Обращение к невесте

      Элизабет, моя Элизабет, за что оставили вы здесь меня, во тьме вуали, во мраке вечной ночи? Я знаю, вы меня любили и любите теперь, ведь замуж так вы и не вышли. Теперь я стар и скоро наконец сниму вуаль пред Господом, а вы всё ещё со мной, хоть мне не довелось наречь вас своей женой. Вы тоже постарели, ваш голос больше не так звонок, как ранее, и иногда вы от меня уходите, чтоб я не видел, как старость омрачила ваше лицо. О милая Элизабет, я стар и сквозь вуаль мой взор лишь очертания людей едва ли различает, я видел лицо ваше, когда вы были юны и так прекрасны, я не забыл прелестного лица, и образ ваш мне в сердце вбит. Я больше не любил (хотя кого любить мне? Все меня боятся) и верность вам я сохранил. Кидал я взгляды на ваш профиль средь толпы, а вы мне отвечали грустным взглядом, простите, я тогда до слёз довёл вас, я столько порывался снять вуаль, сорвать эту ужаснейшую ткань с моего взора, чтобы вы смогли в глаза взглянуть мне и разглядеть в них к вам мою любовь. Проходят годы, я вас вижу часто, ваши глаза полны ко мне любви и страха. Скажите мне, коль вы со мной остались, вы будете со мной на небесах? Там, где все мы снимем маски, смогу ли я наречь вам там женой?