Send Me an Angel

После того как Леонард вернулся в гостинную на него накинулась кучка взволнованных детей. — Как всё прошло? — спросила незнакомая ему девочка с пушистыми каштановыми волосами. — Как-как, завалил его Снейп! — хохотнул… Дин (?). — Профессор Снейп может быть несправедлив, но он не стал бы вмешиваться в министерский экзамен! — воскликнула девочка. — Профессор Снейп довёл Невилла до икоты в прошлом году, — сказал рыжий — Рон, его Леонард быстро запомнил. — Постойте, «министерские экзамены»? — ухватился за самое важное Леонард. — Когда ученик переводится из школы с «несоответсвующей стандартам министерства» программой, его могут зачислить на соответсвующий его возрасту курс условно, с условием успешной сдачи экзаменов за прошлые годы в конце года. Для допуска к практике по основным предметам (таким как чары, зельеварение, трансфигурация и гербология) необходимо пройти тестирование о допуске, составленое преподавателем… — Ну, то есть это стандартный экзамен, а не что-то выдуманное профессором-зельеваром? — прервал девочку Леонард. Она посмотрела на него как на идиота. Он не обиделся, так на него смотрели хотя бы раза два в неделю (обычно Клейн). — Да, это стандартная процедура, — сказала девушка. — Такие же тебя ждут ещё по четырём предметам… Его никто не предупредил об этом!.. Так. А кто именно должен был его предупредить?.. Директор? Декан? Или… — Мисс, прошу прощения, мне срочно понадобилось поговорить с одним человеком, — он вежливо улыбнулся четверокурснице, затем протянул ей свиток. — Если хотите посмотреть что из себя представляет тестирование, можете взглянуть, я не против. Он оглядел гостинную, зацепился за свою духовную метку — ага, вот и Фред — и тут же нашёл рядом с ним своего «наставника». — Что-то случилось? — спросил его Бен. — Тестирование, — сказал Леонард. — Я бы хотел получить предупреждение. — А. У тебя всё равно не было бы и шанса сдать. Ты бы только себя накрутил, — извиняюще-пренебрежительным тоном ответил Бен. — Боюсь, твои предсказания не сбылись, — сказал ему Леонард. — Но в следующий раз я хотел бы знать, что мне предстоит, даже если у меня нет и шанса — у меня есть право знать, хотя бы для… контроля ущерба. Но его уже не слушали. Джордж отложил свой свиток и толкнул Фреда. Они вместе уставились на Леонарда. Затем Фред пихнул в плечо Бена. — Погоди… — заторможено сказал Бен. — Ты сдал? У Снейпа?.. Леонард вздохнул. Он понимал их удивление. Но их действия и поведение были продиктованы предположениями касательно него — опасными предположениями. С этим стоило разобраться сразу, прежде чем всё зайдёт слишком далеко. — Свиток там, — он кивнул в сторону четверокурсников. — Так что насчёт информации… Но никто не стал дожидаться продолжения. Близнецы подбежали к четверокурснице, и отобрали у нее результаты теста. Повертели пергамент со всех сторон, а затем восхищенно присвистнули. — Все, смотрите, это наш герой! — воскликнул Фред. — Человек, к которому не смог придраться Снейп! — добавил Джордж. Он стал размахивать свитком как флагом. Всё больше и больше подростков подходили, заинтересованные шумом. Они передавали свиток из рук в руки как реликвию. — Может быть это подделка? — спросил Ли Джоржан. — Нет, мы кинули на него Фините Инкантатем, — кивнул Джордж. — Для чар человека который вчера не знал с какой стороны за палочку держаться этого бы с головой хватило, — сказал Бен. — Как вы добились такого успеха? — голосом репортёра спросил Фред. Игнорируя близнецов, Леонард повернулся к старосте. — Прости что не предупредил, ты прав, — сказал Бен. — Обещаю, что не повторю своего проступка, и докажу это делом, а не словом. Мир? Леонард заверил Бена, что не держит на него обиды. Шестикурсники попросили забрать свиток чтобы показать его своим друзьям с других факультетов. Леонард согласился. Он установил необходимые себе правила… среди подростков. «Действительно, достойное титула архидьякона деяние» — саркатично подумал Леонард. «Наверное, Розезхарт сказал бы что я нашёл компанию себе по возрасту». Вздохнув, он поднялся наверх. Трансфигурация была завтра, и он не понимал и половины слов в учебниках.

