Я так не думаю

Их канал процветал с каждым днём всё больше. Они создали его лишь в качестве эксперимента, чтобы посмотреть, сработает ли стратегия Оскара и получится ли набрать определённое количество подписчиков в ограниченное время, или нет. Пользоваться гайдами, по которым поднялись многие блогеры было скучно, именно поэтому они просто делали тот контент, который им по душе. Не гнались за трендами (только если, конечно, они их тоже не интересовали), не снимали сумасшедшие челленджи, а просто были собой. И людям это… понравилось. Только за первые несколько месяцев их канал набрал пятьдесят тысяч. А ведь они даже полугода не снимали. Людям нравилась эта искренность и честность, эти чистые эмоции и новые идеи. Основной их контент – влоги с поездок, но даже такие, казалось бы, скучные видео набирали иногда и по полумиллиону просмотров. Прошёл год, а их канал значительно разросся, финансирование увеличилось, а следом за ним улучшилось и качество контента. Что-то, что изначально затевалось как шутка, превратилось в настоящую работу, в дело всей жизни. И всё было просто. Они решили быть абсолютно честными с теми людьми, которые их смотрят: без наигрываний, без прикрас, всё как есть. Лишь одна тайна лежала на дне и на поверхности одновременно, вызывая кучу споров в комментариях… Сегодня их каналу исполнилось два года. Оскар и Ландо за это время сняли около пятидесяти видеороликов на свой основной YouTube канал, не считая стандартных вертикальных видео в инстаграмме и тик токе. Просматривая весь контент из раза в раз, Норрис закусывает губу в раздумьях. Для празднования такой знаменательной даты хотелось снять что-то более разнообразное, что-то, что они не снимали ещё ни разу до этого. Конечно, этот видеоролик будет выбиваться из их основного контента, но он уверен: они смогут его снять так, что люди не заметят особой разницы, а лишь ещё больше влюбятся в их дуэт. Что-то, чего подписчики бы не смутились, а просто насладились всё той же тёплой атмосферой, но с новыми деталями. Чтобы решить, какой именно план видео их ждал, Ландо просмотрел многие страницы, пересмотрел разные видосы, пока не наткнулся на один конкретный жанр. Пранки. Они ни разу не снимали что-то подобное, потому что контент такого рода просто никак не сочетался с их характерами. Оскар слишком спокойный, чтобы гиперболизированно реагировать на насекомых, тем более он австралиец! Его не напугает игрушечный паук или таракан. Такое сработает только на Ландо, да и то, он скорее завизжит и побежит на ручки к Пиастри, чтобы его рыцарь убрал дракона из ванной. Смешно, да, но Оскар бы не стал заморачиваться с такими рода видео, даже больше, он бы не стал их снимать из-за своих личных соображений. Но те ролики, на которые наткнулся Ландо, отличались от привычных пранков. Там девушки устраивали разного рода ситуации, чтобы посмотреть на реакцию их парней в том или ином случае. Комментарии под такими видео были забиты девушками, верещащими от «глубокого и пожирающего» взгляда парней на своих вторых половинок. Ландо закусил губу ещё сильнее, а его слегка хищная улыбка украсила лицо. Да, это то, что ему нужно, это то, что он искал. В голове возникает образ ревнующего Оскара, который готов прижать Ландо к любой поверхности и вытрахать из него эту спесь. Ох, Боже, да! Он готов пойти на это. Готов создать такой пранк, от которого потом будут дрожать колени и плавиться мозг. Он понимал, чем именно ему это обернётся, понимал, что это с высокой вероятностью повлияет и на его возможности ходить в ближайшее время. Он понимал, а от этого заводился всё сильнее. Усидеть на кресле не получалось, когда воображение рисовало ему подобного рода картинки. Хотелось прямо сейчас забить на всё, подойти к своему парню и попросить его жёстко выебать себя, но нет. Он это получит другими методами. В его голове созрел более интересный план.

