Булошная. Арка Майали. Том 2

Следующие дни прошли относительно тихо, если не считать того факта, что кожевница внезапно полюбила готовить различную выпечку. А потом запихивать её в бедного Майали. А день ярмарки в честь зимнего солнцестояния всё неминуемо приближался, как сама неотвратимость. Вечером, перед событием, кожевница ещё раз перепроверила свой список и торжественно объявила о том, что они наконец готовы. По её словам, оставалась самая главная задача — хорошо выспаться, плотно позавтракать и хорошо повеселиться завтра, запомнив все свои эмоции на год вперёд! Кровать рядом едва слышно скрипнула и промялась. Тёплая ладошка легла на сладкий эльфийский бочок, максимально нежно, по матерински его поглаживая. — Майали, — послышался женский голос. — Просыпайся, соня, уже утро. — Еще пять минуточек, — сонно ответил эльф, накрывая голову подушкой. Свободный график, который ему установила женщина, парня сильно разбаловал и просыпаться в такую рань он давно отвык. — М, жаль, кажется придётся отдать твой завтрак Аано, — вздохнула женщина и дала парню пару минут на раздумья. — Там сегодня сырники, горячие бутерброды и твои любимые булочки. — Я уже почти встал, — прозвучало приглушенное из-под подушки. Май даже пошевелился в сторону края кровати, но там было занято, а сон очень быстро снова навалился, засасывая сознание в свою уютную дымку. — Эх, ты, даже вкусной едой тебя не разбудишь, — улыбнулась тифлингица и просто соскребла ушастика с кровати прямо с одеялом, утаскивая его куда-то в сторону ванной. Возможно, холодная вода поможет ему быстрее проснуться? Майали бессовестно доспал уже на руках, окончательно проснувшись только когда женщина попыталась его поставить на ноги. — Может я не поеду на ярмарку? — он потер лицо, разлохматившись от этого еще больше. — Что я там не видел? — Ничего не видел, Май, ты ничего не видел, — тифлингица закатила глаза, а потом добавила: — Если хочешь, могу оставить тебя дома отсыпаться, придёшь потом ближе к вечеру, когда всё веселье начнётся. Совесть все-таки взяла верх и парень отправился умываться прямо в одеяле, а потом в таком же виде поплелся на кухню, как скорбный призрак уходящего года. — Ну же, улыбнись, сегодня самый волшебный день в году, — попыталась развеселить подопечного Шэт, поставив перед ним кружку с кофе и всё ранее обещанное. — К тому же, не знаю, развеселит тебя это или нет, но у меня есть для тебя сюрприз. — Что за сюрприз еще? — насторожился эльф. В среде где он вырос сюрпризами называли не самые приятные штуки вроде свертка с сильно горючим порошком, который вполне мог лишить обеих рук. — Нет, я правда не пойму, почему у тебя всегда такие странные реакции на мои слова, — нахмурилась рогатая подоткнув бока кулачками. — Вот доешь и узнаешь, что за сюрприз. Майали быстро всосал завтрак, почувствовав наконец себя более менее адекватным членом общества и поинтересовался какой у них вообще на сегодня план. Понятно что нужно было собраться и ехать на площадь, но что конкретно нужно взять с собой и куда загружать он не знал. — Предоставь это мне, — махнула рукой Шэт, мол не в первый раз уже и спустилась в мастерскую. Там, она долю секунды старалась унять непонятное волнение и достала с полки тот самый свёрток. Выдержав небольшую паузу она протянула его эльфу и сказала: — Обычно подарки дарят ближе к вечеру, но я хотела, чтобы ты окунулся в атмосферу уже с утра. Сюрприз. Парень аккуратно развернул праздничную обертку, сразу узнав те самые штаны, которые женщина так старательно шила. — Ты же для кого-то другого их делала, — эльф провел кончиками пальцев по дорогой и очень приятной коже. Работа в кожевенной уже научила его разбираться в материалах и он практически сразу понял что это очень дорогая обновка. — Майали, ты и есть тот таинственный заказчик, от которого я без ума, — шепнула рогатая, застенчиво скосив глаза. — «Эйа, прямо как и ты. Примерно такого же роста, очень смышлёный юноша, схватывает всё на лету. А глаза у него, прямо два бездонных энстатита, таю всякий раз, когда смотрю в них.» Эльф несколько секунд пялился на женщину открыв от удивления рот, потом рот все-таки закрыл, но от шока так и не отошел, пытаясь найти всему этому какое-то рациональное объяснение. Тифлингица за все это время успела дать много намеков, очень много и сейчас они все разом стали так очевидны, что земля уходила из-под ног. Потому что он был абсолютно уверен что ей лучше бы подошел кто-то вроде Дэя, а с растрепанным недоразумением из подворотни она просто дружит. Ну и по