Последний день

В команте было жарко и душно, так, что дышать было больно. Есики уже представил, как в таком затхлом воздухе будет витать запах крови. Хикару привычно плюхнулся на кровать, сложив ноги по турецки, он с хитрой ухмылкой уставился на Есики. —И что же мы делать будем? Ты сводил в меня в кино, мы вкусно поели, теперь пришли к тебе домой, пока родители на работе — почти промурлыкал он водя пальцем по своей штанине — не знал, что ты можешь быть таким романтичным Есики... Его взгляд стал почти томным, и будь это Хикару, Есики уже давно бы сошел с ума и сделал все, чтобы этот романтичный вечер закончился прекрасной ночью. Но теперь все это тело принадлежит не ему. Это не его улыбка. Не его взгляд. Не его мысли и не его жизнь. Это не хикару. Взгляд настоящего Хикару вызвал бабочки в животе и мысли о прекрасном запретом будущем. Его взгляд вызывает боль в сердце и запах крови, который сегодня он оставит. Есики рассеянно подошёл к колонке и включил её, позволяя первой попавшейся песне разлиться по команте, заполняя образрвавшуюся между ними тишину. Ритмичный бит ударился о стены и с силой врезался в голову, отрезвляя и напоминая о главном деле. Тихий, чуть хриплый голос делал атмосферу неприятной и интимной. Есики хотел убежать, забыть про все и про монстра тоже. Но голоса будто окружали, окутывали, не давая отстранится и напоминали — сейчас убегать нельзя. Голос исполнителя в одном куплете стал таким же не увереным, каким и был слушатель. А после все началось заново. Есики горько усмехнулся, чувствуя себя персонажем аниме, под которого специально создали трек, чтобы сцена была драматичнее. Хикару же будто не чувствуя атмосферу поставил мерзкую песню на повтор и неумело подпевал. Зрачки Есики расширились, глаза на секунду потускнели. От обиды. От злости. От отчаяния. Он давно перестал различать все это. Темноволосый просто осознал, что Хикару бы так не сделал. Он бы почувствовал напряжение, сменил песню, пошутил, сделал бы все, чтобы Есики посмеялся в ответ. Или же начал не умело подпевать, чтобы Есики рассмеялся с его попыток петь.... Взгляд Есики проваливался все дальше в пустоту, осознавая, что именно это монстр и делает. А если бы Хикару сделал бы по другому? Как делал хикару? Это была одна из немногих причин, почему Есики все это затеял. Он больше не мог отличать Хикару и монстра. Он вспоминал их вечера с настоящим Хикару, как они читали мангу "мастер х мастер" и смотрели его в кинотеатре. И понимал, что монстр бы вёл себя так же. Он сейчас ведёт себя в точности как он. Все отличия, что он смог найти — мелкие детали, котоыре свойственны всем. Но сейчас они принадлежали монстру. Есики ещё раз посмотрел на хикару. Теперь он просто качал в такт песни. Его белоснежные волосы были слегка взхламочены — следы давней привычки Есики трепать его по голове. Его глаза, что были прекрасны смотрели на что-то, но Есики не стал смотреть в ту сторону. Он смотрел на него. Последний раз в этот последний день. Слова в тексте закончились и Хикару резко повернулся к Есики, видимо, почувствовав его взгляд. —Ну так что? Мы будем уже чем нибудь заниматься, или так и продолжить сидеть? — спросил он все тем же голосом. Есики хотел что то ответить, но Хикару его опередил. Он подвинулся так, что их бедра касались друг друга, а лица находились в нескольких сантиметрах друг от друга. Они были так близко, что Есики чувствовал холодное дыхание Хикару.— может полежим вместе? Тихая пьянящая мелодия совместно с этим томным голосом ввела в транс, и Есики, будто заколдованный, кивнул. Они легли на его кровать. Было неудобно и очень узко, но Хикару, казалось это не смущало. Он лёг на Есики и не давая даже подумать и поцеловал. Есики почувствовал вкус горечи во рту, а нос бил собственный запах пота. Хикару навалился сверху прижимая его к кровати, и воздуха в лёгких почти не было, дышать было больно. Он рефлекторно сжал рубашку Хикару в кулак, чувствуя, как руки монстра сжимают его плечи, будто желая сломать их. Монстр отстранился, переводя дыхание, но Есики открыв глаза, увидел его довольное лицо. Он облизал губы и посмотрел