***

Ландо и Оскар встречаются уже около пяти лет. Познакомились они ещё в университете, когда весь такой из себя уверенный Норрис, король вечеринок, потерял любимый брелок с рюкзака и в слезах искал его в парке при кампусе. Именно тогда он встретил своего героя. Студент из Австралии, о котором ходили слухи даже среди преподавателей, молча подошёл к Ландо, протягивая милый брелок с лягушкой. «Кажется это твоё», сказанное глубоким голосом, в купе с очками и сильными руками тогда сделали что-то с ним. Тогда, недолго думая, Ландо предложил отблагодарить Оскара кофе, на что тот охотно согласился. Когда же вечер получил своё продолжение в съёмной квартире британца, он никак не ожидал, что в этом тихом омуте водятся такие сексуальные черти. Ох, его никогда так отборно не трахали. Удовольствие такого рода до секса с Оскаром он не получал ни с кем и больше не планировал получать с кем-либо кроме него после. В ту же ночь Ландо предложил ему встречаться, аргументировав это тем, что такого восхитительного секса у него не было ещё ни разу. Пиастри на это рассмеялся, но согласился лишь при том условии, что ближайший месяц он позволит ему за собой ухаживать. Мама дорогая, это был лучший букетно-конфетный период. Буквально за пару недель Оскар его узнал уже от корки до корки, устраивая ему самые романтичные свидания, о которых Ландо в тайне мечтал. Кино на крыше дома при свечах, ужин в одном из самых дорогих ресторанов Лондона, поездка на кораблике по реке и многое другое. Норрис себя чувствовал настоящей принцессой. За ним никто так не ухаживал, как это делал Оскар. Он дарил дорогие подарки, всегда прислушивался к его настроению, даже массаж научился делать ради него. И всё это не ради секса. Его интересовал сам Ландо. Ну как можно было устоять перед таким внимательным красавчиком? И вот, спустя три года отношений, они решаются на создание канала, просто ради интереса (если быть точнее, то опять по прихоти Ландо), и сами того не заметили, как просто… не сказали аудитории, кем они являются друг другу. Они были уверены, что со стороны всё видно невооружённым взглядом, но злостные комментарии от аудитории в тик токе, доказывающие другой, более внимательной её части, что они, видите ли, просто друзья, поменяли их мнение. Как это понимать?! Первым это заметил Ландо и хотел просто ответить на них, сказать: «Нет, ебланы, мы ебёмся и любимся, сосите», но драма квин в его душе хотела сделать что-то более грандиозное. Признаться как-то необычно. А пока, они просто давали больше намёков на свои отношения, не так уж усердно и скрывая их. И вот сейчас, когда их каналу исполнилось уже два года, Ландо решил, что пора всё брать в свои руки. Он знает, как сообщить аудитории. Он уверен, что голодный взгляд Оскара скажет всё сам за себя. Приготовления начались ещё за несколько дней до съёмки. Сначала необходимо выбрать соответствующий наряд. Оскар просто обожал талию Ландо и его стройные сильные ноги. Этими знаниями и пользовался Норрис, когда нашёл в своём гардеробе укороченную толстовку. На самом деле, она ему даже мала, потому что если раньше ткань должна была быть выше пупка, то теперь стоит сказать спасибо, что она не открывает соски, находясь нижней каёмкой максимально близко к линии груди. Вызывающая надпись «teacher’s pet», расписанная максимально неподходящей розовой краской, была ровно посередине, привлекая намного больше внимания, чем рассчитывал Ландо. На ногах после долгих раздумий у него оказались базовые джинсовые шорты, укороченные настолько сильно, что, по ощущениям, будь под ними трусы, их линия была бы ниже самих шорт. Сегодня на нём будет лёгкий макияж в виде чёрной подводки на слизистой. Розовый чокер с бантиком, который он добавил в последний момент, завершил образ окончательно. Осматривая себя в зеркале, Ландо закусил губу. Он был доволен, ведь эффект произведён явно тот, который он ожидал от самого себя. Можно было бы добавить ещё сетчатые митенки, но чёрный цвет был ни к чему, а ему хотелось выглядеть как с обложки. Он ещё раз внимательно прошёлся по своему отражению, начиная со стройных длинных ног и заканчивая беспорядочными каштановыми кудрями, издавая гортанный стон от удовольствия. Он чувствует, как постепенно начинает возбуждаться, представляя реакцию Оскара на один только наряд. Холодная ширинка давит на чуть привставший