дружески над ним подшучивает. А тут такое. — Ты мне тоже очень нравишься, — проговорил наконец Майали совсем тихо и стараясь не смотреть на Шэт. — Но ты то красивая умная женщина, ты наверняка много кому нравишься, а я не то чтобы хорошая партия для отношений. — То что ты такая застенчивая булочка, уже причина тебя любить, — с облегчением вздохнула рогатая, еле удержавшись от писка, настолько сейчас этот растрёпыш был милым. Но удержаться всё-таки не смогла и сжала его в объятиях, чувствуя, как с плеч падает тяжёлая ноша. — Просто постарайся разобраться в своих чувствах, хорошо? А я буду рядом, когда ты поймёшь, что готов к чему-то более серьёзному. — А может быть что-то еще более серьезное? — Май почувствовал мягкость ее пышной груди и так уже практически догорев от смущения. — Ну мало ли, отношения, поцелуйчики и прочая розовая история, — пожала плечами Шэт, до конца не веря в тот факт, что говорит это. Прежде, затащить партнёра в кровать было чуть ли не самой простой задачей. А теперь она добивается сердечка несоциализированного застенчивого растрёпыша. — Не нагружай этим голову сейчас, я просто хотела, чтобы ты знал, что ты мне действительно небезразличен. — Даже не знаю за что мне такой подарок судьбы, — пискнул парень, все еще не веря в свалившееся на него счастье. Ощущение было такое как будто это все просто сон, который улетучится как только он проснется. Ему же уже снились подобные сны и они всегда заканчивались утром. — Уж не знаю, из меня тоже такой себе подарок, — усмехнулась рогатая, наконец отклеившись от парня. — Ну что, будешь пробовать штанишки или оставишь до лучших времён? — Буду пробовать конечно, а то в лучшие времена моя жопа в них уже не влезет, — усмехнулся Майали, на минуту отлучившись в комнату, чтобы переодеться. Хорошо что Шэт предусмотрела шнуровку, потому что иначе раздавшаяся на пирогах и булках задница в обновку бы не поместилась. Вообще удивительно было насколько хорошо штанцы сели по изменившейся фигуре, словно кожевница заранее рассчитала запас. — Потрясающе сидит, спасибо, — он решил, что раз ему не придется следить за детьми, то на праздник можно пойти в обновке. — Не зря я лучшая кожевница на ближайший десяток городов, — подняла в воздух палец Шэт, а потом обошла эльфа по кругу, наслаждаясь представленным видом. Она, конечно, затянула бы посильнее, но даже так, чёрная кожа отлично подчеркнула округлую попку и наливающиеся бёдра. — Тебе бы ещё кожаную жилеточку для комплекта, тогда точно за сынишку богатого купца сойдёшь. А может и что-нибудь более приталенное. — Мне и в свитере хорошо, — смутился эльф, попытавшись натянуть край кофты на филейную часть, чтобы женщина не разглядывала его так бесстыдно. Но он прекрасно понимал что оденется во все что она ему даст, лишь бы ее порадовать. — Я просто рассматриваю свою работу на лучшей модели в моей жизни, не будь так застенчив, — попыталась успокоить его женщина, вероломно чмокнув эльфа за ушком и едва ощутимо пощупав налившиеся бока. — Всё, хорош языками чесать, пора в путь. И оправдывая всю свою стойкость и упрямость, женщина самостоятельно уложила товары на сани и покрепче уцепившись за верёвку, просто потащила. В этом плане, не было ничего сложного — знай себе, да тащи, по скользкому снегу полозья скользили легко. Лучшая модель хоть и пыталась отобрать веревку, но быстро понял что это бесполезно. Правильно Наан говорила — у женщины большие проблемы с самостоятельностью. Большую ярмарку традиционно устраивали на просторной площади, украсив ее лентами и венками из хвойных веточек. Все уже потихоньку собирались, занимали места на торговых рядах и приводили свои лавочки в порядок. — Шэт смотрю времени зря не теряла, — кузнец неожиданно стиснула своего бывшего подмастерье за плечи и потрепала за пухлую щеку. — А я всегда говорила — кожу выделывать это тебе не молотом махать! Женщина задорно рассмеялась, отпустив наконец ушастого. — Это тоже не просто, — пробурчал Майали, заливаясь румянцем. — Я просто делала то, что умею лучше всего, — развела руками кожевница, на мгновение довольно улыбнувшись от гордости, что её труды заметили. — К тому же, хорошего человека должно быть много, вон Вик со мной согласится. — Вик всегда со всеми согласен, — пробурчал Май, вспомнив что тоже подготовил наставнице и ее мужу подарки. — Я тут вам принес кое что. Он отдал кузнецу пакет с новыми рукавицами, а ее мужу завернутый в бумагу отремонтированный чайник. Наан даже немного позавидовала умению ушастого, потому что таким счастливым мужа