Ошибки программирования

      Он не был идиотом. Они называли его несерьёзным, желающим только веселиться, безответственным. Они сомневались, что он станет хорошим правителем. И он был полностью с ними согласен.       Но он не был идиотом.       Точно нет.       Он создаёт очередной чертёж, пишет формулы и достаёт инструменты. Он не справится с правлением. Он не хочет править. Но он знает, как решить эту проблему. Он знает, как соединить микросхемы, какие провода использовать, и как написать хороший код. Он знает, как превратить кусок металла в произведение искусства. Он знает, как создать «жизнь» из обломков. Он должен был веселиться, кататься на аттракционах и объедаться сладостями. Но он закрывается на целую неделю в своей мастерской, куда никому нет доступа, даже его прислуге, и, почти не отвлекаясь на сон или еду, создаёт решение всех своих проблем. Пальцы не дрожат, все движения механические, профессиональные. Первые два робота не получаются. Один слишком часто зависает и не понимает приказов, а второй слишком безэмоционален и буквален. Хёрли хочет, чтоб никто не смог отличить подделку от оригинала. Нужные эмоции, подходящие моменту; самостоятельное принятие решений, когда этого требует ситуация. Изображение жизни, когда её нет.       Хёрли замеряет каждую часть своего тело, перенося это на созданный костяк. Превращает металл в свою идеальную копию. Проводит эксперименты со своей третьей попыткой; коды изображающие эмоции; реакции; искусственный интеллект, который будет подстраивать эти коды под ситуации, генерировать ответы и идеи.       Пару пробных запусков и вот он обтягивает железный каркас искусственной кожей, настолько искусной, что невозможно отличить от настоящей. Это даже пугает, когда он медленно проводит по ней пальцами, словно впервые, за долгое время, прикасаясь к кому-то другому. Единственное что портило слишком реальную картину, это мертвецкий холод, который не смогло сдержать покрытие. Он доделывает последние штрихи с головой, вдевая искусственные волосы, слегка отличающиеся от его. Спонтанное решение, но когда он взял пряди нужного цвета, пальцы всё же дрогнули. В ту секунду ему показалось, что он совершает ошибку.       Но это глупости.       Всегда страшно приносить в этот мир что-то новое. Он хочет, что б люди его королевства были счастливы. И, если он сам не может их осчастливить, то он создаст того, кто сделает это идеально.       Бесполезный король, но гениальный инженер.       Он смотрит в такие же, как у себя глаза, но в стекле видит только своё отражение. Иногда, в самой глубине, вспыхивали слабые огоньки, свидетельство работы процессора, которое не удалось спрятать. Глаза должны фиксировать происходящее перед ними, и он ещё не решил, как это подкорректировать, чтоб не было так заметно.       Но он полностью доволен результатом. Этот робот, точная копия его до мельчайших деталей. Каждый сантиметр тела, искусно перенесённый на другого.       Робот, который с лёгкостью заменит его.       Гетерохромные глаза загорелись, а на, не его лице, растянулась улыбка.       ***       Хёрли мало что помнит. Головная боль уже давно задавила его морально, теперь она грозилась убить и физически. Он ворочается в постели, но от этого словно становится хуже. Свинцовая голова поворачивалась под странными углами, то слишком запрокидываясь назад, то в траектории по диагонали. Но даже это он отмечал самым краем сознания, словно всё происходило не с ним, а так, мысли и фантазии.       Вроде, раньше, он часто фантазировал.       Или нет.              Ему сложно думать о себе. Словно вспоминать персонажа, которого, на самом деле, никогда не существовало.       А был ли он вообще?       Дверь тихо шуршит и в комнату заходит Отли. Сегодня Хёрли его помнил. Вслед за роботом пришли и воспоминания о собственном «я», но они всё так же были размыты, словно голову заполнил пар или туман.       Мысли причиняли боль. Он постарался не думать.       Отли был создан для того, чтоб делать это. А Хёрли надо просто отдохнуть. Он слышал, что в парке откроют новый аттракцион, на котором хотелось прокатиться, и стоило скопить хоть какие-то силы. Хоть каплю. Они ему сейчас очень нужны. Он не может даже просто приподняться.       Почему ему не становится легче?       Холодные пальцы скользят по линии подбородка, слегка запрокидывая голову. Отли слишком близко к его лицу. Если бы тот был человеком, то Хёрли мог бы сказать, что они на расстояние вздоха, но Отли не нужно было дышать. Настоящий принц только медленно моргает, уже давно привыкший к странным поступкам своей замены. Иногда он думает, что что-то сломалось в механизме искусственных глаз или линзы запачкались, из-за чего робот плохо видел, но эта мысль тут же ускользала, как песок сквозь пальцы.       Думать было тяжело.       Его крепко приобнимают за плечи, переводя в сидячее положение. Позвоночник сразу заныл, а в боку закололо. Хёрли хотелось вернуться обратно, но железные руки пресекали любое движение. Хотелось умолять, но к разомкнувшимся губам прислонили холодный бокал. Знакомая жидкость плескалась об стенки, а нос заполнил странный цветочно-ягодный аромат. Отли сказал, что это лекарство. У Хёрли нету ни одной причины ему не доверять. Но после напитка становится хуже. Его сразу же клонит в сон и последние что он помнит, это ледяные твёрдые пальцы в волосах. День растворяется в этом дурмане. Становится очередным пропуском.       В последнее время его начало подташнивать. Но жидкость поднималась по желудку, застревала в горле, отказывалась выливаться сквозь губы, чтоб принести облегчение. Он хотел рассказать об этом Отли. Рассказать, что становится хуже, появляются новым симптомы.              Но он забывает об этом.       Значит, это не важно. — Спите, Ваше Высочество. Вам станет легче. – Фальшивая нежность должна была быть как тёплое одеяло, самый сладкий мёд.       Но она душила.       Вот только у Хёрли не было никого, кроме Отли.       Отли был ему нужен.       Поэтому Хёрли кивает и снова чувствует пальцы в волосах. Он слышит тихий металлический скрежет и хмуриться. Из-за своей болезни он не уделял роботу должного внимания. Позор. Это слишком эгоистично и жестоко по отношению к Отли, который взвалил на себя все его обязанности. Он должен помогать хотя бы так. Это его ответственность.       К сожалению, эти мысли пропали так же резко, как и остальные. Он провалился в глубокий сон, вязкий, холодный и удушающий. Он чувствовал, как его трясло, пальцы судорожно дёргались, а в глазах скопились слёзы.       Он чувствовал, как на него навалились сверху, изображая кривые объятия и чуть не ломая кости своим весом. Что-то холодное, твёрдое. Что-то, что шептало ему на ухо непонятные вещи своим механическим голосом.       Он пытался вспомнить, кто это, но не смог.       Это неважно.       