член, сбавляя напор. Норрису пришлось приоткрыть окно в спальне, чтобы вдохнуть свежий воздух и постараться успокоиться, но картина в голове не давала сосредоточиться на главном. Сегодня же он должен устроить своему парню первый и настоящий пранк. Кое-как отлипнув от подоконника и стараясь не смотреть в зеркало, Ландо двинулся вниз по лестнице, спускаясь на первый этаж их частного дома. Он должен всё подготовить. Оскар не знает, что именно они собираются снимать. Он в полной уверенности, что его парень просто решил попробовать новые сладости на камеру, но он никак не ожидает, какая именно сладость ждёт его самого. Норрис тяжёлыми шагами спускается на первый этаж, чувствуя при каждом движении трение головки о металл. Его голова начинает плыть слишком рано, ему ещё нужно приготовить рабочее место, а он уже рассыпается от желания почувствовать на себе горячие руки Оскара. Кое-как передвигаясь по гостиной, он раскладывает напитки и сладости, достаёт штатив, настраивает камеру и свет. И когда все приготовления уже были выполнены, он сел за барную стойку, закидывая ногу на ногу и тяжело дыша. Каждый его шаг, каждый поворот отдавал трением в паху, туманя сознание. Оскар должен приехать с минуты на минуту, ему ещё нужно отыграть невинность перед парнем, но розовые щёки, учащённое дыхание и поплывший взгляд явно помешают ему это сделать. В щеколде послышался поворот ключей, сердце Ландо начало биться значительно быстрее. Из коридора послышалась возня и громкое приветствие. Камера уже готова, съёмка ведётся, у Норриса почти встал, а это значит, что шоу началось. Оскар был абсолютным собственником, до мозга костей, и Ландо это знал. Он сделает всё возможное, чтобы все вокруг поняли, что Ландо – его мальчик и ничей больше. За спиной слышались тяжёлые шаги, сердце билось всё быстрее, а тяжёлый замыленный взгляд посмотрел прямо в камеру, подмигивая, давая понять, что именно с этого момента клетка со звоном захлопывается. Оскар вошёл в гостиную с улыбкой на лице, желая лишь поцеловать своего парня и пожелать ему хорошей съёмки, но он никак не ожидал, что камера будет уже включена, а за барной стойкой будет сидеть его парень в настолько откровенном наряде, что у него сердце сначала будто бы остановится, ухнет вниз, а потом поднимется и забьётся по новой, да с такой силы, что мир на секунду пошатнётся. Уголки губ дрогнули, а улыбка постепенно сошла с лица, показывая, насколько серьёзно он настроен. Руки покрыли мурашки, а затем они сжались в кулаки. Взгляд начал медленно гулять по фигуре парня. Пиастри начал с ног. Самого безопасного, как он думал, места. Как же он ошибался. Его парень свободно разместился на высоком стуле, закинув ногу на ногу. Он никогда не утруждался носить обувь в доме, поэтому его стопы снова были свободны, за исключением одного «но». Длинных нежно-розовых капроновых чулок, подчёркивающих натренированные мышцы икр. Оскар сглотнул, его взгляд стал намного темнее, чем был минутой ранее. Он вёл глазами выше смотря на сочные аппетитные бёдра, которые, считай, ничего не скрывало. Короткие джинсовые шорты поднялись ещё выше, прикрывая теперь только член и упругую задницу. Парень готов поклясться, что под ними ничего нет. От этой мысли ему стало натурально жарко, но он не двинулся, продолжая вести взглядом выше. Подтянутые мышцы живота не скрыты ничем, демонстрируя на всеобщее обозрение смуглую кожу, усыпанную родинками и веснушками. Единственный намёк на одежду – это укороченное худи, которое Ландо явно уже мало, ведь сейчас оно еле-еле прикрывает его грудь, не в силах скрыть вставшие соски. Оскар даже не знает, благодарен ли он небесам за это или же он больше хочет разорвать эту мешающую тряпку к чертям. Шея… слабое место Пиастри. Он смотрел на неё особо внимательно, продумывая в голове, какой именно рисунок он будет создавать на ней из засосов и укусов в ближайшее время, а милый чокер никак не помогал избавиться от этих мыслей, наоборот подзадоривая. И наконец, лицо. Зрачок почти полностью заполнил радужку, делая глаза Оскара ещё темнее, чем они есть. Его взгляд встретился с туманным серым напротив. Ни один из них не выражал ни одной здравой мысли. Каждый понимал, что человек перед ним находится на грани. Румянец на щеках, тяжёлое дыхание смешивались воедино. Ландо видел, как Оскар борется с внутренними демонами, пытаясь