уже давно не видела — Вик практически сиял, обнявшись с посудой. Майали тоже незаметно улыбнулся, порадовавшись за рогатое семейство. Не зря он потратил последние деньги на эту эмаль и кучу заготовок чтобы наверняка сделать все так как оно было изначально. — Такой ты молодец, — улыбнулась кожевница, приобняв своего помощника за плечо. — Поможешь мне с раскладкой товара? Я бы и сама справилась, но чую, что твоя тонкая натура лучше определит, как всё разложить. Наан одобрительно кивнула, наблюдая как сладкая парочка готовится к продажам и тоже взялась за работу, потому что с самого утра все торопились купить подарки и все самое нужное, что можно встретить только на ярмарке зимнего солнцестояния. Детишек она отпустила еще на границе площади, чтобы они до вечера успели набегаться, так что в ряду остались только взрослые. Время до вечера пролетело незаметно. Кожевница активно болтала с другими тифлингами, предлагая свой огромный выбор от сумочек и до рукавичек. А если было что-то, чего тот или иной рогатый представитель найти не мог, охотно приглашала к себе в лавку через несколько дней, чтобы снять мерки и прочее. Клиентоориентированность на высоте, короче. А потом, стемнело так же быстро, как и расцвело и рогатая, пересчитав прибыть и то что осталось от товара, предложила ушастому наконец пойти и поучаствовать в ярмарке. — Уххх, в этом году получилось даже больше чем в прошлом, а всё твоя заслуга, — взвесив в руке объёмный мешок, сказала Шэт. — Заслужил своей милой мордашкой все вкусняшки на ярмарке. Ты как, сильно проголодался? — Немного, — пожал плечами эльф, накидывая ремень сумки на плечо. — Ну и отлично, я знаю одну вещь, которую ты обязан попробовать, — женщина быстро перекидала все оставшиеся изделия обратно в сани и взяла парнишку за руку, рванув вперёд. Ориентировалась на ярмарке она скорее по запаху, безошибочно вычислив, где можно раздобыть горячий винный напиток со специями и невероятно вкусные бублики с корицей. Взяв по две штуки обоих, она протянула эльфу ещё горячий стакан и тёплые скрутки из теста, оставив себе только чудесный напиток. — Приятного. Я хоть и против ужинать сладким, но сегодня можно. Парень привычно сперва втянул носом запах и уже на этом этапе стало понятно что это не просто выпечка — это настоящий кусочек праздника, обволакивающий ароматом корицы и нежного сливочного теста под хрустящей корочкой. Особенно это чувствовалось в паре с пряным глинтвейном, который повышал настроение с первого же глотка. Май поднял на женщину сияющие глаза, не в силах описать словами насколько это все вкусно. — Вот видишь, а сказал, что тебе нечего тут делать, — улыбнулась рогатая. Для неё счастливый Май уже тоже закрепился как невероятное событие. Стоило только взглянуть на довольную моську, уплетающую сладости и день сам по себе становился лучше. — Пойдём вперёд, а то замёрзнешь. Эльф в итоге согласился что просто еще не распробовал праздник, потому что в каждой лавочке в этом ряду были какие-то особенные вкусняшки, которые готовили тут же у тебя на глазах. Все было горячее и восхитительно вкусное, а атмосфера только усиливала удовольствие. Очень скоро, когда главная сладость вечера была опробована, женщина начала предлагать ушастому каждую привлекательную выпечку, охотно оплачивая всё из своего кармана. В этот раз у неё не было цели накормить помощника до отвала ради собственного удовольствия, даже наоборот. Но кажется Майали сам был не против. Май в сущности тоже не хотел бы к финалу ночи превратиться в неподвижный мешок картошки, но разнообразие было большим, а желание все перепробовать не утихало и щедрость Шэт нисколько не спасала ситуацию. — Все, последний блинчик, — сам себе пообещал парень, высматривая какие есть начинки. — Мне нужно тебе кое что сказать и я хочу быть вменяемым в этот момент. — Ты каждый раз так говоришь, а потом я всё равно нахожу повод добавить что-то ещё, — хитро улыбнулась тифлингица, а на мгновение удивилась, добавив: — Хорошо, значит оставим это на следующий раз. — Нельзя так бессовестно пользоваться моей слабостью, — откусив сразу половину блина с ягодами проговорил эльф. — А то придется каждую неделю новые штаны шить. — Уж поверь, я просто сделаю штаны сразу на вырост, — совсем уже не фильтровала сказанное Шэт, хорошенько подпив запасы глинтвейна на этом празднике. — Представь как удобно, всего годик и ты набрал бы нужный объем, а потом и одежду не нужно будет менять. — А какой объем вообще нужен? — нахмурился парень, доедая угощение уже не так быстро. — Май, я