Часть 1. Фэй Ду.
«Фэй Ду возглавлял эту шайку богатеньких детишек. Ведь над ними пока господствовали их отцы, а значит, они все еще оставались «наследными принцами», в отличие от господина Фэя, который лишился матери в юности. Позже, когда он достиг совершеннолетия, его отец попал в аварию и стал овощем. Потому он «взошел на престол» намного раньше других наследников.
Богатый, молодой и без всякого надзора со стороны, конечно же, он моментально ворвался в круг главных мажоров города. К счастью, роль талантливого «золотого ребенка» Фэй Ду нисколько не привлекала, поэтому в рисковых инвестициях и сомнительных проектах он замечен не был, а в делах, напротив, отличался сдержанностью и осторожностью. Разрушать семейный бизнес он решил другим путем - полнейшей распущенностью, однако ж наследство его было столь внушительно, что «загулы» молодого человека пока не смогли нанести ему хоть сколько-нибудь ощутимый урон.»
Прежде всего, я бы хотела рассмотреть Фэй Ду как полноценную личность, а не как героя детективной истории или романтического персонажа. В первую очередь он предстает нам человеком, что сформировался в крайне специфических условиях и сумел выжить в среде, которая последовательно разрушала его представления о базовой безопасности, безусловной любви и самом себе, что неизбежно оставляет глубокий след в дальнейшей жизни человека. Фэй Ду представляет собой человека, выросшего в атмосфере хронического психологического насилия со стороны отца (то бишь, авторитетного и самого значимого взрослого). Хотя его история не связана с войной или политикой, она являет собой более обыденное дело, про которое мы все слышали не раз и не два. Проблемы в детско-родительских отношениях — это то, с чем люди сталкиваются повсеместно, поэтому проблема Фэй Ду может казаться нам столь узнаваемой. Иными словами, эта история являет нам пример того, как родитель способен последовательно разрушать личность собственного ребёнка, навязывая ему искажённое представление о мире и человеческой природе. Фэй Чэнъюй стремился доказать сыну, что жестокость, безразличие и власть являются естественной сущностью любого человека. Для ребёнка, чья психика ещё находится в процессе формирования, критически важно чувство безопасности и само наличие некого «авторитета» (значимого взрослого), что может быть для него опорой, поддержкой и источником безопасности и безусловного принятия. У маленького Фэй Ду, в свою очередь, всё же был значимый взрослый — это его матушка. Однако она сама находилась в крайне зависимом и уязвимом положении, поэтому не могла стать для сына надёжной фигурой безопасности и защиты. Источником угрозы для Фэй Ду был собственный дом, хотя должно было быть всё ровно наоборот. Место, которое для детей является убежищем, превратилось для него в пространство постоянного напряжения с непредсказуемыми условиями, где он не знает, что произойдёт на следующий день. Практически с пеленок Фэй Ду сталкивался с разрушением базовых представлений о человеческих отношениях. Его отец использовал власть в качестве инструмента контроля над собственным чадом, а окружающие люди воспринимались как объекты для манипуляции, что было направлено на привитие подрастающему наследнику той жестокости, которой обладал сам Фэй Чэнъюй. В подобных условиях ребёнок неизбежно начинает воспринимать мир как небезопасное место, в котором искренность становится слабостью, а доверие уязвимостью и неоправданным риском.«Взгляд Фэй Ду упал на металлическое кольцо на его шее – это металлическое кольцо было таким знакомым, таким странным. Когда он был маленьким, на другом конце была горсть простых колец, которые заставляли его сжимать пальцы, когда он задыхался, сжимая шеи этих маленьких животных. Позже металлическое кольцо приобрело более сложную форму: другой конец сомкнулся на шее человека с небольшой рукояткой между ними. Если бы он только подсознательно сжал ее, то увидел бы охваченное паникой, задыхающееся лицо другого человека… и сделал бы еще один вздох. Это было орудие пытки, которое Фэй Чэньюй изобрел сам, полный злобного воображения. Теперь его великое изобретение, другой конец этого металлического кольца, был надет на его собственную шею.» (178 глава.)
