на него, обзывая дураком. Но в конце концов уснул в его объятиях, видя самые сладкие сны. А потом ему придется как-то отбиваться от любопытных вопросов своей малышни и прятать следы на шее.