просто пошутила, — подняла руки в воздух Шэт, не подумав даже, что он воспримет это предложение всерьёз. — Как можно рассуждать об нужных объемах, когда речь идёт о живом существе? Ты же не свинка. — Я просто переживаю как бы это все не вышло из-под контроля, — вздохнул Майали с сожалением посмотрев на пустую салфетку. Блинчик был очень вкусным, как и все на ярмарке, а веселая музыка и яркие фонари, в свете которых все казалось волшебным, еще больше усыпляли бдительность. Этот вечер вообще казался ожившей сказкой, какой у парня никогда не было, словно вернулся в детство и можно снова верить в чудеса. Иначе как объяснить что эта прекрасная женщина ответила на его чувства взаимностью? — Я знаю, иногда я выгляжу как одержимая, — внезапно вздохнула женщина, когда ещё один стаканчик был допит. — Что работа, что еда, но ты знаешь, я никогда не позволю себе, навредить тебе. За прошедшее время я успела жутко к тебе привязаться и… действительно боюсь тебя потерять. — Надеюсь я не помру под грузом съеденных пирогов, — смущенно улыбнулся эльф. — Хотя иногда кажется что вот-вот и уже не проснусь. — Не в мою смену, пирожочек, — усмехнулась Шэт, приобняв эльфа за пока существующую талию. — Но если тебя так волнует этот вопрос, я могу уточнить у профи, как лучше тебя так кормить, чтобы ты не отвалился в один день. — Сами разберемся, — проворчал Майали, вспомнив того слишком смазливого ушастика. В моменте он даже бывшего бандита смог очаровать, что уж говорить о времени, когда они с тифлингицей останутся наедине, пока сам Май валяется в глубокой пищевой коме. — Когда-нибудь я пойму, что происходит в твоей потрясающей лохматой головушке, — вздохнула женщина. Помереть боится, воспользоваться советами специалистов тоже. Какой противоречивый господин. Так как ни есть, ни пить им больше нельзя, потому что точно к ночи станут просто двумя телами, парочка просто бродила по нарядным улочкам, говоря о всяком разном. Ближе к полночи, когда полная луна уже была близка к центру небосвода, медленно, но верно, рогатые начали стекаться к центральной площади, для финального красочного аккорда вечера. Майали в центр толпы не торопился, выбрав хорошо освещенное живописное местечко. Пару минут он собирался с мыслями, словно взвешивая все за и против и полез в сумку за самым особенным свертком. — В общем я планировал тебе сегодня признаться, но ты меня еще утром опередила, так что сейчас немного легче, — он нервно пригладил волосы, поскольку на самом деле легче не было. Это было его первое в жизни признание и скорее всего последнее, потому что ушастый народ отдавал сердце кому-то всего лишь раз в жизни и если чувства не принимали, то это оставалось с эльфом до самой смерти. — Вот. Он сам развернул бумагу, внутри которой покоилось медное широкое кольцо, сплетенное из тончайших узоров с вкраплениями перламутровых лепестков. — Могу я надеяться что ты не против разделить со мной эту вечность? Шэт замерла. Танцующие вокруг тифлинги медленно превращались в неразборчивые тени, выделяя на переднем плане самое важное — лохматого эльфа с кольцом в руках. Волшебная музыка ушла на второй план, оставляя её наедине с этим наполняющим чувством. Она позволила себе насладиться этим всего на мгновение, прежде чем схватила эльфа и закружила на месте, безумно хохоча. — Конечно! — всё повторяла она, а потом прижалась своим лбом к его и шепнула: — И вечности будет мало. Май ощутил как с души буквально свалился камень, давивший последние пару месяцев. Хотелось найти какие-нибудь красивые слова, но они все, даже некрасивые, вывалились из головы, оставив только эмоции. Так что он просто наслаждался объятиями и теплом женщины, впитывая его так, словно это его единственная возможность. А пока парень просто притих, женщина наоборот, выплёскивала всю свою энергию на танцы, однако всё ещё помня, что булочка у неё на руках плотно поела и чувствительна к резким движениям. Так они и веселились, пока праздник постепенно не сошёл на нет, а тифлинги медленно начали расходится по домам. Пора было и им двоим. Горячая от яркого вечера, женщина ещё какое-то время без умолку болтала Наан о всяком, осторожно неся эльфа на руках как ребёнка, пока они не вышли на окраину, где прекрасно стало видно зарево на небе. — Ох, Богиня, мы что, забыли печку затушить? — Наан почему-то решила что это ее кузня горит. В той стороне было всего два дома, а в кожевенной вроде и гореть нечему. — Лиид, дуй за пожарными, Тиил, Аано, вы в лекарскую лавку. Дети кивнули, тут же пустившись в нужные