успокоить бушующий внутри шторм. Если Норрис снимет ногу с ноги и продемонстрирует уже полностью вставший член, он клянётся, что Пиастри сорвётся и в ту же секунду уже будет вжимать тело перед собой в стол. А пока… ему необходимо воплотить свои мысли в жизнь. - Привет… Ты же помнишь, что мы сегодня снимаем видео в честь годовщины канала? – проговорил Ландо, отвлекаясь, чтобы сделать глубокие вдохи. Он видел, как Оскар пытается вернуть себе хоть капельку здравого сознания и сосредоточиться не на ярких пухлых губах, а на словах, которые они говорят. Он в последний раз посмотрел на Норриса убийственным взглядом, в котором бушевал настоящий шторм, и отвернулся, смотря в камеру. - Да, конечно. Видимо, ты хотел записать приветствие. – после глубокого вдоха проговорил он и осторожно двинулся в сторону Ландо, смотря тому прямо в глаза. Он шёл максимально медленно и осторожно. Со стороны он напоминал хищника, загнавшего жертву в ловушку. От этого сравнения у Норриса побежали мурашки по спине, а узел в паху натянулся ещё сильнее, от чего он не смог сдержать тихий стон. Оскар шёл медленно, гипнотизируя своим взглядом. Каждый его шаг ощущался как неминуемая гибель. Вот он уже подошёл к стулу, наклонился. Ландо закрыл глаза, ожидая, что Пиастри вот-вот сорвётся, чувствуя тёплое дыхание на своих губах, но он, хмыкнув, отстранился и обошёл парня, вставая рядом с ним по левую руку, опираясь на стойку. - Говори, - спокойный тон был максимально обманчив, Норрис это чувствовал. Со стороны могло казаться, что это стандартный голос Пиастри, но нет… Он был намного глубже, проникал прямо под кожу, вызывая толпы мурашек. Это был не приказ, это было предупреждение. Прикусив губу, Ландо вновь повернулся в сторону камеры и, собирая остатки здравого сознания, начал говорить, контролируя краем глаза каждое движение Оскара рядом. - Итак, наши дорогие, сегодня мы с вами отмечаем очень важный праздник. Два года назад мы решили, что было бы неплохо создать совместный канал, выкладывать туда тот контент, который посчитаем нужным, - ему пришлось приостановиться и сглотнуть, потому что он увидел, как чужая рука ложиться на спинку стула, перенося вес тела на правую ногу и перекрывая путь отступления, - Сегодня мы хотели бы отпраздновать это событие и снять для вас неожиданное видео, выходящее за рамки нашего привычного контента, но, не менее интересного, - он снова прервался, чтобы сглотнуть вязкую слюну, его план входил во вторую стадию, - мы сегодня попробуем неожиданные сладости и напитки с моим другом. Ландо увидел, как слегка вздрогнул Оскар, как только услышал обращение. - Как ты меня только что назвал? – не смотря на своего парня, спросил Пиастри, слегка ухмыляясь. - Друг? Приятель?.. – Ландо чувствовал, как постепенно сердце разгоняется до ритма танцоров, отбивающих чечётку, а дыхание перехватывает ещё сильнее. Оскар застыл буквально на мгновение, а потом поднял тяжёлый взгляд, в котором читалась злоба, смешанная с похотью, на Норриса, осматривая его лицо внимательно, будто оставляя клеймо. В нём не осталось ничего здравого, только желание, которое сейчас им руководило. - Я так не думаю, - его руки устремились к камере, выключая её. Ландо сидел неподвижно, закусывая свою губу и стараясь включить хоть парочку оставшихся частиц мозга, но не получалось. Его нельзя в этом винить, потому что прямо сейчас над ним, источая жар, стоял его парень, тяжело дыша и стараясь унять внутреннего зверя, чтобы не разложить Норриса прямо здесь, среди этих ёбаных напитков, которые они должны были попробовать с другом. Оскар медленно убрал руки с аппаратуры и повернулся к Ландо, перехватывая стул и разворачивая парня к себе лицом. В его глазах не осталось ничего кроме бури страсти и желания. Он наклонился максимально близко к лицу возлюбленного, между ними оставались считанные сантиметры. - Как ты меня назвал? – с жаром прошептал он ему в губы. - Друг… Не успел Ландо договорить, как его заткнули требовательным поцелуем. Оскар был беспощаден, он двигал своими губами, размазывая лёгкий блеск по всему лицу напротив. Не прошло и секунды, а его язык уже исследовал рот Норриса. Хотя такое назвать «исследованием» очень тяжело. Он будто трахал его рот: вылизывал, всасывал губы, кусал их, пробегался по дёснам. Норрис забыл как дышать, обвив руками плечи напротив, он выгнулся дугой и