Close your eyes, have no fear

      — боги, за что мне это.. Афина перепробовала все способы что существоваи и которые она придумала за те несколько часов, что пыталась уложить этого змееныша спать. Она укачивала его, пела песни, подкидывала в воздух, даже разговаривала с ним! Но нет, Эрихтонию нужно продолжать рыдать как будто его пытают в Тартаре и не реагировать ни на какие попытки успокоить его. Богиня хотела наорать на него, скинуть с самой высокой крыши, зарезать, лишь бы он замолчал! Но умом она понимала что это аморально и, пусть это будет выходом из ситуации, но это будет ужасным выходом. Даже будучи божественном нельзя просто так забрать чью-то жизнь, если ты не бог смерти. — неспокойная ночка выдаётся? Афина подняла голову. На окне её комнаты сидел Гипнос, перебирая в руках струны бузуки, с очень спокойным видом, так словно сидел тут не одно столетие. Или она уснула, или он пришёл принести кому-то сон, или пришел поиздеваться над ней. Афина надеялась на первый вариант, но и тот отпадал, поскольку она все ещё слышала этот ужасный звук. — а ты не слышишь..? — слышу. Детский сон особенно чуток и сложен. В нем не разбираюсь даже я, повелитель снов. И очень часто молодые мамы сталкиваются с тем что укачать малыша невероятно сложно. В том что твой малыш плачет без перерывов нет ничего плохого, Паллада, он совершенно здоровый и нормальный, просто не может уснуть из-за дискомфорта. — он не мой сын.. И я не молодая мама. — заметь, я сказал "малыш", а не "сын". Гипнос сошёл с окна, продолжая перебирать струны бузуки, направляясь в комнату к Эрихтонию. Афина чувствовала что он использует свои чары на ней, но все же сопротивляться не могла, поэтому пошла за ним. Когда она пришла Гипнос стоял у кровати Эрихтония. Ну, что-ж, не совсем кроватки. Она просто уложила его на стол, даже не укрыв, но он был укутан в теплое покрывало! — ты не такой как другие детки, так ведь? Звуки музыки не успокаивают тебя, а раздражают. Афина нахмурилась, услышав это. Всем детям нравилась игра на музыкальных инструментах, и божественным, и смертным! Что не так с этим змеенышем? — в каком смысле они могут его раздражать? — вибрации. Он чувствует их, но я не понимаю почему. Может ты прольешь мне свет на причину, столь странного поведения своего малыша, Паллада? Богиня ненавидела говорить об этом. Она была идеальна. Ровный нос без горбинки, кожа без единого намека на веснушки или морщины, здоровые густые волосы без седины, мускулистое телосложение, никакой обвисшей кожи, нет ни одного волоса на руках или ногах. А Эрихтоний.. Пусть он и не бог, но он был рожден от бога и изначального существа. Он был красив, она этого не отрицала, но его хвост был уродством, которое нельзя было никак убрать. Её не то что ужасал этот хвост, он просто был противен ей. — он наполовину змея. Вероятно, из-за этого он так реагирует. Она ожидала насмешки, отвращения, но Гипнос лишь хмыкнул. Бузука исчезла, вероятно, переместившись в царство сна. Бог осторожно просунул руки под спину мальчишки, подняв его, и стараясь понять что ещё вызывает у младенца дискомфорт. Затем он уложил его и размотал покрывало вокруг хвоста мальца. Кожа на хвосте Эрихтония отслаивалась. — линька. Во время неё змеи чувствуют себя особенно уязвимо.. Под чарами Афина сказала то, что было нужно Гипносу. Она знала это как свои пять пальцев, в конце концов, змеи были её символом. И даже так она ненавидела этого змееныша всем своим сердцем, если оно у неё было. Гипнос хмыкнул, осторожно сняв опавшую кожу с малыша. Тот захныкал сильнее, поджав хвост под себя. — значит, нужно дать ему ощущение безопасности. Из-за чего они чувствуют себя уязвимыми? — не могут питаться, защищаться, в этот период они прячутся от опасностей. Гипнос осторожно поднял малыша в воздух, держа за подмышки. Эрихтоний замолк, сжавшись сильнее, жалобно всхлипывая. Афина нахмурила брови, глядя на своего воспитанника. Змееныш действительно выглядел как Офис (змея Афины, с греческого её имя буквально означает змея) в момент линьки. Только Офис богине было жаль, а Эрихтония нет. Почти. — чш, малыш.. Пусть твои сны ничего не тревожит.. Гипнос прижал мальчишку к своей груди, нежно укачивая. Над змеенышем стали бегать овечки — помощники бога сна, которые приходили к детям за место своего господина, они насылают ощущение безопасности и абсолютное спокойствие. Благодаря ним, Эрихтоний зевнул спустя минуту, а через две уже спал крепким сном. Гипнос ласково улыбнулся, после чего вышел из комнаты с мальчиком на руках. Афина, все ещё под чарами бога, шла за ним. Тот пришел в её комнату, уложив змееныша на кровать богини. — спи спокойно, юный царь, пусть твои сны ничего не тревожит. После чего бог призвал свою бузуку и стал играть, перебирая струны. Афина почувствовала что поддается вперёд, перебирая ногами и идя на кровать, чувствуя себя так, словно её душа была вдали от тела. Она осторожно улеглась возле Эрихтония, веки дрожали.. — будь спокойна в своих снах, Афина Паллада. Услышала богиня голоса бога, перед тем как закрыть глаза и провалиться в сон. Гипнос, последний раз посмотрев на мать и дитя, улыбнулся и покинул храм, оставив после себя лёгкий запах лаванды и тяжесть сна.