стороны, а взрослые поспешили в сторону багрового от пламени неба. Майали по пути успел слезть с рук рогатой, чувствуя как накатывает паника. Он в своей жизни уже видел такое зарево и хотел бы навсегда забыть это зрелище. Тем более что на развилке стало понятно что горит вовсе не кузня, а их с Шэт мастерская. Бежать через сугробы за тремя тифлингами было непросто, но парень и так едва чувствовал ноги, так что не обращал внимания на холод, подвернувшиеся ямки и набившийся в сапоги снег. Рогатые резко затормозили, как только на них дохнуло жаром от полыхающей избы, которая уже успела превратиться в факел. Языки пламени взмывали высоко вверх, бросая в низкое темное небо целые снопы искр, огонь устрашающе гудел, с треском разрывая толстые надежные бревна. Черепичная крыша еще держалась, но и под ней видно было как язычки пламени пытаются вырваться, используя каждую даже маленькую щель. Май не устоял на месте. Он не мог позволить пожару поглотить то, что было Шэт так дорого. Если ему хватит умения и сил, то он наверняка сможет обуздать пламя и заставить его потухнуть. В конце концов это его стихия, он просто обязан справиться. — Куда?! — рявкнула ему в след кожевница и ухватила парня за плечо раньше, чем тот вообще успел приблизиться к горящему зданию. Парень успешно полетел в снег, чтобы остудить тупые мысли в лохматой башке, а Шэт села на него сверху, сыпя на него ругательствами, на неведомом языке. — Ебанулся?! Решил меня тут одну оставить с этим пиздецом?! — Я могу потушить пламя! — испуганно оправдался ушастый. — У меня уже сгорел один дом, я не хочу потерять второй. — Ты сам можешь сгореть, дурень! Мне не нужен этот дом даже с маленькой вероятностью того, что в нём не будет тебя! — даже охрипла от собственного крика тифлингица, совсем сникнув. — Оно того не стоит, слышишь? Майали умудрился немного вылезти из-под женщины, но только для того чтобы крепко ее обнять. Аргументы у него закончились, как и уверенность что он действительно сможет победить пожар. — Что же мы тогда будем делать? — он поднял на тифлингицу влажные от слез глаза. — Я не знаю, — вздохнула рогатая, даже не вздрогнув от того, как буквально за её спиной обрушилась черепичная крыша. — Не знаю. Восемь лет. Горел не её дом и даже не мастерская. Сейчас, полыхали восемь лет её трудов, а она даже не могла найти в себе силы, чтобы последний раз взглянуть в его пустые глазницы выбитых жаром окон. Все её труды, да даже то, как пожарные и другие тифлинги, вышедшие на помощь, метались с вёдрами, не имели смысла. Она просто продолжала сидеть в снегу, обнимая свою маленькую булочку, пока не рассвело, а плечи не начало сводить от холода. — Пошлите к нам, — вздохнула Наан, вытирая сажу с щеки, когда пожар превратился в гору темных дымящихся углей. — Там про все подумаем. — Мне нужно выпить, — предложила более подходящий вариант Шэт и прямо не дожидаясь чьего-либо разрешения, просто поднялась и поплелась в единственное место, где её поймут и нальют хорошего бухла — таверна Фиарона. Она даже не посмотрела на остатки пожарища. Не было смысла. Кузнец кивнула ушастому, чтобы присмотрел за невестой, но тот и сам не собирался ее оставлять одну в такой момент, увязавшись следом. Тифлинги уже разошлись по своим домам, даже пожарные собирали повозку в обратный путь и среди оставшихся Май заметил знакомую фигуру в эльфийском плаще. Тот как будто специально попался ему на глаза, многозначительно кивнув бывшему бандиту, дескать забрали имущество в уплату долга. Эльф быстро глянул в пустой взгляд рогатой, разрываясь между желанием побыть с ней и пойти на разборки, потому что ярость внутри вспыхнула ярче недавнего пожара. Получается мастерская не сама по себе загорелась, еще и день такой выбрали, чтобы утрата ощущалась еще больнее и никто не успел потушить разгорающийся огонь. Май все-таки выбрал Шэт, разобраться с бандитами он еще успеет, они никуда не денутся, а вот женщина без его поддержки точно упьется. Женщина тихо проникла в зал, который казался теперь не уютным, а омерзительным и опустилась на барный стул, взглядом прожигая поверхность стола. Мысли никак не собирались в кучу, а язык намертво приклеился к нёбу. Внутри ничего не было. Ни грусти, ни злости, просто ничего, проедающее дыру где-то в области солнечного сплетения. Фиарон подошел к гостям со стороны зала, мягко положив руки обоим на плечи. Ребята ввалились мокрые, взъерошенные и сильно пахли гарью, тут и детективом не нужно было быть, чтобы понять что у них случилась беда. — Все наладится, — проговорил