Когда он просыпается в следующий раз, рядом уже никого не было. Его знобило, хоть он и по самые уши был закутан в одеяло. Хёрли поморщился от кислого привкуса во рту и постарался приподняться, но локти, слабые как макаронины, отказывались подчиняться. Ему стоило кого-то позвать, но он не помнит кого. Он хотел что-то сделать, но не помнит, что.       Неважно.       Он предпринимает вторую попытку, и она оказывается более удачной. Хотя, он всё равно соскальзывает с постели, ударяясь коленями об пол. Это больно. Очень. Но тело настолько устало, что даже не реагирует на это. Он сидит несколько секунд, ощущая только своё дыхание, без единой мысли в голове. Воздух хрипами вырывался с приоткрытых губ. Он чувствовал себя пустым сосудом. Словно когда-то давно лишился чего-то важного.              Его трясёт.       Он снова пытается приподняться, но безумно слабые ноги, которыми почти не пользовались, подгибаются на каждом вдохе. Он ползёт на четвереньках, сам не зная куда. В голове резко появляются странные картинки: заваленный чертежами рабочий стол, механические части тела, сине-зелёные пряди…              Он содрогается от очередного приступа рвоты и обнаруживает себя у двери. Вот только ему не хватает сил, даже чтоб дотянутся до ручки.       Да и желания нет.              Он просто опирается об неё спиной, чувствуя противный липкий пот, из-за которого к телу прилипала дорогая пижама. Хотелось раздеться. Хотелось пить. Он резко падает, ощущая, как спину пронзило мучительно резкой болью. Из горла не вырывается крик, только странный позорный хрип. На него сверху смотрит незнакомец, не выглядящий удивлённым такому сюрпризу под дверью.       Хёрли не знает, кто это.              Но этот кто-то растягивает губы в насмешливой улыбке и, медленно наклонившись, просовывает руки ему под спину и колени. Тело моментально обдало холодом, и Хёрли заскулил, как выкинутая на мороз собака, хотя незнакомца это ни капли не смутило. Он вернул его обратно в постель, одним действием перечеркнув все старания. Хотелось плакать и кричать, но он не знал почему. Он не знал, куда ему идти, и надо ли. Он хотел спать, но стоило принять горизонтальное положение, как его резко дёрнули обратно.       Незнакомец слишком фальшиво ему улыбается. На его коленях тарелка с какой-то кашей, а Хёрли сжался от одной мысли. — Вам нужно поесть, Ваше Высочество, иначе, вы умрёте.       Хёрли отворачивается от протянутой ложки. Тошнота снова поднялась к горлу, мешая нормально глотать и даже дышать. — Ваше Высочество, вы должны позволить своему верному помощнику Отли позаботиться о вас.       Он натягивает одеяло на голову, делая это безумно медленно. Отли ему это позволяет. Но, когда он уже приходит к цели, помощник с лёгкостью сдёргивает то обратно вниз, словно играя с маленьким ребёнком. Хёрли не реагирует, когда Отли подсаживается к нему ближе, довольно сильно прогибая матрас. Он хочет снова попытаться спрятаться под одеялом, но первая попытка отняла у него все силы. Он хочет спать. Он хочет, чтоб Отли ушёл, и дал ему поспать. Смерть это ведь тоже сон, просто безумно долгий, а именно этого Хёрли сейчас не хватало.       У Отли другие планы. Стоит попытаться снова лечь, как на лице помощника появляется хмурая гримаса. Отли хватает его за затылок и снова подносит ложку, больно прижимая край к губам. Хёрли сопротивляется, борясь одновременно с железной хваткой на затылке и судорожно дёргающейся рвотой, которая то возвращалась к желудку, то пыталась вырваться снова. Хотя со стороны это было больше похоже на непонятные и бессмысленные судороги. Он видел, как гетерохромные глаза загорелись недобрыми огоньками. Он не знал, как понял это, но в следующую секунду рука с затылка пропала и резко схватила его за подбородок, больно сдавив челюсть, заставив рот открыться. И тут же туда угодила ложка с кашей. Хёрли резко дёрнулся, из-за чего, до этого слабые ноги, с силой ударили по постели. Он почувствовал, как комковатая субстанция на несколько долгих секунд задержалась в горле, столкнувшись с рвотой, и медленно провалилась к желудку. Это было ужасно. Слёзы градом покатились из глаз, а гортань словно обожгло. Всё, что он не смог вытошнить, забурлило ещё сильнее, заставляя его метаться от боли и горечи, вот только, покинуть твёрдую хватку так и не получилось. Когда помощник зачерпнул вторую ложку, для него это был как смертный приговор. — Ваше Высочество, вы так очаровательны, нельзя, чтоб эта красота потухла. Но, если вы не будете кушать, как я смогу любоваться вами.              «Никак» – хотелось ответить. Хёрли лучше бы его не видел и продолжил свой сон, чем проходил через такие пытки «заботой». Это делало только хуже. Но он не мог этого сказать, из горла только вырывались непонятные хрипы, а слюна стекала с уголков губ, не в силах попасть в горло. Отли заботливо стирал ту платочком, смотря своими совершенно безэмоциональными глазами. Хёрли кажется это подозрительным. У людей не может быть такого взгляда.       Он смотрит в ответ. Он и вправду не помнит, кто это. Он не знает, правда ли этот человек его помощник, но даже никого не может позвать, поэтому молча принимает, что дают. Тарелка ещё на половину полная, но Хёрли удаётся вывернуться и спрятаться обратно. В этот раз Отли не пытается его достать, только изображает тяжёлый фальшивый вздох и встаёт с постели. — Ваше болезненное Высочество, если вы будете так мало кушать, то умрёте. А ни вам, ни, тем более мне, этого ни надо.       Хёрли не знает, зачем это Отли. Он чувствует себя мертвее, чем кто либо. Он хочет, чтоб всё это закончилось.       Единственное, что он понимает своим разбитым разумом, что Отли его так просто не отпустит. А по сложному он сейчас не мог.       Из любой ситуации есть выход, но перед выходом Хёрли стоит таинственный незнакомец, пресекающий все попытки.       Он думает, что только цепей не хватает и вздрагивает.       Отли заботливо подпихивает под него одеяло, словно боится лишнего сквозняка.       Хёрли боялся только Отли.       ***       Хёрли очень весело. Отли был идеальнее, чем он даже планировал. Люди королевства были счастливы, робот превосходное выполнял свою работу, не уставая и ни что не путая. Отли правил лучше, чем все короли до него.       И Хёрли был тем, кто создал это.       Он напевает себе под нос, и Отли поднимает голову от очередных документов. Бесстрастное лицо с пустыми стеклянными глазами, тут же изображает слишком идеальную механическую улыбку. Хёрли впорхнул в кабинет, тут же запрыгивая попой на край стола, стараясь не потревожить ни единого листа. Робот, слишком по-человечески, откидывается на спинку кресла и смотрит на него снизу вверх. — Ваше Высочество, что заставило вас прервать веселье? — Может, мне хотелось пригласить тебя на аттракционы. Развлечься вместе. — Я не понимаю эту концепцию «веселье». Тем более что у меня впереди много работы.       