Кадзуха/Томо (G)
16 июля 2026 г., 13:40
Сердце колотится, а желудок сжимается от нарастающих нервов. Кадзуха стоит один в зоне встречи в аэропорту, сжимая в руках смешного плюшевого кота, длинного, как колбаса, и старательно вглядывается в каждое лицо.
Когда в толпе прилетевших показывается Томо, Кадзуха узнаёт его моментально. Улыбка сама по себе появляется на раскрасневшемся лице, и он даже подпрыгивает, начиная махать издалека своему интернет-другу, чтобы привлечь внимание. Тот замечает и начинает буквально бежать на Кадзуху, в итоге заключая его в крепкие объятия.
— Привет! — голос, наконец, не искажённый помехами и без задержек звучит прямо на ухо, и у Кадзухи внутри всё переворачивается. Он, как может, вцепляется в Томо, вжимаясь лицом в его шарф.
Кто-то может считать, что интернет-дружба — это полная фигня. Нечто зыбкое, ненадёжное.
Для Кадзухи же Томо — самый близкий человек. Он, кажется, вполне может прямо сейчас, встретив лично впервые, доверить собственную жизнь. Это не так страшно, как пережитые в ночных переписках травмы и страхи.
Они знакомы уже так давно, знают друг о друге, возможно, больше, чем о самих себе. И то, что этот Новый год получается встретить вместе, становится лучшим подарком для них обоих.
Никакой ожидаемой неловкости. С Томо очень легко. Вручить котоколбасу после долгих-долгих объятий, взять за руку и усадить в такси. Смеяться просто так, даже лицо болит. Быть обмотанным необъятным шарфом Томо, потому что на улице снегопад и мороз, а им нужно обойти много магазинов.
Им так безумно комфортно.
— Ты так ловко нарезаешь, — Кадзуха подглядывает за приготовлением очередного салата и тянется, чтобы своровать кусочек огурца. Томо ему не мешает, лишь улыбается тепло.
— Могу сделать всё, пока ты жаришь мясо. Аромат, кстати, изумительный.
Это точно будет лучший Новый год.
Они только вдвоём, но это не угнетает и не расстраивает. Им и правда комфортно сидеть рядом и в спешке записывать свои желания на бумажках, успевая поджечь и выпить шампанское с пеплом.
Кадзуха не признаётся в том, что загадывает, но так отчаянно и мило краснеет. Для Томо этого достаточно, чтобы всё понять.
Подсказок ведь на самом деле так много: тёплые прикосновения, заботливый голос, красный нос, спрятанный в шарф, и долгие-долгие переглядки.
Чуть опьяневшие, они заваливаются на диван перед телевизором, и просто обнимаются. Очередной свитер на Томо в праздничный день со смешными оленями, и Кадзухе безумно нравится прижиматься к мягкой ткани щекой.
— Я так рад, что ты приехал, — бормочет он, прикрыв глаза. На губах так и играет неизменная улыбка.
— Спасибо, что пригласил, — Томо зарывается лицом в беспорядок волос на голове Кадзухи.
У них впереди вместе целая неделя. А потом и вообще целая жизнь — на это надеется Кадзуха и поднимает взгляд, преданный-преданный, счастливый.
— С Новым годом, — Томо после короткой паузы целует Кадзуху в самый кончик носа, вызывая довольный смущённый смех.