трактирщик, погладив замерзших гостей. — будете что-нибудь горячее? — Виски, — выдохнула Шэт, а потом глянула на своего ушастика. — И чай, я думаю. Не хочу, чтобы Майали заболел. — Мне тоже виски, — вздохнул парень. — Чай мне сейчас не особо поможет. Фиарон все-таки подал к горячительному напитку бутербродов с тонкой рубленой котлеткой и расплавленным на ней сыром, чтобы гости не заливались крепким алкоголем на пустой желудок. — Извини меня за это, — шепнула женщина, разом опустошив весь стакан и закусив алкоголь бутербродом, когда горло перестало щипать. — Наверно, я была слишком окрылённой праздником и забыла выключить чайник. Или ещё чего. — Это не ты виновата, — Май тоже отхлебнул, сразу ощутив как обожгло все до самого желудка. — Это я виноват. Он совсем сник, понимая что придется во всем признаться. И в том что не говорил о своем прошлом, и в том что сразу не сказал что у него проблемы с бывшими знакомцами. По хорошему нужно было сразу идти к сильфам и заявлять о том, что его преследуют бандиты. Но тогда велик был шанс что и ему придется ответить за старые прегрешения. — Ты то чего себя винишь? Я же сказала, ты бы просто сгорел внутри, — продолжила гнуть свою линию рогатая, не совсем понимая, чё ушастик несёт. — Нет, я не про это, — парень тяжело вздохнул, глядя на дно бокала. — До того как меня Наан к себе забрала подмастерьем я всю жизнь был аэльтари, моя группировка занималась в основном грабежами и я был у них командиром. А потом рыжий из нашей банды попал к этому булочнику и все пошло кувырком. Наан меня тогда и выловила дав шанс соскочить со всего этого и начать новую честную жизнь, а я им воспользовался. Но наш барон решил что аэльтари бывшими не бывают и я все еще ему что-то должен, а я думал что четко дал понять чтобы они ко мне больше не лезли. А на пожаре видел одного из них, вряд-ли это совпадение… — То есть… — попыталась подвести черту женщина, но голос противно дрогнул из-за подкатывающей злости. Неясно только на кого. На себя, что так легко влюбилась в неизвестного или на банду Майали, что решили свести счёты через неё, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! — Наан была в курсе. И вы оба ничего мне не сказали… — Я надеялся что тебя это никогда не коснется, — виновато опустил уши Май. — И что вообще никогда не всплывет. Потому что какого-то придурка с улицы ты бы не взяла в помощники. — Ох, вселенная, какая же я дура, — вздохнула она, помолчав ещё с минуту. — Мне тоже есть что тебе рассказать. Наан наверняка говорила тебе, что я с югов, так вот это пиздёшь. Я родилась и выросла в другой вселенной, а сюда попала благодаря господину Фиарону. И кажется, у меня есть мысль, что мы с тобой будем делать дальше. — В смысле в другой вселенной? — не понял эльф, удивленно посмотрев на трактирщика, который с самым невинным видом натирал бокал. — Я так понимаю тебе нужен твой комм? — загадочно улыбнулся Фиарон. — Да, пожалуйста, — сказала женщина. Металлическая полоска привычно обняла широкое запястье и женщина улыбнулась открывая виртуальное окно. — Даже не знаю, смогу ли я понятно объяснить тебе это так, чтобы у тебя голова не распухла от информации. Помощь зала? — На Веере существует множество обитаемых и необитаемых миров, которые нанизаны на незримые линии как бусины, — профессионально начал рассказ трактирщик, — а моя таверна находится в самом центре сосредоточения этих линий, потому я могу открывать дверь практически в любой мир. Путешественники иногда пользуются моими услугами чтобы легко добраться куда-нибудь, вон как ваш Моор, они с Эйланом ушли как раз туда, откуда пришла Шэт. — Та-ак, — услышав знакомые имена протянул парень. — И что у тебя за мысли чем нам дальше заняться? Он уже подозревал что ему придется пройти тем же путем что и рыжему, и это почему-то невероятно бесило, как будто у Мая своего пути нет, вечно топчется по следам этого невыносимого придурка. — Я вернусь в Империю. Вряд ли после этих восьми лет получится дальше работать в душном архиве, но как минимум здесь меня ничего не держит. Так же как и тебя, я думаю — взглянула на ушастика Шэт, намекая, что это вопрос. — Ты пойдёшь со мной? — Конечно пойду, ты приняла мое предложение и теперь так просто от меня не отделаешься, — замаскировал вздох облегчения ворчанием эльф. А еще приятно было осознавать что даже зная всю правду она все еще от него не отказалась. — Ну вот и отлично, без твоих сладких щёчек я бы уже не смогла, — улыбнулась женщина, потискав лицо ушастика. — Нужно только попрощаться с Наан, а