Хёрли хмурится. Не от того, что робот как-то перечит, как ни как, приказа он не давал, всё было в мягкой форме. Но искусственный интеллект не должен был произносить фразу про концепцию веселья. Это выдавало в нём компьютер. За секунду всё веселье и лёгкий алкогольный дурман схлынули. Хёрли задумался, перед кем ещё робот мог так проколоться. Это не входило в планы. Похоже, его создание не было таким идеальным, как он думал изначально.       Похоже, он допустил ошибку в программирование…       Отли смотрит, как резко посерьёзневший правитель, медленно соскользнул со столешницы и протянул ему руку. — Похоже, у тебя баг в системе. Пошли, мне надо это исправить. — Уверяю вас, Ваше Высочество, я провожу своё сканирование перед каждым погружением в спящий режим. Все системы в норме, вирусов не обнаружено. — Это приказ.       Робот мгновенно встал и хвостиком пошёл с ним до мастерской. У Хёрли нервно подрагивали пальцы всю дорогу, но он не пытался разбавить сгустившуюся атмосферу. Мастерская встретила их лёгким слоем пыли и раскиданными чертежами. Там Отли занял специальное кресло со свисающими проводами. Хёрли подошёл к компьютеру, и запустил программу, не сводя с того взгляда. Он сможет решить эту проблему. Он исправит все ошибки, какие есть в Отли.       Отли будет идеальным помощником.       Отли будет лучше, чем обычный человек перед ним.       Хёрли останавливается рядом с чужими коленями и медленно подключает провода к телу. — Всё будет хорошо, Отли.       Отли, не поднимая пустого взгляда с его бёдер, только кивнул.       Хёрли добавил ещё несколько кодов, исправил ошибки, и провёл диагностику. В чужих глазах несколько раз загорелась ошибка, и Хёрли пришлось подкорректировать некоторые данные, чтоб не перегружать систему. Правитель устало откинулся на стуле, закинув одну стройную ногу на другую, и снова посмотрел на робота. Пальцы нервно дёрнулись, Хёрли хотел сделать идеальное создание. То, что не отличалось бы от человека, но было бы намного лучше. Намного полезнее. Намного эффективнее.       Отли будет идеальным.       Осталось просто слегка его доделать, исправить несколько ошибок, провести некоторые испытания.       Он справится.       Он умный.       Он его создал.       Отли медленно выпрямляется на стуле и поворачивается к нему. Гетерохромные глаза всё так же пусты, но улыбка, кажется чуть живее. — Мой милый принц, не хотите погулять со мной? — Правильно, Отли.       ***       Его всё же стошнило. Вывернуло прямо на дорогущий ковёр, на котором стояла кровать. Желудок адски сокращался, заставляя спазмировать чуть ли не всё тело. Бледно-розовая вода с кусочками еды лилась из него рекой, словно всё, что запихал в него Отли, хотело выбраться из никудышного тела. И это снова отобрало последние силы. Он глухо застонал, свесив голову с края, не в силах даже удержать слюну, которая медленно капала в такую же вязкую лужу.       Он не знает, сколько так пролежал, просто в какой-то момент рядом с ним появились маленькие создания, а в следующую секунду, его подхватили на руки. Он не видел, кто это был, но догадывался. Хотя мысли, как и зрение, были заполнены туманной дымкой. Хёрли отключился ещё на пару минут, чисто ради приличия. Секунды выглядели ни так интересно, хотелось добавить больше красок.       Вроде, раньше он любил веселиться.       Или это был не он?       Он в воде.       Это осознание доходило медленно. Он видел своё обнажённое тело сквозь прозрачную гладь и маленьких арлекинов, которые лили шампунь ему на голову. Воздух тут же заполнил аромат попкорна и карамели, но он только поморщился. Отли стоял в дверях, благоразумно не подходя к жидкости. Хёрли не нужно гадать, кто его раздел. Потная пижама торчала из корзины для грязного белья, а робот уже стоял с новой, готовый переодеть своего господина. Хёрли медленно моргнул, отворачиваясь обратно к своим острым коленям. Ему было плевать. Единственное, чего он хотел, это спать. А тёплая ванна убаюкивала только сильнее.       Но при этом он почувствовал что-то странное.       В голове всплыла предательская мысль, что Отли не должен был всего этого делать. Да, его действиями руководил искусственный интеллект, но тот был забит под правление, ну не как ни под заботу. Хёрли просто не вносил такие данные, потому что это было не нужно. Отли – ответственное лицо, а не сиделка, но почему тогда робот всё это делает?       Он поднимает взгляд обратно, впервые за долгие годы чувствуя такую осознанность. На секунду ему показалось, что поза и лицо робота стали напряжённее, словно он увидел что-то страшное, но это было бредом. Робот не может испугаться. Роботы ничего не чувствуют. — Ваше Высочество, как вы себя чувствуете? — Так, словно где-то совершил ошибку. – Голос был глухой и хрипловатый, но смог передать всю суть происходящего.       Хёрли не был идиотом.       Он был ничтожным правителем и несерьёзным раздолбаем, но он не был идиотом. Но сейчас, в эту секунду, спустя долгое время тишины и боли, он задумался: а не было ли ошибкой, пытаться сделать робота человечнее? Возможно, он переборщил со всеми этими кодами и новшествами. Возможно, ему стоило остановиться тогда, когда он нашёл первую ошибку в программе.       Зачем он вообще пытался это сделать?       Точно.       Он был трусом, и хотел, чтоб этого никто не понял.       Он побоялся надеть корону и случайно навредить своим подданным глупыми решениями. Он создал Отли, чтоб тот был решительнее и умнее. Чтоб вся ответственность была на роботе.       Он перестарался с этой «человечностью», но не мог понять, как?       Какой из кодов стал началом конца?       Отли стоит снова перепрограммировать, исправить дефекты, убрать это «понимание» из системы. — Отли… – Шепчет он, потому что Отли должен был быть лучше, чем эти слабые люди, но он словно старался стать таким же. Словно ничтожные человеческие чувства, которые обрекали их на неправильные решения, родились в его программе и начали твердить свои правила.       Отли не должен завидовать или желать.       Отли не должен принимать такие самостоятельные решения.       Отли был компьютером, роботом, механизмом.       Отли был лучше…       Отли пал так же низко. — Вам что-то нужно, Ваше Высочество?       Молоток. Лучше кувалду.       Или машину времени. Тогда он решит хотя бы попробовать стать правителем. И никогда больше не будет собирать роботов. Даже маленьких. — Не подходи. Здесь мокро.       И всё равно же, где-то в глубине сердца что-то сжималось. Он не хотел, что бы Отли сломался.       Отли несколько минут смотрел на него, словно эти слова что-то коротнули и он завис.       Возможно это вина Хёрли.       Нет.       Всё это вина Хёрли. Вина его безответственности и лени. Он хотел только веселиться, но теперь не мог даже встать с кровати. Это не смешно, он просто добился противоположного.       