***

Леонард пропустил ужин, заверив старосту и шестикурсников что не голоден. По отдельности Фред и Джордж, Бен и четверокурсница, представившаяся Гермионой пообещали принести ему что-нибудь. Леонард усердно занялся предметом, выписывая формулы и определения. Помимо трансфигурации завтра было прорицание. Тест для допуска по этому предмету не требовался, а заданием было вести дневник снов. Помимо того что сон Леонарду не требовался, и за месяц он мог бы добавить разве что одну запись, вещие сны не снились Бессонным. Точнее нет, как раз вещие сны и гадание через сновидения были основной формой гадания на пути Тьмы, но они не снились Бессонным если те того сами не захотели. Начиная с Кошмара потусторонние пути Тьмы были осознаны в своих снах и полностью контролировали свое окружение, при желании не допуская видений. В добавок это задание было не на один день и даже не на одну неделю. Поэтому Леонард с чистой совестью забросил подготовку к завтрашнему прорицанию сосредоточившись на трасфигурации. Вечером он получил яблоко от Гермионы, кусок мясного пирога от Бена и сделанный из пергамента конверт от Фреда и Джорджа, в который они уместили рагу. Быстро, пока не размок пергамент, съев подношение Фреда и Джорджа, предварительно проверив его духовной энергией на сюрпризы, Леонард оставил два других блюда на ночь и продолжил занятие. Вечером он поднялся в спальню, даже не делая вид что собирается спать. Там он встретил мрачного Невилла и Симуса. — Невилла последнее время мучают кошмары, — сдал однокурсника Симус. — С тех пор как Беллатрисса Лестрендж… — Я вас не побеспокою, — перебил его Невилл. Леонард успокоил их обоих, заверив что не будет зол на крики во сне Невилла, и что не будет шуметь когда вернётся с общей гостинной спать в спальню. Конечно не будет. Он в принципе спать не планировал. Тем не менее, когда все его соседи улеглись на ночь, он пробрался в спальню, чтобы наложить на них усыпление. Так никому из них не будут сниться сны в принципе. Леонард взял пару листов пергамента и уже собирался уйти как вдруг услышал звук. Невиллу… снился кошмар?

