Враги по несчастью

      Малфой раскрыл папку на столе и несколько секунд смотрел на неё, словно заранее понимал, что ничего хорошего внутри быть не может.       Первые страницы выглядели почти безобидно: старые схемы международных маршрутов, внутренние сверки, копии служебных запросов, аккуратные пометки на полях. Гермиона сначала даже не поняла, что именно её настораживает. Она перелистывала документы один за другим, пока взгляд не зацепился за длинную колонку фамилий. Сотрудники международного сектора, архивариусы, аналитики, координаторы порталов. Рядом с каждым именем стояли даты, суммы и короткие рунические отметки финансовых переводов. На первый взгляд записи выглядели хаотичными, но уже через несколько секунд стало ясно: перед ними не список. Перед ними была структура.       Гермиона быстро пролистнула ещё несколько страниц. Те же фамилии. Те же счета. Те же люди. Менялись только даты. — Это невозможно, — тихо произнёс Гарри. — Возможно, — почти машинально ответила Гермиона, не отрывая взгляда от документов. — Иначе этого бы здесь не было.       Пэнси подошла ближе, молча просмотрела одну страницу, затем вторую и медленно выдохнула. — Мерлин… Это не коррупция. Это система.       Гермиона уже почти не смотрела на суммы. Деньги перестали иметь значение. Гораздо важнее были даты. Она быстро достала блокнот, начала сверять записи и неожиданно замерла. — Посмотрите сюда.       Гарри наклонился к столу. — Все переводы начинаются примерно восемь месяцев назад. Практически одновременно.       Гермиона подняла взгляд на Малфоя. — Как по команде.       Он молча кивнул.       В кабинете повисла тяжёлая тишина. Ещё несколько минут назад они расследовали исчезновение одного человека. Теперь перед ними лежали доказательства существования хорошо организованной сети, которая годами врастала в Министерство.       Гарри резко закрыл папку. — Нужно сообщить министру. — Нет, — одновременно ответили Гермиона и Малфой.       Они переглянулись лишь на мгновение. — Если среди сотрудников действительно есть люди, работающие на эту сеть, информация уйдёт раньше, чем мы успеем дойти до кабинета министра, — спокойно сказала Гермиона. — А вместе с ней исчезнут и остальные доказательства, — закончил Малфой.       Гарри тихо выругался. Он не готов был поддержать их. был не согласен. Но прекрасно понимал, они правы.       Пэнси медленно закрыла папку и впервые за всё время посмотрела не на документы, а на остальных. — Нет. Проблема даже не в этом.       Все молча ждали продолжения. — Мы больше не знаем, кому вообще можно доверять внутри Министерства.       Возразить было нечего.       Малфой перевернул последнюю страницу и замер на минуту. — Есть ещё кое-что.       В кабинете стало тихо. Где-то за стеной снова мигнула старая лампа, по коридору прокатился приглушённый скрип, и всё стихло.       Гермиона подошла ближе. В самом низу листа, под последней записью, стоял небольшой чёрный символ — тонкий круг, перечёркнутый вертикальной линией. Без вычурности, без желания напугать, почти геометрически идеальный. Возможно поэтому он выглядел особенно чужим.       Гарри нахмурился. — Ты знаешь, что это?       Малфой поднял взгляд. В его глазах по-прежнему не было паники, но исчезло привычное спокойствие. Гермиона впервые увидела человека, который не может подобрать слов не из нежелания говорить. Он понимал: после ответа назад дороги уже не будет.       Гермиона посмотрела на него. Его челюсть была напряжена чуть сильнее обычного, пальцы крепче сжали край папки, а взгляд задержался на последней странице дольше, чем требовалось человеку, который просто читает текст. — Да.       Гермиона почувствовала, как внутри всё холодеет. — Откуда?       Несколько секунд он молчал. — Потому что я уже видел его раньше.       Она ещё раз медленно просмотрела последние страницы папки. Теперь всё выглядело иначе. Исчезновение Вейла перестало казаться отдельным преступлением. Оно оказалось частью чего-то гораздо большего — системы, которая месяцами, а возможно, и годами разрасталась внутри Министерства.       Никто больше не произнёс ни слова. Вопросов стало только больше. Лампа под потолком коротко мигнула. В мыслях Гермионы не переставал звучать её внутренний голос, всё громче кричавшего «Мы знали, что он что-то скрывает! Мы знали, что он лжёт!». И неожиданно поймала себя на мысли, что впервые с начала расследования испугалась не того, что они нашли, а того, что узнают после этой находки.