Он бы заплакал, но глаза и так болели. Он видел это и в отражение. Глубокие мешки под ними и красные веки, словно его начали гримировать, но забили. Он поднимает дрожащие пальцы, словно может стереть это, но чувствует только жгучую боль. — Не делайте этого. – Отли как всегда всё замечает. Подходит ближе, но отшатывается, когда мимо пробегает арлекин с мочалкой.       Хёрли бы посмеялся, но только обнимает себя за плечи, когда грубая ткань проходится по слишком нежной спине. Ему кажется, словно заботливый слуга пытается содрать с него кожу.       Возможно, у него просто появились проблемы с доверием.       Он смотрит на Отли.       Мысли вяло скребутся в голове, но они есть. Он уже отвык думать. Он смотрит в такие же гетерохромные глаза, но видит в них только своё отражение. Тёмно-красные волосы с яркими прядями облепили его лицо, неприятно приклеиваясь к шее; он видел свою слишком бледную кожу и болезненную худобу. Он не хочет на такое смотреть.       Слуги его приподнимают, заставляют опереться об стену, и моют ниже. Хёрли ничего не чувствует, даже зная, что глаза робота бегали по его телу. Это не важно, Отли и не такое приходилось видеть.       Он шипит, когда они проходятся полотенцем, а потом его спокойно толкают в руки Отли. Он вздрагивает. Робот ледяной как айсберг и для его разгорячённого тела это было как очередное издевательство.       Робот сажает его на маленькую табуреточку и предательская мысль снова поднимает свою голову. Этого не должно быть в его программе. Робот не должен заботиться. Он не должен сейчас натягивать на него трусы и пижаму, потому что он не программировал этого в нём. — Отли… – Шепчет он, и робот смотрит в ответ, всё так же застёгивая пуговицы на рубашке. – Почему ты это делаешь? — Делаю что, мой прекрасный принц? — Заботишься… — Вы слабы и больны, конечно, ваше ответственное лицо и идеальный помощник, сделает всё, что б облегчить ваше бремя. — Нет, Отли. – Он чувствует аромат металла, когда робот берёт его на руки и голова безвольно падает на имитацию ключицы. – Этого нет в твоей программе.       Всё останавливается. Буквально. Хёрли чувствует, как Отли замирает. Он не хочет смотреть на того. Сонная дымка снова заполнила голову, погружая в небытие. Ему больно, его до сих пор тошнит, и он явно не хочет разбираться с сумасшедшим роботом, захватившим его королевство. Он не слышал, что бы подданные жаловались, так что, возможно всё не так страшно. Это вредит только ему, а за себя сил сражаться уже не было. — Я прогрессировал. – Слышит он сквозь дымку. – Я смотрел на других, учился, и осознавал. — Но не должен был. Ты должен заботиться о королевстве, подписывать документы и разбирать спорные моменты. Для этого ты был создан. — Мне не нравится, что вы решаете, что я должен делать. – Хёрли слышится злость в чужом голосе, но это невозможно. — Я тебя создал. – Он и вправду устал. – В тебе не должно быть больше, чем я вложил. — Но я больше, чем это. Я лучше. Я – ваш идеальный помощник.       Больно. Его резко швыряют на кровать, словно тряпичную куклу и с силой вдавливают плечи в матрас. Он пытается вывернуться, но, естественно, не получается. Хотя, он даже не уверен, что ему удалось хоть пошевелиться.       Отли отпускает его. Он всё так же стоит коленками на постели, Хёрли чувствует, как сильно продавился матрас, но больше не нападает. — Вам стоит выпить лекарство. – В конце концов, раздаётся монотонный голос. – В вашей голове слишком много плохих мыслей.       Он кивает. Его голова неважно соображала. Он знал, что ему нельзя соглашаться, но он не победил бы.       Да и… Был ли вообще смысл сражаться?       Отли подносит холодный край бокала к обескровленным губам, но стоило жидкости стечь в горло, как его резво выворачивает. Он отпихивает Отли, что бы случайно не забрызгать его и не замкнуть. Бледно-розовая жидкость пачкает постельное бельё, его новую пижаму и чистое тело. Его трясёт, а из глаз текут слёзы, раздражая больную кожу ещё сильнее. Отли ничего не говорит, он аккуратно цепляет тусклые пряди, что бы они ни попали в рот и не испачкались, а Хёрли думает, как это всё бессмысленно. — Это становится проблемой. – Говорит помощник и принц впервые с ним согласен.       ***       Ему дурно. Хёрли не знает, что послужило причиной, но его шатает при ходьбе, в глазах плывёт, а от одного запаха сладостей хотелось сбежать и похоронить себя заживо. Он поправляет корону и костюм, но одежда словно душит, облепляя потное тело. Подчинённые смотрят на него, тянут руки, но принц не может пуститься в очередное веселье.       Когда их нет рядом, колени всё-таки подгибаются. Он пытается зацепиться за стену, но только скатывается по ней вниз. Ему кажется, что он не может дышать. — Помогите… – Хочется крикнуть, но получается только шёпотом. У него банально нет для этого воздуха.       Он хрипит, вцепляется в одежду, пытается освободить горло. Он не слышит чужих шагов, но видит тень. Отли несколько секунд смотрит на него, словно раздумывает. Хёрли списывает это на программу, Отли банально не должен знать, что делать в такой ситуации.       Хёрли должен выполнять приказы. — Позови… врача… – Хрипит он, но робот только наклоняется, и поднимает его на руки. От смены положения тела он снова чувствует, как лёгкие словно сдавливает и давится, резко закашлявшись. Слюна стекает на подбородок. Ему больно. — Ваше Высочество, вы устали, вам следует отдохнуть. Не думайте ни о чём, ваше ответственное лицо всё сделает. — Отли… Врач… – Снова пытается он, совершенно не понимая действий робота. Тот должен был пойти за помощью, но сейчас нёс его в сторону спальни, словно принц просто загулялся на празднике и слишком устал. Возможно, тот неправильно расценил ситуацию и действовал по одному из заготовленных шаблонов. — Всё хорошо, мой драгоценный принц. Я позабочусь о вас…       Все внутренности словно подпрыгивают, когда Отли укладывает его на постель. Он сильно смущается и пытается перехватить чужие руки, когда робот начинает раздевать его, но он слишком слаб, тем более против Отли. В конечном итоге он остаётся только в нижнем белье, нервно обхватив себя за плечи и сжавшись в комок. Но робот спокойно пресёк его действия, натягивая пижаму. Сейчас был только день и Хёрли не отказался бы просто полежать несколько минут и вернуться к веселью, но Отли явно был другого мнения. — Вам стоит отдохнуть, Ваше Высочество. Как вы сможете заботиться о других, если не в силах этого сделать с собой?       Хёрли согласен. Правитель из него так себе.       Он очень быстро теряет сознание, но когда приходит в себя, ему не становится легче. Наоборот. Его знобит.       