на Есики в ответ. Монстр нежно улыбнулся. Темноволосый, смотря на это, будто вышел из транса и почувствовал как все внутри закипает. Он резко перевернул их, и теперь Есики был сверху. Его дыхание было тяжёлым и рваным, глаза горели от злости. Он резко прижался к Хикару, укусив его за губу. Монстр издал странный звук, не похожий на стон, но не отстранился. Почувствовав отрезвляющий вкус крови на губах, Есики будто окончательно проснулся. Пропали звуки, пропали запахи и даже Хикару. Он открыл глаза и смотрел на смятую простынь стеклянными глазами, не видя её. В его сознании витала одна мысль: Хикару бы по среди поцелуя рассмеялся. С ним не получилось бы быть таким серьёзным. Он полностью расслабился и позволил делать все что монстр хотел, отвечая, на поцелуи автоматически. Вся злость и сила покинула его. Разомкнув губы Есики надрывно вздохнул воздуха, будто бы он вынырнул из воды. Раздался хохот. Есики повернулся к Хикару. Тот вытирал ладонью кровь с губы и посмеивался. Его смех впервые в жизни Есики показался ему противным и раздражающим. —Вот это да — протянул Хикару с улыбкой на лице — а я и не ожидал, что ты будешь таким грубым. Есики промолчал смотря в стену напротив. Время вышло. Больше ждать не было сил. —я сейчас — сказал Есики обыденным голосом. —Надеюсь ты идёшь за подарком, а то какое свидание без него? — крикнул Хикару в след, когда Есики уже вышел из команты. Тело двигалось будто на автопилоте. Он сам не заметил, как зашёл на кухню, открыл ящик и взял в руки нож. Рукоять оказался холодной, а сам нож тяжёлый, настолько, что Есики чуть не уронил его от неожиданной тяжести. Он сжал рукоять крепче, рассеянно посмотрев на лезвие. Оно, почему-то, не вызвало ужаса. Он пошёл по коридору обратно, чувствуя себя персонажем из фильма. Вот-вот хлопнет хлопушка, кадр закончится, к нему подбегут поправить макияж и они продолжат съёмку. А после они с Хикару пойдут кушать мороженое и жить обычной жизнью. Но вместо киностудии он шёл по своему дому, и вместо хлопушки слышал свое непривычно громкое дыхание. Грудь сковало в тиски, но он шёл медленным шагом не обращая ни на что внимания. Он увидел Хикару, который опять смотрел на что-то, сидя близко к колонке, не замечая ничего во круг. Его голос стал не человеческим, похожим на странный скрежет и шопот одновременно. Но в этом неприятном пение можно было разобрать слова. Он опять подпевал, но в этот раз Есики решил прислушаться к словам песни: "Love us together An eater I need him I'll feed him I'll keep him"* Есики был плох в английском, но в песне явно пелось her, а не him. Посмотрев в ту сторону, Есики увидел свою старую фотографию. Хикару пел про него? Но что он поет? Этот секундый интерес вызвал ком в горле от осознания, что он больше не узнает это. Хикару наконец повернулся, и улыбнулся своей привычной улыбкой, но Есики сделал шаг, не давая себе подумать. Из его лёгких резко вышел воздух, а рубашка испачкалась в крови. Лезвие вошло с сопротивлением глубоко в живот Хикару. Рука Есики начала дрожать. Лицо монстра исказилось от резкой боли. Хикару в недоумении посмотрел в низ и увидел нож. Он улыбнулся, но в улыбке уже не было той неестественной жизнерадостни. —Я.. Я не справился? —захлебываясь в своей же крови сказал он. Из живота потекла странная разноцветная жидкость. Тот самый запах крови перемешался с остальными запахами и духотой, создавая отвратительный аромат, выворачивая желудок на изнанку. В команте стало тихо. Колонка отключилась и странная песня оборвалась на очередном повторе. Были слышны только последние звуки его бывшего друга. Есики не в силах на это смотреть отвернулся и поднёс нож к своему запястью. Вот и все. Мыслей в голове почти не было, будто там образовалась пустыня. И единственное, о чем успел подумать Есики — это то, что он рад прекратить этот фарс. Монстры такие как Хикару или он сам, не должны были жить. Не должны были устраивать эту драму и портить окружающим жизнь своей пропажей. Резкая боль в руке, а после и по всему телу, закончилась поднимем, и звонком ножа об пол. Есики смотрел в никуда и чувствовал лишь облегчение.