Скрытые чувства

. Номер 204. Обшарпанные обои. Пахнет сыростью и дешёвым мылом. Тэ Джун только скинул куртку после допроса свидетелей. На столе разложены карты гор, фото девочки, нитки связей. Он не спал 30 часов. Си Ён как тень. Узнаёт где остановился Тэ Джун, приходит в дешёвый мотель на окраине без облупленных стен. Стук в дверь. Короткий. Уверенный. Тэ Джун замер. Его никто не знал настолько хорошо, чтобы прийти без звонка.,тем более никто не знал что он ночует у какого то старого отеля . Он открыл. На пороге стоял Чха Си Ён. В том же костюме, что был утром в центре. Ни пылинки. Ни морщинки. Будто его привезли сюда в стеклянной витрине. Он посмотрел на бардак в номере. На старую кровать ,скрипящий,жёсткий. На Тэ Джуна — в мятой футболке, с тенью щетины, с синяком под глазом показывающие его бессонные ночи. И ни один мускул на лице Си Ёна не дрогнул. Маска льда. — Как ты узнал где я? — Тэ Джун не впустил его. Стоял в дверях, загораживая проход. — Я всегда узнаю, где ты, Тэ Джун, — Си Ён поправил очки. Голос ровный, без эмоций. — Даже когда ты прячешься на окраине города. Даже когда делаешь вид, что меня не существует. Тэ Джун сжал дверную ручку до побелевших костяшек. — Зачем пришёл? Позлорадствовать? Посмотреть как я разваливаюсь? Си Ён сделал шаг вперёд. Не спрашивая разрешения. И Тэ Джун не посмел его остановить. Не смог. Си Ён вошёл. Осмотрелся. Взял со стола фото девочки. Посмотрел 2 секунды. Положил обратно. Идеально ровно, углом к углу. — Мне доложили, — сказал он сухо. — Ты запросил группу у Чха Чжун Ен. Моего брата. Слово "брата" он выплюнул как яд. Тэ Джун усмехнулся. Горько. Назло. — А к кому мне идти? Ты же отстранил меня. Забрал дело. Сказал "сиди в архиве". Вот и сижу. Только архив теперь — горы, а бумаги — трупы. Си Ён резко повернулся к нему. В глазах на секунду мелькнуло что-то дикое. Не контроль. Не прокурор. А тот парень из "бара", который шептал "мой". Он сдержал себя. Поправил очки. Снова маска. — Завтра суд по делу Сок Мана, — сказал Си Ён. — Формально. Для галочки. — И? — Тэ Джун скрестил руки. — Причём тут я? Си Ён подошёл вплотную. Нарушил дистанцию. Как всегда. Как только он умел. Запах его парфюма — холодный, терпкий — ударил в нос. Тот же запах, что был на рубашке Тэ Джуна утром после "Неона". — Приходи на суд, Кан Тэ Джу, — прошептал Си Ён ему в лицо. Тихо. Только для него. — Увидишь, как я хорош в этом , подняв одну бровь , будто намекая что он говорит не о суде . Как я умею ломать. продолжил он не давая виду. Пауза. Тяжёлая. Воздух стал густым. — Приходи, — добавил он ещё тише. — И посмотришь, что я готов сделать ради тебя. Даже если ты просишь помощи у моего брата. Он развернулся. Пошёл к двери. Идеальная спина. Ни намёка на слабость. Уже на пороге остановился. Не оборачиваясь. — И Тэ Джун... — голос сел на полтона. — Не доверяй ему , просто‐ моё предупреждение тебе. Дверь закрылась. Тихо. Без хлопка. Тэ Джун остался стоять посреди номера. Сжимал кулаки. На столе фото девочки смотрело на него. А в коридоре Си Ён прислонился к стене. Закрыл глаза. Только здесь, где никто не видит, маска треснула. Он не знал как подойти правильно ,нормально. Поэтому пришёл как монстр. Как всегда. --- Дверь за Си Ёном не закрылась до конца. Он сам не захлопнул её. Оставил щёлку. Как лазейку. Как вопрос. Тэ Джун стоял посреди номера. Кулаки сжаты. В ушах стучало "приходи на суд... посмотришь, что я готов сделать ради тебя". Ложь. Всё ложь. Си Ён никогда ничего не делает "ради кого-то". Он всегда всё контролирует. Тэ Джун рывком распахнул дверь. Си Ён не ушёл. Стоял в коридоре. Прислонившись к стене. Будто ждал. Очки в руке. Без них он выглядел уязвимее. Моложе. Тем самым Си Ёном с крыши 20 лет назад. — Что? — Тэ Джун вышел. Хлопнул дверью. — Договаривай. Раз пришёл. Си Ён поднял на него глаза. Без очков взгляд бил в упор. Тяжёлый. Жаркий. — Ты попросил помощи не у меня, — сказал он тихо. Обвинение, а не вопрос. — А у кого? — Тэ Джун шагнул ближе. Нарушил дистанцию первым. — У тебя? Ты сам сказал "подальше от меня". Вот я и держусь подальше. С Чжун Ёном . Имя брата как нож. Си Ён дёрнулся. Челюсть сжалась. — Не произноси его имя, — выдохнул он. — Особенно здесь. Особенно сейчас. — А то что? — Тэ Джун почти упёрся грудью в его пиджак. Вдыхал его запах. Тот самый, от которого крыша ехала в "баре его друга". — Вызовешь полицию? Посадишь меня? Чтобы потом я стал снова твоим ? Ты же мастер по посадкам, прокурор Чха. Си Ён молчал. Смотрел на его губы. На шею, где под футболкой ещё темнели следы. Его следы .оставшиеся той ночью. Воздух между ними раскалился. Напряжение 20 лет, ночи в "баре", перевода, обиды — всё сжалось в одну точку. Си Ён поднял руку. Медленно. Будто давая Тэ Джуну шанс отшатнуться. Остановиться. Пальцы коснулись щеки Тэ Джуна. Большой палец провёл по скуле. Там, где желтел синяк. Нежно. Нереально нежно для "прокурора-монстра". Тэ Джун не отстранился. Закрыл глаза. Выдохнул сквозь зубы. — Не трогай, — прошептал он. Но сам подался навстречу ладони. — Тогда скажи "уйди", — Си Ён наклонился. Лоб к лбу. Дыхание смешалось. — Скажи одно слово, Тэ Джун. И я уйду. Клянусь. Тишина. Секунды растянулись в вечность.