***

Леонард лёг на свою кровать и коснулся разума Невилла, входя в его сновидение. Необращая внимание на содержимое он прошёл по тонкой нити сознания пробираясь к источнику силы вторгающейся в разум мальчика. Там, на «пристройке» сознания, вроде балкона или веранды — отделённой от разума и скорее дополняющей его — стоял подросток лет 20-ти. Он что-то изучал в стене сознания перед ним. Леонард не стал заморачиваться. Быстро осмотрев ситуацию и убедившись что подросток не связан с Невиллом, Леонард «дёрнул» нарушитетеля за руку, перенося их на територию сознания Слуги Сокрытия. «Балкон» за ними разрушился, как будто паразит был единственным что поддерживало его существование. Там он запихнул подростка в место которое когда-то занимал старик. В отличие от разума Невилла, где пузырь для нарушителя был как бы прилеплен к сознанию мальчика снаружи, это место в разуме Леонарда он назвал бы не «балконом» а «лоджией» — эта часть была внутри его сознания, но отделённая от отстального разума стенками сокрытия. Изначально стенок не было или они были тонкими, но по мере получения Леонардом новых способностей, первым подопытным всегда был удобно живущий у него в голове паразит. Старик был участником добровольным и активно подбадривал Леонарда, осознавая пользу подобного рода опытов. Так у Леонарда появилась «лоджия», чьим единственным «постояльцем» последние два года был ныне мертвый Червь Времени. — Имя? — спросил он у ошарашенного подростка. — Лорд Волан-де-Морт, — пафосно выдал тот. — Да, да, а я Амон, — съязвил Леонард. — Тебя так мама назвала? Как тебя на самом деле зовут? — Том Реддл, — буркнул тот. — Это крайне невежливо, я не знал свою мать! — Да, я тоже, — сказал Леонард. — Но я не бегаю по мозгам незнакомцев насылая им кошмары, хотя у меня это вышло бы лучше. Ошарашенный, Том Реддл остался стоять посреди «лоджии», когда Леонард услышал звук. — Жди здесь, — бросил он подростку, как будто тот мог куда-то уйти, и вернулся в реальность. Там, глядя невидящим взглядом в потолок, лежал проснувшийся Невилл. — Я тебя разбудил? — извиняющимся шёпотом спросил Леонард. — Нет, нет, ты не причём, — так же ответил Невилл. — Спи, до утра ещё не скоро, — тихо сказал Леонард, после чего положил ладонь тому на лоб, усыпляя. Он вернулся в гостинную, сел в кресло и вновь вошёл на «лоджию». — Кто ты? — спросил его Том. — Не ври мне, не один волшебник не может сотворить подобное. Леонард задумался. — Есть некоторые вещи, которым тем легче тебя «заразить», чем больше ты знаешь, — процитировал он. Прежде чем подросток успел возразить, Леонард усыпил чужое сознание и вернулся в реальность. Домашнее задание по трансфигурации не могло подождать — если он не сдаст тест, этот вопрос продолжит занимать его время.