тут же почувствовал, как широкие ладони, будто змеи осторожно ползут сначала по спине, а потом всё ниже и ниже, слегка задевая ногтями край шорт. Ландо чувствовал жар между бёдрами, чувствовал, как неприятно упирается головка в ширинку. Лёгкое прикосновение к кромке шорт заставило его застонать в надежде, что он наконец-то избавится от мешающей ткани, но Оскар лишь сильнее натянул джинсу, поддев её пальцами. Британец широко открыл глаза, не ожидая такое сильное и резкое трение. Его глаза наполнились слезами, а из груди вырвался глубокий стон, который мастерски был сцелован его парнем. Австралиец на это действие только улыбнулся, освобождая губы Ландо и отстраняясь, желая посмотреть на картину перед собой. Он создал настоящий шедевр. Перед ним сидел его парень, неистово сжимающий бёдра в надежде получить прикосновение к нуждающемуся члену, его глаза полностью заполонила дымка желания, а из глаз лились неконтролируемые слёзы. Он тихо всхлипывал и ёрзал на стуле в ожидании дальнейших действий Оскара. Сам он двигаться не рисковал. - Какой же ты у меня красивый… Как ты думаешь, а друзья делают так? – после этих слов он снова натянул ткань, сильнее, чем раньше. Жёсткая джинса прошлась по чувствительной головке, задев металлом уретру. Ландо получил прикосновение, о котором так умолял взглядом, но это не принесло ему облегчение. Он чувствует, как постепенно ткань натирает чувствительную кожу, но ничего не может с собой поделать и громко стонет. - Отвечай, - Оскар схватил Норриса за волосы и потянул за них, открывая своему взору лицо парня. Тот старается перевести дыхание и не захлебнуться в слюне одновременно, его волосы были мокрые от пота у корней, а выражение лица говорило о необходимости разрядки, - не хочешь, да? Пиастри с силой накрыл член Ландо, легонько поглаживая его большим пальцем по всей длине. Сверху на это действие послышалось что-то среднее между стоном и всхлипом. У британца не было сил формулировать адекватные предложения, в отличии от Оскара он возбуждён уже около двух часов, его член изнывает от желания разрядки. Норрис из последних сил приоткрывает губы, чтобы выдавить тихое и слабое «нет», на что в ответ получает ещё одну порцию поцелуев в губы. Оскар упивается своим положением. Он обожает доводить своего парня до такого состояния, при котором плавятся его мозги, ноги подкашиваются, а слова не связываются в предложения. Он любил эту власть, которой в меру пользовался, но сейчас ему хочется показать все возможности его влияния. Пиастри поцелуями спускается ниже к шее, присасываясь к своему излюбленному месту прямо под челюстью, оставляя багровый след на медовой коже. В ответ на это он слышит глубокий стон и чувствует слабые движения бёдрами, ищущими трения. Австралиец ещё раз смотрит в глаза Норриса и, не найдя в них ни капельки здравомыслия, сдаётся, высвобождая его член наружу. Ландо стонет, опускаясь руками к своему паху и массируя головку, за что немедленно получает по рукам. «Я тебе не разрешал двигаться» раздаётся прямо у мочки уха, после чего следует укус. Парень плачет, извивается на стуле, пытается найти руки своего парня, осматривая бешеными глазами пространство. - Гляди же на себя, ты ничего не соображаешь… - сказал Оскар, накрывая рукой член Норриса. В ответ слышится лишь стон и тихие мольбы о разрядке. Пиастри ухмыляется, размазывая большим пальцем предэякулят по всему члену, доставая из кармана пакетик с презервативом и откладывая его на стол. Он наклоняется и накрывает головку губами, не медля и сразу же беря во всю длину. Сверху слышатся стоны, а бёдра Ландо бьёт мелкая дрожь. Оскар сосёт, вбирая в себя щёки и то отстранясь, чтобы подразнить, то снова проталкивая его до горла. Бёдра неконтролируемо извиваются, в итоге находя своё место на плечах парня. Ландо, уже забывая, как дышать, медленно поднимает голову и смотрит замыленным взглядом на Пиастри, который в этот момент, ловя ответный взгляд, прикусывает слегка кожу при основании. Британец не выдерживает, его бьёт мелкая дрожь и он, закрыв глаза от интенсивности, кончает прямо в рот, не удосуживаясь предупредить возлюбленного. Он тяжело дышит, стараясь прийти в себя после сильного оргазма и не сразу замечает, как его ноги снимают с плеч и уходят в другую комнату. Лишь когда нормализовалось сердцебиение, он замечает, что тепло пропало, а с ним