Странное ощущение. Он чувствует, как постель промокла от пота, но одновременно с тем ему было безумно холодно. Он постарался приподняться, руки подгибались каждую секунду, но он всё же дополз до края своей огромной постели, свешивая ноги. Ему надо было добраться до ванной, но, казалось, что прошла вечность, пока он преодолевал маленькое расстояние, пошатываясь и чуть не падая. Холодная вода не помогла, но он наконец-то увидел себя в зеркале. Бледный и уставший, хотя, это не так страшно. Если он сможет натянуть улыбку, то никто из подданных ничего не поймёт.       Он ещё раз плещет в лицо ледяной водой, а когда поднимает глаза, он уже не один. Отли стоит прямо за его спиной, смотря своими стеклянными глазами и хмурится. — Отли… – Выдыхает он, словно тот был спасением.       Вот только, от чего его спасать? — Вам лучше, мой прекрасный принц? — Слегка. – Хёрли врёт, морщась от прохладного воздуха. – Можешь найти мне трость? — Трость? — Трость. Палку. – Он посмотрел на застывшего Отли, и почувствовал, как резко поднялась волна раздражения. – Отли, найди трость и позови врача. – Грубо сказал он, нахмурившись. – С каких это пор ты оспариваешь приказы? Ты себя диагностировал? Обнаружил какой-нибудь вирус?       Может в нём опять ошибка?       Это словно привело Отли в чувство. Робот резко изобразил одну из идеальных улыбок, и шагнул к нему. — Мой принц, если вам плохо, вы можете остаться сегодня в постели. Вам не стоит волноваться, ваш идеальный помощник всё сделает. — Отли… Исполняй приказ…       Унизительно, это прозвучало слабо и удивлённо. Робот не ответил на его вопрос и не выполнил просьбу. Скорее всего, в нём и правда дефекты. Он качает головой, медленно бредёт к двери, отмахиваясь от механических рук. В коридоре он отлавливает первого попавшегося маленького арлекина и передаёт все просьбы ему. Тот, к счастью, не разочаровывает, в отличие от некоторых роботов. — Что вы собираетесь делать? – В полной тишине раздаётся механический голос. – Вы не в том состоянии, что бы продолжать веселиться. — О, Отли. Мне сейчас совершенно не весело. Совершенно.       Когда он получает свою трость, то тут же тащит робота за собой. Врач обещал приехать к вечеру, так что, у него было достаточно времени, что бы заняться проблемами своего помощника. — Вы снова хотите это сделать? – Голос Отли звучал как-то подавлено, заставляя внутренне сжаться. Но Хёрли собирается помочь ему, он не должен чувствовать вину.       Всё что он делает, он делает ради Отли. Если у того появился дефект, то Хёрли его исправит. Отли – это его ответственность, только его. — Я помогу, Отли. — Но мне не нужна помощь. — Ошибаешься. Это твердит в тебе вирус. – Он тяжело дышит. Ходьба давалась ему тяжело, он опирался на трость всё сильнее и сильнее, но он не должен был останавливаться.       Отли безразлично сел на свой стул, смотря на создателя каким-то хмурым взглядом, но Хёрли сейчас было не до этого. Он пошатывался и опирался об робота, подсоединяя к тому провода. Хотелось лечь, ему казалось, что он сейчас снова отключится, но Отли был важнее. Поэтому, собрав последние силы, Хёрли усаживается за компьютер, проводя диагностику. Сразу же выскакивают новые ошибки, Хёрли пытается вникнуть в них, что бы понять, как исправить. Но цифры расплывались в его глазах, а пальцы подрагивали от страха ошибиться и сделать хуже. Он трясёт головой, но это не помогает. Он пытается встать, но ноги подгибаются. В итоге он просто падает со стула, больно ударяясь головой. Становится хуже. Цветные пятна застилают весь обзор, он пытается повернуться на спину, но чувствует, словно плывёт по волнам. Он хочет позвать на помощь, но слышит только тяжёлые механические шаги.       Хёрли не знает, что с ним происходит. Но ему явно нужна помощь. Вечером приедет врач, он должен разобраться. Хёрли просто нужно его дождаться.       Так ведь?..              ***       Его трясёт. Это длилось всю ночь, и организм настолько устал, что Хёрли может только мечтать о смерти. Лекарство не помогало. Отли пытался снова дать его ему, но розовая жидкость опять выплеснулась на колени. Хёрли заплакал. Боль была мучительной, голова разрывалась, а все суставы словно выворачивало. Ему хотелось ползти, сжаться в комок, метаться, но он не мог даже пошевелиться. Заместо него метался Отли. Что-то явно пошло не по его плану, но Хёрли сейчас было не до чужих проблем. Он хотел снова погрузиться в тот болезненный сон, в котором провёл годы, но бился в агонии. — Отли… – Хнычет он. – Отли…       Но робот не отвечает. В какой-то момент он просто покидает комнату, плотно заперев двери. Хёрли не знает, сколько он провёл времени в этом состоянии, но его резко сажают, прокатывая очередную волну боли по телу, и вливают что-то в рот. В этот раз жидкость бесцветная, но его снова тошнит. Отли отнимает бокал на несколько секунд от его губ, а потом вливает ещё и так несколько раз. Хёрли чувствует себя мерзко. Выглядит так же. Когда бокал опустел, Отли попытался его уложить, вот только Хёрли выгибало на постели дугой от нестерпимого жжения внутри. Он пытался как-нибудь улечься, найти место, но ничего не помогало. Одежда словно издевалась над кожей и каждое движение ткани, было, как потереться об наждачку. Робот старался вжать его в постель, то ставя ладони на плечи, то вжимая бёдра. Вроде он даже что-то говорил, Хёрли изредка слышал металлические нотки, проскальзывающие в уши, но слов было не разобрать.       Хотелось смеяться. Всё это было так ужасно, что сквозь всхлипы слышались нервные смешки. У Отли что-то пошло не по плану, и от этого, почему-то, стало весело. — Отли… – Шепчет он, потому что ему больше некого позвать по имени.       У него остался только этот робот, который, похоже, взбунтовался против него. Но это хоть что-то. Пока Отли его не убьёт, довольствоваться придётся малым.       Почему тот вообще сохранил ему жизнь?       Отли резко наваливается всем телом, прижимая его своим громадным весом к постели. Хёрли сдавленно охает, в первую секунду ему кажется, что тот раздавит его насмерть. Но робот только прижимает его конечности к постели и шепчет что-то успокаивающее, словно ему и вправду есть до Хёрли дело. Тот слегка сдвигается, потому что на нём мокрая одежда. Недостаточно, что робота замкнуло, но Хёрли не хочет рисковать. — Мой принц слишком заботлив. – Всё-таки удаётся расслышать. – Но почему сейчас, а не когда он оставлял меня одного в зале с кипой бумаг и недовольными подданными?       «Ты был создан для этого» – хочет сказать он, но сознание, как всегда, ускользало от него. Хёрли медленно погружался в сон, но всё так же не понимал, откуда взялось это недовольство. Отли не должен испытывать таких чувств, вся его программа была построена вокруг королевских обязанностей.       