***

Он все же сдал трансфигурацию, но хм… «провалил» прорицания. В начале мадам Треллони задала пару вопросов, на которые он ответил с лёгкостью, но затем внезапно сошла с ума. Это было похоже на то, как если бы потусторонний низкого уровня взглянул бы прямиком на него духовным зрением. Рисковать здоровьем профессора Леонард не стал, а потому с урока удалился. Хотя мадам Треллони сказала, что ей нечему учить «Его», она просто исключила его из своих студентов. А могла бы и автомат поставить. Все выходные Леонард провёл учась днём и блуждая по снам окружающих ночью. Он отбивался от просьб Гермионы поделиться методом учёбы, но охотно сравнивал их конспекты. По вечерам он бродил по замку, опрашивая портреты. Больше его внимание привлёк мужчина с пышными бровями, представившийся как Алракис Блэк I. Он был ярым представителем того глупого предубеждения о котором Леонарду рассказала профессор МакГонагалл. Алракис кичился чистотой своего рода, и его было очень легко вывести на нужную информацию. Он так же очень легко поддавался на провокации. — Блэки названы в честь звёзд, и равны им, — это была одна из первых фраз что Алракис сказал Леонарду. Он говорил на очень устаревшем английском, так что Леонард, у которого этот язык не был родным, понимал примерно 80-90 процентов произносимых им слов. — Но разве названия звёзд не придумали не-маги? — без задней мысли спросил Леонард, чем вызвал почти пять минут разного рода бранных слов у портрета. Забавный мужчина, помимо того что пополнял репертуар Леонарда британскими, хоть и немного устаревшими, ругательствами, натолкнул его на интересную мысль. Дело в том что Леонард не знал названий звёзд этого мира. Помимо того что сами названия отличались, отличалось и положение самих звезд… А отличалось ли? Несколько месяцев назад Клейн рассказал, что звезды на небе в Его время отличаются от тех что светят сейчас — многие сменили своё положение. — Звёзды медленно, очень медленно но двигаются на небосводе, — сказал Клейн. — Раньше у нас «полярной путеводной звездой» считалась Альфа Малой Медведицы. Теперь же моряки ориентируются по той звезде, что у нас называли «Вега». Вы называете её просто «путеводной». — Значит ли, что я не смогу указывать путь вечно? — полусерьёзно спросил Леонард. «Ведущая всех потерянных Звезда» было частью его почётного имени, и почему-то этот вопрос его беспокоил. — Это короткий срок для бессмертных — 7000 лет. Он не стал думать что его уже вероятно не будет через 7000 лет. — Мы выбираем путеводной звезду, на которую указывает земная ось, — сказал Клейн. — Но она не всегда одинакова. В разные моменты Земля вращается под разными углами. Она описывает круг, это цикл длинной в 26 000 лет. Так что путеводная звезда не уходит навсегда, они просто подменяют друг друга, давая другим отдохнуть. Их всего около 13. Леонард вздохнул. Ангелы второй последовательности ещё старели — очень медлено, но старели. Он вероятно не проживёт 26 000 лет. Все что Он может, это найти другую Путеводную Звезду, когда придёт Его черёд уходить. В конце-концов Великие Дверние могли жить сотнями тысяч лет. На Их пути Им понадобится не одна Путеводная Звезда. Видимо почувствовав уныние Леонарда, Клейн сменил тему. — То, что сейчас называют Звездой Богини мы называли Сириусом. В наше время это тоже была самая яркая звезда на небе, но через 260 000 лет Вега сможет с ней сравниться, — продолжил Клейн. Клейн показал им как сейчас выглядит небо из разных точек этого мира, включая Западный Континент и Забытую Богами Землю. Леонарду очень нравилась эта проекция и в свободное время он мог разглядывать её часами. Сейчас он сожалел, что не попросил Клейна посмотреть на звёздную карту его времени. Тем не менее, кое-что Леонард мог выяснить. Иллюзии не могли брать информацию из ниоткуда, все они создавали окружение из разума создателя. Если бы звёзды в этом измерении совпадали с звёздами в мире Леонарда, то тогда он бы точно установил, что это была относительно недавно созданная иллюзия — не старше пары столетий. Кажду вторую пятницу у них была «астрономия», но Леонард не хотел ждать. Ночью он выскользнул из комнаты, укрывшись многими слоями сокрытия. Он шел по коридорам замка не особо заботясь о скрытности — если бы в школе был бы кто-то способный увидеть его под таким количеством покровов, он бы предпочёл узнать бы об этом сразу. — Мяу, — сказала кошка. Она была тощей, пыльно-серой, несуразной и до ужаса восхитительной. Леонард тут же сбросил несколько слоёв сокрытия. — Пойдёшь со мной? — спросил он. Кошка тут же вскорабкалась ему на плечо. Путь Тьмы животные любили, не так сильно как пути Луны или Матери, но безусловно он был в топе 3. Аура спокойствия, окутывающая Бессонных очень привлекала разного рода зверьё, и в особенности кошек и котов. О, эти животные обожали Церкви Вечной Ночи, так, что переодически приходилось их оттуда отгонять, максимально бережно. В народе их иногда называли истинными детьми Тьмы. Леонард и Эмлин однажды после Лунной Мессы поспорили, в чью сторону пойдёт кошка. Кошку, которую они выбрали, Леонард подкармливал уже месяц, вопреки правилам, запрещавшим кормить кошек возле Церкви Вечной Ночи, чтобы не привлекать тех ещё больше, а потому был уверен в своих шансах на победу. Они положили кошку в центр и отошли на равное расстояние. Кошка посмотрела на двух Ангелов как на идитов и не сдвинулась с места.