то если и мы пропадём как и её брат, будет не очень красиво. — Ага, булочник вообще просто записку оставил, из которой вообще ничего не понятно было, — пробурчал Майали. — Мы чуть с ума все не сошли, пытаясь понять что это все значит. — Тем более. Она была слишком добра ко мне, чтобы я так просто взяла и ушла, — кивнула тифлингица и поднялась со стула. — Мы скоро вернёмся. Наан восприняла их новость в штыки, покрутив пальцем у виска. Пришлось во всех подробностях рассказать и ей про дерьмо с разными мирами, вставив сюда же факт о том, что туда ушёл и её Моор со своим рыжим. Отпустила она их только с требованием хорошенько треснуть булочника по голове, при встрече, а что чё он? Так что оставив женщине все сбережения кожевницы из этого мира, потому что явно не будет пользоваться ими в Империи, парочка вернулась в таверну, предвкушая новую жизнь на новом месте. — Готов? — поинтересовалась у Майали женщина, протянув ему руку. — Нет, — честно признался эльф, взявшись за протянутую теплую ладонь. Эти сутки все еще казались каким-то бредовым сном, уж слишком много событий свалилось, а теперь еще и бегство в какой-то загадочный другой мир. — Но это не важно. — Ты привыкнешь к этому, рано или поздно, — успокоила его Шэт и первой шагнула в открытую Фиароном дверь. Архипелаг встретил своих старых и новых жителей как всегда — зелёным небом, без единого облака, тоскливым покрытием площади перед Академией и тысячекратно отфильтрованным воздухом, который после восьми лет с тифлингами, если честно, ощущался безжизненным и измученным. Зато не имел примесей. — Как хорошо дома, — рогатая одним движением потянулась и стащила с себя палантин, быстро вертя головой. — Тааааак, добро пожаловать в Империю, получается. Первым делом нужно тебе документы сделать, а то с меня семь шкур спустят. Потом всё остальное. Майали тоже крутил головой, в попытке осознать все сразу, и огромное темное здание на краю площади, и множество незнакомых существ, и совсем другой оттенок солнца. Он просто тащился за своей проводницей как привязанный за веревочку и старался не сильно широко открывать рот. В помещении стало немного проще, там пространство сузилось до бесконечных мрачных коридоров с ковролином, который полностью поглощает звуки шагов и множеством одинаковых дверей. За одной из которых обнаружился простой кабинет с большим столом и очень странным существом. Женщина, а Май готов был поклясться что это именно женщина, была немного похожа на тифлингов наличием рогов. Но яркие красные волосы, голубая кожа и тонкое телосложение сильно отличали ее от всех, кого эльф видел раньше. Ему достался фирменный холодный взгляд, от которого тут же становилось не по себе и едва заметная пугающая улыбка. — Вы прикалываетесь? — генерал перевела взгляд с ушастого на женщину. — Что у вас там за мир такой, что никому в нем не сидится? — А что вы меня-то спрашиваете? — развела руками Шэт, держа свои дрожащие поджилки исключительно за счёт выпитого. На трезвую она конечно бы не попёрлась в кабинет генерала, требуя документы. — Мне откуда знать, почему Моор со своим свалил. Мне дом сожгли, а одного я там его не оставила бы. Убьют же. — Мда, конец у этой растрепанки был бы весьма печальный, к тому же после пережитой скверны, — не стала спорить Невера, пошарив в ящике стола и достав оттуда свежий чистый комм, как раз на такой случай. — Дуйте в медотдел, пусть вам прививок поставят по самые помидоры. — Да, Империя как и всегда милосердна, — тяжело вздохнула рогатая, снова предложив эльфу руку. Правда, что значит «пережитая скверна»? — После этого нам нужна будет ещё обувь по нормативам. Предлагаю сходить за ней на Торговый, купить тебе пару комплектов одежды на первое время и заодно поесть, а то от волнений все набранные килограммы сбегут. А потом можно будет расслабиться и хорошо выспаться. Медотдел находился на первом этаже и сегодня в кабинете дежурил самый невыразительный тип из всего персонала Академии. Алекс поднял на посетителей темные глаза, которые странно выделялись на бледном лице и тяжело вздохнул, как будто в мире не было ничего скучнее эйя из чужого мира. — Я так понимаю никаких жалоб кроме сгоревших домов у вас не имеется? — он налепил эльфу и женщине по датчику на запястья. Парню для первичного осмотра, тифлингице чтобы подтвердить ее медкарточку. — Лично у меня нет, здоров как бык, как говорится, — пожала плечами женщина, гадая, от чего всем известно про их беду. — Свежий воздух и правильные физические нагрузки творят чудеса. — И виски видимо