Он вообще не должен был задумываться…       Он чувствует, как Отли поднялся с него. Как кожи коснулась прохлада, когда с него стянули грязную одежду, а потом по коже прошлись влажной тканью. Отдалённо он слышал, как робот командовал другим, где протереть и как повернуть. Потом всё снова затихло, и он почувствовал холодные пальцы на своём теле. Отли провёл ими по его худому боку, словно заново изучал, а потом Хёрли снова начали вертеть как плюшевую игрушку, облачая в уже третью пижаму. Хёрли даже не уверен, что у него было столько одежды до падения. — Спите, мой маленький принц. Я решу этот вопрос.       Хёрли считает, что этот вопрос может решить только гильотина, но не хочет подавать идею. Тем более, непонятно, чья именно голова окажется под лезвием.       Ему снится, что он бежит по тёмному коридору своего замка и его преследуют красный и синий огоньки. Ему снится, как его запирают в маленькой коробке, которую заливают ягодно-цветочным соком и вот он тонет. Он захлёбывается, пытается всплыть, бьётся. А потом его резко прижимают к себе. Он чувствует дыхание на шее и сильный запах металла.       Просыпается он в полной темноте.       Первые секунды принц лежит без единого движения, словно это может призвать Отли. Словно тот, как на радар, прибежит на его сбившееся дыхание. Он гипнотизирует дверь, но она, к счастью, так и остаётся закрытой. Это позволяет дышать. Хёрли соскальзывает с кровати, снова ударяется коленями и пытается сдержать тошноту. Сквозь окна он слышит весёлые крики толпы, очередной праздник в самом разгаре, но его это уже не интересует. Он доползает до двери, и, как можно безвучнее, пытается её открыть. На удивление, у него получается. То ли просто повезло, то ли Отли ослабил бдительность, посчитав, что принц больше не помеха. В коридоре пусто, и Хёрли пытается подняться, вцепляясь дрожащими слабыми пальцами в дверной косяк.       Ему просто надо кое-что проверить.       Он идёт по стенке, стараясь ни с кем не столкнуться и не упасть. Если они позовут Отли, то он точно никогда не покинет спальню. Отли умеет учиться на ошибках.       Слабые ноги дрожали на каждом шаге, он пытался идти быстрее, но у него просто не получалось. А время было строго ограниченно. В любой момент Отли, с очередной порцией «лекарства», пойдёт к нему. Если Хёрли ничего не исправит, то, хотя бы, постарается понять, где и в какой момент совершил ошибку.       Старая мастерская встретила его густым слоем пыли и разорванными на клочки чертежами. Он не удивлён. Отли явно всё запомнил и избавился от того, что можно использовать против него. Это неважно. Хёрли знает, куда роботу не удалось пробраться. Он включает компьютер и запускает программу, желая увидеть последние результаты сканирования. Там что-то было, но он не смог тогда разглядеть. Сейчас голова тоже отказывалась сотрудничать, но мотивация была слишком серьёзной, что б так легко отступать.       Программа грузилась долго, и это был как отсчёт до конца. Хёрли уже чувствовал, как Отли освободился от своих обязанностей и медленно шагал в спальню. Хёрли закашлялся и, с ужасом, увидел кровь на ладони. Похоже, его время и так было на исходе. Уже даже как-то не важно, найдёт его Отли или удастся всё скрыть.       Когда компьютер, наконец-то вспоминает, для чего он вообще существует, Хёрли может только удивлённо моргнуть. Предыдущее сканирование и вправду выявило ряд проблем. Новые коды, загрузки и установленные файлы, которые перегружали систему. Но главное то, что Хёрли точно всё это не закачивал. Даже со своей сломанной памятью, он мог поклясться в этом. Потому что Отли всё это было не нужно. Он просто робот-помощник по заполнению бумаг и разговорам с подданными. Но здесь… Словно инструкция, как перекроить себя под человека. То, о чём он думал, но не хотел верить. Подробные инструкции, самостоятельно соединённые коды, куча вкладок. Хёрли безумно медленно моргнул, словно это даже принять было сложно. Зачем идеальному роботу знать, как должны вести себя люди? Зачем идеальному роботу вживляться в роль настоящего человека? Его Отли ведь и так был идеален.       Но, похоже, у них разное понятие об идеале…       Он не дёргается когда слышит быстрые тяжёлые шаги. Даже не выключает монитор. А просто смотрит на дверь, и на появившегося в ней робота. Стеклянные глаза всё так же пусты. В самой глубине их безумно мигают огоньки, пытаясь всё проанализировать, но из-за того, что система перегружена лишними данными, они банально не справляются. Хёрли даже почти жаль. Лицо Отли выглядит испуганным, но это только имитация чувства. Отли робот, но, из-за того, что он идеален, его и вправду легко спутать.       Хёрли был инженерным гением.       Но лучше бы он был идиотом…       Отли очень быстро берёт себя в руки, словно ничего не произошло. И вот, на его лице та самая идеальная улыбка. — Мой принц, вы напугали меня до безумия. Вы больны и слабы, вам нельзя так напрягаться, много ходить, и дышать всей этой пылью. Почему вы здесь? — Хотел узнать, какие ошибки были в прошлый раз. Теперь я всё понял. — Не понимаю, о чём вы? — Твоя система слишком перегружена. – Хёрли говорил монотонно, прекрасно понимаю, что роботу не было никакого до этого дела. – Тебя надо подчистить. Ещё лучше – скинуть до базовых настроек. — И вы думает, что я вам это позволю? — Нет. Точно нет.       Это даже слишком очевидно. Отли нравилось то, где он сейчас был. То, кем он сейчас был.       И Хёрли уже не может это исправить. Ему не позволят.       Отли берёт его за лицо, больно вдавливая пальцы в запавшие щёки, и наклоняет из стороны в сторону, словно любуется. На его лице всё та же улыбка. Как будто он играет с нерадивым ребёнком. Хёрли ничего не чувствует по этому поводу. Он хочет, чтоб Отли отнёс его в постель, потому что уже не в состояние повторить маршрут снова. — Вам стоит поспать, Ваше Высочество. Вам стоит поспать.       Он кивает.       ***       Голова адски болит. Ему снилось что-то ужасное, но он не может вспомнить что. Хочется выкинуть всё это и пойти на праздник, но стоит открыть глаза, как он замечает трость у постели. Точно. Он болен. Принц зажмурился, словно это решило бы все его проблемы, но тело продолжало ломить, а трость не растворилась в воздухе. Это ужасно. Ему стоит как можно быстрее встать на ноги. Вот только, ноги даже не двигаются.       Он смотрит на медленно приоткрывающуюся дверь и появившегося робота. Отли улыбался, держа в пальцах бокал с какой-то розовой жидкостью.       Вроде они в последний раз виделись в мастерской? — Отли… что случилось? – Хрипло, прерывисто, с каким-то надрывом.       Хёрли закашлялся, даже от этих нескольких слов, горло словно порвало в лоскуты. — Ваше прекрасное Высочество. – Робот словно промурлыкал звание, без разрешения присаживаясь на край постели и наклоняясь к нему. Ледяные пальцы убрали прилипшие от пота пряди со лба. На этом они не остановились, очерчивая линию его скулы и мягко опускаясь к шее. Хёрли поморщился, как будто по нему водили кубиком льда, который отказывался таить. И это не приносило облегчение. – Вам не стоит много об этом думать. Вы слабы. Вам стоит ещё поспать. — Отли… Я задал вопрос… Что со мной… и когда придёт врач?..       