миша, покраска волос и глупые ильюры

« Идея » — это мысль, вспышка, возникающая внезапно, без предупреждения и долгих размышлений. В этот момент дорога назад теряет всякий смысл, растворяясь под напором загоревшихся по-детски глаз. Она исчезает так же стремительно, как Миша, одновременно бережно и неуклюже, влезает в свои любимые карго. Миша скользил по залу и, словно отполированная тачка маквин, резко тормозил каждый раз, когда взгляд цеплялся за что-то важное. Илья, развалившись пластом на диване, лениво переводил взгляд из одного угла комнаты в другой. Тихонов, наконец позволивший себе небольшой отдых после пробежки, потянулся и перевернулся на бок. — Ты мне весь обзор загораживаешь своими разгонами Миша лишь хмурится, отмахивается и снова принимается за свои дела. Илья цокает языком. Он давно понял, что яблоня от яблони и некоторые вещи в старшем брате и по отношению к нему любимом парне естественно передались младшему брату. Тихонов и вовсе привык наблюдать за этим: две одинаково упрямые головы, различающиеся лишь тем, что одна уже повзрослела, а вторая все еще продолжает расти. — Футболку-то погладь, выглядит убого — Нормально она выглядит! Я надеялся, что ты наоборот оценишь мой стиль, в отличие от Юры. Но я быстро переобулся — Ого, и что же помогло поменять мнение? — Вспомнил, что ты его тупой парень Очередное фырканье, очередной смешок. Оба знают, что никто из них не обижается на подобные шутки. Потому что связаны, потому что их связывает один и тот же человек. Наверное, именно это и помогло им быстрее всего найти общий язык. Миша в очередной раз остановился посреди комнаты, придирчиво осматривая себя. — Думаешь, реально выглядит не очень? — Если ты спрашиваешь уже третий раз, значит, уже сам так не считаешь — Очень смешно — Я серьезно. Я просто шутил, надевай то, что тебе нравится, и не мучай себя Миша недовольно фыркнул — Когда мы были в тц, Юра сказал, что выглядит хорошо На несколько секунд повисла тишина. — Потому что вдруг он соврал? — Если бы соврал, ты бы все равно ему поверил — И то верно Миша напоследок вглядывается в зеркало, глупо, по-детски улыбаясь. Потому что ему нравится. Нравится то, как он выглядит в собственной голове. Он вспоминает современные образы из интернета и с удовольствием отмечает, что смог выстроить свой особенный стиль. И останавливаться не собирается — точно не сейчас, когда в голове царит сумбур из идей и мечтаний. Сомнения исчезают моментально. Миша слишком уверен в себе, чтобы отступать назад — За краской! Самодовольно восклицает Миша, ведь голос отстает. Ноги оказываются куда быстрее — он уже затягивает шнурки на своих конверсах « За краской ? Какой еще, мать твою, краской? Новое хобби? Я еще от балалайки не отошел..» — Правильно понимаю, что ты хочешь чтобы я тебе помог? — Ну, да? Мне надоел мой цвет волос — А Юра? Он знает об этом? Илья потирает переносицу, наблюдая за этой почти жалобной просьбой. Он прекрасно понимает, что без банального предупреждения они потом получат по заслугам, но разве он может отказать? Илья помнит, как много для Юры значит младший брат. Знает, с каким вниманием тот относится к каждому его желанию, как упорно и бережно пытается выстроить для него счастливое детство. И даже среди тысячи возмущений Исаковского Илья понимает: где-то глубоко внутри тот рад, что младший все еще может позволить себе такие маленькие радости. « Я точно пожалею об этом.. » думает Илья, вздыхает и все же поднимается с мягкого дивана. — Кажется, матч я сегодня не досмотрю На стиральной машине теснились пластиковая миска, кисточка и вскрытая коробка с осветлителем. Резкий химический запах заполнял помещение быстрее пара, оседая на языке неприятной горечью. Миша сидел на закрытой крышке унитаза, завернувшись в старое ненужное полотенце. Тёмные корни постепенно исчезали под густой массой. Каждый мазок кисти стирал привычный образ, будто Илья заново собирал его по кусочкам — И откуда у тебя такие навыки в покраске волос — Пф, ты не представляешь, сколько раз я обновлял цвет волос мамы! Она постоянно хвасталась перед коллегами, а иногда даже соседки просили покрасить их тоже — Ты какой-то милфхантер.. — Кто-кто? — Да забей — Вот и все. Сиди и не дергайся Зеркало запотело от горячей воды. В мутном отражении уже невозможно было разглядеть прежнего брюнета. Да и Миша почти не смотрел в него. Почему-то именно сейчас страх решил напомнить о себе На его месте будто сидел другой человек — гораздо смелее и увереннее, чем раньше. Но даже этой смелости не хватало, когда мысли возвращались к старшему брату В груди поднималось странное чувство — смесь восторга и тревоги. Так чувствуют себя люди, которые впервые делают что-то без разрешения, впервые переступают невидимую черту между «можно» и «я все равно сделаю». Так чувствуют себя люди, когда бегут против правил перед тем, кем восхищаются больше всего. — У тебя вообще откуда деньги на краску? — Решил, что покупка чупачупса подождет — Бизнесмен Илья замечает чужие напряженные плечи. Будто чувствует мысли Миши, хоть и вовсе не слышит их. Да и слава богу наверное.. — Ты чего съежился? — Переживаю, что может сказать Юра — Серьезно? Именно сейчас, когда нам осталось лишь уложить твою солнечную макушку? — Огонь по своим, знаешь ли И Миша услышал смешок, почувствовал легкий щелбан на затылке и даже не понял, что собственные плечи облегченно опустились и он успокоился. Он совсем не понял, как простой парень брата стал ему так близок. К концу смены Юре начинало казаться, что больница въелась ему под кожу. За день он успел услышать десятки историй, увидеть слишком много чужой боли, решить слишком много проблем, которые не заканчивались с окончанием рабочего дня. Больница редко отпускала человека сразу. Она цеплялась мыслями, тревогами, вопросами, на которые невозможно ответить наверняка. Поэтому сейчас ему не хотелось ничего. Только снять куртку, сбросить обувь и почувствовать, как напряжение медленно покидает плечи. Разве что не помешала бы пара поцелуев, которые неизменно возвращали его к жизни. Ну и совсем немного чужого тепла, чтобы поскорее заснуть и забыть о сегодняшнем дне Но для начала желательно было вернуться домой. Вновь помучиться с входной дверью, зато наконец переступить порог квартиры. Пройти на кухню, почувствовать привычный аромат, знакомую заботу и наконец-то выдохнуть Осознание пришло не сразу. Юра даже не заметил этого поначалу. Лишь со второй попытки понял, что одной светлой головой в квартире стало больше — Илья, принеси мне, пожалуйста, городской телефон — Зачем — Кажется, мне нужно к врачу. К окулисту или к психиатру — я еще не разобрался.