Новый день и жизнь

       Утро пришло серое и липкое, как паутина, которая никак не хотела отпускать. Питер спустился на кухню, чувствуя себя пустым внутри - будто кто-то выскреб из него все эмоции и оставил только скорлупу. На столе его ждал завтрак. Пеппер стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле, Тони сидел с планшетом в руках, делая вид, что читает новости. Но Питер знал - они оба ждали. Смотрели на него краем глаза, прислушивались к каждому его шагу. - Доброе утро, - сказал Питер, и голос прозвучал чужеродно. Слишком ровно. Слишком пусто. - Привет, милый, - Пеппер повернулась, и в её улыбке было столько тепла, что Питер едва не сломался. - Как спалось? - Отлично, - соврал он, садясь за стол. - Прямо выспался. Он взял ложку и начал есть, механически отправляя еду в рот. Вкуса не было. Будто жуёшь бумагу. Но он жевал и улыбался, потому что так надо. Тони отложил планшет. - Питер, - начал он, и в голосе звучало что-то новое. Какая-то осторожная настойчивость. - Я хочу спросить тебя кое-что. Питер замер. Ложка застыла в руке. - Ты знаешь, что можешь нам доверять, да? - Тони смотрел прямо в глаза. - Я не прошу тебя рассказывать всё сейчас. Но если внутри что-то есть - что угодно - мы не сломаемся, мы не уйдём. Мы просто будем рядом. Ты понял? Питер сглотнул. Ком в горле пульсировал, как живой. Ты не уйдёшь, мистер Старк? А если я скажу тебе, что каждую ночь вижу, как ты отворачиваешься от меня? Что я готовлюсь к тому дню, когда ты скажешь: «Прости, парень, но я ошибся»? Если я скажу, что ношу в себе эту трещину с тех пор, как умерла тётя Мэй? Что я каждый день чувствую себя самозванцем в этом доме? Что я думаю, что вы ошиблись, когда взяли меня? Ты останешься? Но он не сказал. Потому что сказать - значило увидеть, как Тони смотрит на него с жалостью. А жалость была хуже всего. Жалость значила, что он - случай. Больной. Сломанный. - Я понял, - ответил Питер и улыбнулся той своей фальшивой, треснувшей улыбкой. - Спасибо, мистер Старк. Правда. Я ценю это. Он доел завтрак, убрал тарелку, чмокнул Пеппер в щёку и поднялся к себе, чувствуя на спине их взгляды. Они смотрели ему вслед, и он знал - они хотят подойти. Обнять. Заставить его раскрыться. Но он уже закрылся. Снова. Как делал всегда. —- В школе было ещё хуже. Нед болтал о чём-то весёлом, ЭмДжей сидела рядом и рисовала в блокноте, но Питер не слышал их слов. Он сидел, уставившись в парту, и пытался дышать. Ты просто обязан быть сильным. Ты - Паук. Ты спасаешь людей. Ты не имеешь права разваливаться из-за каких-то мыслей. Внутри кто-то шептал: Ты уже разваливаешься, Питер. Ты просто не хочешь этого замечать. - Питер? - Нед тронул его за плечо. - Ты в порядке? Я тебя уже третий раз спрашиваю. - А? - Питер встряхнулся. - Да, конечно. Всё отлично. Просто задумался о физике. Нед посмотрел на него с сомнением, но промолчал. ЭмДжей подняла глаза от рисунка и скользнула взглядом по его лицу. Она не сказала ничего. Но Питер почему-то почувствовал, что она видит его. Настоящего. И это было страшнее, чем взгляд Тони. Потому что, если она увидит правду, она может сказать. А если она скажет - придётся отвечать. После школы он, как обычно, помог Пеппер на кухне - нарезал салат, раскладывал вилки, делал вид, что этот дурацкий быт помогает ему не думать. За ужином он театрально зевнул, потёр глаза и сказал, что вырубается и пойдёт спать пораньше. Голос звучал почти убедительно - он старался. Но когда поднял взгляд, Пеппер смотрела на него с той мягкой, всё понимающей грустью, от которой хотелось провалиться. Тони просто хмыкнул в тарелку и не поднял головы, но уголок губ дёрнулся - он знал этот трюк лучше всех. Ему не поверили. И он знал, что не поверили. Место сна он вылез через окно в его комнате не было не какой системы охраны Джарвис он сам ее отключил а Тони был и не против, Только та которая смотрела его состояние и здоровья но он про это не знал. Когда он вернулся домой, было почти два часа ночи. Он аккуратно залез в окно блага оно находилась прям около крыши так что спокойно можно было лазить не взирая на высоту. Он прошлёпал по коридору в ванную. Проходя мимо комнаты Тони дверь была приоткрыта поэтому он услышал голоса. - Он в порядке? - это была Пеппер, шёпотом. - Нет, - ответил Тони. - И я не знаю, что делать. Питер застыл у двери. Сердце пропустило удар. - Он не говорит. Вообще. Вчера за ужином сказал, что мы можем его вернуть. Пеппер, он реально думает, что я могу от него отказаться. После всего, что я сделал, чтобы он был здесь. - Мы подождём, - голос Пеппер был мягким, но твёрдым. - Мы будем рядом. И когда он будет готов, мы просто выслушаем. - А если он никогда не будет готов? Тишина. Питер затаил дыхание. - Тогда мы будем стоять и ждать. Он подросток. Иногда просто быть рядом - уже достаточно. Питер отпрянул от двери, тихо, как мышь, ушёл в свою комнату и забился в угол кровати. Глаза жгло, но он не позволял себе плакать. Он просто сидел, обняв колени, и слушал, как тикают часы. Они говорили о нём. Переживали. Ждали. А он не мог им сказать правду, потому что правда была уродливой: он не верил, что заслуживает этого. Он не верил, что они останутся, если увидят его настоящего. И он не знал, как научиться верить. Мистер Старк, - мысленно прошептал он в темноту, - я так хочу рассказать вам. Но каждый раз, когда я открываю рот, я вижу, как вы уходите. И я не вынесу этого снова. Он лёг на бок, подтянув одеяло к подбородку, и закрыл глаза. Сон не шёл, но он не пытался уснуть. Он просто ждал утра. Потому что утром он снова станет тем, кого все любят. И никто не узнает, что внутри него руины.