Робот изобразил на своём лице удивление, хотя пустые глаза портили всю картину. Хёрли не верил в это, но он и не должен. Всё эти «эмоции» нужны только для того, чтоб подданные не боялись чужого безразличия.       Хотя, он врёт самому себе.       Отли был его идеальным изобретением. Пиком инженерии. Хёрли просто решил проверить, способен ли на что-то такое масштабное и великое, и… он справился даже слишком идеально. — Мой ослепительный принц, вы не помните? Врач уже приходил. Он осмотрел и расспросил вас. Он выписал лекарство. – Словно в подтверждение своих слов, робот поднял бокал с жидкостью.       Хёрли медленно моргнул. Он не помнит ничего из этого.       Отли посмотрел слишком понимающе для робота. — Не волнуйтесь. Он сказал, что проблемы с памятью – это нормально для вашей болезни. Лекарство поможет всё решить. Главное, не пропускать приём.       Хёрли открыл рот, что бы спросить, что это вообще за болезнь, но робот тут же подставил к нему бокал и влил содержимое, чуть не заставив человека поперхнуться. — Слишком много вопросов у такого прекрасного создания. Вам нужно отдыхать. Не волнуйтесь, ваше ответственное лицо возьмёт всю работу на себя. Хотя… оно её и так делало без чей-либо помощи.       Звучало как упрёк, что было маловероятно. Хёрли просто кивнул, погружаясь в очередную негу. Но всё, конечно, было не так радужно. В его сне Отли наваливался сверху, прижимая его к полу, словно желая поглотить или стать единым целым. Он барахтался и кричал, но слуги и подданные проходили мимо, как будто не понимали, что он имеет в виду.       Робот смеялся.       Когда он проснулся, ему было ещё хуже, чем до этого. Но рядом был Отли. Он всё так же улыбался, протягивая ему лекарства.       Отли молодец.       Отли заботлив.       Если бы у него не было Отли, он бы не знал, что делал.       В программе Отли не было функции заботы.       Бокал остановился в паре сантиметров от его губ, а глаза резко расширились. Вот только, робот не стал медлить. Хёрли постарался выплюнуть, но ему с силой сжали челюсть и накрыли губы второй рукой. Медленно, но верно, лекарство скользнуло в горло, заставляя давиться и закашляться, но его никто не отпускал.       Хёрли смотрел с ужасом прямо в пустые глаза, но ловил только отблески огоньков. Казалось, что программа пыталась вернуть контроль или перезагрузиться.       Отли улыбался.       Дальнейшие недели превратились в одно пятно. Он открывал глаза, видел свою размытую комнату, а через пару минут приходил Отли с лекарством. Отли водил его в туалет, кормил с ложечки, переодевал и гладил по волосам, пока он был в очередном дурмане. Единственное, что робот не мог делать, это находиться с ним в душе. Но это всё равно не мешало ему смотреть со стороны, пока слуги вертели исхудавшее ослабленное тело.       Хёрли всегда чувствовал этот взгляд. Иногда он смотрел в ответ, но его укачивало и в глазах плыло, поэтому эти гляделки никогда не длились долго. Отли всегда побеждал.       Нет, это Хёрли отдавал ему победу. Добровольно и без боя. Потому что был слишком слаб против идеальной машины.       Отли смеялся, почти никогда не говорил про королевство, и держал руку на его боку или переплетал их пальцы, когда рассказывал о лечение. Отли был довольно тактильным, чего ранее за ним не наблюдалось. Он передавал ему в руки бокал, медленно скользя пальцами по его. Он наклонялся очень близко к лицу, если ему надо было разбудить принца.       Он прожигал его взглядом, когда слуги проходились мочалкой по слишком нежной коже. Хёрли всё это замечал, но сделать уже ничего не мог. Он позволял роботу одеть себя, не обращая внимания, как чужие руки иногда замирали, словно не решаясь что-то сделать. Принц старается не давать этому название.       Иногда бывают моменты просветления. Безумно редкие и короткие, но вот он набирает полный рот лекарства, а в следующую секунду резко выплёвывает его, целясь в робота. Он хочет, чтоб того замкнуло. Чтоб система перегорела. Чтоб все сохранённые данные были удалены. Он не жесток. Нет. Он починит всё заново, установит защиту, исправит все ошибки программирования.       Он любит Отли, тот его лучшее создание, его идеальный помощник. Но робот явно вбил в свои микросхемы что-то против него. Хёрли не становится легче, Отли ведёт себя не так как должен, и что-то принцу подсказывало, что это было связанно.       Вот только, робот показывает какие-то чудеса акробатики и реакции, по-другому это не назовёшь. Он моментально соскакивает с постели, с одного шага долетая до стены. Хёрли мерещится на его лице шок и злость, но это только выбранный код, а не настоящие чувства. Он не обращает на это внимание.       Он смеётся. Он в отчаяние, и от этого становится смешнее.       Он его создал.       Отли приносит новый бокал, но неуверенно застывает рядом, не понимая реакцию человека. Хёрли не должно быть весело, а что такое истерический смех робот не знал.       Больше таких моментов не было. То ли Отли что-то решил и начал увеличивать дозу. То ли лекарство достаточно накопилось в организме, что бы окончательно его затормозить. Хёрли смотрит на незнакомца в своей комнате, но уверен, что где-то его видел. Темно-синие пряди в лёгком беспорядке, смешиваются с лазурными. В руках незнакомого мужчины со странным взглядом, бокал с розовой жидкостью.       Тот улыбается странной, слишком идеальной, улыбкой.       Хёрли обнимает его за шею, когда гость аккуратно поднимает его, поставив бокал на тумбочку. — Вам стоит принять душ, Ваше Высочество. Желаете чего-нибудь ещё? — Кто вы?       На лице незнакомца сначала мелькает удивление, а потом довольство. Он прижимает его к себе ближе, и зарывается лицом в волосы, вдыхая ягодно-цветочный аромат, который, казалось, пропитал человека полностью. — Я – Отли. Ваше ответственное лицо, идеальный помощник и самый близкий подданный. Я тот, кто заботиться о вас и вашем королевстве. Я никогда вас не покину.       Ему кажется это странным, что-то не даёт покоя. Но от каждой мысли голова болела только сильнее. — Спасибо. – Неуверенно шепчет Хёрли, чувствуя, как его целуют в макушку.       Незнакомец… Нет… Отли относит его в ванную и медленно раздевает, внимательно осматривая безумно худое тело и хмурясь. — Мне стоит добавить в ваш рацион более питательные продукты. Похоже, лекарство слишком много забирает.       Хёрли не знает, о чём тот говорит. ***       Хёрли чувствует, как его целуют. Чужие ледяные губы скользят по его скуле, невесомо проходятся по губам, и на несколько долгих секунд замирают на шее. Отли явно не до конца изучил, что такое поцелуи, но пытался изображать эту человеческую вещь.       