тоже, — усмехнулся бледный парень, просматривая данные на прозрачном планшете. — Так, господин растрепка, вам, в связи с пережитой недавно скверной, следует очень внимательно относиться к своему ментальному состоянию во избежание рецидива. На второй раз она развивается стремительнее и хитрее, так что диагностировать ее удаленно практически невозможно пока она не войдет в терминальную стадию. Лечение в таком случае возможно, но велика вероятность осложнений. Майали вздрогнул, не ожидав что медик так легко узнает о том что он пережил и кивнул, надеясь что такого больше не повторится. — Стоп-стоп-стоп, давайте остановимся на этом моменте. Что за скверна? — задала волнующий её вопрос Шэт, успешно пропустив слова про бухло мимо ушей. У неё в карточке уже была метка про алкоголизм, чего воздух баламутить. — Это достаточно важная вещь, о которой мне нужно знать? — Это как агрессивный эльфийский рак, который появляется от ненависти к себе, — объяснил Алекс, дрейфуя по кабинету в миллиметре от пола, как будто был просто фигуркой с гелием внутри. — Как кнопка самоуничтожения предусмотренная природой, для того чтобы бессмертное существо не мучилось долго. — Кнопка самоуничтожения… — эхом повторила за медиком Шэт, быстрым взглядом скользнув по пухлой фигуре будущего супруга. Наверно, просто пытаясь увидеть, где для этого могли быть предпосылки. Что она упустила? — Майали, сколько ещё вещей я о тебе должна знать? — А еще я левша, — на всякий случай сознался бывший бандит, не зная куда смотреть. — Вселенная, дай мне сил пережить этот день, — вздохнула рогатая, спрятав лицо в ладони. — Мы можем быть свободны? Алекс быстро зарядил инъектор и уколол обоих в плечо, после чего отпустил граждан осваиваться и закупаться. — Я скверной заболел, когда меня Наан подобрала, — пробубнил эльф, потирая плечо. Место укола не болело, но ощущение все равно было непривычное. — А может и раньше, когда этот рыжий к булочнику попал, мне как будто чердак окончательно оторвало в тот момент. Я его даже чуть не убил, повезло парню что его Моор спас. — Почему ты вообще на него так зуб точишь? Что он тебе сделал? — изогнула бровь Шэт, выводя парня на улицу. После таких новостей силы окончательно кончились и она уже стала думать скорее о том, где бы им залечь. — Из зависти, — пробурчал Майали нехотя. — Он тоже уличный, да еще и такой неудачник в придачу, а потом нашелся тифлинг, который был от него без ума и у рыжего жизнь резко наладилась, а мы так и остались речным илом. Тогда мне казалось что это несправедливо. — Майали… — тяжело вздохнула кожевница и даже присела перед ним на колени, взяв ушастого за руки. — Неужели у тебя до сих пор есть причины ему завидовать? Ведь у тебя тоже теперь есть тифлинг, который без ума от тебя. У нас всё наладится, вот увидишь, даже лучше, чем у этих двоих. Парень согласно кивнул и даже постарался улыбнуться, но в глубине души все равно понимал что просто повторяет чужой путь. Никто конечно не виноват что он практически с первого взгляда влюбился в Шэт, это был его собственный выбор и то что она не послала его куда подальше уже большая удача, так что все складывалось действительно неплохо. — Думаешь я смогу тут пригодиться? — Естественно, везде всегда нужны такие умелые булочки как ты, — женщина обхватила его лицо руками и нежно поцеловала в лоб, добавив: — Всё будет хорошо, только не вешай нос, ладно? Смущенный парень кивнул, все еще не представляя что может предложить этому загадочному миру. Нужны ли тут ремесленники вообще? Или ему лучше научиться какому-то другому полезному делу? Но все это они вместе будут решать позже, когда обоснуются и отдохнут после всего пережитого. — Я тут подумала кое о чём, — сразу же повеселела женщина залезая в окно комма. Изначально, она просто думала проверить, что стало с её съёмной квартирой и возможно снова её оплатить. Но на деле оказалось, что даже тот оплаченный период до сих пор не истёк, став короче всего на пару месяцев. Выходит, здесь именно столько и прошло, хотя для неё это время превратилось в восемь лет. — Ого, я всё ещё могу жить на своей хате. А я уж подумала, что сейчас придётся искать что-то другое на скорую руку. Майали порадовался этой новости. Да, он все еще чувствовал себя паршиво, из-за того что стал причиной почему сожгли мастерскую, которую Шэт так кропотливо налаживала столько лет, но у нее хотябы осталось здесь какое-то жилье. А еще их тут не достанут никакие бандиты из прошлого, можно считать жизнь наконец начинается действительно с чистого листа.