Часть 10. «Забота».
2 июля 2026 г., 00:26
—Ой, а чего это ты тут?,-невинный и наигранно-добрый голос прозвучал за спиной. Хоть в комнате было и жарко, спина покрылась неприятными мурашками. Рома попытался сжать кулак, дабы скрыть результат своей работы, но от Вовы это не скрылось.
—Ты шустрый, знаешь? А если тебя на подольше оставить, чего ты еще утворишь?,-почему-то пропавший друг стоял сзади и не желал выходить вперед,-я то и не против тебя отвязать, но ты же на меня накинешься при первой возможности,-в его тоне читались насмешка и что-то еще, что уловить было сложно.
Компот молчал, дар речи пропал от неожиданности, да и что сказать он не придумал.
—Я так понимаю ты меня все еще плохишом считаешь, Ромка?,-фальшивость лилась изо всех щелей,-ну ты уж сильно злым меня не считай, я тебе тут поесть принес.
Наконец Вова вышел из-за спины и поставил на стол тарелку с тремя бутербродами с сыром. Есть действительно хотелось, да очень сильно, однако, брать еду у врага не очень хорошая затея. Да Рома и не сможет ее взять, из-за.. ну, так скажем, небольших неудобств.
Бывший друг тоже это понял, и все с тем же заигранным заботой лицом спохватился:
—Ой, а ты не можешь! Но не переживай, у тебя есть хороший внимательный друг, который с радостью тебе поможет,-слово «друг» он выделил.
Между стулом и столом было расстояние в метр. Вова взял кусочек хлеба с сыром и поднес ближе к Компоту.
—Давай, чего ты, есть не хочешь?
Это было унизительно. Нет, это терпеть уже невозможно.
—Иди нахер со своими подачками,-не своим голосом произнес он.
Как можно настолько правдоподобно, но в то же время не по-настоящему растянуть губы в ухмылке? Вова проницательно смотрел в глаза своему «другу», а свободную руку, все еще не убирая бутер от лица Ромы, запустил в ему в волосы, немножко трепя его по голове.
—Какой ты грубый. Видишь, я успокоился за это время, тебе что ли мало?
Рома поморщился.
—Убери.,-коротко, с четкой точкой в конце сказал он.
—Не хочу,-пропавший друг еще шире улыбнулся, скалясь ,-я же искренне переживаю. Поешь.
Они дальше прожигали друг друга взглядом, один насмешливо, а второй вообще не смеялся.
—Мне тоже не нравится, что ты тут как не родной сидишь,-Вова оглядел видимые веревки на руках, посмеиваясь, и делая вид, что не заметил освободившиеся пальцы,-но ты же накинешься на меня, если я тебя отпущу, ведь так?
Он повернулся спиной положил бутерброд на тарелку, бормоча про себя что-то неразборчивое. Руку из волос тоже убрал, но не сделал ни шагу в стороны.
—Отвечай,-оглянулся через спину бывший друг, все также мерзко улыбаясь.
—Растопчу твое лицо при первой возможности,-процедил Рома, сжимая кулаки так сильно, что от бечевки останутся синяки.
—Помнишь про выбор? Ты можешь решить: успокаиваешься, и дальше мы ведем себя по-другому, или можешь также сидеть и упрямиться. При втором раскладе будет не по-доброму.
Вова не шутил. Он не умеет. И это были не пустые угрозы в стену, этого он тоже не умеет. Этот псих притащил Компота в неизвестное место и насильно удерживает, такие люди слов на ветер не бросают.
Сразу вспомнились все школьные памятки: если вы окажетесь в заложниках, не идите на рожон.