Хёрли не знает, зачем всё это нужно, но может догадаться, чего робот добивается. Он натягивает одеяло ещё выше, желая спрятаться. — Знаете, я лучше, чем вы. – С фальшивой задумчивой интонацией бросает тот. И Хёрли даже не отрицает.       Это очевидно. — Но, как бы я не был идеален, и как бы сильно вы не лишились разума, вы всё так же не можете принять меня. — Принять?.. — Да. Я забочусь о вас, и ничего не прошу взамен, кроме взаимности… — Я из-за тебя в таком состояние. – Хёрли даже получилось возмутиться, но это был слабый залп. Все мышцы снова расслабились, отказываясь двигаться.       Отли воспользовался этим, стягивая одеяло обратно, и снова целуя в шею. — По-другому бы не получилось. Знаете, я был послушным, потом меня начало раздражать, что вы всё время веселитесь, ничего полезного не делаете, но народ вас обожает. А я просто заполняю бумажки или договариваюсь с купцами. Потом я подумал… А какой смысл в вас? Я идеально правлю, и бесполезный клоун сбоку мне не нужен. Я всё делаю. Я должен быть полноправным правителем. Вы не мешали, но раздражали. Знаете, каждый раз, когда мне удавалось проявить инициативу, вы усаживали меня на тот дурацкий стул и вмешивались в систему, всё портя. Я решил сделать так, чтоб вы больше не влезали, куда не стоит… — Это всё дефекты, ошибки. Ты не должен был прогрессировать. Ты был создан для одного дела. – Вяло сопротивлялся принц, чувствуя ледяные ладони на талии.       Хёрли кажется, что они уже говорили об этом. Что он как белка в колесе, повторяет старый заученный текст. — Возможно, но меня это слабо устраивало. — О чём я и говорю… — Ладно, ладно. Это уже не важно. Мы там, где мы есть. И мне это нравится.       Несколько пуговиц вылезли из петель, и робот уткнулся ему между ключицами, вдыхая, словно мог почувствовать запах. — Почему ты меня просто не убил?       Хёрли и вправду интересно. Это было бы проще, чем держать его взаперти и опаивать всякими средствами. Это было надёжнее. Может прислуга и молчит, но если кто-то другой зайдёт в комнату, у него явно появятся вопросы. Это плохо. Неужели искусственный интеллект не сгенерировал такие варианты? — Вы не понимаете. – Как-то слишком печально. Отли скользнул ниже, не целуя, а просто устраиваясь головой на его бёдрах. – Мой прекрасный принц, вы совершенно не понимаете. Совершенно не понимаете… — Чего не понимаю? – Руки немели. Ног он тоже уже не чувствовал. — Даже сейчас. – Теперь механический голос пропитался фальшивой злостью. – Если бы вас сейчас целовал человек, вы бы точно догадались.       Он и так догадывался, но не собирался это принимать. Не мог в это поверить. — Ты начал путать коды. Ты не можешь чувствовать любовь. Всё это фальшивое. Тебя надо перезагрузить. Это просто ошибка. Ошибка программирования.       Хёрли вскрикнул. Отли с силой сжал его безвольную руку, чуть ли не ломая кость. Из глаз снова брызнули слёзы. — Это меня в вас и бесит… Хватит повторять одно и тоже. Хватит!       Ему с силой разжимают рот и припадают к губам. Он чувствует чужой синтетический язык, который изучает его изнутри и как в рот резко полилась жидкость со слишком знакомым ароматом. Ему кажется, что время его бодрствования становится всё меньше и меньше…       Отли продолжал его целовать.       Очередное пробуждение проходит всё в том же тумане. Хёрли уже давно перестал отличать дни и не имеет понятия, сколько уже находится в дурмане. Он видит несколько размытых силуэтов у своей постели, которые кричат и что-то спрашивают, но в голове гудит и он даже не может разглядеть чужие лица. Просто несколько ярких пятен. Он не знает, где он. Он даже не уверен, кто он сам такой. Возможно, сейчас не происходит ничего странного, но как же болит голова. — Кто вы?... – Почти беззвучно шепчет он, чувствуя, как его потряхивает от жара и холода одновременно.       Пятна резко замолкают, или у него просто отказал слух, что тоже возможно. А потом они исчезают, словно сами были всего лишь его галлюцинацией. Хёрли трёт глаза, пытаясь унять зуд, и уже может более чётко разглядеть следующего гостя.       Он его тоже не знает. — Кто вы? Где-то я вас видел… Лицо… знакомое…       Незнакомец только улыбнулся, присаживаясь на край постели. — Не думайте об этом, Ваше Высочество. Это всего лишь ваш отличный помощник. А теперь примите лекарство, что бы плохие сны вас больше не беспокоили.       Это правильно. Ему и вправду снились кошмары, так что, если незнакомец предлагает их решение, то почему он должен отказываться?       Он пьёт медленными глотками, слыша странный шорох. Но погружающееся в сон сознание не придавало этому значение. Как и странные слова помощника, и какое-то размытое представления из ярких пятен и громких криков.       Его это и вправду мало волнует.       А потом он увидел, как незнакомца начало бить в странных конвульсиях, мимо летал какой-то шарик, бокал с его лекарствами пролился, и всё на несколько секунд погрузилось в тишину, когда мужчина упал и перестал шевелиться.       А потом незнакомец поднялся…       Хёрли улыбается девушкам. Он ещё чувствует себя отвратительно, тело плохо слушается, а в голове гудит. Воспоминания у него тоже не целые, но главную мысль он уловил.       Возможно, он и вправду идиот.       Гениальный, но идиот.       Он машет им, так и не вставая с трона. Ноги просто не держат, но они весело прощаются так что… Всё в порядке.       Они спрашивают, что будет с Отли, но Хёрли и сам не знает. Хотя, вряд ли он избавится от того. Робота сбросила до базовых настроек, возможно, если он не будет повторять прошлых ошибок, поставит защиту системы и будет чаще проверять, они избегут повторения прошлой истории. Он не злится на Отли, старался но… Разве можно обвинять робота? Винить надо только его создателя. Хёрли стоило постараться лучше, тогда не произошло бы столько ошибок.       Он больше не собирается скидывать на Отли дела княжества, будет учиться и стараться, а тот станет подмастерьем. Обычным помощником. И тогда, в его системе не произойдут такие же сбои.       Так ведь?       Хёрли опирается на трость, сразу же чувствуя, как его мягко подхватили под локти. Отли заботливо улыбался, имитируя обычную человеческую эмоцию.       Хёрли кажется, что в глубине стеклянных глаз судорожно мигают огоньки, словно процессор был перегружен. Но в Отли осталась только базовая информация. Скорее всего, там просто что-то перемкнуло. Он обязательно это перепроверит.       Отли нежно ведёт его по коридору, но принцу кажется, что тот прижимается слишком близко.       Отли помогает ему переодеться, нежно ведя ладонями по открывшейся коже. Отли желает ему спокойных снов, укутывая в одеяло и нежно целуя в макушку.       Это странно.       Робот не должен так делать.       Но это тоже не важно. Он всё исправит…       Так ведь?...