Теория невозможного союза.

Морис. Морису снова приснился сон. Впрочем, было бы странно, если бы это оказался не кошмар. Других снов ему практически никогда не снилось — только тьма, обрывки воспоминаний и ощущения, очень неприятные, к слову, ощущения после сна. Ему казалось, что он горит. Воздуха не хватало. Каждый вдох давался с трудом, лёгкие будто отказывались работать, а вокруг стоял удушающий запах гари. Морис сделал рваный вдох и, не удержавшись, упал на колени. Он знал этот сон почти наизусть. Знал каждый момент, каждое движение, каждое чувство, которое снова и снова заставляло его переживать всё с самого начала. Вот он стоит посреди пустоты. Вот его ноги подкашиваются. Вот перед ним появляется она — Тень. Именно так Морис давно окрестил её про себя. Тёмный силуэт с волосами, чёрными словно сама ночь, и слишком бледной кожей, которая казалась почти неестественной. Лица он никогда не видел. Оно всегда оставалось размытым, превращаясь в одно большое молочное пятно, будто его собственный разум специально не позволял ему запомнить. Но голос.. голос он слышал всегда. Искажённый, неприятный, пробирающий до костей. Тень приближалась к нему, наклонялась и начинала что-то шептать. Морис никогда не мог разобрать слова до конца — они словно растворялись в шуме, исчезали прежде, чем он успевал их понять. Но ему не требовалось слышать их полностью. Он просто знал, что это были плохие слова. Ужасные вещи, которые она ему шептала из раза в раз. Его лицо исказилось от страха, который он ненавидел больше всего на свете. — Уйди... уйди... — прошептал он, словно повторял молитву, в которую сам не верил. — Просто уйди... Но Тень лишь усмехнулась, а затем взмахнула руками. Всё вокруг исчезло. Темнота окружила его со всех сторон. Морис больше не видел ничего — только бесконечную пустоту, в которой он казался слишком маленьким и слишком беззащитным. Он стоял словно посреди поля, но вокруг не было ни травы, ни деревьев, ни хоть какого-то признака жизни. Только он и она. А затем вокруг них вспыхнул огонь. Кольцо пламени медленно появилось из ниоткуда, окружая Мориса. Он инстинктивно сжался, отступая назад, хотя понимал — отступать было некуда. Тень смеялась. Она смеялась над ним, пока огонь становился всё ближе. — Ты мёртв, — произнесла она. Голос эхом разнёсся по пустому пространству. — Морис мёртв. Морис Арман Ривьер мёртв. Слова повторялись снова и снова. Мёртв. Мёртв. Мёртв. Они били по сознанию, заставляя каждую частицу тела напрягаться. Тень подошла ближе. Настолько близко, что Морис почувствовал холод, исходящий от неё, несмотря на жар огня вокруг. Она наклонилась к его уху и прошептала: — Ты труп, Морис. А затем снова рассмеялась. Она смеялась, пока пламя приближалось. Пока расстояние между ним и огнём становилось всё меньше. Морис хотел закричать. Хотел позвать кого-то. Хотел хотя бы сделать шаг назад. Но тело не слушалось. Он был заперт. Он был один. И именно в этот момент он проснулся. В комнате было темно. Но он проснулся не сам, это он понял почти сразу. Его разбудил чей-то голос, и настойчивые руки. — ...Господин Ривьер, прошу вас, просыпайтесь!.. Морис моргнул несколько раз, пытаясь вернуть зрению ясность. Остатки кошмара всё ещё цеплялись за сознание, а сердце продолжало биться слишком быстро, будто он всё ещё находился среди огня. Но огня не было. По крайней мере, того, который был в его сне. Перед ним стоял мужчина средних лет с тёмными волосами, в которых уже проступала лёгкая седина. Карие глаза смотрели на него непривычно мягко — слишком мягко для человека, который обычно скрывал эмоции за спокойной маской. Перед ним стоял никто иной, как Арль Дюпон — консильери