***

В сопровождении своей пушистой компаньонки Леонард забрался на Астрономическую башню. Ученикам было строго-настрого запрещено находиться тут кроме как на уроках, так что Леонард приготовился, выучив не одно отпирающен заклинание. Но к его удивлению, столь опасное место не было заперто даже на немагический замок. Леонард осмотрел небо. Совпадения не было. Он не помнил даже отрывков карт из до-эпохи, а потому понять, достоверно ли небо перед ним он не мог. — Кажется, мои звёздные коллеги мне сегодня не укажут путь домой, — вздохнул Леонард и почесал расположившуюся у себя на плечах кошку под подбородком. Кошка успокаивающе замурлыкала и ткнулась мордочкой ему в руку. Так он спустился вниз. Затем он пересёкся с патрулирующем школу мужчиной. Мужчина, завхоз — Филч — спросил: — Кто здесь? — Мяу, — сказала кошка, спрыгивая с плеч Леонарда. — Ах, это ты миссис Норрис. Никого не видела тут в последнее время? Кошка — миссис Норрис — засеменила за завхозом. На Леонарда тот даже не оглянулся, просто пройдя мимо.

***

Так прошла неделя. Как и ожидалось, уход за магическими существами дался Леонарду легко. Хагрид, полувеликан (?) с радостью рассказывал о любых тварях всем интресующимся, но сходств между этим и своим миром Леонард нашёл мало. Зельеварение продолжило быть самым интересным предметом в его расписании. Леонард с ужасом заметил что кажется начинает понимать Амона — дразнить людей очень весело! Хотя, если он был бы Амоном, профессор зельеварения сошёл с ума бы в первый же день. Леонарду не требовались сложные схемы и эффектные жесты, ему достаточно было существовать, нарушая ожидание профессора, и это всё делало вдвойне смешней. Чары и травология не вызвали проблем, на вступительном тесте он набрал 68 и 72 балла соответственно. Руны оправдали ожидание лишь частично — рунические языки напоминали знакомые Леонарду Древний Фейсак и Йотун, но использовались они совершенно иначе. На астрономию Леонард сходил с удовольствием. Рассматривать небо ему нравилось и в качестве проекции в Замке Сефира, не будь все его ночи заняты, возможно он бы приобрёл телескоп. Нанесение звёзд на карту успокаивало. Возможно, когда он вернётся домой, он сравнит эти звёзды с звёздами до-эпохи его мира и поищет отличия. Следующее происшествие было в субботу, когда Леонард пришёл на дополнительные занятия с профессором Макгонагалл. Она отдала ему стопку книг, которые порекомендовал ему директор. Леонард не глядя кинул их в свою вязанную сумку, и приступил к отработке практических навыков. Вечером, разбирая полученные пособия он накнулся на тонкий ежедневник между ними. — Ну, это бесполезно, — сказал Леонард, глядя на 1943 год на обложке. — Если кто-то хотел бы использовать тебя, то ему следовало это сделать в прошлый год. Теперь ты бесполезен до 1999. Его духовность кольнуло. Повинуясь импульсу он записал в дневник свою эпиграмму на Снейпа. «Это довольно паршивый стих» — сказал дневник. «Напиши тогда лучше» — сказал дневнику Леонард. Дневник замолчал. С победным настроением Леонард собирался захлопнуть его, как вдруг дневник выдал его эпиграмму обратно, исправленной. «Это и впрямь звучит лучше» — грустно подумал Леонард. Он выловил Фреда и Джорджа и отдал им эпиграмму, взяв с них обещание не говорить кто автор. — Нарекаю тебя 3-448, «Полуночный Ежедневник». Свойства — умеет исправлять стихи. Рекомендуется к использованию Полуночными Поэтами для ускорения переваривания зелья, — вслух произнёс Леонард. Он не боялся что его кто-то услышит — он сидел в дальнем углу гостинной, накрытый несколькими слоями сокрытия. «Кто ты? Как ты нашёл (а) мой дневник?» «Эй! Ты всё ещё тут?» «Ладно-ладно, прости что критиковал твои стихи, они не так уж и плохи» «Ты меня бросил? Пожалуйста, ответь!» Новообъявленный 3-448 правда решил показать что Леонард ошибся с его свойствами и потому продолжал