ушёл и человек. Он уже хотел возмутиться, возможно, снова заплакать, потому что ну не имеет он права оставлять его в таком состоянии, но это же Оскар, он так просто его не оставит. Обратно австралиец входит уже с баночкой лубриканта, сразу выдавливая его себе на пальцы по дороге к гостиной. Его глаза натыкаются на заплаканное лицо, и он улыбается. - Ну что ты, маленький, - подлетает он к нему и оглаживает щёку чистой рукой, - я тут, не плачь, я не уйду от тебя просто так, - его глаза на секунду потеряли то хищное выражение, которое было у него на лице последний час, заменяя его нежностью, - я ещё должен показать тебе… что такое настоящая френдзона, - на моменте этих слов его пальцы постепенно входят в колечко мышц. Ландо, перевозбуждённый начинает брыкаться, но под действием тяжёлого взгляда успокаивается, постепенно вновь начиная стонать. Пальцы в нём неистово двигались, стараясь максимально растянуть вход для члена Оскара, которого всё ещё сдерживали джинсы. Норрис стонал и извивался на барном стуле. Когда он задумывал этот пранк, он думал, что его могут трахнуть на столе, но явно не барном стуле! От мыслей отвлекали поцелуи, осыпающие всё тело. Ландо казалось, будто Оскар размножился, потому что его губы были везде. Вот он оставляет засосы на ключицах, вот кусает выпирающую тазовую кость, вот он вернулся к соскам, чтобы сначала их обсосать, а потом прикусить горошины. Британец чувствовал себя не в этом мире, ему казалось, что его тело находится не в этом измерении. Когда в тебя по самые косточки долбятся три пальца, а всё тело осыпается поцелуями, кажется, будто ты не здесь, а в сладком сне. Ещё минута и, когда он был готов кончить, Оскар вытаскивает пальцы, не давая сладкому узлу распутаться. Он наконец впервые за этот вечер освобождает свой член, надевает презерватив и резко, без предупреждения, входит. Глаза Ландо вновь наполнились слезами, он хотел вскрикнуть, но слова застряли в горле, он просто распахнул глаза и рот и вобрал полные лёгкие воздуха. Отдышаться ему не дали: австралиец с каждой секундой всё быстрее и сильнее вдалбливал Норриса в стул. Каждое резкое движение заставляло спину царапаться о металл сзади, кофта никак не спасала от этого трения. Но смесь этой боли и наслаждения порождали настоящую агонию. Ландо плакал и стонал, чувствуя, как Оскар при каждом входе целовал новый участок кожи, особенно зацикливаясь на шее. Норрис чувствовал как с каждым толчком подходил всё ближе к краю, ещё секунда, ещё пару попаданий в ту заветную точку и он кончит, выкрикивая имя Оскара. И вот, когда, казалось бы, всё, его член накрывает другая рука, пережимая основание. - Оск, я тебя прошу, - выдохнул Ландо прежде чем снова закинуть голову и простонать от особенно глубокого толчка. - Нет, дружок, ты уже один раз кончил, а вот я – ни разу, - сказав это, он вошёл особенно глубоко и прекратил движение просто оставаясь внутри и наблюдая за бурей эмоций на любимом лице. Ландо выгнулся до хруста в спине и, широко открыв глаза, прокричал. Он продолжал стонать, нанизанный на член Оскара, не в силах ни пошевелиться самому, ни заставить австралийца что-либо сделать. Пиастри прикусил губу от вида перед ним: разнеженный Норрис со слезами в уголках глаз, с широко открытыми губами, выкрикивающими его имя, весь искусанный и исцелованный. Это именно тот вид, который он любил больше всего. Не в силах сдерживаться он снова отстранился и резко вошёл, вызывая новую порцию стонов. Входя так, чтобы член попадал по простате, Оскар вызывал всё больше криков и проклятий в свою сторону. Когда он почувствовал, что уже близко, он отпустил член Ландо и в последний раз глубоко вошёл, оставляя недостающий засос на шее и изливаясь внутри парня, получая в ответ струи спермы на грудь и живот. Оскар неторопливо вышел, снимая и завязывая презерватив, чтобы просто выкинуть его на стол к сладостям, которые так и не были открыты. Он широко улыбнулся, демонстрируя свои клыки и поцеловал Ландо в нос, поднимая его на руки и неся в сторону ванной комнаты.

***

В тик токе был загружен видеоролик с простой надписью «пранкую своего парня, называя его просто другом», который заставил всех подписчиков прекратить споры и осознать, что Оскар оказывается бывает ещё и страшным, когда с тёмным взглядом на Ландо выключает камеру под сопровождение глубокого «Я так не думаю».