его отца. Человек, который служил семье Ривьеров почти всю свою жизнь. Морис несколько секунд просто смотрел на него, не понимая, почему именно Арль стоит рядом с его кроватью посреди ночи. А затем ему в голову пришла мысль. Неужели он снова шумел во сне? От этого стало только раздражающе. Он ненавидел, когда кто-то видел его таким слабым. Морис только хотел высказать свое возмущение и недоумение, когда Арль перебил его. — Господин Ривьер... — голос Арля был напряжённым. — Вам нужно срочно бежать. Морис нахмурился. — Что? — перебил он, слишком резко даже для себя. И именно тогда он почувствовал запах. Едва уловимый сначала, но теперь он становился всё сильнее. Гарь. Дым. Где-то вдалеке раздавались приглушённые звуки, слишком хаотичные для обычной ночной тишины. Где-то что-то происходило. Арль отвёл взгляд всего на секунду, но этого хватило, чтобы Морис понял: мужчина что-то скрывает. И это ему совершенно не понравилось. — Простите меня, господин, но у меня нет времени объяснять, — произнёс Арль. — Кто-то из наших людей предал семейство Ривьеров. Они устроили переворот. Морис застыл. Слова будто не сразу дошли до сознания. Переворот? — Ваш отец... — Арль замолчал, словно ему было трудно произнести следующие слова. — Ваш отец мёртв. Несколько секунд в комнате была абсолютная тишина. Морис смотрел на него, пытаясь найти хоть одну деталь, которая бы говорила о лжи. Он всегда замечал ложь. Но сейчас ничего не было. На лице Дюпона была выражена только боль. — Мой отец мёртв? — тихо переспросил он. Арль едва заметно кивнул. В его глазах блеснули слёзы, и это окончательно подтвердило то, что Морис уже понял. Арль никогда бы не стал лгать ему о таком. Тем более — о смерти человека, которому посвятил всю свою жизнь. Морис медленно вдохнул, заставляя себя вернуть привычную холодную маску. Он не мог позволить эмоциям взять верх. Не здесь и не сейчас. — Кто они? — спросил он. В голосе не было паники, только холод. — Я не знаю, младший господин, — ответил Арль. — Но они устроили пожар. Если вы останетесь здесь, они найдут вас и убьют. Он сжал кулаки. — Многие из французов перешли на их сторону. Предатели... — голос Арля дрогнул от злости. — После всего, что сделал ваш отец... Морис уже почти не слушал. Его разум работал быстрее слов. Переворот. Предательство внутри семьи. Пожар. Его отец мёртв. Их цель — он. Всё сходилось. — Идём, — коротко сказал Морис. Он поднялся и направился к окну, даже не спрашивая разрешения. Арль последовал за ним, но остановился. — Я не могу. Морис замер и медленно повернулся. — Что? Арль посмотрел на него с такой усталостью, что на мгновение стал выглядеть старше своих лет. — Кто-то должен убедиться, что наследник мёртв. Морис ничего не ответил и просто уставился на него. — Простите меня, — тихо продолжил Арль. — Но мой долг перед вашим отцом — спасти вас. И прежде чем Морис успел что-либо сказать, мужчина сделал шаг вперёд. Он почувствовал, как к лицу прижали ткань с резким, неприятным запахом. Вещество ударило по рецепторам настолько сильно, что на мгновение стало трудно думать. Морис попытался отстраниться, но остановился. Бороться было бессмысленно. Только не против Арля. Если консильери его отца пошёл на это, значит, у него был план. И, как бы сильно Морис не ненавидел отсутствие контроля, он доверял Арлю. — Глупый старик... — едва слышно пробормотал он. Арль что-то сказал, но слова уже начали растворяться. Мир стал расплываться, свет исчезал. Звуки становились всё дальше. И прежде чем тьма окончательно поглотила его, последняя мысль Мориса была неожиданно спокойной: отец всё-таки успел что-то подготовить. А затем его тело обмякло в руках консильери.