На первый взгляд Фэй Ду кажется человеком, который прекрасно контролирует свою жизнь. Он уверен в себе, остроумен, социально успешен и почти всегда сохраняет самообладание. Однако значительная часть этих качеств является результатом многолетней адаптации к непредсказуемой домашней среде, а не отражением внутреннего благополучия. Одним из главных внутренних конфликтов Фэй Ду является восприятие собственной природы. Его волнует не столько оценка поступков как правильных или неправильных, сколько то, что они говорят о его собственной природе. Хороший ли он человек, не стал ли он чудовищем подобно своему отцу? Он тянет этот груз на протяжении всей новеллы, излишне самокритично и порой жестоко относясь к себе.«— Личность человека формируют внешние факторы, такие как: окружение, удача, любовь, антипатия… Это касается даже Лу Гошэна, с которого хочется содрать кожу и вытянуть жилы. Однако через «травму», что наносит тебе убийца, формируется часть тебя самого, твои плоть и кровь. Такова правда, нравится это тебе или нет. Лу Цзя уставился на него. — Знаешь, что бы в таком случае сделал я? Я бы отрезал от себя этот кусок плоти, выпустил чашу крови, а искривленные кости раздробил бы топором. Я не тот, кто смотрит в бездну, я и есть бездна, — Фэй Ду кровожадно улыбнулся ему. Но прежде чем улыбка полностью расцвела на его губах, настрой молодого мужчины сбил еще один автомобильный гудок.» (129 глава)
Большая часть его взрослой жизни строится вокруг попыток найти доказательства того, что он не похож на собственного отца. Именно поэтому Фэй Ду настолько щепетилен в вопросах человеческой жестокости, настолько одержим мотивами преступников и столь болезненно реагирует на любые признаки собственной эмоциональной холодности. Его пугает возможность однажды увидеть в зеркале человека, которого он ненавидит больше всего. Того, кто стал для него моральным судьей и мерилом того, кем он не хочет стать. Из этого берет начало характерная для него двойственность. С одной стороны, он стремится к людям, очень внимательно изучает их, помогает жертвам, участвует в расследованиях и демонстрирует высокий уровень когнитивной эмпатии. С другой сохраняет эмоциональную дистанцию, тем самым напоминая себе, что никого нельзя подпускать слишком близко, дабы вновь не дать «неправильному» человеку власть над собой. Именно поэтому Фэй Ду производит впечатление человека, который, находясь среди людей, словно существует «отдельно» от них в эмоциональном смысле.***
Если рассматривать Фэй Ду через призму психологии, можно предположить наличие последствий длительной травмы развития и комплексной психотравматизации. Особенно отчетливо у него прослеживаются проблемы с формированием устойчивого образа себя, то бишь внутреннего «Я». Для большинства людей представление о собственной личности формируется постепенно и относительно стабильно. Фэй Ду же постоянно сомневается в собственных моральных качествах. Именно поэтому он склонен постоянно анализировать собственные реакции, искать в своих поступках признаки жестокости и проверять границы собственной человечности. Подобная неуверенность в себе характерна для людей, выросших рядом с агрессивными и/или манипулятивными родителями. Ребёнок, подверженный хроническому стрессу со стороны родителя, усваивает идею, что опасность может скрываться не только во внешнем мире, но и внутри него самого. К тому же, не менее важной особенностью Фэй Ду является эмоциональная отчуждённость. Он прекрасно понимает чувства других людей. Более того, именно способность уделять внимание мельчайшим деталям и анализировать мотивы преступников делает его столь эффективным помощником в расследовании. Однако собственные переживания, как и эмоции, он предпочитает держать под строгим контролем. Фэй Ду предпочитает анализировать собственные чувства, рационализировать страх и, испытывая привязанность, переводить это в юмор или своеобразную игру. Тем самым, используя интеллектуализацию как защитный механизм, он сохраняет дистанцию между собой и болезненными переживаниями.***
Разумеется, и его защитные механизмы заслуживают особого внимания. Во-первых, то, что я сумела заметить в первую очередь — это защитная функция большей части его шуток. Юмор позволяет снизить эмоциональное напряжение, скрыть испытываемую тревогу и избежать искреннего разговора о собственных чувствах. Строго говоря, сарказм позволяет ему не показывать свою уязвимость другим людям, тем самым удерживая окружающих на некоторой дистанции. Во-вторых, Фэй Ду стремится к гиперконтролю над происходящим вокруг него. Он собирает информацию, анализирует людей и их мотивы, строит предположения и редко позволяет себе импульсивно действовать, основываясь лишь на одних эмоциях. Контроль в его случае создаёт некую иллюзию безопасности в мире, который когда-то казался совершенно непредсказуемым для ребенка. В-третьих, пожалуй, его самым главным защитным механизмом я по праву считаю эмоциональное дистанцирование. Он постоянно оставляет между собой и окружающими небольшой зазор в случае того, чтобы при необходимости отступить первым и не столкнуться с отвержением. На мой взгляд, у Фэй Ду можно предположить повышенную чувствительность к отвержению..Высокая чувствительность к отвержению — это склонность ожидать, болезненно воспринимать и чрезмерно интерпретировать возможное неприятие или отказ со стороны других людей. Это нередко формируется у людей, переживших эмоциональное пренебрежение, нестабильную привязанность или хроническую критику в детстве. Проявления: недоверие к миру, недовольство собой, избегание доверительных отношений, отрицание своих потребностей и собственной значимости, ощущение неполноценности, отсутствие личных границ, чувство стыда, самоотвержение.
***
Особое внимание в личности Фэй Ду заслуживает тема его доверия к людям. Он не боится других в прямом смысле этого слова, скорее страшится зависимости от них. Доверие всегда являет собой уязвимость, а уязвимость предполагает возможность быть раненым. В случае Фэй Ду его жизненный опыт неоднократно подтверждал, что близкие люди действительно способны причинять боль, поэтому путь к близости для него оказывается значительно длиннее и тернистее, чем для большинства людей. Он предпочитает сначала досконально изучить человека, проверить его, убедиться в его надёжности и только после этого постепенно ослабить контроль. Однако даже тогда он не способен полностью расслабиться. В конечном итоге Фэй Ду производит впечатление человека, который всю жизнь жил с внутренним вопросом о собственной морали и человечности, заключающемся в вопросе: «Если я вырос рядом с чудовищем, должен ли я сам стать чудовищем?» И весь сюжет новеллы постепенно приводит его к противоположному выводу, потому что «человек не то, что с ним случилось, он — это то, чем он решил стать».Распространённая цитата, которую обычно приписывают Карлу Густаву Юнгу, звучит так: «Я не то, что со мной случилось, я — это то, чем я решил стать».
Новелла постепенно подводит читателя к выводу, что людей определяет не их мнение о себе, а ценность и мотивы их поступков. Именно поэтому внутренний мир Фэй Ду — это история о человеке, что, не желая воспроизводить насилие, изо всех сил сопротивлялся чужой жестокости. Он постоянно сталкивается с последствиями собственного прошлого и всё равно выбирает оставаться человеком даже тогда, когда сам в это не верит.