строчить. «Я здесь» — написал Леонард. — «Что ещё ты умеешь?» По его ощущениям это была душа, подобная той что лежала у Невилла в голове. Он столкнулся со вторым паразитом чуть больше чем за неделю! Что не так с магами? Почему они раскидывают свои души где попало? «Сначала представься. Это было бы вежливо» — сказал дневник. Леонарда насторожило то, с каким упорством дневник хотел получить его имя. «Зови меня Вега» — написал он, вспоминая давний разговор. «Вега? Ты дочь семьи Блэк?» — спросил дневник. Его почерк дрожал, словно от энтузиазма. «Вега необязательно женское имя!» — возмутился Леонард. «Твой почерк похож на женский» — сказал дневник. «Это называется каллиграфией» — написал Леонард. «Так ты всё же мужчина?» — спросил дневник. «Теперь твоя очередь представляться» — сказал Леонард. «Том Реддл. Так ты мужчина? Может быть ты гей?» Леонард не успел обдумать вопрос настырного дневника как его осенило где он уже слышал это имя. Том Реддл! Паразит усыплённый у него на «лоджии»! Это не может быть совпадением. В мире не будет же двух Томов Реддлов?.. Леонард погрузил себя в сон, нащупал дневник — он горел искоркой как отдельное сознание. Слуга Сокрытия выдернул эту искру из предмета и бросил Тома-из-дневника на «лоджию». — Что?.. Вега? — воскликнул паразит. Он был похож на более молодую версию первого жильца. — Так значит дело не в британских магах, дело в Томе Реддле! — воскликнул Леонард. — Ты местный Амон. — Ты действительно выглядишь немного геем, — сказал Том из дневника. Леонард не стал выслушивать очередные глупости выходящие из этого рта. Он усыпил и эту версию, потом представил их в духовном виде. Характеристики Мародёров служили им как дополнительные души. Уже с 4-той последовательности Червь мог стать новым основным телом. Эти паразиты обладали схожим свойством, но не были похожи даже на самые слабые Черви. На самом деле, если повертеть… Он сложил два куска души. — Если предполагать самое лучшее, то ты — половина, а ты — одна шестнадцатая. Леонард задумался и влил немного духовности. На его глазах две души скреплённые пазами срослись, и большая вобрала в себя меньшую. Он не знал что делать с паразитами, но выкидывать на смерть их было немного жаль. Что же, выкинуть их он всегда успел бы. Существовало ещё как минимум два Тома Реддла, и лучше было бы найти их всех. Дневник попал ему в руки сразу как только у него появился кусок паразита. Это как закон сходимости характерик, только закон сходимости Тома Реддла? В добавок, если бы он выкинул Тома из головы он мог бы найти нового хозяина, если бы выжил, и лучше пусть он мирно валяется в отключке на «лоджии» Леонарда, чем сидит в головах у студентов. Леонард вернулся в материальный мир. Там, на его глазах дневник рассыпался в пепел.

***

Бен сдержал своё слово и послушно предупреждал Леонарда. Доклады старосты стали крайне подробными, так что Леонард иногда ощущал себя так, будто обзавёлся собственным секретарём. — В эту пятницу будет церемония взвешивания волшебных палочек, — сказал Бен. — Не волнуйся, это просто формальность перед Турниром. Точно. Турнир. Леонард так увлёкся опросом портретов и шуршанием книг в Запретной Секции, что даже успел позабыть с чего все началось. Ему пришлось уйти с зельеварения — чему он расстроился и обрадовался одновременно. Если бы он пропустил какой-то другой предмет, то непременно бы отстал, но подразнить Снейпа было полезно для души. Может быть человечность Амона держиться не на клонах, а на доставании Шута? Есть ли вообще необходимость поддерживать человечность ожившей характиристике? Леонард спустился вниз, где скучковались 12 учеников Дурмстранга и 13 шармбаттонцев. Погодите. Триннадцать? Он внимательно осмотрел толпу и сердце его пропустило удар от радости. Золотистые волосы, зелённые глаза и аристократическая выдержка. Одри Холл подмигнула ему.